НЕБЕСА, ЗЕМЛЯ И ЛЮДИ

Мэйхуа – это дикая горная китайская слива. В Древнем Китае символизирует долголетие, зиму, красоту, чистоту, отшельничество. Так как в Китае эта слива цветет зимой (!), она также олицетворяет силу, стойкость, триумф, животворящую силу, так как ее мощные узловатые ветви, кажущиеся на первый взгляд сухими, выпускают цветущие побеги. В Японии сливовое дерево – символ самурая, добродетель и мужество, преодоление трудностей, брак, счастье и символ весны (там она цветет в это время), торжествующей над зимой. Пять лепестков сливы мэйхуа, олицетворяют собой 5 основ благополучия Древнего Востока: Благополучие (материальное), Знатность, Долгожительство, Счастливая судьба, Душевная чистота. ___________________________________________________________________________________________________________ Прибывшие на остров разместились в храме на скале. Он не был отдельным зданием, а словно вырастал из скалы, созданный магией Духов. Там они облачились в чисто белые одежды – знак переломного момента в их жизни. После этого молодые колдуны покинули храм и заняли небольшие домики – беседки на разных островах. Только один колдун на один остров, к которому его потянуло. Дэн почувствовал тягу к большому и очень высокому островку. Он весь состоял из скал, ущелий, лощинок и острых зубьев, увитых растительностью. «По характеру, что ли нас к ним тянет?» - озадаченно подумал он. *** Первым встретил своего Духа Сунн Лонгвэй. Он закончил танец Танец Души на мосту и поднял глаза. Могучее существо стояло по колено в воде, смотря прямо на него. Сунн с достоинством поклонился. Темный Дракон выгнул шею и выпустил из пасти струи синего пламени. - Поиграем маленький колдун? – опасно и предвкушающее прошипел его голос. - Как пожелает великий Дух, - губы Сунн Лонгвэя расколола жесткая улыбка, словно трещина на стекле. Молодой человек негромко запел: Ты – сотканный из магии и тьмы. Я – сотканный из лезвия и силы. И в голубом сияньи пламени борьбы Пусть будут маски все разбиты. Дракон развернулся всем корпусом к нему: Сломаешься, некованый клинок? Или же закалишься в пламени моем? Если избежишь ты смерти рок, Я стану верной тенью на пути твоем. Лорд позволил маске холодности соскользнуть. Здесь, лицом к лицу с высшим Духом, обнажив свою душу в танце, ворох условностей уже не требовался. Молодой наследник Клана Хрустального Черепа почувствовал редкий случай, когда он сможет выпустить на свободу своих внутренних демонов и не покалечить ничью душу и тело. Этой же ночью пустые коридоры центрального храма наполнили тихие крики и рваные вздохи. Этой ночью нежности и бережности не было места в священных стенах. Но была ласка и наслаждение на двоих. Сунн резко брал Дракона, принявшего человеческий облик, в колено – локтевой, прижав его руки к ложу, наслаждаясь своей властью над Духом. А потом так же страстно отдавался, позволив прижать к ложу свою спину. Чувствуя, как Дракон глубоко входит сильными ритмичными движениями, как кусает шею и плечи. Лонгвэй без сожаления раскрывался и подчинялся, оказываясь ведомым и уязвимым с единственным существом, перед которым он мог себе это позволить. На утро Дракон помог Сунн Лонгвэю с омовением. Расчесал длинные волосы наследника. И назвал хозяином, преклонив колено. *** Ионглианг Тиан медленно и чинно приручал черного Тигра в бамбуковой роще. Тени от стеблей падали на них, расчерчивая обоих полосками. Отточенный и приятный ритуал, напоминающий знакомство двух молодых знатных людей. Лорд сдержанно танцевал и слагал короткие традиционные стихи. Дух держался на некотором расстоянии, отвечая двумя рифмованными строчками на послания молодого колдуна. *** Джинг был в отчаянии. В первый день на своем острове он воодушевленно исполнил Танец Души и начал продумывать возможные варианты стихов в зависимости от того, какой Дух откликнется. Интересно, кто же это будет? Мощный и суровый Медведь? Величественная и гибкая Пантера? Нежная и трепетная Лань? Мудрый и ответственный Ибис? Грозный и яростный Волк? Хитрый и верткий Шакал? Но тени только мелькали вдали. И в душу Джинг Фэнга закрались тревога и страх. Неужели ни один Дух не желает подчиняться выходцу из простолюдинов? Есть ли у него шансы против столь высокородных и хорошо обученных соперников? Джинг бродил по острову, все глубже погружаясь в отчаяние. Усталость последних напряженных дней, само пребывание во дворце, уверенность остальных его друзей и знакомых могильной плитой навалилась на соскучившуюся по дому и родным душу. Он подошел к обрыву и