Две стороны одной печали

      Кабинет Чуи Накахары всегда отличался чистотой и порядком. Даже фикус, который однажды был трагически разбит, был спасен и пересажен в новый горшок. Сейчас же после её ухода там творился настоящий хаос, и виной тому был Дазай (другой бы просто не посмел). Казалось, что он уже в десятый раз перебрал каждый документ, каждый черновик и информацию в ноутбуке, который находился в её кабинете, ища другие зацепки и следы помимо Накахары. Он просто на все сто уверен, что крыса имела прямой доступ к кабинету Чуи. Должна же быть какая-то разница в заполнениях отчетов, несостыковки в конце концов.       Сейчас же среди этого беспорядка, если это можно так назвать, Дазай спустя шести часов поисков стоял, облокотившись об рабочий стол, и рассматривал чокер в своей руке. Уже достаточно поношенный, местами даже подратый. Как бы он себе это не отрицал, но эта рыжая бестия уже давно наворотила дел в его душе, чтобы он просто так доверил это дело другим. «И причину этого он прекрасно понимал».       Входная дверь тихо заскрипела, но в тишине этот звук слышался довольно отчетливо и противно, даже слегка болезненно. Повернув голову, к счастью или печали, парень увидел Одасаку. Он нахмурился, спрятав в карман пиджака чокер. Не успел вошедший поздороваться, как Дазай спросил: — Как ты прошел? Вход на этот этаж есть только у ограниченного списка людей, — но после Осаму заметил папку, что держал парень в руках. Сакуноске, увидев взгляд Дазая, протянул причину прихода: — Так получилось. Я встретил подчиненного из твоего отряда, когда спускался после отчёта. Он то и поручил отдать тебе это. Привычное же дело. — Дазай усмехнулся. «Мальчик на побегушках», знали бы все — не имей Одасаку своего кредо против убийств, он бы стоял в самой элите мафии, превосходя Черных Ящеров. Пока у Осаму в голове пробегали веселые мысли, руки уже распаковали запечатанную папку и достали из неё документы. Это оказались сведения об активности в сети гаджетов Чуи и история её телефонных звонков. О, а у Шляпки он подписан, как Вредитель. Очень мило, крошка Чу. Он продолжал листать её номера, пока его взгляд не зацепился за контакт Одасаку. Он был подписан как Ода. Рука сама собой сжала телефон крепче, а на душе поскреблись кошки. Это было неприятно. — Я могу идти? Или нужна помощь? — неуверенно предложил Ода, зная, что его ранг в Портовой Мафии вряд ли имеет разрешение в помощи в таком деле. Но он и не мог не предложить, ведь он их друг. Двойной Черный был ему очень дорог, пускай и вышло так, что по отдельности. Эти взрослые подростки были единственные, кого он бы мог назвать друзьями вне рабочее время. Обычно он не лез, когда они работали. Он знает своё место. Да и про любопытных мафиози давно свой юмор есть. Черный.       На предложение Сакуноске, Осаму усмехнулся и, взяв со стола дело об Сакагучи Анго, направился к выходу из кабинета, но у самой двери остановился и, обернувшись в пол оборота, обратился к Оде. — Ты выходить собираешься? Я никогда не оставляю этот кабинет открытым, да и посторонних в нем оставлять точно не собираюсь.       