Почти пять

Выходные наступили неожиданно, но для тех, кто их очень ждал, вполне ожидаемо. Аж со вторника Тася с нетерпением ждала субботы, когда они с мамой должны были поехать за город к друзьям по случаю дня рождения одного из них. Раньше подобные выезды были частым явлением, потому что они дружили семьями, но с разводом всё заметно изменилось. Звать их никто не перестал, а вот желания уже не было, так как лично Пелагея чувствовала себя неловко, находясь в компании любящих пар в одиночестве. Но в тот вторник отказы почему-то не принимались, как банковские карточки в магазинах, когда отключают электричество, или ломается терминал. Торжественно пообещав приехать в субботу на празднование дня рождения и наконец увидеться с друзьями, она сама не поняла, как согласилась и заимела планы на грядущие выходные. Тасю же не столько волновал день рождения, сколько присутствие Макара на том самом празднике, куда она была приглашена по умолчанию. Родители в шутку женили их с самого раннего детства, вовсе не рассматривая такой вариант всерьёз, но дети фактически росли вместе и часто пересекались на подобных днях рождения, других праздниках и просто посиделках, отчего между ними возникла самая настоящая дружба. Жениться пока никто не планировал, но лишний раз пошутить на эту тему их родители были очень даже не против. До места они добрались только к половине третьего, потому что сначала полтора часа не могли выйти из дома, медленно собираясь и постоянно что-то забывая, а потом ещё столько же ходили по торговому центру, пытаясь найти подарок. Стоило им только оказаться во дворе дома друзей, как всё произошло слишком быстро, чтобы кто-то успел понять, что к чему. На веранде уже был накрыт стол, а все имеющиеся на празднике дети благополучно придумывали себе занятие на улице, но увидев их, Тася даже не шелохнулась, вероятнее всего, глядя совсем в другую сторону. - Папа! - громко закричала она и, ничего не объясняя, кинулась на шею к отцу, что стоял на крыльце того самого дома. Чуть не выронив из рук коробку с подарком, блондинка изумлённо уставилась на бывшего мужа, не подумав о том, что он тоже может здесь быть. За пять лет друзья стали общими вне зависимости от того, кто кого и с кем познакомил изначально, отчего его присутствие не было чем-то сверхъестественным для остальных. Молча преодолев эти несколько метров до крыльца, она тут же заметила свою подругу, которая тоже вышла навстречу ей, увидев подъехавшую машину. - Привет, - поздоровался молодой человек, всё ещё удерживая дочь на руках. - Привет, - равнодушно кивнула Пелагея, переведя взгляд на подругу, - Кать, можно тебя на секундочку? Переступив порог дома и оказавшись в тепле, она быстро захлопнула входную дверь и недобро посмотрела на на неё. - Ну и что это за подстава? - прошипела Поля, впившись ногтями в эту несчастную коробку. - Да какая подстава, Поль? Он такой же наш друг, как и ты. К тому же, его приглашал Боря, а не лично я, - проговорила девушка, удивленно глядя на неё, - Да и вы всё равно общаетесь из-за Таси... Что в этом такого? - Всё, забудь, - отмахнулась она, натянув на лицо улыбку. И проводить рядом с ним целый день в её планы совершенно не входило, несмотря на то, что ещё год назад она планировала провести с ним всю жизнь, если образно. Ссоры в их совместной жизни присутствовали всегда из-за его вспыльчивости и её нежелания лишний раз промолчать, но все пять лет каждая ссора заканчивалась хэппи эндом по итогу, чего не случилось этой весной. Очередной конфликт, начавшийся, как обычно, по сути не из-за чего, закончился брошенной сгоряча фразой: «Я больше так не могу. Давай разведемся?». Она сдалась первой, сама предложив закончить всё раз и навсегда. Она устала от постоянных ссор и вечных выяснений отношений и искренне верила, что после развода обретёт тишину и покой, а жизнь непременно наладится. Первую неделю всё это было похоже на шутку, когда он резко собрал какую-то часть своих вещей, и они убедительно соврали дочери про сборы. И оба до последнего были убеждены, что всё это несерьёзно, что они продержатся максимум пару дней, но, кажется, пару дней слишком