Ложь или любовь...

Глава 19 Чонгук с Юнги все-таки отпустили своих омег на улицу, и только потому, что Техен плохо себя чувствовал и требовал вывести его на свежий воздух. Чонгук хотел пойти с Чимином, как и Юнги с Техеном, но у них что-то начало получаться, и они вроде как начали находить выход из ситуации. Когда омеги с радостными моськами скрылись за дверью квартиры, конечно, внизу их ждала охрана, но Чонгуку что-то было не по себе, зная, что омеги будут на улице и могут попасть в неприятности. Прошло уже три часа после того, как омеги ушли на прогулку, и альфы стали волноваться, ибо ни единого звонка от омег не было, нет, они понимали, что омеги на них обиделись из-за бугаев, ходящих за ними по пятам. Юнги все-таки решил позвонить Техену, потому что чувство опасности уже было у обоих альф, и альфам пришлось оторваться от работы, когда после третьего звонка телефон отключился, Чонгук проделал то же самое, и в этот раз телефон отключился. — Блять, что происходит, — бесится Чонгук, слушая противный голос оператора. — Выключился? — Юнги напрягся еще сильнее. — Может, обиделись из-за охранников, позвони кому-нибудь из них. — Блять, да что за… Тоже не отвечают, — Чонгук позвонил обоим охранникам их омег, но все тщетно, он подрывается с рабочего места. — Пошли в парк, они там должны были быть, ну или в торговом центре, черт. — Пошли в парк, он все равно ближе, — сказал Юнги и быстро надел куртку и обувь. Альфы были в парке уже через пятнадцать минут, только где искать, никто не знал. Они прошли весь парк, где до сих пор народу было немного, и, пройдя почти весь парк, Чонгук сорвался с места, подбегая к валяющимся на дороге охранникам. — Черт, черт, черт, — Чонгук нащупал пульс у охранника и увидел сбоку на шее маленький дротик со снотворным. — Какого хуя? — заорал Юнги, приведя другого охранника в сознание. — Где, блять, омеги? — Я… Я не знаю… — Не знаешь? Сволочь, я тебе сейчас башку вскрою, не знает он, блять, — Юнги выходил из себя, от злости глаза налились красным, и начали удлиняться когти. — Юнги, он не виноват, отпусти его, — пытаясь остановить Юна, Чонгук схватил его за плечо. — Да, они охранять их должны были, какого хуя они упустили их, теперь омеги в опасности, — Юнги все-таки отпустил охранника, пряча когти и возвращая привычный цвет глаз. — Они не могли ничего поделать, — сказал Чонгук, показывая тот самый дротик со снотворным. — А теперь нет времени на вымещение злости, да и сил надо приберечь, потому что когда мы найдем этих ублюдков, я их всех отправлю в ад, они зашли на мою территорию и посягнули на мое. *** Техен очнулся первым и долгие десять минут не мог понять, что происходит, и вовсе сфокусировать зрение, все плыло перед глазами. Но прийти в сознание до конца помог знакомый запах карамели, а дальше послышался тихий скулеж где-то рядом. Техен кое-как сел на месте и осмотрел помещение: окно с решеткой, железная дверь, стены с ободранными обоями, на полу поломанная плитка, у двери стоял старый стол, а сами омеги лежали на потрепанных одеялах, воздух сырой и пропитанный пылью. Техен, преодолев слабость, повернулся к источнику звука, и слабость сразу пропала. — Чиминни, что с тобой? — Техен подполз к скулящему Чимину и приобнял его, запутывая пальцы во взмокших от пота волосах, и он только что заметил, что с них сняли куртки и шапки с шарфами, и что на руках цепи, проследив взглядом, он понял, что цепь присоединена к большому железному крюку на полу. — Техена-а, мне больно, — тихо проговорил Чимин, после чего приподнялся и положил голову на плечо Техена, а Техен, не переставая гладить по голове, начал поглаживать животик Чимина, замечая, что тот держится за него и тоже легонько поглаживает, пытаясь заглушить ноющую боль. — Чимина, потерпи немного, нас обязательно скоро найдут, — успокаивал Техен, сам роняя слезы, но Техен не на шутку перепугался, когда почувствовал сильный толчок под своей ладонью, а после послышался приглушенный вскрик. — Чимина… — Тэ, мне страшно, — начиная всхлипывать, проговорил Чимин. — Тише, тише, все будет хорошо, потерпи, будь сильным, Чонгуку не понравится, если он найдет тебя заплаканным, — проговорил Техен, он хотел сказать это спокойным и уверенным голосом, но голос дрогнул, он понимал, что