Последнее заявление зацепило мужчину. С каких пор он стал посторонним? Но не став спорить, он просто вышел под пристальным взглядом юного друга. После побега Накахары, Дазай немного изменился. По крайней мере так казалось Оде. Он стал больше работать, ходит всегда задумчивым, а так же перестал с ним общаться. И сейчас, замкнув кабинет, он снова молча развернулся и пошёл по коридору, только ему известном направлении. Зная упрямство парня, а так же его гордость, Сакуноске решил первым исправить положение. — Осаму!       Парень остановился и медленно повернулся. Он ничего говорил, просто смотрел взглядом, словно он устал от всего на свете. Или что у него нет желания общаться. — Давай поговорим. — И о чем же нам говорить? — спросил Дазай, не меняя выражения лица. Да, порой с ним довольно не легко, но если взять в расчёт всё то, что произошло за последнее время, то его можно понять. Наверное… — Я знаю, тебе тяжело после побега Чуи, но ты не должен… — Да что ты знаешь?! — воскликнул парень, резко повысив голос. Такая быстрая смена настроения сильно озадачила Сакуноске. — Дазай… — Лучше объясни вот что. Как давно ты близко знаком с ней? — а его вопрос не менее шокировал мужчину. Близко? Он бы не сказал, что они так же отлично общаются, как он с Осаму. Они просто… знакомые, ведь так? Знакомые, чувствующие друг в друге родственную душу. — Я не понимаю о чем ты. — С каких пор вы друга друга называете по имени? — А, на счёт этого. Ну… Как бы тебе это объяснить… — Сакуноске явно не ожидал такой темы диалога. Он считал, что Дазай начал себя так вести из-за того, что тот возложил на себя все проблемы и пытался справиться с ними в одиночку. А на самом деле он просто… ревнует? — Попрошу уж как есть. — тон парня, как уставшего от жизни человека, не изменился, на что Ода обреченно вздохнул. — Послушай, я не знаю, почему это тебя так волнует, но мы с ней лично познакомились совсем не давно. Просто случайно встретились в баре. Да и ни разу не встречались, просто пересекались во время работы, немного поболтаем и разойдёмся. — А недавно всё выглядело так, словно вы не малознакомые. Тогда. В кабинете.       «От нового неожиданного приступа головной боли, Чуя упёрлась лбом в плечо Сакуноске, крепко сжав руками свои волосы. Не зная, что делать в такой ситуации, Ода прижал её к себе и, взяв её ладонь в свою, попытался ослабить хватку, чтобы она не причинила себе ещё большего вреда. — Что с тобой происходит? Неужели в последней миссии с тобой что-то случилось? — Я не знаю… правда…»       Невольно Сакуноске вспомнил, как застал Чую не в лучшем состоянии, и теперь только снова начал волноваться за неё. Где она, и не было ли у неё снова таких странных приступов?       Погрязнув в своих мыслях и переживаниях, Ода не сразу заметил, что у него начала болеть левая рука, а когда осознал, что за место словно ножом вскрывают, то только сжал кулак. Разве это возможно…       Не долгую паузу тишины прервал вздох Дазая: — Ладно, если хочешь помочь, то идём. Есть одно дельце. Введу в курс по дороге. Но не думай, что я всё это просто так оставлю. — и развернувшись, Дазай медленно направился дальше по коридору.       Посмотрев ему вслед, Сакуноске мог бы улыбнуться тому, что возможно Дазай совсем скоро вновь станет самим собой, но в данный момент его сильно беспокоило совсем другое. Немного отодвинув рукав левой руки, он хмурым взглядом посмотрел на всё ещё больное запястье, где с давних пор расположен шрам знака соулмейта.

