Почти пять

Утро второго буднего дня всем далось значительно легче, кроме Кая, что был изгнан спать в свой импровизированный дом из-за покушения на диван. Пелагея сегодня, на удивление, чувствовала себя гораздо лучше, чем все предыдущие понедельники и вторники, что давались с трудом. Тася тоже успешно выспалась за прошедшую ночь, отчего и встала с первой попытки, не испытывая терпение матери и просто с самого утра будучи очень вдохновлённой. Даже эта ужасная овсянка сегодня не казалась такой ужасной, как прежде, а гирлянда, отныне висящая на окне, создавала такую волшебную атмосферу на кухне, что находиться здесь было в два раза приятнее. - А ещё мы сегодня будем писать письмо Деду Морозу, - вспомнила девочка, отправляя ещё одну ложку каши в рот. - Уже придумала, что напишешь? - уточнила Поля, допивая свой кофе. - Придумала, но я тебе не скажу, - заявила она, сохраняя максимальную секретность и не догадываясь, что письмо все равно попадёт к ней в руки благодаря воспитателям и этой схеме, с помощью которой для детей вера в чудо оставалась, как можно дольше, а родители знали, что класть под ёлку, создавая то самое чудо. - Кстати, тебя сегодня бабушка заберёт, - сказала блондинка, вспомнив о своём втором звонке сегодня ночью. - А ты? - удивленно переспросила Тася. - А у меня дела... - Какие дела? - Знаешь, что любопытной Варваре на базаре оторвали нос? - уточнила она, щёлкнув её по носу и усмехнувшись. - Ну, я же не Варвара... - задумчиво отозвалась Тая, не наблюдая никакой опасности для своего носа, - Значит, мне ничего не оторвут! - Логично, - согласилась Пелагея, споласкивая чашку, - Допустим, у меня встреча... Такой ответ тебя устроит? - С кем? - не унималась она, проявляя неподдельный интерес к её делам. - Так, доедай кашу, пей чай и не задавай вопросов, иначе мы опоздаем, - ловко увернувшись от ответа, проговорила девушка и поспешила удалиться с кухни, дабы не вызывать к себе повышенного интереса с утра пораньше. - Так нечестно! - прокричала ей вслед малышка, не получив ответ на свой вопрос. День постепенно набирал обороты, и даже разгрызанный диван не мог испортить настроение этим утром. По дому Дима передвигался с глупой улыбкой на лице, а если выключить свет и присмотреться, то даже светился, напоминая ту собаку с фосфором. И обладателем этой нездоровой улыбки был не он один, потому что от одной только мысли о том, до чего они додумались сегодня ночью, становилось по-настоящему смешно. Их выбор пал не на какой-нибудь дорогой ресторан, где толком и не поговорить из-за множества людей и снующих официантов. Их выбор пал на то, о чем точно не стоило знать Тасе, которая сразу бы отказалась идти в сад и заявила, что тоже хочет поучаствовать, поэтому оба сохраняли в секрете свою дикую мысль, посетившую их почти одновременно. Он подъехал к её дому ровно в 11, как они и договаривались, а через несколько минут из подъезда вышла Пелагея, одетая так, словно находится на горнолыжном курорте, а не в центре Москвы, но и это подразумевалось под их совместным времяпрепровождением. Дима был одет не менее тепло, только в отличие от своей компаньонши по воплощению плана в жизнь не боялся испортить прическу и предварительно взял с собой шапку. Дорога до места назначения составила полтора часа, с учётом пробок и того, что нужное место находилось в Подмосковье. Заснеженный лес сопровождал их всю дорогу, как и звонкий смех Поли, которая до сих пор не могла поверить, что её важными делами на сегодня являлось катание с горки. Вскоре они приехали в спортивный комплекс, где Диме уже доводилось отдыхать как-то летом вместе с Алёной, но тогда никакого снега не было и в помине, а эта ненавязчивая мысль отложилась где-то в глубине его подсознания и терпеливо ждала своей очереди. - Боже, я не верю, что мы действительно здесь, - засмеялась девушка, боязливо глядя на заснеженный склон, что казался просто огромным сверху. - И видимо, мы одни такие сумасшедшие, которые решили покататься с горки во вторник утром, - осматриваясь вокруг, подметил Билан. Заранее оплатив своё пребывание здесь и взяв необходимый инвентарь, под которым подразумевался надувной тюб или просто ватрушка, как сегодня ночью сказала Поля, когда они разрабатывали свой поистине гениальный план. - Зато без свидетелей, - ответила она, тяжело вздохнув и отступив назад, - Даже как-то страшновато... - Вон там вроде кто-то есть. Будем надеяться, нас спасут, - махнув рукой в сторону человека в оранжевом жилете, что стоял в двухстах метрах от них, сказал он. - Если ты не будешь каркать, нас не придётся спасать, - несильно ударив его в плечо, возмутилась Пелагея, явно не собираясь травмироваться. - Ну, давай тогда, поехали что-ли? - решив, что они уже и так достаточно изучили местность, предложил Дима. - Только ты первый, - отскочив в сторону, заявила она. Неуверенно поставив своё средство передвижения на ближайшие несколько