На Изломе

Дождь продолжал идти. Тяжёлые капли дождя срывались с ветвей придорожных деревьев, падая за шиворот, обжигали холодом и навевали злую усталость. Как будто мало было той злости и усталости, что преследовала от самого Ургота. Казалось, что эта дорога не кончится никогда. Этот дождь будет вечным. А закрываешь глаза — видишь тёпло-оранжевые стены и слышишь скрипки. И ещё было очень страшно, что они не успеют. Что там творится в столице? Что с Алвой? Его уже не догнать, но… хоть бы не слишком опоздать! Ричард измучился, взвешивая каждое слово перед Марселем. Что можно ему говорить? Очевидно, что некоторая степень искренности обязательна, если хочешь, чтобы он помог. Но насколько ему доверять? Он такой… многослойный, этот Марсель! Хотя лёгок на подъём, этого не отнять. — …Мы едем спасать Алву! — Я готов, — тут же отреагировал Марсель, — а куда и от чего? — Это длинная история. Я обещаю посвятить вас в подробности. Но умоляю, сейчас поспешите, иначе скоро спасать будет некого. И некому, потому что весь наш мир отправится к закатным тварям. Я серьёзно. Пожалуйста. Ричард был не уверен, что сам поверил бы умалишенному, городящему подобную чушь. Но, наверное, что-то в его тоне заставило Марселя пошевеливаться: — Хорошо, — проронил он, извлекая новую стопку бумаги, — но я должен знать некоторые общие сведения прямо сейчас, иначе не смогу помочь вам. Ричард кивнул, глубоко вдохнув. Виконт обходится без своих шуточек. Радуйся, он тебе поверил… Да виконт и сам нервничал. Хотелось бы знать, что не нравится ему более всего. Впрочем, все раздражающие моменты можно назвать одним словом: неизвестность. Неизвестно, что творится впереди. Неизвестно, удастся ли их авантюра. Ну и каждому из них неизвестно, что может вытворить спутник. Что поделать, Марсель доверяет ему не полностью. Он и сам доверяет Марселю не полностью. И, помилуй их всех Лит, что там с Айри? Он так и не закончил письмо. То есть, формально закончил. Попрощался прямо посреди рассуждений и отправил. Хотя, наверняка, сам он доберется до Олларии раньше, чем почта. Названия постоялых дворов не задерживались в памяти. Если бы не было жалко лошадей, Ричард бы и на ночь не останавливался. Впрочем, действительность ничуть не интересовалась планами простых смертных. …Тени обступают. Освещенный солнцем клочок земли словно съеживается — и Ричард знает, что сойти с него ни в коем случае нельзя. Тянет влажной духотой. Сердце бьется где-то в горле, в глазах темнеет, каждый вдох дается с большим трудом. «Не сейчас!» — хотел выкрикнуть Ричард, но раздается лишь бессмысленный хрип. Из последних сил он взмахивает соткавшимся из воздуха мечом, но темнота накрывает, сдавливая грудь… — Не сейчас, — простонал он, увидев плывущие перед глазами потолочные балки. Давно же у него не было приступов. Забыл уже, что с ним такое может быть. Спокойно, только спокойно, надо вспомнить, что обычно говорили делать Айрис. Не пытаться глотать воздух — сдавит только сильнее. Легко сказать, не пытаться глотать воздух… Ричард заставил себя разжать пальцы — от того, что стискиваешь ворот, только хуже. Расслабиться, вдыхать медленно. И можно скинуть одеяло, оно сейчас кажется мешком муки на груди. — Ричард, что с вами? — голос сонный, но не утративший любопытства. Да чтоб его закатные твари побрали, Марселю-то почему не спится? — Всё в порядке, — Ричард, наконец, смог сесть, опустил лицо в ладони, пережидая головокружение. — Вам опять что-то приснилось? — Нет. Отдыхайте. Рано подниматься, — теперь надо дойти до воды. Ричард обхватил кувшин, едва не пролив на себя содержимое, глотнул. Его мелко трясло, но грудь уже не сдавливало и перед глазами почти не плыло. Он вернулся в свою постель, укутался в одеяло и прикрыл глаза. Всё, пропал сон на остаток ночи. Надо нарвать крапивы. Подышать завтра крапивным дымом. Айри помогало. Правда, потребуется объяснить Марселю причины подобного поведения. О Леворукий. Насмешек не избежать. Ричард устало нахмурился. Кого вы пытаетесь обмануть? Вы же боитесь не самих насмешек, а… оказаться слабым. Да. Рядом с этими людьми хочется выглядеть стойким, сильным… Твёрдым и незыблемым, словом. — Вашим девизом стоило бы сделать «полон сюрпризов». — Вы уже не раз это говорили, — Ричард смеется, на душе светло и спокойно. Алва пробегает взглядом выцветшие от времени буквы. Скоро он выучит это письмо наизусть. — Вы понимаете, что не оставить выбора мне — дорогого стоит? — Конечно, Монсеньор. Мне от этого вдвойне приятнее. Кто-то ещё до меня сумел проделывать подобное? — возможно, легкое, сладкое вино помогает не смущаться и говорить прямо. А может, это просто время… — Герцог? Пора вставать! — весёлый голос Марселя. — Да. Благодарю, — промямлил всё-таки задремавший Ричард. За окном ещё темно. Да чтоб их всех кошки побрали, этих людей, из-за которых приходится вставать настолько рано, куда-то ехать… Он глотнул шадди — неплохого, на удивление. Или в такой момент сгодится любой, лишь бы горячий? Марсель, тем временем, не переставал произносить светский монолог: — А вам известно, сударь, как обжаривают самый лучший шадди? В предварительно разогретой печи, чтобы… — Простите, что перебиваю, — Ричард поставил чашку на стол, — но не стоит, право же. — Что именно? — полюбопытствовал Марсель. — Говорить без умолку. Я же вижу, что вам самому тошно. Я готов и без этого сделать вид, что всё хорошо и безмятежно. — Ричард, ваша прямота делает честь военному. Но дипломату стоит делать вид несколько более качественно. — Я понял. Кстати, о шадди: с крапивным дымом его вкушать ещё приятнее. Удивлённый взгляд Марселя несколько вознаградил его за усилия. Так и до Олларии дожить можно. Было даже забавно наблюдать, как Марсель медленно оставляет попытки казаться столичным франтом. Разве что бриться по утрам не перестал. Наверняка, он не привык к такой жизни. А обезумевший спутник тащит его за собой, невзирая на погоду, грязь и отсутствие привычных удобств. — Скажите, Ричард, — Марселю, видимо, наскучило ехать молча. Ветер как раз стих, не заглушал слова, и виконт этим воспользовался, — почему вы так уверены, что план побега не стоит и рассматривать? — Потому что Монсеньор связан клятвой, — насколько было бы проще организовать побег по сравнению с тем, что им предстоит… — Но вы утверждали, во-первых, что Его Величество отречется от престола, а во-вторых, законный король — Алва. — К сожалению, в клятве Первого Маршала фигурирует имя монарха. Я проверял, — Ричард медленно вдохнул, опустив голову. — Хм, — Марсель прищурился на показавшийся из-за тучи краешек солнца, — кажется, я понимаю… Вы уверены, что этот ваш Альдо не уловит нюанс? — Не мой! — вспыхнул Ричард. — И не уверен. Но предложить другого плана не могу. А вы? — Все планы, которые я мог предложить, вы отмели. — Сожалею. Я всего лишь хочу, чтобы было как можно меньше жертв. Пока подойдет с границы Северная армия, успеет произойти слишком много. Ричард в очередной раз принялся уныло подсчитывать, кому можно доверять в принявшей узурпатора столице. Создатель, лишь бы поверили! Лишь бы доверили хоть что-то… Придётся поговорить начистоту с Приддом, этого не избежать. Но как? Когда и где? Как остаться наедине так, чтобы не вызвать подозрений? Подождите, герцог, вы еще даже не добрались до Олларии… Королева — Айрис даже под страхом смертной казни не готова была назвать ее «бывшей королевой» — обитала в апартаментах золовки, куда её вместе со свитой выдворили из королевских покоев. Её Величество с трудом перенесла выпавшие на её долю лишения — Багерлее, отречение короля, теперь ещё этот… анакс, с его приторно-лживой почтительностью! И ещё и это унижение, а она продолжает с достоинством принимать свою участь! Айрис поёжилась, кутаясь в шаль. Она бы так не смогла. Айрис сердито покосилась на плотно занавешенное окно. Вечно Краклиха шторы сдвинет так, что ни лучика снаружи, комната после этого вообще гробом кажется. Госпожа Арамона едва заметно коснулась её руки, указала глазами на чтицу. Айрис поджала губы, постаралась принять наиболее благочестивый и постный вид. Негоже устраивать скандал, тем более, что это ничем не поможет. Хотя сдерживаться очень трудно. Как это тяжело и несправедливо! И что с Диконом, в конце-то концов?! Айрис опустила глаза, судорожно вздохнув. И хорошо, что он не приехал с Алвой, его могли тоже посадить в тюрьму или вообще убить. Но куда он тогда делся? Почему он не приехал? Несмотря на их положение затворниц, фрейлины уже обсуждали новость: мол, герцог Окделл освобожден от службы оруженосца. Косились при этом на Айрис, гадкие сплетницы! Если бы не Селина и госпожа Арамона, было бы совсем плохо. Королеве, впрочем, ещё хуже. Она всё время бледная, ничего не ест, хотя Ракан присылает дамам разные лакомства, да и в Багерлее с ними обращались терпимо. — Ваше Величество, — толстуха Мэтьюс, — Ваше Величество, в приёмной герцог Придд, просит позволения видеть герцогиню Окделл. Айрис нервно сглотнула. Зачем он явился?! Прав был Дикон… — Да, Айрис, вы можете выйти. — С вашего позволения, — она глубоко вдохнула, отвешивая необходимый реверанс, и решительно зашагала в приёмную. Отвадить его раз и навсегда! Что он себе вообразил?! Она не будет женой изменника! Словно не понял, что значат отосланные обратно цветы! Он посылает ей цветы, он смеет посылать ей цветы! Мерзавец! Валентин стоял чуть поодаль, у окна галереи. Айрис едва ли не бегом преодолела разделяющие их несколько футов, остановилась, скрестив руки на груди. Следовало что-то сказать, но говорить она была неспособна, только кричать… — Сударыня, — у, ледяная рожа! Ещё и кланяется! — Я вас слушаю, — Айрис прикусила щёку изнутри, чтобы не разрыдаться. — Разрешите пригласить вас немного прогуляться, — кивнул в сторону садика. — Прогуляться? С вами? — прошипела Айрис, теряя