***

      В тишине, умиротворённой атмосфере полумрачного архива, резко распахнувшаяся дверь с удара ноги создала шума больше, чем самый сильный гром.       Дазай, словно ребёнок, быстро спустился по лестнице и восторженно оглядывался и бегал от одной полки большого шкафа с документами к другой. Но после недолгой беготни он остановился и посмотрел на рабочий стол, который совсем неприметно стоял посреди этих высоких шкафов, как и человек, сидящий за ним. Молодой мужчина, явно пораженный таким шумным приходом «гостей», застыл на месте. Его рука остановилась в десятке сантиметров от документов, а брови сурово сдвинулись.       Дазай только хотел поприветствовать его, как тот его опередил: — Берите или кладите отчеты, которые нужны, отпишитесь и уходите, но только не могли бы вы не подходить ко мне. От вас… пахнет.       Такого приема они не ожидали, но когда Сакуноске повернулся к Дазаю, то увидел, как тот обнюхивает свой пиджак. — От меня плохо пахнет?       «Нет, мы рылись в помойке и теперь от нас пахнет цветами» — хотел бы он сказать, но лишь вздохнул. — Вы должно быть новенький? — вопрос Осаму привлек внимание мужчины. — Назовите свое имя.       Мужчина только сильнее нахмурил брови. Если бы он не знал, что этот мальчишка является в коем-то роде его начальником, то даже разговаривать не стал бы. А тут он сам пришёл, да и теперь интересуется его именем. — Сакагучи Анго. — ответил он коротко. — А~анго, а вы забавный. — растягивая его имя, Дазай подошёл ближе. Он даже был рад тому, что быстро нашёл того, кто ему нужен. — Воняешь! — воскликнул Анго, инстинктивно отодвинувшись. — Я уверен, что боссу не понравится то, как вы делаете то, что делаете. — странные слова заставили задуматься не только работника архива, но и Оду. — Вы хотите сказать, что знаете, что я делаю? — Вы записываете биографические данные умерших. Я прав? — такого вопроса Сакагучи не ожидал, и в удивлении раскрыл рот, не зная что сказать. — Биографические данные умерших? — переспросил Сакуноске, удивившись не меньше мужчины. — Эти двое из отряда Накахары. Они умерли в инциденте произошедшем 2 недели назад. Сато Масаши и Такахаси Кеиджи. Такахаси работал в порте с подросткового возраста и был очень любопытным, из-за чего однажды узнал то, что ему не следовало, так и попал в мафию. Отец сильно болен, матери нет. Вы записываете биографию мертвого, а так же информацию о его семье… — Умерший человек не просто какой-то номер, — резко сказал Анго тихим голосом, — у каждого в жизни должен быть какой-то смысл. — И взглядом полным решимости посмотрел на гостей. — То, что написано здесь, никогда не передать словами. Двое погибших. Это их жизнь! — Что босс сказал по этому поводу? — Я предоставил ему отчет о всех погибших на сегодняшний момент в конфликте. Сначала он это ненавидел, но теперь он говорит, что это ценная информация, позволяющая знать все в организации, и был польщён. — полный важности, ответил мужчина, сложив руки на груди. — Видишь? Разве он не забавный? — вдруг воскликнул Дазай, уже обращенный к другу. — Какие обстоятельства должны подтолкнуть человека к такой уникальной работе? — и в этот момент Дазай не увидел, как Анго замер на мгновение, а в глазах проскользнули нотки печали. — Есть один путь узнать это. Нам лишь нужно привести его в наше обычное место после этого. — предложил Одасаку, строго следуя одному из их планов, которые они обговорили до того, как зайти в архив. — Прекра~асная идея. — Я-я не пойду! — прищуренный хитрый взгляд Дазая сильно настораживал Сакагучи, из-за чего он сразу постарался избежать непредвиденного. — У меня есть работа, с которой нужно закончить. — Одасаку, нам нужно освободить его. Если мы будем обнимать его, как только можем, то он не сможет больше работать из-за запаха и мерзости. — Дазай быстро оказался рядом с Анго и, шевеля пальцами в предвкушении веселья, смотрел на него с тем же хитрым прищуром и извращенной ухмылкой. — Ладно. — парировал движениям друга Сакуноске, но с серьёзным лицом. «И как эти двое вообще дружат?» — пронеслось в голове у Сакагучи. — Стойте! Это мой лучший костюм, остановитесь! Я сейчас разозлюсь. Я сейчас реально разозлюсь! — но слова не помогали, и когда руки парней уже коснулись его плечей, мужчина истошно закричал.       