затянулись. Развод прошёл тихо и мирно, что казалось редкостью для большинства публичных людей, которые предпочитали делать это громко и по возможности через программы с говорящими названиями. Затруднений не вызвал ни один из пунктов, начиная с ребёнка и заканчивая разделом имущества, делить которое никто и не собирался. Он, не задумываясь, оставил ей квартиру ещё до подачи иска в суд, а машины, по определению принадлежавшие им в отдельности, так и были распределены официально. Заявление на выплату алиментов Пелагея не подавала принципиально, просто-напросто не наблюдая в этом смысла, потому что вне зависимости от назначенной суммы её бывший муж однозначно давал в два раза больше, даже не спрашивая. Эти деньги полностью покрывали все расходы, так как ежемесячно шли на оплату Тасиного сада и её секции по фигурному катанию, не говоря о том, сколько ещё оставалось на различные мелочи, за которые девушка платила сама. И именно поэтому на её финансовом положении их развод никоим образом не отразился, за что, наверное, стоило поблагодарить бывшего мужа, но делать этого она не спешила. Оказавшись за одним столом, они сами не поняли, как сели на своё привычное место, где всегда сидели вместе. И это было вполне логично, если учесть, что все остальные пары не планировали пересаживаться из-за них в разные концы стола. Цели помирить их ни у кого, кроме Таси, за этим столом не было, но у Пелагеи уже начинали закрадываться сомнения на этот счёт. - Налей мне сока, пожалуйста, - попросила она, откинувшись на спинку дивана и совсем отчаявшись сменить своё место местоположение. Молча поднявшись с места, молодой человек без труда выбрал из всех имеющихся коробок нужный сок и наполнил им её стакан. - Почему именно апельсиновый? - невольно вырвалось у неё, прежде чем смысл дошёл до мозга. - Потому что ты пьёшь только его, - пожал плечами он, искренне не понимая её вопроса, - Или уже нет? Невесело усмехнувшись и одними губами прошептав ему: «Спасибо», она взяла стакан в руки и сделала несколько глотков сока. По телу разлилось непонятное тепло оттого, что, кроме него, никто и понятия не имеет, какой сок она пьёт, а какой на дух не переносит. Но уже через мгновенье это тепло сменилось таким же непонятным ощущением катастрофической нехватки чего-то родного. Кого-то родного. - Тебе салат положить? - снова развернувшись к ней, спросил Телегин. - Не хочу, - тихо отозвалась блондинка, тяжело вздохнув. - А чего грустная такая? - не унимался он, продолжая задавать ей вопросы. - Да не грустная... просто не выспалась, - ответила она, уже и сама не понимая причину такой своей апатии. Сделав вид, что поверил, он вновь развернулся к столу, а она так и продолжила сидеть полулёжа, глядя ему в спину. Телефон спасал только первые полчаса, а потом всевозможные занятия в нём кончились. Она даже собрала морковку с грядок в какой-то Тасиной игре на своём телефоне и посадила новую, но настроения так и не появилось. На веранде было достаточно шумно, потому что все общались и взаимодействовали друг с другом, а она то ли чувствовала себя не в своей тарелке, то ли просто разлучилась принимать активное участие в подобных праздниках. Раньше всё было как-то проще, а рядом сидящий человек придавал ей уверенности и желания находиться здесь. Сейчас его присутствие оказывало на неё совсем другое влияние, от которого уверенно хотелось испариться. Дети появились за столом чуть позже, когда шашлык был уже готов, и в помещении сразу стало в два раза шумнее. Тася привычно села между родителями, чувствуя себя лучше всех присутствующих и не переставая улыбаться. Она действительно чувствовала себя счастливой, находясь между двумя самыми родными и близкими ей людьми одновременно, чего не было так давно, что грустно вспоминать. И тепло, разливающееся по её телу, было вполне понятным и объяснимым, а главное, неподдельным и настоящим. У неё было аж несколько поводов, чтобы радоваться сегодняшнему дню, который она не зря так сильно ждала с самого вторника. И вероятнее всего, другие дети, сидящие за этим столом, даже не заметили и не поняли, что кто-то успел развестись, потому что внешне картина