последние крохи самообладания. — После того, как вы переметнулись на сторону узурпатора?! — Я понимаю ваши чувства, герцогиня. Но всё же позвольте объясниться. — Да я слышать не желаю вашу… изящную словесность! Ненавижу! — вспылила Айрис, слёзы всё-таки брызнули из глаз. — Как вы могли! Ненавижу вас, ненавижу! Я вам верила! — Герцогиня… — Спрут протянул руку. Он ещё смеет к ней прикасаться! Вне себя, Айрис вцепилась в наглаженный камзол, тряхнула, одновременно пнув пониже колена. Спрут, к её злобному удовлетворению, побледнел, сделал попытку вытащить её в садик, ткань затрещала. Так ему и надо! Девушку всю трясло, но отступать она не собиралась, пнула ещё раз. Будет знать, как хватать за руки чужих дам! — Отпустите сейчас же! — срывающимся голосом потребовала она. — Сударыня, — Придд затащил её за кадку с каким-то раскидистым кустом, наклонился к самому уху, — вы поможете мне спасти герцога Алву? Айрис замерла, задыхаясь. Создатель… — В-валентин? Он снял плащ, набросил ей на плечи, повёл к скамейке. Айрис больше не сопротивлялась, не чувствуя ног от нахлынувшего понимания. Создатель, она только что избила герцога Придда. — Простите, что ввёл вас в заблуждение, — так же тихо и невозмутимо продолжал тот, — надеюсь, я могу рассчитывать на ваше молчание? — Валентин… — она всхлипнула, уронила лицо в ладони, — простите… Я… простите… — Я понимаю, Айрис. Я не обижен, — терпеливо ответил Придд, взяв её за кончики пальцев. — Я… не… не подобает… — только бы не приступ! Рыдания душили, не давая говорить. Какой же позор… — Die Sterne leuchten, — тихо запел Валентин, приобняв её за плечи, — Aber das Kind schläft nicht Es hat Angst, heute Die Nacht ist schrecklich. Seine Mutter kommt in Sie streichelt seinen Kopf Sie küsst seine Stirn Sie sagt, die Wache ist auf dem Hof. Die Sterne lächeln Das Kind schläft, lächelnd…* Айрис прерывисто вздохнула, вытирая щёки, слегка отстранилась. — Спасибо. Простите, Валентин… — Вы много перенесли. — Вы тоже, — девушка склонила голову, — вы тоже были в Багерлее. — Оставим это. Айрис кивнула, сцепила пальцы перед собой: — Как именно я могу вам помочь? — Быть сдержанной и внимательной. Я уверен, что среди фрейлин ходят разные слухи. Вы премного обязали бы меня, если бы их мне передавали. А теперь идёмте. Мы слишком долго находимся наедине, это становится неприличным. — Да, конечно, — смущенная Айрис приняла предложенную руку. Но где же Ричард, всё-таки? ____ * «Звезды светят, но ребенок не спит. Ему страшно, сегодня ночь пугает. Входит его мама, гладит его по голове, целует в лоб, говорит, что стража во дворе. Звезды улыбаются, и ребенок спит, улыбаясь» Беспрепятственно удалось ехать чуть ли не до самой Олларии. Ричард неодобрительно покачал головой. Неужели они там не задумались об охране города? Хоть бы один разъезд попался! Или у них настолько плохо с войсками, что не могут себе позволить распылять силы? Любой из этих вариантов, конечно, играл на руку его затее. Вот только указывать ли Альдо на упущение? А, Леворукий! Как ни продумывай каждый шаг, всё равно ошибёшься. Алва велел положиться на интуицию… Алве виднее, конечно. Ричард глубоко вдохнул, прикрыл глаза на мгновение. Хоть бы Альдо ему вообще поверил. Он впервые действовал совершенно один. Наконец, впереди показались воины в лиловом. Спруты. Может, и к лучшему. Ричард позволил себя остановить, гордо назвался, потребовал провести себя прямиком к его величеству Альдо Ракану. Спруты молча перестроились. По выражениям их лиц понять что-либо было невозможно, и Ричард предпочёл также промолчать. Въехав в город, Ричард немедленно скорректировал планы: уж слишком удручающее зрелище предстало его глазам. Кто тут отвечает за порядок — без Эпинэ? Город надо спасать. Весьма затруднительно проделать это без единого преданного ему лично солдата. Ну как Алва умудрялся справляться без армии? Нет, он обязан справиться, потому что больше просто некому. Сейчас особенно отчётливо были видны попытки Альдо делать вид, что всё хорошо. Яркие флаги, одежда гимнетов — и серый, унылый, словно припорошенный пылью или поседевший город. Помните, герцог, вы восторженный болван. Ричард поёрзал в седле, изображая нетерпение. Подъехать. Спешиться, небрежно бросить поводья, не глядя. Алва отучил его так делать, но… умениями, полученными у Алвы, не стоит так уж щеголять. Шаг, ещё шаг. Распахиваются двери. Коридор, смутно знакомые лица, шпалеры. — Герцог Окделл к его величеству! Держите себя в руках, герцог. Альдо, одетый в белое, широко улыбнулся, в несколько шагов оказался рядом. — Добро пожаловать в Ракану, Ричард. Я знал, что ты приедешь! Жильё было слабым местом его плана — это Ричард понимал. В особняке Алвы он обитать не хотел. Но на месте Альдо он бы нашёл не так уж много других вариантов: разве что во дворце поселить. Понятно, что Альдо ему не доверяет: с чего бы? Явно захочет либо у себя под носом