минут, а в последствии и часов, он не знал, как к нему подступиться. Наконец плюхнувшись в этот огромный тюб и посмотрев на свою боевую подругу, что явно нервничала без особых на то причин, Дима оттолкнулся двумя руками от земли и ухватившись за ручки по бокам, стремительно покатился вниз. Оказавшись внизу целым, невредимым, а главное, довольным, он показал ей большой палец, давая понять, что бояться здесь нечего. - О Господи... - пробубнила Поля, и в точности повторив его действия, полетела следом вниз. Правда её поездка сопровождалась дикими воплями и визгом то ли от восторга, то ли от страха, то ли от всего одновременно. - А я и не знал, что ты такая трусиха, Поль, - усмехнулся он, дождавшись её внизу. - Вообще-то, я мать! У меня инстинкт самосохранения на втором месте после материнского, - отозвалась она, поднявшись на ноги с помощью протянутой им руки. - Неужели реально так страшно? - Да у меня все внутренние органы сейчас в шоке от такого спуска, а нервная система пьёт ромашку и недоумевает! - Значит, надо повторить, - заключил Билан, уверенно направившись в сторону подъемника. И они повторили ещё раз двадцать, пока Пелагея сама ни начала тянуть его наверх, чтобы побыстрее скатиться вновь. Все мысли вылетали из головы в эти секунды, когда в лицо дул сильный ветер с крошками снега, и ничегошеньки её тревожило, отчего хотелось повторять это снова и снова, чтобы хотя бы на эти мгновения чувствовать себя свободной. Когда щеки и нос были уже совсем красными, а пальцы на ногах потихоньку переставали ощущаться, они приняли решение закончить с катанием и пойти пообедать, после чего можно выдвигаться в сторону дома. Уютное кафе в одном из этих многочисленных деревянных домиков заставляло радоваться не только отмерзшие конечности, но и глаз, что не мог наглядеться на то, как красиво было внутри. А от этого вкусного запаха чего-то съедобного текли слюни, потому что аппетит был успешно нагулян. И оба сидели с довольными улыбками, ничуть не жалея о своей спонтанной идее, пришедшей в их головы чисто случайно. Оба до сих пор не верили, что смогли сбежать от этой вечной суеты, и оказались в каком-то совершенно другом мире, где страшно, но в то же время захватывающе и по-детски беззаботно. Дима почему-то точно знал, что не смог бы вот так же взять и приехать сюда со своей невестой, которая не особо разделяла его любовь к подобным развлечениям. А предлагая эту идею Пелагее, он был абсолютно уверен, что она согласится, даже не раздумывая. Может быть, попричитает и повозмущается, но потом всё равно будет радоваться, как маленькая, несмотря на свои 35. В её жизни давно не было чего-то подобного, когда сумасшедшие идеи приходят в голову и с порога заявляют, что до воплощения в реальность никуда не уйдут. В её жизни давно не было этой внезапной радости из-за чего-то совсем простого и вполне досягаемого, отчего хотелось взлетать и по возможности не приземляться. - Я так рада, что ты меня сюда вытащил, - не переставая светиться от самого настоящего счастья, проговорила Поля, - Это лучшее, что можно было придумать... - Да я сам рад, что мы здесь, - усмехнувшись её такой реакции, признался он. - В последнее время вообще не было поводов для радости, а сегодня я прям летать готова... - Кстати, о поводах... Что у тебя там вчера случилось? - Да ерунда, не бери в голову, - отмахнулась блондинка, надеясь избежать очередного разговора, которого вроде и хотелось, а вроде и не нужно портить себе настроение. - Опять что-то с мужем? - предположил мужчина, зная, что у неё не так уж и много поводов для огорчения. - Будет достаточно забавно, если я скажу, что он ревнует меня к тебе? Ты говорил, что я преувеличиваю... Так вот, я приуменьшаю... - прокручивая в голове вчерашний вечер, проговорила Пелагея. - Если бы тебе было всё равно на его ревность, ты бы не придавала этому столько значения? Значит, тебе всё-таки нравится, что он ревнует? - Мне нравится, что ему не наплевать на меня, но это недоверие конкретно напрягает... Он никогда себя так не вёл, Дим, никогда! - Когда ты официально была его женой и каждое утро просыпалась рядом, у него и не было поводов для ревности, а сейчас он не знает, где ты и с кем, и его это напрягает не меньше твоего. Может, у вас ещё не всё прошло? - выдвинул свою версию Дима, полагая, что так будет логичнее всего, - Или давай проще? Ты его ещё любишь? - Так не проще, - возразила она, заметно смутившись, - Поэтому можно я не буду отвечать на этот вопрос? - Можно... Старательно выводя снежинку голубым фломастером, Тася до последнего оттягивала момент написания письма, совсем углубившись в его оформление. Но вскоре очередь дошла и до неё, когда воспитательница подошла, чтобы помочь написать письмо, которое дети её возраста однозначно не могли написать самостоятельно, просто-непросто не зная всех букв. - Ну, что? Придумала, что будешь загадывать? - улыбнулась