Сладкое наказание. Без масок.

«Мистер Стилински, разве вам не понравилась моя подруга? — хохочет Эллисон, вешаясь на математика, четко разработав стратегию того, как она собирается получать „А“ по этому предмету, без какой-либо помощи Мартин. (она ведь не знала, что через чуть больше, чем неделю, у них появится новый биолог, который заберёт её сердце раз и навсегда. Как бы это не звучало)» Стайлз уже и не помнит, каким образом тогда столкнулся с ней в каком-то клубе, спустя три с половиной недели после того, как переехал в Бейкон Хиллс. Помнит только то, что случайно нашел две круглые таблетки, которые катались с ним в чемодане ещё с поездки в Мексику, той весной, с Джексоном. « вероятность отцовства — 99,9% » Стайлз несколько раз потирает висок, отбрасывая лист в сторону. Конечно же, он даже приблизительно не предполагал. Но конечно же, он сразу заметил. В тот самый момент, как только увидел, будто свои, медовые глаза напротив. Как только у неё стали появляться созвездия родинок, которые Макколл старался игнорировать, ни разу не задавая другу вопрос, который мучил его с каждым днём сильнее и сильнее. Который зудел у него на подкорке, не давая спать, есть, жить. Будто от того, что Скотт не произносил его вслух, ситуация могла хоть как-то изменится. — Я догадывался. Но, Стайлз, она — всё что есть у меня. Я не представляю свою жизнь без неё. Прошу, не рушь это всё. Не смотря на то, как сложно Макколлу, бывшему капитану команды по лакроссу, тренеру, по всё тому же лакроссу и, в конце концов, преподавателю биологии в старшей школе Бейкон Хиллс, он произносит эти слова. Стилински говорит что-то о том, что не решил ещё, что делать со всей этой новой информацией, но однозначно точно знает, что не готов к тому, чтобы Ив Роуз не знала, кто её настоящий отец. Чтобы избежать какой-либо ответственности, за свои поступки, он собирает вещи и опять едет в Нью Йорк, где в себя приходит только спустя три дня, в какой-то больнице, куда его доставили в едва адекватном состоянии. — Ты ей никто, понял? Я могу, для тебя, произнести это по буквам — н-и-к-т-о! Я молчал всё это время только потому, что пытался смирится с тем, что ты её отец. Теперь же, я в лицо тебе могу сказать о том, что именно ты разрушил жизнь Эллисон и Ив Роуз. Произносит Крис после того, как окончательно выносит вещи девочки из дома Макколла. Ив Роуз, держащая игрушку медведя, которого ей подарила Лидия, с трудом понимает, что происходит и почему Крис собрал все её игрушки и погрузил в машину. Почему Меллиса горько рыдает, а папа ругается с Крисом, который кидает в него какие-то бумаги. Ситуация для неё становится более неясной, когда её садят в детское кресло и они куда-то уезжают, а когда она просыпается, то ей говорят о том, что это — её новый дом. — Лидс, как ты сегодня? Я принес тебе кофе, который ты любишь. Кучерявый парень с улыбкой во все тридцать два, который то и дело носит шарфы до температуры, когда их носить просто не возможно, единственный из всех, кто действительно проявил искреннюю заботу о девушке. Однажды, он «случайно», ошибочно набрал её и Лидия, которой, как оказалось, жизненно необходимо было хоть с кем-то поговорить, после вопроса о том, всё ли с ней в порядке и как она, разрыдалась в трубку горькими слезами. Она тяжело переживала смерть Эллисон, а решение брюнета просто добило её, едва не размазав по стенке. Айзек немедля предложил ей встретится и, наверное, даже неожиданно для самой себя, Лидия согласилась. Уже спустя час, она, как на духу, выпалила ему всё то, что так рвало ей душу, разбивало сердце и забирало воздух. Он просто слушал, водил ладонью, по её рыжим волосам и молчал, изредка доставая всё новые и новые салфетки из упаковки, пока те не кончились. Спустя время, место медовых глаз, стали, хоть и медленно, но слишком уверенно, занимать глаза, цвета ясного неба. — Стайлз, милый, как там Ив Роуз? Почему ты не с дочкой? Ты совсем её не любишь? Стилински дергается, когда слышит знакомый голос, в котором всегда присутствовали ноты некой