В ночи неоновая вывеска бара Люпин приятно освещала проулок, привлекая прохожих отдохнуть в своей обители после долгого рабочего дня. За барной стойкой сидели трое парней в классических костюмах и обсуждали всех из мафии, кого только можно, за добрым виски. Анго сначала держал дистанцию, был молчалив, но кого алкоголь не разговорит? Да и Дазай с Сакуноске стали болтать больше, чем в последнее время. — Ну, так может всё-таки расскажешь как ты пришёл к тому, что начал писать биографию умерших? — поинтересовался Дазай, оперев голову одной рукой и с интересом смотря на Анго. — Вам действительно это интересно? — удивился тот. — А как же! Это же такая уникальная работа! Написать о человеке, который тебе ничего уже не расскажет, — не унимался юноша, говоря с восхищением, но тут же став спокойным, с непонятным блеском в глазах продолжил, — но тут-то это дело наводит на мысль: «не легче ли написать биографии живых»? — Когда всё успокоится и дел станет меньше, то может этим и займемся, но сейчас… мы должны сделать всё, чтобы ушедшие не канули в небытие. — М~м, а ты красиво говоришь, когда напиваешься. — заключил Осаму, «гоняя» пальцем лёд в стакане. — Замолчи… — И всё-таки. Как ты пришёл к тому, что начал писать биографии погибших? — спросил Сакуноске, заставив нового приятеля задуматься, но вскоре тот начал рассказ: — Если честно, то сам к этому я, возможно, и не пришёл бы, а если бы и смог, то только спустя долгое время. Однажды в архив принесла отчёты одна девушка, и… «— Тамура-сан погиб? — спросила вдруг рыжеволосая девушка, озадачив Сакагучи. Тамура? Кто это? — О ком вы? — Извините, увидела у вас на столе свежий отчет, и в нём говорится о погибших в последнем деле. Не смогла сдержаться и не прочитать. — она говорила искренне, и пусть на лице у неё было безразличие, можно было понять, что ей стало неловко. — Вы… знаете кого-то из них? — Да. Тамура Акайо. Рядовой. Работает в мафии не больше года. Жаль его, у него ведь маленькая дочка осталась совсем одна. — в её голубых глазах промелькнула печаль.       И в этот момент Анго задумался. Если бы она не рассказала об этом, то он бы даже не подозревал о печальной трагедии этого рядового. Он бы так и остался «безымянным солдатом». Его имени дали бы номер в списке погибших, и отправили бы пылиться на полку. Ни истории, ни фактов. От этого человека в организации ничего не осталось бы.»       После долгой паузы, Дазай спросил: — Вот оно как. Скажи, а ту девушку случаем не «Накахара Чуя» звали? — Откуда ты… — Анго был удивлен, так как в своем рассказе он ничего не упоминал о ней, но парень быстро его перебил: — Я просто предположил. Да и помнить имена и истории жизни подчинённых, даже если не её, в её духе. Она всегда всеми интересуется и не ради каких-то особых целей. Просто… потому-что ей это нравится. Нравится общаться, невзирая на субординацию. Если это однажды не перейдёт за рамки, конечно же. — Мы с ней, помню, просто встретились у автомата кофе и разговорились. — подтвердил Ода своим «опытом», и его губы расплылись в доброй улыбке, на что Осаму фыркнул. — И меня до сих пор напрягает тот факт, что я не знал об этом долгое время. — Я не думал, что ты к ней так ревностно относишься. — Я вовсе не ревную! — Так зачем я вам нужен? — сделав ударение на «я», вдруг спросил Сакагучи, озадачив двоицу. — Вы ведь не просто так решили буквально вынести меня с места моей работы и порасспрашивать о ней? — на что Дазай ухмыльнулся. — В чем-то ты прав. Шляпка оставила мне несколько наводок, и теперь я пытаюсь с этим разобраться. Одна из них привела меня к тебе. Скажи мне, Анго, почему же так получилось? Она оставила тебе что-то? Или ты знаешь информацию, оспаривавшую её предательство? — эти вопросы озадачили мужчину. Он даже не задумывался о том, что к нему могут прийти по поводу всем известной демоницы организации, но чтобы она и его втянула… — Нет… Вся информация, которой я владею, известна и боссу. Я не имею право раскрывать её, но думаю, для тебя она не будет новой.       