держать, либо разместить в отдалении от возможных сообщников. Ричард знал, что притворяться он умеет плохо. Но… если нервничать, сил на разумные действия не останется вообще, поэтому необходимо держать себя в руках. «Держи себя в руках. Ты умеешь. Думай о том, кому и что ты говоришь, и внимательнее выбирай, кому доверять». В итоге Ричард разместился в гостинице. Нанёс визит королеве — нарочно в такое время, чтобы его не пустили, постарался произвести как можно больше шума — и «сдался», уехал. Прости, Айри, так надо, ты потом поймёшь. Оставалось надеяться, что Спрут ложится поздно. Дверь открыл слуга в лиловой ливрее, но с таким лицом, что та казалась серой. — Доложите: герцог Окделл к герцогу Придду. — Монсеньор не принимает. Этого следовало ожидать, и Ричард не растерялся. — Всё же доложите. Я полагаю, он меня примет. Скажите ему, что… я верю, что это был не он. Слуга скрылся, никак не выказав удивления. Ричард отступил поглубже в тень. Конечно, соглядатаи Альдо его не упустят, но случайным прохожим не стоит на него заглядываться. Через несколько минут его всё-таки впустили. Ричард отчаянно стиснул зубы, вдохнул поглубже. От этого разговора зависит столько всего, что дрожь пробирает. — Герцог Окделл. — Придд поднялся ему навстречу из-за заваленного книгами стола. — Приношу извинения, что нарушил ваше уединение, — сухо кивнул Ричард, — но это важно. — Что ж, располагайтесь. Вина? — Благодарю вас, лучше шадди. Придд отдал распоряжения очередному серому слуге. Если отвлечься от ненависти, он выглядел как-то нехорошо. Ричард провел пальцами по глазам, тут же обругал себя за алвовский жест. — Позвольте выразить свои соболезнования в связи с постигшей вас утратой. — Благодарю. Ричард помолчал, дожидаясь, пока слуга выйдет. Придд смотрел на него с холодным выжидающе-вежливым выражением в блеклых глазах. — Нас никто не услышит? — Нет. — Тогда я хотел бы, чтобы вы выслушали меня до конца, — выступать перед этим человеком в позиции просителя было крайне неприятно. «Ты делаешь это ради Талига». — Что вам угодно? — Будем говорить начистоту. Я знаю, что главная ваша цель — уберечь ваших людей, так как вы несете за них ответственность. — Я никогда не делал из этого тайны. — Я понимаю. Поэтому и решил обратиться к вам. Тем более, если ваши намерения в отношении моей сестры серьёзны. — Серьёзны, — кивнул Придд, и в его глазах на мгновение промелькнуло нечто человеческое. Ричард набрал в грудь побольше воздуха, словно ныряя. — И ещё я знаю, что вам не по душе воцарение… Альдо Сэц-Придда. Хозяин, и до того похожий на статую, окаменел еще больше. — Извольте объясниться. — Разумеется. Не могу сказать, что вы мне нравитесь. Но я вам доверяю, и не только потому, что вы любите мою сестру. Буду откровенен: у меня нет ни единого верного мне человека. Но зато есть некоторая информация. Мне нужна ваша помощь. Мне — и Талигу, в конечном итоге. — Боюсь, я не понимаю, о чём вы. — Понимаете. Только считаете, что меня подослал Альдо — и не доверяете. Это разумно. Я бы вам тоже не доверял в подобной ситуации. Но посудите сами — дружбы между нами никогда не было. Я бы не стал так… подставляться, если бы не крайняя необходимость. Придд поднялся из кресла, прошёлся по комнате, заложив руки за спину. Ричард терпеливо ждал. Марсель тоже не сразу поверил. — Вы подстрекаете меня поднять мятеж? — Нет. Вручить власть законному королю. Рокэ Первому. Молчание. Придд безупречно владел собой, вот только глаза его выдавали. И недоверие там, и напряжённая работа мысли. Ричард отпил шадди, не чувствуя вкуса. — Вы сильно изменились со времён Лаик. — Это естественный процесс, не так ли? — вернул реплику Ричард. Ещё одна пауза. Решайся уже на что-нибудь! — Почему вы так уверены, что я не прикажу выдать вас… его величеству Альдо? — Не уверен. Но если вы это сделаете, смысла в подобном поступке не будет. Я один, за мной никто не стоит, как я уже говорил, у меня даже солдат нет. И для вас лично нет в этом пользы, ведь под пыткой я могу признаться, что это вы меня подстрекали. И это не угроза, а объяснение, почему я не жду с вашей стороны подвоха. Вы умны, вы не можете этого не понимать. — Чего я не понимаю, так это вашей уверенности в моей лояльности Талигу, а не Талигойе. — Я непременно расскажу вам об источнике моей уверенности, но сейчас он не так важен. Это долгая история, а я не хочу слишком задерживаться у вас, поскольку это подозрительно. — Хм. И какова же цель вашего визита? — Справиться об Айрис, конечно же. Придд медленно кивнул. — Почему же вы не навестили её саму? — Увы, меня не пустили в столь позднее время, и марать фамильную честь скандалом я не стал. Но братские чувства важнее некоторых приличий: вы — не дама, вас я решился потревожить в сей неурочный час. — Понимаю. Где вы остановились? — В гостинице. — Хорошо. Что ж, раз вы здесь, приличия требуют, чтобы наши с герцогиней Окделл встречи