беззаботности. Он несколько раз оборачивается, пытаясь доказать самому себе, что он не сходит с ума. Хотя, он едва не начинает трястись от страха, когда окончательно признается самому себе, что знает, кому принадлежит этот голос и он практически уверен, что она где-то рядом. — Не могу поверить в то, что ты вернулся к прежнему образу жизни. Ты ведь обещал, сын. Стайлз, за что ты так со мной? Устало спрашивает Ноа у сына, который едва не падает в пороге, когда заходит в дом. Первое время Стилински-младший держался. Исправно ходил на работу, занимался новыми проектами и всем своим поведением радовал Ноа. Всё изменила недавняя его поездка в Бейкон Хиллс, которая сделала так, что все старания отца сошли на «нет». Возвращение в Нью Йорк, а ещё и старую компанию, подкреплённое новостью о том, что Ив Роуз — его дочь, окончательно подкосило брюнета. Он вернулся к старым увлечениям легкими наркотиками и крепкому алкоголю, с чем познакомился впервые в старшей школе, благодаря Джексону Уиттмору, и что тот самый Уиттмор поощряет, приговаривая, что Стайлзу обязательно станет легче уже после первой таблетки. Стилински не останавливает даже то, что на прошлой недели он едва не попал в аварию. — Ив Роуз, спускайся на первый этаж, к тебе приехал Ноа. Крис не сопротивляется общению Ноа и Ив Роуз. В конце-концов, он не идиот, чтобы не понимать влияние семьи Стилински и то, что девочку в миг могут у него забрать. Как, собственно говоря, сделал и он сам с Макколлом, который первый месяц названивал ему ежедневно, а потом каким-то образом узнал таки адрес и ещё месяц оббивал порог дома Арджента. Ему даже пришлось увезти Ив Роуз, чтобы она не видела Скотта в таком состоянии. Ноа не смог игнорировать то, что у него есть внучка, поэтому всячески пытается принимать участие в её жизни, даже не смотря на то, что трехлетняя девочка всё ещё побаивается мужчину, в строгом, деловом костюме, который скорее похож на отца Барби, чем на её лучшего друга и до сих пор не понимает, почему он приезжает к ней в гости так часто. — Скотт, как там она? Меллиса не часто задаёт этот вопрос зная, как сильно ранит ним сына. Но она так же не может смирится с тем, что из их дома, вмиг, забрали весь свет и любовь. — Привет, Стайлз! Какой-то ты грустный сегодня. Она обхватывает маленькими ладошками его щеки, начиная делать смешные рожицы, когда он подхватывает её на руки. Ив Роуз громко хохочет и её детский смех, будто музыка, разливается по всему дому и латает израненные сердца. И латал бы сердце Стайлза, если бы оно не билось неуловимо быстро, из-за того, что ему кажется, будто кто-то стоит рядом и несвойственно шепчет, не своим голосом, который будто дергается: знала, что ты не покинешь нашу девочку. Как я хочу быть с вами. — Стайлз, что произошло? Ноа подбегает к сыну, который опустил на пол Ив Роуз и с ужасом в глазах, сломя голову понесся прочь, а после обессиленно упал на землю, схватившись за голову. Ноа аккуратно тянется к нему, пытаясь помочь ему подняться и Стайлз будто успокаивается, до того самого момента, пока краем глаза он не улавливает её образ, стоящий прямо возле Ив Роуз, которая вышла на улицу вместе с Крисом. — Лидс, я не могу поверить, что прошло полгода с того момента, как мы стали жить вместе. Лейхи прижимает хрупкие плечи к себе, показывая, что ни за что не даст её в обиду. Показывая, что рядом с ним она в вечной безопасности. Разбитое, на миллионы мельчайших осколков, сердце Мартин, именно он стал собирать по крупицам, долго добиваясь от неё ответа и выстраивая мост доверия. После того, как её бросил Стайлз, Лидия навсегда была уверена, что больше никому даже не даст шанса начать искать эти осколки. Она рада, что ошибалась. — Сынок, прости, что не смог тебя остановить и помочь. По щекам такого, обычно серьезного мужчины катятся слезы, когда медицинские работники, садят Стайлза в машину, который орёт что есть сил и пытается сопротивляться. Он давно не похож на того Стайлза, которого знал Ноа. Он был лишь отдалённо похож на того, кто когда-то называл