всмотрелся вдаль. Очертания других островов скрывал густой туман. Джинг посмотрел на край обрыва. «Есть ли мне вообще смысл возвращаться без Духа?» - Джинг Фэнг закусил губу – «Все зря? Как мне теперь жить дальше, как смотреть в глаза семье, которую я бросил ради несбыточной мечты…» Звук, идущий из ущелья под скалой, вырвал юношу из тяжкого омута мыслей: в-у-х-х-х, ву-у-х-х-х. Джинг приблизился на несколько шагов к краю и заглянул вниз … Тень на огромной скорости пронеслась снизу вверх, отбросив волной воздуха колдуна назад. Джинг закашлялся и замотал головой от взметнувшейся пыли. Крылья хлопнули совсем рядом. Солнечный свет заслонил Дух, сияющий не слабее солнца, но не слепящий глаза. Джинг хлопал глазами, сидя на попе. Алый Фенекс сложил крылья в клубах оседающей пыли и сорванных с ближних деревьев листьев. Длинный хвост и кончики маховых перьев свесились с края обрыва. Джинг сглотнул. Высший Дух! Вот и закончилась его недолгая жизнь … - Здравствуй! Похоже, я сильно задержался, раз ты в таком отчаяние. Но не сердись пожалуйста. Мой путь сюда был долог. - Т-т-ты … - Я Дух – Феникс. Мое имя – Рил. - Поч-чему ты здесь? – прошептал, заикаясь Джинг. - Пришел к тебе. Коснись меня, чтобы я мог стать твоим. - Но почему? Ты же высший Дух! Почему ты пришел ко мне? – сдавленно шептал колдун. - Духи могут … не знаю, какое слово будет правильнее … видеть … чувствовать … души людей и друг друга. Если чья-то душа нравится нам, мы подчиняемся ей и только ей, и проводим все время рядом до следующего ее перерождения. А потом снова возвращаемся в свой мир. Когда ты пытался неумело, но очень искренне складывать стихи, исполнить Танец Души, что-то зацепило меня и позвало сюда. Ты чист. Очень чист душой. *** В первую полночь своего пребывания здесь Дэн станцевал Танец Души с веерами, подаренными Хао. Как это выглядело со стороны, Дэн не знал, поскольку находился на острове в одиночестве. Но после танца самочувствие было прекрасным! Голод и жажда не беспокоили: на острове было достаточно родников и съедобных фруктов. Несколько следующих дней он гулял по своему острову. На душе было умиротворенно и спокойно. Дэн сам себе удивлялся. Ни один Дух еще не приблизился к нему, но его это почему-то совсем не волновало. Он много раз видел различные силуэты. Одна Лань даже подошла на расстояние в три шага и настороженно оглядела его. Дэн улыбнулся гостье, но не сделал попытки дотронуться. Внутренний инстинкт не толкал на такой поступок. Лань убедилась в чем-то, вдруг расслабилась, помахала ему коротким пушистым хвостиком и убежала. Излюбленным местом Дэн Танга стало огромное раскидистое дерево мэйхуа прямо напротив небольшого водопада, срывающегося со скалы. Поскольку сейчас царствовало теплое время года, могучий ствол и ветви были сухи и безжизненны. Дэн садился на выглядывающий из земли корень гораздо толще его собственного тела, откидывался на твердый шершавый ствол и дремал в тени, слушая шелест водопада и игру ветра в узловатых ветвях. Очень хотелось увидеть мэйхуа зимой, когда дерево цвело, но скорее всего это не возможно. Земли Духов не подходили для жизни людей. Исключение составляли те дни, в которые Император и его Кирин открывали проход сюда. Строго говоря, этот архипелаг не был самими Землями Духов, а только малой частью, становящийся как бы пограничной между миром людей и миром Духов на короткое время. В очень давние времена между людьми и Духами был заключен договор, по которому люди, желающие приручить Духа, могли раз в год приходить на эти пограничные Земли и Духи, желающие служить людям, могли выбрать здесь себе хозяина. *** А вот сегодняшний день отличался от предыдущих. Дэн как обычно направился к дереву, и откинулся на ствол. Потянулся, запрокинул голову и открыл глаза. Сверху на него не очень дружелюбно уставились пылающие глаза без белка. Дракон разлегся на ветвях, свесив одну стройную лапу и недовольно помахивая хвостом. Душа резко ухнула в пятки, и Дэн замер. Перед ним был Дух – Дракон! Все уроки Юн Юрина вылетели из головы. Если Дракон зол, от молодого человека не останется мокрого места. Глухой рык сотряс воздух, но дракон с места не сдвинулся. Колдун тоже не шевелился. Время шло, и страх постепенно отступал. На смену ему пришло восхищение красивым и сильным существом. Дракон отвернулся и зевнул. - Тебе тоже нравится это дерево? Рогатая голова повернулась к Дэн Тангу и сверкнула глазами. Диадема из рогов была явно опасная, но при этом и забавная. Рога не изгибались, а шли ломанной линией с острыми сгибами. Дух