Where will we go?

Джон. Я глубоко вздохнул, глядя как тёплый воздух из моего рта превращается в пар. Мой взгляд простирался дальше ворот, самой Стены, земель, укатанных снегом, и ночного холода. Ворота только что заблокировали, после отъезда леди Бриенны, которую мы отправили к Чёрной рыбе. Мы бы уехали из Чёрного замка вместе с ней, но...я не мог. Я потёр лицо, собирая осколки этого утра. Мне нужно было привести мысли в порядок. Я моргнул, расправляя плечи, и направился в свою комнату, тут же покачав головой. Нет. Это была не только моя комната. Она была нашей. Моя и моей сестры. Неохотное взаимное решение, принятое из отчаяния. Санса никому не доверяет настолько, чтобы позволить охранять свою дверь. После отъезда Бриенны, она отказалась от моих лучших людей, и я согласился с её осторожностью. Я бы скорее убил себя, чем оставил Сансу уязвимой. В это время мы верим друг другу, Санса и я. За кого ещё нам остаётся цепляться, как не друг за друга? В нынешней ситуации, она - моя ответственность. Моя единственная семья.Моя борьба. В первую же ночь, я отдал ей комнату лорда Командующего - свою комнату. Лучшую, что мог предложить Чёрный замок. Я сделал всё, чтобы дать девушке комфорт и личное пространство, которого она заслуживает. Я не знал всех ужасов, что перенесла Санса, но готов был отдать ей всё, что она попросит. Я настоял на том, чтобы Призрак остался у её двери, острыми клыками отгоняя любого недоброжелателя. Я сказал, что буду в соседней комнате, совсем рядом. На устройство не ушло много времени, и теперь её телохранитель следует за ней, куда бы девушка не пошла. По правде говоря, всё это сделало меня невыносимо напряжённым. Упустить её из виду. Не охранять её лично. Будто Санса, в один миг, может исчезнуть, и я снова останусь один. Или, что ещё хуже, ей придётся пройти ещё один круг ада из-за моего проигрыша. Я благодарен богам, старым и новым, что девушка согласна со мной. Вечером, в день нашего воссоединения, когда Санса отмылась, согрелась и поела, я не мог не смотреть на неё. В основом, чтобы убедиться, что она реальна и передо мной действительно моя семья. Я заметил, как девушка, изо всех сил стараясь не делать этого, всё же поглядывала на меня краем глаза. Напряжение ушло, когда она рассмеялась над собственными решениями. Ушло с улыбками и тихим смехом. С радостью, которую мы ощущали, лишь потому что живы. Воссоединение, которое принесло массу чувств, которых я ожидал лишь в последнюю очередь. Для нас обоих это была единственная вспышка счастья за длительное время. В тот момент, когда я увидел с балкона, как Санса спустилась со своей кобылы, повернувшись лицом, и, наконец, взглянула в мои глаза, всё вокруг исчезло. Угасли все прочие чувства, кроме ощущения нереальности происходящего. Она. Она приехала сюда. Ко мне. Мы одновременно сдвинулись с места, заключая друг друга в объятья. Настолько крепко, правильно и нереально. Я поднял её над землёй, когда девушка коснулась щекой моей щеки, пытаясь удержать равновесие. Не обращая внимания на то, что несколько лет назад, я и не подумал бы, что испытаю столько эмоций от нашей встречи. Нашей с ней, Джона Сноу и Сансы Старк. В этот момент, мы не испытывали никакой неловкости. Не думали о том, какие отношения у нас были, когда мы виделись в последний раз. Это момент был лишь счастьем. Облегчением. Сладким облегчением, которого я столь долго не ощущал. Мы просто Джон и Санса. Семья, которая слишком долго была порознь, страдая от одиночества. Как только чувства немного утихли, мы будто остались одни во вселенной, реальность которой заключалась в том, что Джон и Санса, наименее близкие между собой брат и сестра, были так рады встрече. Тогда возникла лёгкая неловкость, приглушённая более важными мыслями. Начиная с понимания того, что сейчас мы сильно отличаемся от тех нас, которыми были прежде. Нет, она всё ещё была Сансой. Девушкой с прекрасными чертами лица и удивительной улыбкой, которая редко предназначалась мне. Но я...я умер и воскрес...