происходили либо при дуэнье, либо при старшем родственнике. Ричард, не сдержавшись, скрипнул зубами. Терпеть, даже ради дела, влюблённые взгляды этих двоих? Нелегко ему придётся! — Вы правы, герцог Придд. Хозяин едва заметно улыбнулся. — А вы правы, что продолжаете меня ненавидеть. Это поможет нам избежать подозрений — хотя бы первое время. — Я не ненавижу вас, — скрепя сердце, ответил Ричард, — лично вы ничего мне не сделали. — Не будем пускаться в обсуждение истоков чувств. Не время. — Да. — Ричард поднялся. — Благодарю за помощь. — Передавайте вашей любезной сестре мои самые сердечные пожелания скорейшего выздоровления от лёгкой, но досадной простуды. Оба поколебались, прежде чем протянуть друг другу руку. Ричард разозлился, решительно пожал ледяные пальцы первым. Он переходил на «ты» с навозником, почему теперь надо шарахаться от Повелителя Волн? Следует написать матери. Раз он в Олларии, пусть пришлёт отчёты о содержании Надора. Во-первых, этим действительно надо заняться. Во-вторых, от этого занятия хотя бы не веет глухой безнадёжностью, в отличие от затеи спасать мир втроём с Валме и Приддом. В третьих, это дополнительное средство усыпить подозрительность Альдо. Приехал Повелитель Скал, с головой погрузился в экономику своей провинции. Что может быть невиннее? Только хлестать вино и волочиться за юбками, но этого он делать не станет. Что он упустил? Ричард смотрел в потрескавшийся потолок, чувствуя, как в носу начинает щипать. Под каким предлогом увидеть Алву? Или, наоборот, не проситься к нему? Если показать, что туда не хочешь, Альдо, напротив, может потащить, ещё и полюбуется на сцену встречи. А он выдаст себя, не сможет не выдать… Дверь отворилась с отвратительным скрипом. Алва висел на цепях, из ссаженных запястий сочилась кровь. В темнице было жарко — сейчас это показалось благом, поскольку Алва был одет лишь в скудные лохмотья. — Ну, — Альдо подтолкнул Ричарда в спину, и тот едва смог удержаться на ногах. — Иди, поприветствуй своего эра. Посмотри, к чему привело твоё предательство. Алва хранил молчание, даже не посмотрел в их сторону. Лишь закушенная губа позволяла понять, что он ещё не потерял сознания. — Ворон! Ты не взглянешь на свою подстилку? Мальчик разочарован, он так спешил к тебе. Ричард прикрыл глаза. Тишина звенела вокруг… Или это было дыхание Скал? Камень, камень окружает их, настороженный, суровый и древний, он готов вступиться за своего господина. — Убей! — шепнул Ричард. Последним, что он увидел, было ошеломление на окровавленном лице Альдо — навечно застывшее ошеломление… Утро Ричард посвятил объезду города. После таких снов стоило проветриться. Ну и посмотреть на Олларию новым взглядом тоже требовалось. Надо знать, на что обращать внимание в первую очередь. На сей раз эту работу за него никто не сделает. Позже он осознал, что уцелел лишь чудом. Одинокий всадник, богато одетый, при одной только шпаге — пистолета хватило бы лишь на один выстрел, а дальше что? То, что Альдо предпочитает лгать, запугивать, вешать, он видел ещё в прошлой жизни. Сейчас было вдвойне тоскливо смотреть на притихший, словно замерший перед прыжком, город. Предположим, Альдо сделает его цивильным комендантом. Но что ему тут подвластно? Никакой реальной силы у него нет. Хорошо, нет реальной силы — будем её создавать! У Алвы это получалось, значит, он тоже обязан суметь. Выбора нет. Он сунулся в эту петлю сам — значит, надо найти способ справиться. Каким образом заполучить для себя удобную должность, Ричард не знал. Они обсуждали это с Марселем, но к единому мнению не пришли. Впрочем, Марсель на своих вариантах и не настаивал, сокрушаясь, что они не знают, какие тут будут условия. На паре-тройке сырых заготовок они, конечно, сошлись. Ричард решил начать с наиболее безобидной. Он поехал во дворец, пытаясь воскресить в себе то чувство обожания, которое он питал к Альдо в прошлой жизни. В сущности, даже не обязательно было пробиваться на должность цивильного коменданта. Достаточно было находиться при Альдо в нужные моменты. Таковых Ричард наметил для себя несколько. Проклятье. Как ему вообще удалось прийти к власти? Ричард же так старался, через Алву предостерег ненавистного кардинала, поспособствовал тому, что Эпинэ покинул Альдо, предотвратил гибель Оноре… Ну что он упустил? Его величество изволил восседать в своем кабинете, окруженный… как там их называл Алва? Саранча? Ричарда пропустили немедленно. Он поклонился и скромно занял место у стены, будто робея. — Все свободны. Вы останьтесь, герцог Окделл. Начинается. Ричард вскинул голову, изо всех сил стараясь добавить к легкой панике безудержную радость от внимания сюзерена. — Ваше величество! — Просто Альдо, — тот улыбнулся одними губами, — у меня не так много друзей, чтобы разводить церемонии. Ричард поклонился еще раз, едва не сбив с полки статуэтку. Как он раньше не замечал этого хищного выражения в