его "отцом". А теперь это едва соображающая оболочка, которая едва не просвечивается от постоянного отказа от еды и бессонницы. Галлюцинации, которые стали беспокоить его практически постоянно, заставляют его думать о том, что Эллисон и мать рядом с ним. Стайлзу кажется, что они ходят за ним буквально по пятам, постоянно пытаются взять его за руки и как-то жутко улыбаются ему, из зеркала. По ночам нашептывают ему что-то, и иногда он понимает, что не знает язык, на котором они пытаются ему что-то сказать. Злятся, когда он не реагирует на их вопросы, лишь сильнее натягивая на себя одеяло, трясущимися руками. Когда он бросает взгляд на ящик, в котором есть коробка, о которой не знает отец, и которую регулярно пополняет Джексон, Стайлз точно знает, что может помочь ему перестать видеть мать и Эллисон перед собой, слышать их голоса и возможно, поможет уснуть хоть на пару часов. Ноа винит себя в том, что у Стайлза была такая вседозволенность, после смерти матери, которая открыла ему мир на совсем другой мир и после смерти Эллисон, этот мир смог затащить Стайлза окончательно. — Почему ты не сказал мне? Лидия не может понять, как Айзек мог умалчивать обо всех проблемах, которые были у Стилински и, о которых он знал. Айзек ревновал. Ревновал настолько, что сжимал до боли кулаки, от одного образа этого парня, даже когда мимолётно видел афишу с его лицом, на каком-то бигборде. Со временем афиши исчезли и Лейхи решил, что наконец-таки их спокойна жизнь действительно настанет. Но он усомнился в этом, когда на него, со всех сторон, то и дело стали сыпаться слухи о том, что происходит со Стайлзом. Никто и ничего не знал наверняка, но чем больше и чем дальше информация передавалась из уст в уста, тем быстрее она приобретала всё более мрачных характер и обрастала подробностями, которые казались всё темнее. — Мам, это Малия. Проходит не мало времени прежде, чем Скотт вообще начинает выходить на улицу. Когда к Ардженту добавилось влияние Стилински, Скотту показалось, что он окончательно потерял всё то, что есть в его жизни. Но он верит, он старается жить с мыслью о том, что когда-то расскажет Ив Роуз о том, что произошло. Расскажет о том, что всегда считал её дочерью. Он знакомит девушку с Меллисой, которая, уже не по своей воле, а из-за давления всех обстоятельств, как-то настороженно относится к девушке, но спустя полгода упорной работы Тейт-Хейл над тем, чтобы заслужить хоть малую долю доверия Меллисы к себе, мать Макколла тает и таки принимает девушку, уже даже опасаясь радоваться за сына, который, как ей кажется, стал принимать облик человека. Он ни разу не поинтересуется тем, что происходит со Стайлзом. Спустя пять лет пересечется с Лидией, которая приехала к матери на неделю, за столь долгое время. С Лидией, которую он не сразу узнает, и которая буквально тут же прекратит разговор, потому что кудрявый рыжий мальчишка разольёт на себя йогурт. А Скотт, по пути домой, обязательно наберёт Малию и спросит у неё о том, как она себя чувствует и что ему делать, если он не найдёт в магазине мороженное со вкусом крабовых палочек.

Ноа всегда будет биться за сына. До последнего. Пока однажды не приедет из-за срочного звонка, не вцепится пальцами в ледяную ладонь и не будет читать записку, написанную едва разборчиво, где Стайлз напишет о том, как сожалеет о многих вещах, о многих словах, о своих поступках и о потраченных на него нервах отца. О том, как любит Ив Роуз, но уверен, что никто не имеет никакого морального права лишать её общения с Макколлом. О просьбе извинится вместо него, перед Мартин, за всю ту боль, которую он ей причинил, развернувшись и уехав прочь, бросив её. О том, что каждый день мама предлагала спеть ему колыбельную, но он отказывался, хотя с каждым днём она всё больше настаивала, а ему всё больше хотелось почувствовать её теплые ладони и услышать нежный голос. И теперь он готов. Лёг на кровать, укрывшись одеялом, пытаясь настроится на спокойствие. Готов услышать колыбельную, которая наконец-то унесёт его в вечный сон.