Я изменился. Как, в прочем, и она. Несмотря на то, что физически Санса была в порядке, я будто видел тень, которая шлейфом тянулась позади неё. Улыбка, что прежде могла осветить любое место, теперь не доходила до потускневших глаз. Тьма, окутывающая девушку со всех сторон, совсем не подходила её огненным локонам и сапфировым глазам, которые утратили свою яркость. Когда я взглягул на неё, человека, которого всегда считал своей семьёй, несмотря на то, что девушка всегда держала меня на расстоянии вытянутой руки, я вспомнил. Мы никогда не были слишком близки, но я знал её достаточно хорошо. Красавица леди Старк, как её все называли. Санса украшала Винтерфелл своей красотой. И её красота, со временем, становилась ещё более манящей. Жаль, что многие видели в ней лишь оболочку. У девушки была внешность Талли: рыжие волосы, светлая кожа и ярко-голубые глаза. Она была маленькой леди, Санса Старк. Изящество, манеры и талант показывать своё благородное происхождение. И лишь не многие знали, что скрывается за красотой. Она была той, чьё сердце было самым большим и, к сожалению, самым хрупким. Санса почти всегда была спокойна, за исключением нескольких моментов. Хоть это была одна из лучших черт её характера, ею часто хотели воспользоваться из выгоды, и девушка не могла этого допустить. Все Старки должны были быть столь же сильными и холодными, как ветры зимы. Конечно, братья привыкли к поведению сестры и, в большинстве случаев, не обращали на неё внимания, несмотря на то, насколько вежливо она просила. Санса часто морщила нос, тем самым выказывая недовольство выходками энергичных братьев и сестры. Из всей её...нашей семьи, она была той, кто больше всех отличался. Санса предпочитала наглости и скверному характеру хорошие манеры и изысканность. Больше всех она ссорилась с непослушной Арьей. Больше из разочарования, что младшая сестра предпочитала ей общество братьев, тем самым предав её и не позволив поделиться своими интересами. Хорошо, что у девушки был её Робб. Да, её. Он отгонял от неё младших детей, иногда включая и меня. Она любила Робба, который был похож на неё волосами и глазами. Всегда элегантный. Законнорождённый. В её глазах он был героем. Настоящий принц, о котором слогают песни и баллады. Она собиралась найти кого-то похожего, когда придёт пора выйти замуж. Робб, в свою очередь, всегда потакал сестре, называя её принцессой. Он не мог отказать Сансе, оправдывая себя тем, что она нуждается в нём больше остальных. Я лишь фыркнул тогда, не сказав, что она была единственной, кто приветствовал его защиту и привязанность. Остальные, включая меня, любили свою независимость. Мы не винили её, поскольку сами частенько возводили Робба на пьедестал. Он был нашим собственным лордом-защитником. Брат никогда не ошибался, и вообще был золотым ребёнком. Мы подражали ему. Он имел всё, к чему я стремился, уступая лишь нашему отцу, достигнуть высот которого было ещё сложнее. ...И у него были всё, на что я не смел даже надеяться. Никто не принёс бы мне это на серебряном блюде, лишь потому что я бастард. Сначала было нелегко подавлять ревность, но лучше было сделать это раньше, чем тогда, когда её семена уже проросли бы. Прежде чем мне стало известно о моём статусе, я хотел стать самым сильным, могущественным и уважаемым. Почётным правителем Винтерфелла. Лордом-защитником. Хранителем Севера, у которого будет столь же большая семья, как и наша. Из-за моих стараний отец хвалил меня чаще Робба. Я хотел быть таким, как он. Думая о девушке, которая станет мне женой, я всегда представлял рыжеволосую леди, чтобы наши дети бегали по замку, похожие на моих братьев и сестёр. Я работал усерднее, тренировался дольше и учился больше, в надежде стать достойным того, чтобы унаследовать Винтерфелл. Я мечтал сражаться на мечах, превосходя самых быстрых и хорошо известных своей честью мужчин. Таких, как отец. Я скрыл улыбку, удивляясь своей прежней наивности. Наверное, я не так уж сильно отличался от Сансы. В мечтаниях о короне, рыцарях, замках и, возможно, даже драконах. Все мечты рухнули, когда я осознал, что являлся бастардом Севера. Однажды, я услышал, как отец назвал меня так, когда я не смотрел в его сторону. Я был достаточно взрослым, чтобы понять значение этого слова, и не стал винить его. Мой отец любил меня. Моя мать... И вот тогда я понял. Раньше я не задумывался о том, почему леди Кейтилин так холоднокровна со мной. Я просто считал, что женщина больше любит Робба. У каждого родителя есть любимый ребёнок, хоть они это и скрывают. Он был её любимчиком, я знал. Но потом появилась Санса. Затем Бран. И вдруг, всё сложилось в общую картинку. И вдруг, мой отец привёл меня в Богорощу и, с противоречием во взгляде, сказал, что я его кровь, но...