глазах Альдо? — Благодарю, — пробормотал он. — Ты так молод. — Альдо поднялся из кресла. — Но уже так похож на своего отца. Накануне мы не успели как следует поговорить. Но сегодня нам никто не помешает. Рассказывай. — Что именно? — с готовностью подался вперед Ричард, прикидывая, с какой полуправды следует начинать. — К примеру, что ты вчера делал у Придда. Ричарда перекосило при упоминании этого имени — совершенно непритворно, как с сожалением отметил он про себя. — Герцог Придд, — с плохо скрытой неприязнью в голосе начал он, — обручен с моей сестрой. Когда меня вчера к ней не пустили, я решил, что ему лучше всех известно, как она поживает. У Айрис слабое здоровье, — добавил он, вздохнув, — наверное, я должен был спросить вашего позволения, но я очень за нее волновался. — Что ж, дарую тебе это позволение — посещать ее в любое время. — Альдо кивнул. — Ты говорил, они обручены? — Они любят друг друга. И герцог Придд — один из Повелителей, а значит, формально — подходящая для нее пара. Я не смог найти предлога им отказать, — Ричард вспомнил, как Айрис впервые поделилась с ним мнением о Валентине, и угрюмо засопел. Альдо понимающе хлопнул его по плечу. — Вероятно, ты не знал, что ваша матушка, герцогиня Мирабелла, потрудилась договориться о моем обручении с дочерью Эгмонта. — Ваше ве… Альдо, — Ричард покраснел, опустил голову. — Ничего. Не будем мешать любви. Свадьба Повелителя Волн и сестры Повелителя Скал послужит предвестницей новой, благословенной эпохи в истории Талигойи. — Да, ва… Альдо, — не слишком весело отозвался Ричард. — Прекрасно. Теперь расскажи, как ты добрался до Олларии. — Я спешил, что было сил! Я не знал, что именно произошло, до меня доходили только слухи, и я надеялся, что они правдивы! — горячо вскинулся Ричард. — Ты бросил своего эра? — Он освободил меня от клятвы, — пожал плечами Ричард, — я рассудил, что с этой минуты волен распоряжаться собой. Поэтому и поспешил сюда. — Твой эр здесь, — лениво объявил Альдо. Ричарду удалось почти не измениться в лице. Альдо наверняка заметил секундное колебание. Абвении… — Здесь? Он тоже теперь ваш подданный? Он вам присягнул? — а вот бестолковое выражение лица наверняка удалось на славу. Альдо хмыкнул. — Нет, Ричард. Он не присягнул мне. Он пытался освободить узурпатора и лжекардинала, и теперь находится в Багерлее. Хочешь навестить его? — Если это будет вам угодно, — Ричард склонил голову, молясь, чтобы не побледнеть. — Посмотрим. Итак, зачем ты здесь? — Ч-чтобы служить стране там, где понадобится, — он опустился на одно колено, — я клянусь в верности истинному королю, законному наследнику Раканов! Пауза показалась вечной. — Встаньте, герцог Окделл. Мы принимаем вашу службу. Ричард вскочил, не скрывая радости. Получилось! Неужели получилось! — Я подумаю, какая служба более всего подобает Повелителю Скал, — пообещал Альдо. — А какую должность ты бы хотел? — Ту, которую вы сочтете нужным мне поручить, — скромно ответил Ричард, — лишь бы быть рядом с вами. — Я подумаю, — повторил Альдо. — Что ж. Можешь навестить свою сестру. Ричард снова поклонился и вышел. Неужели он сумел? Неужели хоть что-то вышло, как надо? Неужели он научился хоть с чем-то справляться самостоятельно? Айрис чинно вышла в садик, придерживая шаль кончиками пальцев. Ричард поднялся со скамейки ей навстречу. Она похудела и вытянулась еще больше, а вот личико уже не такое бледное. Создатель, как с ней держаться? — Айри! — он распахнул объятия. Сестра, вся напряженная, так же медленно приблизилась, коротко обняла и отступила. В ее серых глазах плескался немой вопрос. Ричард вдохнул поглубже и тихо спросил: — Герцог Придд говорил, ты перенесла простуду? Плечи Айрис дрогнули и расслабились. — Дикон… Я очень, очень, очень волновалась! Ричард обнял ее еще раз. На сей раз она не стала отстраняться, прижалась к нему. — Откуда ты здесь? — Я приехал вчера. Но меня к тебе не пустили, было уже поздно. Айри… его величество Альдо разрешит нам видеться тогда, когда мы захотим. И он согласен на вашу с Валентином свадьбу. Благослови Создатель его сообразительную сестру. Она уловила все намеки, хоть и неумелые. — Дикон, что нам теперь делать? — еле слышно шепнула она. Он взял ее под руку, повел к скамейке, усадил. — Теперь все наладится. — уверенным тоном объявил он. — Олларам был отпущен один Круг. Настала пора вернуть те времена, когда титул «Повелитель» что-то значил! Айрис сидела, сложив руки на коленях, и криво улыбалась. Ричард произнес еще несколько напыщенных фраз из прошлой жизни. Сплетницы наверняка сидят у окон, подглядывают и подслушивают, в покоях слышно то, о чем громко говорят во дворике. Где бы встречаться с Приддом так, чтобы никто не узнал? — Ее величеству нездоровится, — проронила Айрис, когда он замолчал. — Я нахожусь при ней, я и Селина, и мы стараемся помочь. Но ей плохо. — Я попрошу его величество Альдо прислать к госпоже Оллар