девушка, задав тот же самый вопрос, что и Тасина мама утром, но интонация и голос сильно отличались от чего-то очень родного. Неуверенно кивнув, Тая испуганно оглянулась по сторонам, словно желание было очень секретным, и осмелилась произнести его вслух только на ухо своей воспитательнице. Другие дети просили различные игрушки, не создавая трудностей, но здесь всё было гораздо серьёзней. Растерянно посмотрев на неё, девушка подумала, что ослышалась, на секунду задумавшись над тем, каким сильным будет её разочарование, когда желание не сбудется. - Тась, ты уверена? Может быть, загадаешь что-то другое? Помнишь, ты говорила, что очень хочешь собаку? - Но собака - это не самое главное желание, - уверенно заявила Таисия, не собираясь отступать. - Прям так и писать? - уточнила девушка, коснувшись фломастером цветной бумаги. - Дорогой Дед Мороз... - специально диктуя, проговорила она. Тяжело вздохнув, воспитательница покорно продолжила выводить печатные буквы, не изменив ни слова в услышанном. Дальше все дети закинули свои письма в специальную коробку, которую непременно «доставят» прямо к Деду Морозу, а он обязательно прочитает каждое письмо и исполнит все желания. Очередь оставалась только за Тасей, которая закончила со своим письмом самая последняя и ещё не успела положить его в коробку. - А его точно успеют доставить? - недоверчиво спросила она, возлагая все свои надежды исключительно на этот праздник и главного исполнителя всех желаний. - Ну, конечно, - улыбнулась другая девушка, будучи ещё не в курсе конкретно её желания, так как писать письмо помогала не она. Ещё раз пробежавшись глазами по ровным буквам, трём снежинкам и одному снеговику, у которого получился очень странный нос, малышка уверенно опустила своё письмо в коробку и проследив за тем, как оно провалилось внутрь, обреченно вздохнула. Обратного пути уже не было. А вечером Светлану Геннадьевну ожидал сюрприз, когда Тасина воспитательница с обеспокоенным выражением лица вручала ей то письмо, чего, конечно же, не видели дети. - Она что, попросила два миллиона долларов и яхту? - засмеялась женщина, не понимая, что такого страшного могло произойти. Устремив взгляд на написанное, она уже через считанные секунды поменяла выражение своего лица, явно не ожидая такого поворота. - Мда уж... Лучше бы всё-таки яхту... - Я предлагала ей придумать что-нибудь другое, но она отказалась, - считая своим долгом сказать об этом, проговорила девушка. - Вы знаете, её бесполезно переубеждать... Но в любом случае спасибо, - как-то мгновенно потеряв свой задор, хмыкнула Ханова. Разумеется, задать внучке вопрос о том, почему желание именно такое, она не могла, просто-напросто не имея для того оснований. Тася была убеждена, что никто из членов её семьи никогда не увидит этого письма, и его действительно передадут Деду Морозу. Дожидаясь свою дочь, которая вот-вот должна была забрать внучку, Светлана Геннадьевна успела выпить штуки три каких-то таблеток, заранее догадываясь, как сильно «обрадуется» Пелагея, когда прочтёт это несчастное письмо. За ребёнком Поля ехала в отличном настроении, с улыбкой вспоминая сегодняшний день и предчувствуя, что ближайшие несколько дней мышцы будут болеть и ненавидеть её за такое резкое и непредвиденное количество физических нагрузок. День, проведённый в компании Димы, вызывал у неё исключительно положительные эмоции, чего нельзя было сказать о бывшем муже, когда тот испортил весь вечер своими ненужными разборками. И пусть, ответить на Димин вопрос она пока не могла, за семь месяцев не до конца разобравшись в себе, её душу невероятно согревал тот факт, что она не осталась один на один со своими тараканами. Делиться своими впечатлениями, ровно, как и тем, где она провела день, девушка не собиралась, решив оставить это в тайне ото всех. Но довольное выражение лица скрыть было просто невозможно, хоть она и не очень пыталась. - Тася собралась? Нам ещё в магазин нужно заехать, - протараторила блондинка, едва переступив порог квартиры. - Подожди со своим магазином, - тихо сказала женщина, заглянув в гостиную и убедившись в том, что внучка их не слышит, - В садике передали Тасино письмо для Деда Мороза... - Да, она говорила, что они сегодня будут его писать, - вспомнила она, вновь улыбнувшись и взяв протянутый и сложенный вдвое листок в руки, - Какая красота! - Ты сначала прочитай, - посоветовала Светлана Геннадьевна, наблюдая за тем, как дочь любуется дизайном. Спешно пробежавшись глазами по тексту, Пелагея мгновенно поменялась в лице, сначала просто смутившись, а затем и вовсе нахмурившись. - Это что? - только и смогла переспросить она, плохо воспринимая написанное, - А можно сказать, что Деда Мороза не существует? Просто это единственное, что мы можем сделать... «... Дорогой Дед Мороз, сделай, пожалуйста, так, чтобы мама и папа снова были вместе, потому что они очень друг друга любят... Телегина Тася»