Почти пять

Она вернулась через несколько минут, удивительным образом сохранив свой макияж на лице, а не на салфетках. И несмотря на то, что он прекрасно видел её стеклянные глаза, сказать что-то насчёт них Дима так и не осмелился. - Давай, пожалуйста, закроем эту тему? Я не хочу, чтобы ты выслушивал моё нытьё, - проговорила блондинка, в очередной раз шмыгнув носом. - Поль, тебе тяжело, я вижу... Но нельзя постоянно держать всё это в себе. Ты ведь живой человек, - напомнил он, до этого совершенно не зная, какие подобрать слова. - Но это только мои проблемы, и я не должна перекладывать их на тебя. Да, мне трудно пока что привыкнуть, но рано или поздно это пройдёт. Не надо меня жалеть, ладно? Я стараюсь отучаться от этого, - серьёзно глядя на него, сказала она. - А спустя ещё полгода ты просто свихнёшься, если будешь и дальше пытаться делать вид, что всё отлично. В конце концов, ты сама этого хотела. Или подожди... ты не хотела с ним разводиться? - только сейчас начиная понимать, почему ей до сих пор не полегчало, спросил мужчина. Но она молчала, словно проглотив язык, и растерянно отводила взгляд в сторону. Он попал в самую точку в своих неточных предположениях. Он сделал ещё больнее, потому что теперь она казалась ему совсем беспомощной и слабой, хоть таковой и не была. - Я в сердцах ляпнула, что развод ещё никто не отменял, и он может катиться на все четыре стороны, если устал от семейной жизни... Но я и подумать не могла, что он воспримет мои слова всерьёз, - решив быть до конца честной, ответила Пелагея, - Да, Дим, я сама во всем виновата. Вот поэтому и не надо меня жалеть. Может, я всё это заслужила... - Ты его ещё любишь? - внимательно проследив за её взглядом, спросил он. - Ты как моя дочь, ей Богу... Тоже задаёшь вопросы, на которые я не могу ответить, - закатив глаза, усмехнулась она. - Не можешь или не хочешь? - Ну, пожалуйста, давай закроем тему? Сеанс психотерапии успешно подошёл к концу. Пациент и так уже много рассказал. - Как ты вообще умудряешься держать всё в себе? - удивился Билан, искренне этого не понимая. - Ну, вот видишь... Больше не держу, - хмыкнула девушка, слабо улыбнувшись, - Я не знаю, что ты теперь обо мне думаешь, но спасибо, что выслушал. - С этой секунды я хочу, чтобы ты звонила мне всегда, когда тебе будет очень плохо. В любое время дня и суток, - заявил он, тут же словив на себе её недоуменный взгляд. - Только когда очень плохо? А когда всё нормально, не звонить? - засмеялась она, не зная, как реагировать на его слова, - Это всё, конечно, неправильно, но я действительно благодарна тебе. Так, а теперь рассказывай, что там с твоей свадьбой? - О-о, с моей свадьбой всё замечательно, а вот с невестой явно проблемы... Алёна медленно сходит с ума с этой подготовкой, и мы уже раз пятьсот поссорились за эти две недели, - сказал Дима, решив, что ему тоже есть, чем поделиться. - Что думаешь делать? - уточнила Поля, сделав глоток своего успевшего остыть кофе. - Думаю, крупно поссориться, затем продуктивно помириться, и отвлечь её от этой темы хотя бы на пару месяцев, иначе наша семейная жизнь закончится, не успев начаться, - усмехнувшись, ответил он, - Вот ты, как девушка, побывавшая замужем дважды, тоже так серьезно подходила к свадьбам? - Первый раз не особо, а во второй пришлось чуть-чуть повозиться, но мне очень нравился сам процесс. Да мы и не закатывали таких торжеств, чтоб прям готовиться к ним. В основном, всё было тихо, мирно и даже без драк, - рассмеялась она, снова заметно погрустнев после своих воспоминаний. - Я вообще считаю, что этот день в первую очередь наш, а потом уже идут гости и все остальные, - проговорил мужчина, обрадовавшись, что он не один так думает. - Ну, её тоже можно понять... наверное... - неуверенно добавила девушка, после чего они одновременно засмеялись. Домой она вернулась только вечером, предварительно заехав в магазин. Понадеявшись, что ничего страшного за это время произойти не успело, Пелагея робко поднесла ключ к замочной скважине, на мгновенье прикрыв глаза. Щёлкнув в коридоре выключателем, она официально оказалась дома, морально готовясь ко всему, чему угодно, хоть оснований для этого и не было. Услышав чьи-то приближающиеся шаги, блондинка застыла на месте, а через несколько секунд из-за поворота показалась Тася с каким-то слишком грустным выражением лица. - Что случилось? - растерянно глядя на дочь, спросила она. - Бабушка сказала, что до 18 лет мы не заведём собаку, - страдальчески прохныкав, заявила малышка. - Слава Богу... - облегченно выдохнув, выдала Пелагея, тут