лучших лекарей. Негоже, чтобы ни в чем не повинная женщина страдала. — Спасибо, — Айрис поднялась. — Когда ты теперь сможешь прийти? — Я постараюсь побыстрее, — Ричард взял ее за обе руки, подышал на озябшие пальцы. Бедная девочка. — Храни тебя Создатель, — она вырвалась, подхватив юбки, и быстро пошла к галерее. Это были всего лишь вторые его сутки в Олларии… Вечер Ричард посвятил написанию обстоятельного письма матери. Тянуть нельзя, времени нет. Очень, очень не хотелось этим заниматься, но… «Больше некому», — мысленно твердил Ричард, далеко не впервые за последнее время. Следующий день он планировал потратить на сбор информации, но, как обычно, реальность имела мало общего с его планами. Его величество проводил совещание по поводу коронации. Ричард с неприятным удивлением увидел на месте Повелителя Молний какого-то незнакомого мужчину в цветах Маранов. Леворукий, каким образом? Мало им всех этих Берхаймов и Карлионов? Придд сидел напротив, с идеально постным лицом. Да уж, матушка найдет в нем родственную душу. Как он ухитрился понравиться Айрис? И вот это — его будущий зять? Вот это — его союзник? За этими мыслями Ричард едва не пропустил момент, когда господа придворные начали расходиться, кланяясь и пятясь. Тьфу. Он поднялся было, но Альдо покачал головой. — Герцог Окделл, герцог Придд, задержитесь. Неужели будет говорить о свадьбе? — Истинным Повелителям следует держаться рядом. Я бы хотел, чтобы во имя древней крови и во славу Талигойи здесь находились все четверо, но увы. Герцог Окделл, где вы остановились? — В гостинице, ваше величество, — Ричард похолодел. Началось. — Отчего? Ваш особняк занят? — Нет… Его снесли, давно еще… — Вот как, — Альдо перевел взгляд на Придда, — герцог, насколько мне известно, вы скоро породнитесь. Возможно, вы сочли бы приемлемым отвести покои герцогу Окделлу. — Что?! — с ужасом перебил его Ричард, осекся, покраснел. Вот этого только не хватало. Создатель… — Прошу прощения, но… я бы не хотел стеснять герцога Придда. — Вы нисколько меня не стесните, — ледяным тоном ответил тот, — если такова будет воля его величества. — Будет, — удовлетворенно кивнул Альдо. Ричард почувствовал, что его сейчас подхватит и понесет. Он с силой прикусил внутреннюю сторону щеки. Создатель, какой позор! Ладно еще, особняк Алвы, хотя и туда он тоже бы сейчас на пушечный выстрел не подошел, но… быть приживалкой у Спрута?! Такое унижение! Глубоко вдохнув, он заставил себя успокоиться. Это пойдет на пользу делу. Они могли бы совещаться, не вызывая подозрений. — Слушаюсь, ваше величество. Благодарю вас, герцог Придд, за ваше любезное гостеприимство, — скрепя сердце, ответил он. — С вашего позволения, я должен отдать необходимые приказы своим людям, — Придд поднялся. — Безусловно, — Альдо кивнул, улыбнулся Ричарду. Тот сглотнул, пытаясь окончательно прийти в себя. А может, он что-то заподозрил? Может, это проверка? Ричард постарался представить, как отреагировал бы в прошлой жизни. — Вы хотите, чтобы я за ним… приглядывал? — шепотом спросил он после паузы, когда шаги Придда стихли. — Вы ему тоже не доверяете? — Я знал, что ты поймешь меня, — Альдо хлопнул его по плечу. — Конечно же, я не призываю сына Эгмонта Окделла шпионить, но уверен, ты сам сможешь определить, о чем мне следует знать. — С-спасибо, — кивнул Ричард. Даже думать нельзя о том, что он может не справиться. Переезжать к Придду было крайне унизительно, хотя, если судить справедливо, тот постарался проявить учтивость. Сам встретил, показал покои, держался вежливо, без тени насмешки. Для гостя была приготовлена ванна, молчаливый слуга принес шадди — как раз в меру горький, чтобы внутренне собраться. Ричард вымылся, переоделся в чистое, провел гребнем по волосам. Плевать, спрутьей безупречности он никогда не добьется. Будем безупречными на окделлский манер. Ладно, по крайней мере, Айрис порадуется. Когда его известили, что обед подан, Ричард уже успокоился и даже примерно продумал, что делать дальше. «Думай, кому доверять». Эх. «Положись на свою интуицию». Создатель… — Здравствуйте, — вежливо поприветствовал он Придда, входя в трапезную. — Прошу вас, — тот кивнул на массивный стул с резной спинкой, чуть ли не трон. — Благодарю. Слуги начали подавать блюда. Ричард заметил, что хозяин на несколько мгновений замер над тарелкой, словно молясь. Кто знает, в кого верят спруты. Ричард тоже прикрыл глаза. Лит, ты привел меня сюда. Я очень хочу справиться. Помоги мне… Некоторое время ели в молчании. Когда подали шадди и сыры, Придд жестом отпустил слуг. — Полагаю, нам надо поговорить. — Вы правы. И, как мне кажется, это будет очень длинная беседа, — решительно кивнул Ричард. — Возможно, даже несколько бесед. Прежде всего, приношу извинения за… чрезмерную реакцию. — Что вы, это было крайне, хм, правдоподобно и убедительно. Он милосерден, этот Придд. — Благодарю вас. — Итак, — Придд переплел