Моя очаровательная воровка

Киллиан сбежал. Джонс-старший обнаруживает это утром, когда приходит узнать, не сильно ли пасынка мучает похмелье. Впрочем, кажется Киллиан вовсе не пил вчера. Или? Трезвые люди не устраивают побег накануне свадьбы. И все бы ничего, да только Мила Голд приедет с минуты на минуту. Для нее уже готова комната, и через час она должна начать прихорашиваться. Как объяснить ей, что жениха нет? Георг рвет остатки волос на голове, сметает все на своем пути. Дорогие вазы, мебель, картины со стен — все летит под ноги, где превращается в одну большую кучу мусора. За окном сигналит автомобиль, и Джонс-старший исторгает проклятья. Слишком рано, он еще даже не вернул самообладание. Георг идет в ванную и плещет водой на лицо, приводя мысли в порядок. У них есть еще четыре часа, и этого времени вполне хватит, чтобы вернуть блудного сына домой. — Мисс Голд… — Когда Джонс-старший подает руку будущей невестке, помогая выйти из машины, ничто не говорит о том, что он зол и в панике. На его лице сияет широкая улыбка, а губы исторгают сладкую ложь. — Вы день ото дня все краше. Мила улыбается немного застенчиво, но, в общем, принимая комплимент, как констатацию того, что ей и так известно. — Честь, и немалая, что мы породнимся, — продолжает свою песню Георг. — Благодарю, мистер Джонс, — она широко улыбается, невинно хлопая накладными ресницами. «Быстрее! Вперед!» — раздается со стороны гаража, Мила вздрагивает. — Что за переполох? — удивляется она, Георг невозмутимо отмахивается. — Пустое, беготня и суматоха. В преддверии самой удивительной свадьбы. Мила кивает, удовлетворенная ответом. — С вашего позволения, — Джонс-старший коротко кланяется, оставляя ее и помощниц разбираться со свадебными безделушками. Сам же он шагает к гаражу, мысленно проклиная пасынка. — Немедленно вернуть его! — рычит он, поторапливая работников, те мигом заскакивают в машины и отправляются на поиски беглеца. *** Оторваться не так уж просто. Отчим замечает отсутствие Киллиана почти сразу, так что совсем скоро тот обнаруживает «хвост», следующий за его «жуком». Джонс пробует скрыться, сворачивая тут и там, но его находят везде, куда бы он ни свернул. Он бьет по газам, увеличивая расстояние, но в следующий миг понимает, что это плохая идея — по колесам его машины стреляют. Отчим настроен слишком серьезно, чтобы просто дать ему уйти. Возможно Эмма и права, что ушла? Его план побега оказался неидеальным. Что было бы, если бы в машине была и она? Ее сын? Нет, ее уход был самым разумным ее решением. И, тем не менее, он намерен ее отыскать. Киллиан сам не знает, зачем делает это. Но шанс хоть однажды стать любимым Эммой, кажется намного ценнее вероятности полюбить однажды Милу. В машину стреляют снова и снова, но пули попадают лишь в желтую обшивку, сохраняя колеса в безопасности. Продержаться бы хоть еще немного. Киллиан знает дороги. Он знает, где утром наиболее сильные пробки, и если он успеет проскочить их, его уже не догнать. Он выжимает возможный максимум, ныряя в скопление машин. Лихорадочно крутит руль, совершая такие виражи, о которых и не догадывался. Преследователи отстают, а главное — перестают стрелять. Джонс рвет когти, пока возможно, уводя машину на такие улочки, где им даже в голову не придет его искать. Снова в Даунтаун, мимо собственного офиса, на злачные улочки баров и клубов. Люди его класса туда не ходят. Но именно там он был с Эммой. Мысли о ней и об их возможной любви дают ему надежду. Загоняя «жука» на улочку, где кучкуются бездомные, Киллиан почти уже верит в то, что его жизнь не загублена окончательно. Еще можно что-то изменить. Еще можно. Он ждет полчаса, прежде чем понимает, что его действительно потеряли из виду. Тогда он набирается храбрости и выводит машину на более людную улицу. Откуда начинать поиски Эммы, он не знает, и в приоритете у него залечь на дно в какой-нибудь захудалой гостинице. Что из этого могло бы выйти, он не успевает узнать, так как две незнакомых машины блокируют ему дорогу с двух сторон. Человек в черных очках, вышедший из одной из них, подходит к «жуку» и направляет на Киллиана пистолет. *** — Ну, стреляй! — вспыхивает Джонс, находясь под слишком длительным вниманием человека с пистолетом. Оружие перемещается еще ближе в его сторону и… рука мужчины опускается. Киллиан слышит гулкий цокот каблучков и, оглядываясь, к своему удивлению различает Милу, завернутую в теплое пальто. Она медленно проходит к его машине, открывает дверцу и занимает место рядом. — Вот уж не ожидал, — Киллиан вскидывает бровь. Он заметно расслабляется, ведь гнев брошенной невесты по сравнению с гневом Георга Джонса — цветочки. — Решила перехватить, пока отец тебя на куски не разорвал, — улыбаясь, говорит она, отбрасывая с лица черные кудри. — Но как ты узнала? — Киллиан озадачен тем, насколько его тайный побег оказался не тайным. — У стен ведь есть уши, ты разве забыл? — Мила стягивает перчатки, зубами прихватив кончики пальцев, кладет перчатки на колени и откидывается на сидение, снова проводя рукой по волосам. Локоны ее пышные и красивые, смолянистый цвет ловит солнечные блики. Мила красавица. Утонченная, ухоженная. Ее любить счастлив был бы каждый. Но не жених. Киллиану паршиво от этих мыслей, но поделать ничего он не может. — Хоть все и пытались скрыть от