же словив на себе возмущённый взгляд дочери, - Я уж думала, что-то произошло... - Но она же пошутила, да? - уже заранее расстроившись, уточнила она. - Нет, не пошутила, - послышался голос Светланы Геннадьевны, а вскоре и сама она появилась за спиной внучки, - Вам для полного счастья только собаки не хватало! - Мам, ну, зачем так категорично? - спросила Поля, непонимающе глядя на неё, а Тася тут же ринулась искать спасение и утешение в объятиях мамы. - А что, я не права? Зачем обнадеживать ребёнка, если никакой собаки всё равно не будет? Она же не забудет об этом через два часа, а запомнит и будет постоянно напоминать, - пожала плечами женщина, полагая, что всё достаточно просто. - Иногда напрашивается вопрос... а я вот точно не приёмная? - искренне не понимая её и чувствуя, как начинает всхлипывать ребёнок, хмыкнула блондинка. - Поль, не делай из меня монстра! Я вас обеих очень люблю, но какой смысл врать? Ты же сама говорила, что она всё прекрасно понимает. - Мам, там щас пробки дикие, да и времени уже много... Ты никуда не спешишь? - Вот лишь бы выпроводить поскорее... Пелагея, тебя точно я воспитывала? - поинтересовалась Ханова-старшая. - Тоже заметила, да? - продолжала иронизировать она, - Вы обедали? - Ты бы ещё ночью этот вопрос задала, чтоб смешнее было. Тася уже и поужинать успела, пока ты у нас работала... - Это вот сейчас на что намёк? - серьёзно переспросила Пелагея, всё ещё удерживая дочь на руках. - Никаких намеков, просто констатация факта, - заверила Светлана Геннадьевна, хоть они и без этого отлично поняли друг друга. О том, что её дочь явно где-то задержалась после съемки, догадаться было несложно, но говорить об этом открыто она всё-таки не решилась, дабы не ругаться на ровном месте. Проводив бабушку, они вернулись к своему привычному состоянию существования в этой квартире, где Тася наконец-то включила мультики, а Поля просто выдохнула, избежав всевозможных разговоров и пережив ещё один день. Из головы не выходил Дима, который появился в её жизни вновь так случайно и так вовремя. И вроде бы она очень даже нуждалась в его поддержке, но по-прежнему не считала это правильным и не могла определиться. Облокотившись двумя руками о подоконник, девушка уставилась в окно, отчаянно пытаясь рассмотреть проезжающие машины, но из-за горящего на кухне света, видела больше своё отражение. Медленно вдыхая и выдыхая, она прокручивала у себя в голове их сегодняшний обед и тот разговор, на который решилась совершенно спонтанно, не планируя изливать ему душу. Почувствовав, как Тася, пришедшая из гостиной, потянула её за край свитера, она перевела на неё взгляд. И обе поняли друг друга без слов, после чего Пелагея молча усадила дочь на подоконник, и они вместе продолжили смотреть в окно. Прижавшись губами к её виску, она шумно выдохнула, подумав о температуре, которая ушла с концами и уже третий день не появлялась, что не могло не радовать. Резко развернувшись к маме, Тася обхватила её лицо двумя ладошками и внимательно заглянула в глаза, как будто бы понимая абсолютно всё, о чем они не просто говорили, а кричали. - Тебе грустно? - спросила малышка, не сумев подобрать подходящего слова, которое могло бы описать именно то, что она там увидела. - Нет, просто устала, - отозвалась блондинка, так же внимательно рассматривая её. И пускай, в её усталость она не поверила, но ответить по другому Поля не могла, хоть и не скрывала внешне своего внутреннего состояния. - Я тебя люблю, - решив, что сейчас самое время сказать об этом, заявила Тася. - И я тебя очень сильно люблю, - с трудом сдержавшись, чтобы не разрыдаться второй раз за день, прошептала Пелагея и крепко прижала дочь к себе, - И не верь бабушке... Мы обязательно скоро заведём собаку. - Правда? - широко распахнув глаза, переспросила она, больше всего на свете боясь услышать, что это шутка. - Правда, - усмехнувшись её искренней реакции, ответила девушка. И плевать, что ещё месяц назад она бы ни за что не согласилась на собаку, как делала всё это время. У неё, у самой осталось слишком мало поводов для радости, отчего хотелось осчастливить хотя бы одного человека в этой квартире. И к чёрту дорогой паркет из красного дуба, который, вероятнее всего, первым пострадает от появления собаки в доме. К чёрту возмущения Светланы Геннадьевны, что долгое время будет высказывать своё мнение на этот счёт, не соглашаясь с решением дочери. Может быть, хотя бы ещё одно живое существо сможет разбавить эту тоску, повисшую в воздухе полгода назад. Может быть, хотя бы так кому-нибудь станет легче...