младшему страшней и намного опасней, все-таки ему скоро рожать. — Б-больно-о-о… — уже не пытаясь сдержать слез, протянул Чимин, а боль в животе становилась все сильнее. — Тише, тише… — судорожно говорил Техен, но его прервал скрип двери и противный голос. — Какая картина-а-а, — опять усмешка, тот самый альфа, а у Техена сердце пропустило удар, когда он увидел в руках пистолет. — Ну что, омежки, сыграем в игру… — Пошел к черту, — выплюнул Техен, переборов страх, но он прекрасно чувствовал страх младшего через дрожь в теле и сильную хватку на своем бедре. — Прикрой пасть, пока не пожалел, будешь себя так вести, будет только хуже, — на лице альфы опять ухмылка, а Чимин уже не может терпеть боли, еще чуть-чуть, и он закричит. — Ну что ж, игра имеет простые правила, просто отправляем вашим альфам приветствие, — смех сумасшедшего заставляет сжаться, а тот включает камеру и выстреливает в стенку над омегами, продолжая громко смеяться. Техен с Чимином громко вскрикивают, после чего Техен начинает уже громко всхлипывать, хоть и пытался сдержаться, потому что приходит осознание того, что этот альфа сумасшедший и может сделать все что угодно. Чимин тоже громко плачет, а потом давится воздухом и хватается за руку Техена до синяков, громко вскрикивая, а боль становится такой, что в глазах появляются пятна. — О да-а, дорогие альфы, вам лучше поторопиться, а то у вас тут, похоже, омега начинает рожать, — он опять заливается в смехе. — Чимина, — Техен прекращает плакать, перехватывая слабого Чимина за плечи. — Чимин, ты чего… — А-а-а, я н-не м-могу-у… — вскрикивает Чимин, по щекам текут слезы, что у одного омеги, что у другого, картина становится жуткой, чего и добивался сумасшедший. — Вот так вот, советую поспешить, Чон Чонгук, а то я вашего выродка достану из твоего муженька на живую, и не глупи, не усложняй ситуацию, ты уже понял, чего мы хотим, так что…поторопись, — альфа останавливает съемку и радостно улыбается, отправляя видео, а после альфа смотрит на омег без всякой жалости и выходит, но не проходит и пяти минут, как тот возвращается с кем-то. Судя по всему, бета быстро подходит к омегам и первым делом убирает руки Техена с Чимина, а потом, пощупав живот и понаблюдав, как омега мучается от боли, начинае рыться в своем чемоданчике. Бета ставит капельницу Чимину, на что Техен смотрит с испугом, а Чимин и вовсе сначала отпихивается, но бета долго не церемонится, просто перехватывает руку, втыкает иглу в тонкую кожу и отходит от омег. — Ты все сделал? — спрашивает альфа, покосившись на то, как Техен кладет Чимина головой на свои бедра и начинает нежно поглаживать, сам от страха глотая слезы. — Да, судя по всему, у омеги от стресса начались преждевременные схватки, но от капельницы он вряд ли родит, до завтра, по крайней мере, — холодно проговаривает бета и уходит, а альфа лишь издает смешок и уходит следом. — Чимин, как ты? — спрашивает Техен, поглаживая того по голове. — Больно, но не так, как было, — отвечает Чимин, чувствуя, как глаза закрываются от усталости. — Господи, Чонгук, поторопитесь… *** Чонгук с Юнги сразу едут напрямую в дом родителей Чона, где их уже ждут Хосок и Джун после звонка Чонгука. Когда Чонгук и Юнги заходят в дом, Чонгуку приходит на телефон сообщение, и Чонгук надрывно выдыхает, замечая, что сообщение от Чимина, но когда он открывает его, руки сжимают телефон от злости, но телефон вовремя выхватывает Юнги. — Сссука… — выдыхает Юнги, откидывая телефон на диван в гостиной, чтобы точно его не сломать. — Что там? — спрашивает Хосок и берет телефон в руки, замечая видео, он не раздумывая нажимает на него и поворачивает телефон так, чтобы было видно всем, от увиденного Чонгук не сдерживает своих сил, и у него краснеют глаза, после чего в ярости он переворачивает рядом стоящий столик, но его останавливает Джун, потому что если сейчас разозлятся и Чонгук, и Юнги, то ничего хорошего не выйдет. Юнги тоже хочется разнести тут все, но он вслушивается в знакомый голос, пытаясь понять, кто это. — Чонгук, успокойся, — твердо говорит Хосок, да, его изменил новый статус в обществе. — Так, теперь, как я понимаю, свершилось то, чего мы опасались, и чтобы вернуть омег, нам выпадает единственный выход: передать место в совете и правление