не только его. Он признался, что я бастард. Тот, кто родился вне брака. Он успокаивал меня, говоря, что гордится тем, что во мне течёт его кровь. Что я Старк. Но всё, что я понял, это то, что мои опасения подтвердились. В тот день, когда я узнал, что являюсь бастардом, глаза отца впервые были полны ярких эмоций, которые я не мог прочесть. Его кровь. Мир, который был мне привычен, рухнул. Теперь для всех, включая меня самого, я был бастардом Эддарда Старка. Пятном на чести Эддарда Старка. Бастардом, который не может ничего унаследовать. Бастардом, который не узнает своей матери... И все мои мечты о том, чтобы быть лордом...иметь черноволосых и рыжеволосых детей...идти на битву, высоко подняв знамя Старков...всё обратилось в пепел. Тогда ревновать к брату стало легко. Сводному брату. Стало не важно, что я был так же хорош на тренировках или же даже превосходил Робба. Не имело значения, что моя внешность и характер были более похожи на истинного Старка. Это всё не имело значения, потому что, даже будь он слабым неуклюжим дураком, Винтерфелл принадлежал Роббу по праву. Как и остальные мои мечты. Но Робб не был слаб. Он не был неуклюж. И несмотря ни на что, его нельзя было назвать дураком. Несмотря на свои успехи, Робб не стал тщеславным или высокомерным. Он был скромным, добрым и, прежде всего, честным. Ему хотелось довериться. И Робб...Робб всегда защищал меня. Даже если бы отец назвал меня наследником, это не изменилось бы. Он отвечал любому, кто смел задирать меня, его брата. И теперь его нет. Король Севера, мой брат, принц в глазах Сансы... Нет. У Сансы всегда был Робб, чтобы спасти её от злого уродливого тролля, которым, наверное, виделся ей я. Нос сам собой сморщился от этой мысли. Она не знала, как вести себя со мной, пока не стала достаточно взрослой, чтобы понять, что я её сводный брат. Джон Сноу. Нет, она не презирала меня, пока мы вместе росли. Просто Санса была верна своей леди-матери. Наверное, леди Старк меня ненавидела. Бастард, промах великого лорда Старка. Моё присутствие было постоянным напоминанием перенесённого оскорбления. Слухи о том, что я похож на Эддарда Старка больше его законных детей, за исключением Арьи, злили её. Они усиливали её ненависть. Однако, это никогда не мешало нашим взаимоотношениям с братьями и сёстрами. Особенно в те времена, когда мы были слишком маленькими, чтобы понять значение слова "бастард". Никто из них ни разу не заставлял меня ощутить себя недостойным их компании. По крайней мере, они никогда не обижали меня преднамеренно. И, чаще всего, в своих проблемах и наказаниях, виноват был я один. С Роббом мы могли говорить о сражениях и девушках, ходить в таверну. С нами также ходил Теон, и я хватался за живот от смеха, слушая их препирательства. С Арьей нас связывала мягкая нить привязанности и ощущение того, что мы отличаемся. Просто тени наших рыжеволосых братьев и сестры. Робб потакал Сансе, я - Арье. Мы с ней были очень похожи не только внешне. Бран и Рикон видели во мне не больше, чем старшего брата, и любили меня так же, как и Робба. Но с Сансой всё было иначе. Она всегда была недостижимой. В ней не было свирепости, что тоже отличало девушку от остальных. Оглядываясь назад, лишь Робб получал много её внимания, несмотря на то, что был столь же энергичен и свиреп, как и остальные дети. Она, как и я, часто бывала одна, занимаясь учёбой или придаваясь мечтам. Девушка была там, но её сердце и мысли были совсем в других местах. Я видел в глазах Сансы такое выражение, какое не редко бывало в моих собственных, когда я смотрел в зеркало. Она была такой же потерянной в собственном замке, как и я. Мы любили Винтерфелл, в котором выросли, но знали, что желание вырваться за его пределы, на встречу чему-то новому, гораздо больше желания остаться. Это заставляло меня желать её внимания. И в какой-то момент, я его получил. Мы с Сансой больше общались, когда были помладше. Не много, но определённо чаще, чем повзрослев. Трудно поверить, но мы правда это делали. Отмахнувшись от манер, вежливости и спокойной пассивности, тогда мы были гораздо ближе, чем сейчас, хоть и по-своему. Чтобы найти связь с Сансой потребовалось больше времени, нежели с остальными. Между нами всегда существовала некая пропасть, которую мы не могли переступить, и объяснений этому тоже не было. Наверное, так часто бывает в больших семьях. Но, тем не менее, это никогда не мешало семейным узам, несмотря на отсутствие между нами близости.