оставалась прежней, не считая маленьких нюансов. - Поль, давай ты хоть что-нибудь съешь и не будешь сидеть голодная? - продолжал настаивать бывший муж, а Тася молча наблюдала за ними, ловя буквально каждый взгляд. - Я не голодная, - тихо сказала она, для убедительности сделав ещё один глоток сока. - Ты какая-то бледная... Что случилось? - спросил он, уже в который раз подмечая это про себя. - А мама утром только кофе выпила и больше ничего! - посчитав, что это значительно упростит папе задачу, выдала девочка. - Тась, пойдём на улицу, - позвал Макар, тоже уже наевшись и устав сидеть за столом. И принять решение в пользу какой-то одной стороны ей в тот момент было так же трудно, как смириться с разводом родителей, что до сих пор произошло не до конца. - Да, идите поиграйте, - согласно закивала девушка, выпуская дочь из-за стола, а выбор все-таки пришлось сделать. Проследив за тем, как они ушли, она до последнего не хотела переводить взгляд на своего мужа, который наверняка имел, что сказать насчёт услышанного. Специально положив ей несколько самых больших кусков мяса и две огромных ложки единственного салата без майонеза, он всё ясно дал понять одним своим взглядом. - Ты издеваешься, да? - поинтересовалась Пелагея, с ужасом глядя на свою тарелку, что в считанные секунды наполнилась. - А ты вообще питалась эти полгода или как? - проигнорировав её вопрос, спросил молодой человек. - Если я сейчас не хочу есть, это не значит, что я вообще ничего не ем, - фыркнула она, по прежнему не решаясь притронуться к еде, - И с чего вдруг такая забота? - Вдруг? - не удержавшись, переспросил он, отлично заботясь о ней все эти пять лет до их развода. - В первую очередь, ты мать моего ребёнка... - Твой ребёнок и без меня сейчас неплохо поел, а ты прекрасно знаешь, как она у нас ест, - проговорила Поля, пытаясь перевести тему. - Если ты не съешь хотя бы половину, я сам начну тебя кормить! И мне плевать, что они подумают, - тихо заявил Телегин, имея в виду сидящих за столом друзей. Неохотно взяв в руку вилку и всё же предприняв попытки поесть, она решила начать с салата, так как майонеза в нём не было, о чем специально позаботился человек, знающий её вкусы и предпочтения. Когда на улице стало темнеть, на веранде включили приглушённый свет, чтобы создать какую-то атмосферу уюта и не напрягать глаза ярким светом, а детей благополучно переместили с улицы в дом, где было тепло, светло и безопасно. С салатом Пелагея тоже успешно справилась и даже осилила один кусок шашлыка, после чего заверила бывшего мужа, что наелась и была отпущена на свободу с чистой совестью, но уходить уже никуда не хотелось. Атмосфера вполне располагала, а находиться в компании этого самого мужа стало совсем комфортно, несмотря на все их разногласия и её вопросы к самой себе. Когда большинство присутствующих уже дошло до нужной кондиции, было решено перейти к чаю с тортом, на который сил и желания хватило только у детей и у тех, кто пил исключительно сок, будучи за рулем. Родители Таси с самого начала и до конца относились к числу последних, не планируя пить ничего крепче. - Устала? - рассматривая её выражение лица, спросил молодой человек. - Скорее, отвыкла, - хмыкнула блондинка, слабо улыбнувшись. - Ну, скоро уже домой... отдохнешь, - констатировал он, продолжая смотреть на неё. - Заберёшь Тасю в понедельник с тренировки? У меня встреча, у мамы тоже вроде какие-то дела... - тихо спросила она, припоминая их недавний разговор с матерью. - Заберу, - не раздумывая ни секунды, кивнул Телегин. И так как сказать друг другу им вроде больше было нечего, они просто молча продолжили сидеть рядом, периодически поглядывая друг на друга и не обращая внимания на присутствующих. И когда апельсиновый сок ударил в голову окончательно, он как бы случайно положил ей руку на бедро, как делал это когда-то давно, когда мог позволить себе подобное. И в тот момент стоило отметить, что сок ударил в голову им обоим, потому что на его такой жест она лишь невольно вздрогнула и больше ничего. Ни слова, ни звука, ни шипения, ни удара по руке. Только едва заметная ухмылка на губах и отведённый в сторону взгляд.