переливался голубовато – зеленым и золотым. - Ты очень красивый … - мечтательно протянул Дэн. Дракон фыркнул и оттолкнулся от мэйхуа, подняв порывы ветра. Дэн заслонил рукавом лицо и пригнулся к земле. Он наблюдал за скольжением Духа в воздухе и радовался. Во – первых, он увидел Дракона вблизи, а во – вторых остался жив! Остаток дня и начало ночи Дэн прибывал в приподнятом настроении и раздумывал какой стих послать Духу. Но на ум упорно ничего не шло. Стихи о Драконе складывались либо слишком вычурные, либо слишком примитивные. Расстроенный Лорд вернулся к мэйхуа уже глубокой ночью. Звездное безоблачное небо с россыпью миллиардов звезд отразилось в воде реки, в которую падал водопад, и которая огибала дерево совсем рядом. Дэн залез на нижнюю ветку, находящуюся прямо над водой. Звездное небо сверху и снизу затягивало в свой омут. Если бы ни ветвь мэйхуа, Дэн наверное потерял бы равновесие. Он с наслаждением вдохнул ночной воздух и переместился у стволу. В миллиметре от коры он начал с помощью магии писать зависающие в воздухе полуосознанные слова, приходящие из глубины разума. На склоне крутого холма, Чье подножье омыла река И куда дорога трудна, Растет мэйхуа. Сила есть, есть триумф мэйхуа, Сочетанье земного и нет. Все, что возвышенно славит она Уж не счесть сколько лет. Она – мост от земли в бесконечность. Сотни умов сотней дорог Увлекала мыслями в вечность, Взгляды пленяв иль ожив между строк. Зависнув меж твердью и небом, Качает нежным цветком. Пять лепестков наполнены светом, Цветка, что этим древом рожден. Далеко до нее, но она не одна. Рассекая пространство и время, Два друга ее – Дракон и река Поют свою песнь мэйхуа. Река – широка, река – глубока Бежит быстра и бежит безмятежна, Начало жизни она дала Всему своему побережью. Берет начало она в горах, А исчезает в неведомую даль, Унося траурный прах И новорожденных младенцев плач. Внимала река мольбам и стенаньям, Счастливому смеху, боли, страданьям, Могучим указам и тайным признаньям, Благословеньям и ярым проклятьям. Все земное вобрала река. Жизни всю радость и боль, И мудрецу нашепчет всегда О дальних странах, прогонит хворь. И расскажет в песне река Обо всей жизни земной Озаренным ветвям мэйхуа, Что склонила она над водой. А бесконечный простор поднебесья Бороздит летящий Дракон, Которому сложена песня, Тем, кто был небом заворожен. Он бывал где-то Где никто не бывал. Он несет мудрость заветов, Что никто не знал. Пролетает пустынные веси. И томленье земных городов, Взгляд бросая там свой и здесь Среди гор, долин, лесов и домов. Измеряет пространство и время. И глубину человечьих трудов. Тяжесть для каждого бремя. Красоту и возвышенность снов. Об этом поет И о многом другом, Когда мэйхуа позовет, Раскинув ветви шатром. И встречает его мэйхуа С буйным ветром вдоль гибкого стана, И приветственно плещет река, И долгой разлуки – как не бывало… Идут поколенья. Сменяют друг друга Заботы и тленья, Канув в века. Рассыпаются в пыль города. А на склоне холма Дракон и река Поют свою песнь мэйхуа. *** На следующую ночь Дракон снова возлежал на ветвях. Дэн устроился рядом. Слова растворились, значит Дух прочел их. - Ты желаешь быть моим? Дракон бросился вперед и прижал колдуна лапой к ветке. Когти впились в кору по обе стороны от головы Дэн Танга. - Наглый колдун! Жизнь тебе не дорога?! - Если бы ты хотел убить меня, ты бы уже сделал это не так ли? – лапа невыносимо сильно давила на грудь, Дэн задыхался, но смертельной опасности все равно не чувствовал – Тогда ты не лежал бы здесь? Дракон отодвинулся. От резкого притока воздуха у Лорда закружилась на несколько минут голова. Дух снова улегся. - Я не знаю … - он посмотрел в сторону – Я много лет прилетаю сюда. И много лет не могу найти хозяина. Ты не боишься меня? - Нет, - колдун улыбнулся – Пойдем со мной? Меня зовут Дэн Танг. - Я пойду с тобой, но не буду совершать ритуала. Я чувствую в тебе хозяина, но ты словно и не только мой… Странное чувство, - Дракон усмехнулся – Словно лезу в очередь вперед кого-то … - Как такое может быть? - удивился молодой человек. - Не знаю. Поэтому давай повременим с ритуалом. Если сможешь стать хозяином, я буду силен и предан и без него. Самое главное между колдуном и Духом – первое взаимное прикосновение. Все остальное просто закрепляет связь. - Хорошо. Дух вытянул шею. Дэн положил ладонь на драконий нос. Тело прошило синее пламя. Дэн задохнулся и схватился за ветку. Огонь схлынул оставив легкость и силу. Лорд выдохнул и посмотрел в пламенные глаза. - Мое имя – Ниа, хозяин.