***

Это был один из тех дней, когда Санса восхищалась различной вышивкой, которую принесла септа, и я нашёл в себе смелость заговорить с ней. Ей было пять, мне восемь, и я уже очень хорошо понимал свой статус. - Здравствуй, леди Санса, - застенчиво сказал я, не найдя достаточно мужества, чтобы назвать девочку просто по имени. Санса испуганно вскочила и, как только увидела меня, опустила голубые глаза. Её щёки стали такими же огненными, как и волосы, прежде чем она тихо ответила: - Здравствуй, Джон, - видимо, Санса была смелее меня. - Остальные играют на улице. Робб гоняется за Арьей, и они вместе валяются в грязи. Хочешь присоединиться? Она сморщила нос и покачала головой: - Я не хочу, чтобы мать нашла меня в грязи, и мне не нравится быть грязной. Я усмехнулся. Девочка на секунду нахмурилась, прежде чем моргнуть. - Почему ты не с ними... - Санса сделала паузу, пытаясь подобрать слова, - не развлекаешься? - спросила она. Я почти рассмеялся над её вежливой речью, которая явно была лучше моей. Седьмое пекло, она была лучше, чем у любого из нас. Затем я подошёл к окну и увидел Робба с Арьей, катающихся в грязи, за что их непременно отругают. Робб дрался в шутку, поскольку Арье было всего три. По правде говоря, я хотел бы быть там, но мне кое-что мешало. Во-первых, я не хотел ещё больше злить леди Старк. Во-вторых, я хотел поговорить со своей сестрой. И мне казалось, что если я оставлю её сейчас, то сдамся. Пока я здесь, говорю с ней - она моя сестра. Я был неравнодушен к ней больше, чем к кому-либо, хоть она и не чувствовала того же. - Ты не хочешь, чтобы мама наказала тебя, не так ли? - невинно спросила Санса, вырывая меня из размышлений. Сначала я удивился.Знала ли она? Знала ли она, что я был бастардом? Знала ли она, что я её брат лишь наполовину? Знала ли она, что я - постоянная причина злости её матери? Я помню, как моё сердце ухнуло вниз от понимания того, что девочка могла знать об этом уже какое-то время. От понимания того, что это могло быть причиной холодности с её стороны. Прежде чем я смог совладать со смущением, я поднял глаза, встречаясь с Сансой взглядом. В её глазах не было никакого презрения, лишь любопытство. Она не знала. И прямо сейчас, я был для неё старшим братом Джоном. - Я не пойду, если ты не пойдёшь, - улыбнулся я, пожимая плечами. - Почему нет? - смутилась девочка. Я ещё раз пожал плечами, не зная, что ещё сделать или сказать. Она задумчиво свела брови на переносице, а затем упёрла руки в бока: - Хорошо. Я ухожу из этой комнаты, но туда не пойду. - Куда тогда ты пойдёшь? - спросил я из любопытства. Санса приподняла брови, улыбнувшись той сияющей улыбкой, что всем так нравилась. Покачала головой, прежде чем схватить меня за руку и потащить к выходу, следуя возникшей в голове идее. - Куда мы пойдём? - поправила она. Я не успел ответить, как меня вытащили за дверь, мешая размышлять. Открывая дверь в её загадочный мир.