пальцы, опустил на них подбородок, — я бы хотел начать с главного. Я думал над вашим предложением. Также я позволил себе отправить своего человека с целью проследить за вами. Надеюсь, вы простите мне эту волность. — Вы должны были удостовериться, — Ричард криво усмехнулся. — Я понимаю. Это правильно. Напротив, я бы удивился, если бы вы не проявили осторожности. — У вас есть план? — Самый общий. Пускаться в детали я не мог из-за… ограниченности ресурсов. Я полагаю… вы знаете, что истинный наследник Раканов — это герцог Алва? — Знаю. Откуда это известно вам? Ричард слегка отодвинулся от стола. Начал — продолжай. — Оттуда же, откуда мне известно и множество других сведений. Я вижу вещие сны. Некоторые из них показывают то, что может быть, некоторые предостерегают, некоторые предсказывают в деталях… В любом случае, это источник информации, которым я более или менее умею пользоваться. — Хм, — Придд откинулся на спинку кресла, повертел в пальцах салфетку, — признаться, неожиданно. Не удовлетворите ли мое любопытство — как давно вы их видите? — С дня Святого Фабиана. С тех пор, как попал в дом Алвы, — почти не покривил душой Ричард, — я знаю, вам сложно поверить мне, тем более, вы наверняка считаете меня самовлюбленным вспыльчивым гордецом, который вас ненавидит. Уголок рта Придда дрогнул. Он помолчал, складывая салфетку в безукоризненный квадрат. — Герцог Окделл, я не знаю, что натолкнуло вас на подобную мысль. — Простите, — а, Леворукий. Краска бросилась в лицо, и Ричард отпил еще шадди, пряча взгляд в чашке. — Если вас не оскорбит мой вопрос — что, все-таки, я делал в ваших снах, что вызывает у вас подобные противоречивые чувства? Я бы не хотел, чтобы это повредило нашему сотрудничеству. Ричард глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Это глупо, в конце концов. — Это не повредит. Вы, собственно, не делали ничего бесчестного. Просто… мне сложно взаимодействовать с настолько скрытными и сдержанными людьми. — Учитывая вашу скрытность, мне странно это слышать. Ричарду пришлось напомнить себе, что Валентин не может знать о той, прошлой жизни. Он вздохнул, слегка расслабился. — Возможно. Скажите, мы можем называть друг друга по имени? Безусловно, наедине. Придд кивнул, тоже утратив часть своей каменности. — Итак, в общих чертах ваш план звучит как «посадить Алву на трон». — Да. Во все эти тонкости со стихиями, клятвами и прочим древним наследием можно не верить. Но — нравится нам это или нет — частично они правдивы. И на Изломе нам нужен Ракан. Настоящий. Нам надо провести Талиг — да и весь мир, как бы высокопарно это ни звучало — через возможные бедствия. Здесь есть сразу несколько сложностей. Герцог Алва клялся в верности своему королю. И то, что тот отрекся, не имеет никакого значения. — Я понимаю, — кивнул Придд. — Спасибо. — Ричард искренне порадовался, что не пришлось рассказывать дюжину легенд, как Марселю. — Кстати, в этой затее принимает участие еще и виконт Валме. Его задачи, главным образом, найти нам финансирование и подготовить пути отступления для Алвы. — Пути отступления? — Да. В своем нынешнем состоянии герцог Алва не сможет вступить на престол. Я не знаю, что тут такое происходит, но этот город… он питается его жизненной силой. Это еще одна причина моей спешки. Третья причина — Альдо не просидит на престоле долго. Тут скоро будет либо мятеж, либо… либо подоспеет одна из армий с границ. В общем, будет война. А я бы хотел, чтобы было как можно меньше жертв. Кстати, с этой же целью я и пытаюсь закрепиться около Альдо. Я… видел во снах, — Ричард покраснел, — несколько ключевых моментов, способных привести к кровопролитиям среди мирных горожан. Никто, кроме меня, их не опознает. Прид сосредоточенно кивал. Судя по всему, он верил. Что ж, это радовало. Конечно, не обойдется без уточнений. Но, в целом, кажется, он доверился правильному человеку. — Я считаю, вашей сестре тут не место, пока все не кончится. Ричард уныло вздохнул. Бедная Айрис. — Она не согласится оставить ни вас, ни королеву, ни меня. — Перед свадьбой ее можно отправить в Надор, согласно обычаю. — Я знаю этот обычай, — перебил его Ричард, — моя сестра, к сожалению, не слишком ладит с нашей матерью. — Я понимаю. Но с войсками, чьи бы они ни были, она поладит еще меньше. Ей не место в столице. Куда угодно — хоть на воды, лечить грудную болезнь. «Хоть в Придду, герцогиней» — повисло в воздухе продолжение фразы. Конечно, он был прав. Но кто защитит Айрис вне столицы? — Хорошо, вы правы, Валентин. Надо продумать, куда, как и когда она поедет. — И в каком качестве. — Да. Придд поднялся со своего стула, прошелся по трапезной, остановился у окна. Они уже так долго говорят — без единой насмешки, без единого оскорбления. Мог бы Ричард поверить в подобное? — Хорошо, — проронил Придд, наконец, — благодарю вас, Ричард, что вы решили посвятить меня в свои планы. Продумаем, как их воплотить.