Легенда

Август был августом, со всеми его прелестями. Ветерок, слегка покачивая зеленую листву, совершенно не спасал от опаляющих лучей солнца, умудрявшихся как-то пробраться сквозь кроны деревьев. Хоть и было уже далеко за полдень, жара стояла невыносимая. Одинокий путник, мерно шагая по лесной тропинке, в который раз тяжело вздохнул и вытер пот со лба. «Да уж, видимо, не суждено мне сегодня выбраться из этого леса, - думал он, оглядываясь по сторонам. – Где бы заночевать? Ходили слухи, что лес этот небезопасен, особенно ночью. В таверне говорили, с туманом приходят призраки умерших… Брр… Нет, Господь великий и всемогущий меня, конечно, оборонит от всякой напасти, как истинного христианина… Ну, или не он…» Крепко задумавшись, кому возносить мольбы в случае опасности – христианскому Христу или старым кельтским богам, - юноша вздрогнул, услышав тихое урчание собственного желудка. «Ну вот, снова то же самое! А ведь говорила мне милая Бетани: «Брин, покушай хорошо перед дорогой», так нет же – надо было срочно бежать. А все почему? Да потому, что жители соседнего городка вроде как видели настоящего дракона! Не могу же я упустить такой сюжет. Эх, Бетани… Лучше бы я твой завтрак не упустил», - сокрушенно покачал головой путник, вспоминая прелести красавицы Бетани. – «Ну, да ничего. Бетани, конечно, красотка, коих еще поискать, но ведь будет новый трактир и новая красавица. И много-много жаркого…» От этих мыслей путник так приободрился, что даже ускорил шаг, весело насвистывая нехитрую мелодию. Но не успел пройти и пару десятков футов, как из ближних зарослей послышалось лязганье, шебуршение и тяжелое дыхание. Снедаемый любопытством, юноша поправил ремешок лютни и потихоньку начал пробираться к цели. Первое, что он увидел, - лоснящийся круп коня. Вороной смешно фыркнул и, тяжело выдохнув мощными легкими, отошел в сторону, открывая взору путника странную картину: на земле лежала, развернувшись в неестественной позе, окровавленная женщина, а над ней, спиной к невольному свидетелю, склонился мужчина в фиолетовом плаще. - Ничего себе, сошел с тропинки… - пробубнил путник, намереваясь по-тихому ретироваться, но было поздно: его услышали. Мужчина обернулся, отработанным движением поднимая меч, но, заметив лютню за спиной высокого светловолосого юноши, опустил оружие и медленно поднялся, присматриваясь к незнакомцу. Ремешок на лбу, перетянувший длинные русые волосы, светло-голубые глаза и внимательный цепкий взгляд, тонкие, слегка сжавшиеся губы, а главное - изящное, почти хрупкое тело, скрытое под белой льняной рубахой и темно-зеленым плащом, - такую красоту нечасто встретишь на дорогах. Юноша ойкнул и попятился, испугавшись не то меча, не то его обладателя. - Стоять, - послышался приказ. - Иди сюда, поможешь выкопать могилу. - Кому? – с явно нездоровым интересом поднял бровь юноша пару мгновений спустя, внимательно окидывая взглядом крепкий стан мужчины, облаченный в кольчугу поверх белой полотняной рубашки. Горделивая статура незнакомца и меч, рукоять которого была лишена каких-либо украшений, свидетельствовали о готовности их хозяина обнажить оружие в любой момент. Слегка прищуренные глаза, хрипловатый голос, темный волос по плечо, смуглая, обветренная всеми ветрами кожа, а главное – тонкий светлый шрам, пересекающий скулу, говорили в пользу того, что этот человек явно участвовал в сражениях. Может, в турнирах, а, может, и в настоящей войне. В любом случае, путника одолевал интерес, если и не к личности убитой дамы, то к жизни воина – уж наверняка. - Много мертвых видишь? - прищурился рыцарь. - Фактически или потенциально? – снова опасливо покосился на меч юноша. - Хм... Как вариант, - согласился мужчина, проследив за взглядом барда. - Пока фактически имеем один труп, но если будешь слишком много болтать, - потенциально станешь ему соседом. - А что, есть то, о чем я могу разболтать и о чем никто знать не должен? – нахально усмехнулся парень, пытаясь через плечо рыцаря разглядеть убитую. Ею оказалась молодая привлекательная женщина в богатых одеждах. Спутанные черные волосы, измазанное в крови смуглое личико, нос с горбинкой. «Иудейка, - подумал путник, - жена или дочь богатого ростовщика, не иначе. Видать разбойники постарались, позарившись на украшения.» - Так ты сплетник не только по профессии, но и по жизни? - уточнил мужчина. - Впрочем, ладно. Нехорошо разводить полемику над трупом. Копай, - и, воткнув меч в землю, он бросил под ноги юноше острую палку. - Э, не бардовское это дело – землю выгребать, сэр рыцарь, – взяв палку двумя пальцами, поморщился юноша - Давайте уж лучше я вам спою, чтоб работалось веселее… В ответ рыцарь бросил такой не терпящий возражений взгляд, что бард, тяжело вздохнув, снял лютню и плащ, оставив их у ближайшего дерева, закатал рукава рубахи и, что-то мурлыкая себе под нос, покорно принялся помогать. Прежде, чем была вырыта неглубокая могила, прошло не меньше часа. Мужчина и юноша уложили убитую в яму, при этом бард даже бросил ей на грудь несколько сорванных рядом цветков, буркнув: «Да примет тебя твой бог в чертоги свои». И только когда тело полностью скрылось под земляным холмом, путники снова посмотрели друг на друга. - Как твое имя? - спросил рыцарь. - Бринэйнн, - равнодушно отозвался юноша, одев плащ и слегка поклонившись. - Знаешь эти места, Бринэйнн? Где здесь можно заночевать? - Лишь со слов других, но сам ни разу здесь не был. Говорят, неподалеку есть озеро, у которого можно разбить лагерь на ночь, но туда еще дойти надо… Кстати, не соизволите ли представиться, сэр рыцарь? – закинув лютню за спину и подтянув ремешок, парень еще раз глянул на свежую могилу и повернулся к выходу из чащи, взглядом приглашая воина следовать за собой. - Сэр Ричард Этльстан, барон Арчер. Веди, - он мгновенно оказался в седле, направляя коня в сторону тропы.