***

- Куда ты пойдёшь? - внезапно спросила Санса почти шёпотом. Её взгляд выдернул меня из воспоминаний. Она старалась подавить панику от нашего возможного расставания. Я почти улыбнулся тому, насколько это иронично. Насколько знаком мне этот вопрос. Я мягко, но решительно взглянул на девушку, прежде чем исправить его: - Куда мы пойдём? И вот оно. Искра понимания во взгляде. Почти настоящая улыбка, прежде чем звучит её чёткий ответ: - Домой. И так же, как в тот день, мы задавали друг другу одинаковые вопросы. В тот самый миг, когда Санса провела тонкими изящными пальцами по моей руке, я понял, что последую за ней, подобно Роббу, который всегда потакал её желаниям. Я остановился, глядя, как девушка крепко спит в моей тёплой и уютной кровати, с Призраком у ног, прежде чем подойти и сесть в кресло, что стояло рядом. Я закрыл глаза, отдаваясь воспоминаниям и мыслям, что Санса действительно пришла ко мне. Оглядываясь назад, я помню, что даже после того общего момента, она всё равно предпочитала Робба, а я, в свою очередь, Арью, которая следовала за мной подобно тени. Но мы нашли нашу собственную связь. В то время, когда Робб занимался с Арьей и остальными, играя за пределами крепости, я всегда мог найти Сансу, если не замечал девушку среди них. И когда я прятался, придаваясь тёмным мыслям, она каким-то образом находила меня. Чаще, именно Санса находила меня, нежели я её, поскольку она редко бывала также одинока, как и я. У неё были септа и многочисленные уроки вышивки, родители и Робб, который всегда готов был уделить время своей маленькой принцессе. Нет, девушка не была одинока. Но она часто была отстранена от братьев и сёстёр, как и в тот первый раз. Теперь, между нами так много всего. Слишком много потерь. Слишком много страданий. Слишком много ужасов, которыми только предстоит поделиться друг с другом. Санса, как и прежде, пришла, чтобы найти меня в темноте. Я не знаю, поняла ли она схожесть ситуаций. Может быть, девушка приехала сюда, просто потому что я был единственной семьёй, что у неё осталась. Или, может быть, это была судьба. Это всегда была особая связь. Независимо от того, как редко она проявлялась. Я всё это помню. Когда мы находили друг друга, то всегда мало говорили. Просто сидели в приятном молчании. Пока она старалась улучшить свой почерк, я терпеливо сидел рядом, время от времени читая книги. Когда Санса захотела сходить в конюшни и накормить лошадей сахаром, я пошёл с ней. Когда она находила меня в плохом настроении, то, в свою очередь, просто сидела рядом со мной. Иногда Санса начинала петь, не зная, что её голос приносит мне спокойствие. Думаю, мы были благодарны друг другу за компанию. По крайней мере, я точно был. Она иногда нарушала молчание из любопытства и никогда не обижалась на мои односложные ответы и фырканье. И сейчас я чувствую себя почти так же уютно, как в нашем молчании. В эти времена, когда Санса осталась без Робба и отца, которые могли защитить её - это придётся делать мне. Мне придётся быть тем, у кого она может попросить помощи. - Ты понятия не имеешь, сколько для меня значит твоё решение приехать сюда, - прошептал я спящей девушке, осторожно заправляя медную прядь волос за ухо. Она сонно приоткрыла один глаз, и её губы расплылись в ленивой улыбке: - Я должна была приехать, -девушка зевнула, - Я нутром почувствовала, что Джон снова сидит в темноте, придаваясь плохим мыслям, - поддразнила Санса, но голос её по-прежнему оставался сонным и невнятным. Я недоверчиво взглянул на сестру: - Ты всегда была хороша в том, чтобы находить меня, когда я прячусь. Затем мы одновременно рассмеялись, получая законный кусочек счастья, прежде чем вернуться к мыслям о битве и ужасах, поджидающих нас с утра. Прежде, чем усталость взяла верх, и мы уснули.