кланом в руки восточного клана. — Так это все-таки восточный, — усмехается Чонгук, а ведь все идеально сходится: тот клан на грани распада из-за вечных нарушений закона и из-за малого количества вампиров в клане. — А неважно, какой клан, все равно этот клан можно с этого момента считать мертвым кланом. — Чонгук, ты думаешь, совет спустит с рук истребление клана? — говорит Джун, прекрасно понимая чувства сына. — Да, спустит, — говорит Юнги, наконец-то поняв, чей это голос. — Нам просто надо найти тех, кто украл наших омег, и убить их на месте, но оставить одного. — Кого? — Хосок не понимает план Юнги до конца. — Того, из-за которого меня изгнали из стаи, того, кто должен гнить в аду или в психушке хотя бы, — Юнги ухмыляется, вспоминая ублюдка, из-за которого страдает его омега. — Совет сам истребит клан, потому что он не с теми связался, с Джексоном все становится намного легче. — Джексон? — спрашивает Джун, вспоминая, как собирали совет насчет оборотня по имени Ван Джексон, чтобы запретить всем кланам и стаям связываться с ним, потому что тот больной на голову и стремится только к войне. — Да, тот самый оборотень-одиночка, — подтверждает Юнги. — Но какой смысл ему объединяться с кланом вампиров? — Хосок тоже в курсе этого Джексона. — Неважно, зачем ему это, нам надо спасать омег, но как их найти? — Чонгук подумывает над тем методом, которым он искал Чимина в прошлый раз, но он может не сработать, потому что не прошло достаточного времени. — У меня есть пара идей, где они могут быть, но нам нужно время на поиски, — говорит Хосок и добавляет: — Идут только я, Юнги и Чонгук. — Но чем больше людей, тем безопаснее, — начинает Джун. — Нет, идут только Чонгук и Юнги, так как там их омеги, и я, потому что правитель, — сказал Хосок, давая понять, что это больше не обсуждается. *** Все как на иголках, потому что очередное предполагаемое место оказывается пустым. В итоге поиски занимают сутки, и наконец-то альфы добираются до здания, которое охраняется и находится на краю города. Чонгук сразу чувствует своего омегу сильнее, он чувствует, как тому страшно и больно, и в конце концов, не обдумав план, Чонгук срывается и показывает, на что способны истинные, когда они в ярости. Через считанные минуты вся охрана у входа в здание лежит со свернутыми шеями, а Хосок с Юнги просто переглядываются и заходят в здание за Чонгуком, у них превосходный план, как подкрасться к главарям и к Джексону. Все идет чересчур легко, Чонгук с Юнги убирают охранников с пути в легкую, что кажется слишком легко, потому что Хосоку работы даже не достается. Здание довольно старое, но находится дверь, которая отличается больше всего, та самая, железная. Хосок достает пистолет и аккуратно кладет руку на ручку двери, а после резко открывает ее, но дальше идет все немного не по плану, ибо на него нацелено три таких же пистолета. — Что-то вы долго, — ухмыляется Джексон, приветствуя всех зашедших, а дальше идет однозначно все не по плану, потому что два пистолета меняют свой прицел на измученных омег, и Чонгук на пару с Юнги с места сорваться готовы, омеги выглядят совершенно не как вчера, а намного хуже. — Что ты сделал, скотина… — порывается Чонгук, но тут же останавливается, увидев, как спускается курок с одного и с другого пистолета, а омеги настолько измучены, что и пискнуть не могут, с них сняли цепи, от которых на хрупких запястьях остались следы, глаза завязаны тугими повязками, омеги в одних сорочках и нижнем белье, а по всему телу мелкие царапины и ссадины. — Твой омежка был слишком громким, — надул губы Джексон, а после растянулся в широкой улыбке. — И я решил с ними поиграть, но, заразы, что один, что другой, не дались. — Сука… — двинулся с места Юнги, и послышались выстрелы, все вздрогнули, а омеги сжались и начали всхлипывать. — Все, все, хватит пугать омег, давай просто поговорим, — сказал Хосок и демонстративно кинул пистолет на пол. — Вот так бы сразу, развяжите и отберите пистолеты, — сказал Джексон напарникам, один отобрал пистолеты, даже те, которые были припрятаны у Чонгука с Юнги, а другой снял повязку сначала с Техена, а потом подошел к Чимину, как-то забавляло, как омега сжался от страха, а Чонгук уже представлял, как свернет ему шею. Когда альфа снял с Чимина