меня правду, я все знаю, — Мила растягивает губы в улыбке, снимая маску богатенькой дурочки и представая перед Киллианом зрелой и мудрой женщиной, которая в состоянии различить обман. И которая в состоянии скрыть тайны. — Ты любишь другую, и о браке со мной даже не помышляешь… Она качает головой, устало выдохнув, локоны ее прыгают в такт движениям. — Брак по расчету не для меня, — оправдывает свой поступок Джонс. — Пусть отец не возлагает на меня надежд. Я готов платить за непокорность. В полной мере… — Киллиан бросает острожный взгляд на охранников у машины. Им ничего не стоит убить его на месте. Но ничего подобного не происходит. — Готов заплатить головой? — Мила хмыкает, и по лицу ее скользит тень какой-то мысли, которую она пытается поймать. — Очаровательно, — чуть рассеяннее говорит она. Она придвигается ближе и кладет ладонь Киллиану на колено, тот пытается отстраниться, но Мила крепче сжимает пальцы. — Не спеши убегать, Киллиан. Я здесь не ради того, чтобы вынуждать к браку или вершить наказание. Я хочу помочь тебе скрыться. Голос ее звучит ровно, успокаивающе, и Киллиан не видит оснований не доверять ей. — Это за какие заслуги, лапочка? — только и спрашивает он, стараясь игнорировать прикосновения ее пальцев. Впрочем, они не несут никакой интимной подоплеки. — Просто ты мне не мил, — отвечает она, кивая охране. Те возвращаются по машинам. — Перестань припираться, просто следуй за ними. Мы уедем туда, где тебя не найдут. Киллиан не уверен, что это хорошая идея, но все же давит на газ, уводя «жука» туда, куда ему говорят. В ловушку или к спасению, он не знает. *** — Это земля моего отца, — рассказывает Мила, когда город оказывается позади. — Он редко обращает свой взор в этом направлении, так что некоторое время ты будешь в безопасности. Вот, — она протягивает ему кредитную карту. — Здесь так, на мелкие расходы, тысяч тридцать. Но зато этот счет не проходит через активы отца, и он не заметит твоих транзакций. Киллиан вынимает кредитку из ее рук и швыряет на приборную панель. — Сначала ответь мне, в чем настоящие причины твоей доброты, — напряженно требует он, Мила невозмутимо пожимает плечами. — Я уже объяснила. — Довольно уверток! — Киллиан хватает ее за руку, и в тот же миг охранник, что ждет у дверей, делает к ним рывок. Мила жестом осаждает его. — Если я правда тебе не мил, зачем ты тогда помогаешь? Он все еще держит ее за запястье, но Мила больше не пытается вывернуться. — Дело не в тебе, Киллиан, — она сглатывает ком, образовавшийся в горле. — Я не гожусь тебе в жены… и я… беременна, — тихо говорит она, и Джонс отшатывается. — Мы же с тобой никогда не… — начинает он, Мила горько усмехается. — Ну конечно, отец не ты, — она принимается мять свои перчатки, тщательно подбирая слова. — И в этом, собственно, суть моей помощи. — Мила поднимает на него глаза и объясняет: — У меня давно уже роман с моим водителем… — Августом? — уточняет Киллиан, Мила удивляется. — Знаешь имя моего водителя? — Почему нет? — пожимает плечами Джонс. — Ну, такие, как наши отцы, никогда не стали бы утруждать себя подобными глупостями. — Имя человека — не глупость, — Киллиан фыркает. Впрочем, он знает, что Мила права — Георг Джонс едва ли интересовался, как зовут хоть кого-то из его сотрудников. — Так он отец? — возвращает он Милу к рассказу. Она кивает. — А твой отец знает? — О, ну конечно он знает, — Мила возводит глаза к небу. — Что в городе делается без его ведома? И он, и твой отец — оба знают. Вот как? Георг Джонс знает, что невеста сына ждет ребенка от другого, и все равно настаивает на этой свадьбе? Отчим еще больший садист, чем Киллиан предполагал. — И я должен был стать прикрытием? — догадывается он. Снова кивок. — А почему, ты думаешь, такая срочность в этом союзе? Вообще… — Мила запинается. Ее руки почти что рвут перчатки от ярости и отчаянья. — Мой отец как бы дал нам благословение, но только если Август заработает денег на наше будущее. Я знаю, что папа послал его с поручением на окраину города, в ночной клуб «Ностос». Август должен был передать там какой-то пакет. Но… Он жив, я знаю, — уверяет она в первую очередь себя, — но он пропал в тот день, два месяца назад. Он у них, я почти уверена. Вот только проверить это я не могу никак. У меня нет бескорыстных друзей, а те, кого я могу купить, с радостью продадутся моему отцу за сумму покрупнее. Я не могу даже искать Августа, понимаешь? — И ты хочешь… чтобы я это сделал? — Да, — Мила вздрагивает от волнения и накрывает живот в защитном жесте. — Если не ты, то никто. И мой ребенок никогда не узнает, кем был его отец. — Девушка, которую я люблю, сказала, что никогда не полюбит меня, — Киллиан вздыхает. — Поэтому я буду рад помочь тебе, чтобы хотя бы один из нас нашел свое счастье. У Милы слезы благодарности на глазах. Она сжимает его ладонь, вверяя свою судьбу в его руки. — У нас всего три часа, — говорит она. — Нас найдут, не сомневайся. И если мы хотим обрести свободу, я должна тайно обвенчаться с Августом до наступления полудня. — Ничего сложного, — саркастически уверяет Джонс. — Всего-то за три часа найти парня, который пропал, вытащить его из переделки и женить на красотке. Еще даже время на кофе останется. Мила хмыкает. Она понимает, насколько нереальна ее просьба. Но попытаться спасти свое будущее все же стоит.