повязку, тот встряхнул головой, потому что не смог сфокусировать свое зрение, перед глазами все плыло от боли, которая до сих пор с ним, Чонгук это сразу понял и подорвался к Чимину, но на его пути встал тот альфа и нахально улыбнулся. — Съеби с пути, пока головы не лишился, — прорычал Чонгук, сверкая красными глазами. — Да ладно, не парься, пусти его, — кинул ему Джексон, а потом, когда Чонгук подошел к Чимину, тот выстрелил в его ногу, Чимин сразу зажал рот ладошками, чтобы не закричать, и из глаз полились слезы. — Ух, люблю я этого омежку, послушный сильно, вот уже не кричит вовсе. — Ты какого хуя вообще делаешь? — выкрикнул Хосок. — Хо, все нормально, — проговорил Чонгук, кривясь от боли в бедре. — Минни, посмотри на меня, все хорошо, слышишь, потерпи еще чуть-чуть, ты же у меня сильный мальчик, — обратился Чонгук к Чимину и успокаивающе положил руку на коленку омеги, поглаживая большим пальцем. — Ч-чонгука-а-а, — протянул Чимин и потянулся руками к Чонгуку, прося обнять, как маленький ребенок. — Нет-нет-нет, Чонгук, прикоснешься, буду стрелять, еще время не пришло, — оказавшись под прицелом пистолета, Чимин обратно прижал руки к своему животу, который безумно больно стало тянуть. — Что вам нужно, говорите, давайте просто спокойно разойдемся, без жертв. — Оу, собачка голос подала, Юнгеша, без жертв мы никак не разойдемся, не мое это, — ухмыльнулся Джексон. — Джексон, ты заходишь за условия договора, — проговорил один из троицы, Чонгук сразу понял, что это вампир, и, возможно, он и есть управляющий восточным кланом. — Я Джонхен, и вы в курсе, что от вас требуется. — Передать правление нашим кланом тебе, — рыкнул Хосок, тоже понимая, кто перед ним стоит. — Да-да, если вы решите не следовать нашим условиям, ваш клан прикроют из-за проблем с правлением и нарушением кодекса. — Джонхен, а ты понимаешь, что вы связались с тем, из-за кого прикроют ваш клан? — Хосок не сдержал усмешки. — А обо мне никто и не узнает, если вы хотите жить спокойной жизнью и растить здоровых детишек, — вставил Джексон, все так же наблюдая за Чонгуком и омегами, замечая взгляд Техена на Юнги, а там лишь страх, любовь и надежда. — Не будем тянуть, все бумаги уже готовы, их нужно лишь подписать, и все закончится, — Джонхен подошел к столу, на котором лежали бумаги для подписи. — Как я понимаю, мне нужен только Хосок. — Да, только отпусти всех, — выдыхает Хосок. — Условия здесь ставлю я, а ты подписывай бумаги, — сказал Джексон, а Хосок неуверенно подошел к столу с бумагами. Он берет ручку и подписывает первый лист, замечая довольную улыбку Джонхена, и вот, когда остается подписать два последних листа, Хосок отстраняется от бумаг и поворачивается с победной улыбкой на Джонхена, а тот сначала не понимает, а потом только замечает, что пока он отвлекся, наблюдая за Хосоком, Чонгук сорвался с места и свернул голову третьему альфе, имя которого так и не успели озвучить, а Джексон стоит на слабеющих ногах, а потом и вовсе падает от укола в шею, а рядом с ним стоит довольный Юнги с пустым шприцем. — Доигрался, Джонхен, — напоследок говорит Хосок и вкалывает то же самое, что и вкололи Джексону. — Нет, вы не останетесь без последствий, — Джонхен падает на колени от слабости и как-то неожиданно поворачивается к омегам и пару секунд смотрит, как Юнги обнимает и успокаивает Техена, бьющегося в истерике, то же самое происходит и с Чонгуком. Чонгук беспорядочно целует заплаканное личико Чимина, который уже спокойно выдыхает, но в следующую секунду расширяет глаза и смотрит на Чонгука с испугом. Чонгук не понимает, что происходит, а потом смотрит, как Чимин хватается судорожно за живот, а по бедру стекает жидкость. Чонгук собирается подхватить омегу на руки и направиться в ближайшую больницу, вот только слышится громкий вскрик Техена и звук выстрела, Чонгук пугается и пытается понять, что происходит, смотрит сначала на Техена, потом на брата и на Юнги, и видит, как Хосок сворачивает шею Джонхену, и только потом он чувствует, как Чимин от шока просто молча слабеет и надрывно глотает воздух от боли в районе легких. Чонгук смотрит на свои пальцы, которые трясутся от страха и осознания, что кровь не его, а Чимина. Последнее, что говорит Чимин, такое тихое и жалостное: — Спаси их…