И повисла тишина. Каждый думал о своём, но вскоре Дазай обдумал всю информацию снова и задал ещё один вопрос, надеясь на этот раз получить полезный ответ. — Анго, в твоём деле было сказано, что ты эспер, но у меня не было времени прочитать о твоей способности. Можешь рассказать, в чём она заключается? — из-за выпитого алкоголя Анго уже не мог улавливать ход размышления юного исполнителя, поэтому, не переставая удивляться вопросам, просто отвечал. — Моя способность называется «Рассуждение о Декадансе». Если кратко, то я могу прочесть воспоминания любого предмета. — Без ограниченных рамок? — поинтересовался Сакуноске. — Пока что не наблюдал такого.       И когда Сакагучи делал глоток виски, с печалью думал о своих несчастных пяти секундах. — Любого, да? А ты можешь прочитать что-нибудь интересное у этого предмета? — Дазай протянул ему чокер Чуи, который всегда был при нём. Анго, нахмурив брови, принял вещь. — Это… ошейник? — Считай, как тебе нравится. — Дазай. — позвал Ода своего друга. Вид его был задумчив, и Осаму не мог понять причину изменения его настроения. — М? — Если с тобой всё время был чокер, то зачем тогда мы искали вещи Накахары в мусорном баке? — этот вопрос не давал ему покоя ещё очень давно. Зачем им вообще надо было туда лезть? — Эта была месть, а ещё способ вытащить чистюлю архивариуса. Видел, как чист архив? — ухмыляясь, Дазай повертелся на стуле. — Я вообще-то здесь. — вздохнув, Анго сказал. — Знайте, я делаю это только потому что считаю, что Накахара-сан не способна предать мафию. Она не из таких людей.       Коснувшись пальцами аксессуара, от него начали исходить зелёные ленты, словно кинематографическая пленка. Осаму с Одой внимательно наблюдали за сосредоточенным лицом нового знакомого и его активированной способностью. Наблюдать за чей-то способностью всегда интересно, если вас не пытаются убить, конечно же.       И вот спустя минуту, которая для них казалась намного дольше, Сакагучи широко раскрывает глаза в изумлении, и только после вопроса Дазая: «Что-то увидел?», он повернулся к ним и произнес: — У меня есть несколько новостей.

***

— Ты опоздал, Тачихара, — подросток вздрогнул, услышав строгий тон Хироцу, — чего стоишь? Проходи быстрее. Второй твой напарник давно уже тут.       Парень быстро подскочил и присоединился к Гин, стоящему возле входа у стены, тихо ругаясь про себя, что не заметил человека с общей с ним проблемой сразу. Их куратора и учителя Портовая Мафия объявила предателем, и Тачихара вместе с Гин понятия не имеют, что с ними теперь будет. Они считались только учениками, но к отряду Накахары Чуи не числились. Это их спасло от заключения в «нижних этажах», но проверки обойти не удалось. К счастью или нет, бывший напарник их куратора после допроса заключил о непричастности в предательстве. Он не знает, какое Дазай Осаму оставил впечатление на Гин, но Тачихаре уже вторую ночь снятся кошмары с участием этого поистине страшного человека. Он не может представить, что Дазай Осаму всего на два или три года старше его. Мичизо с содроганием будет вспоминать их встречу. И как только их учитель мог работать с ним и находиться в дуэте? Вспомнив снова о Накахаре Чуе, парень невольно нахмурился. За эту неделю под опекой члена Исполнительного Комитета, помимо деспотичного отношения к тренировкам, он также узнал на своей шкуре и о более мягкой стороне Накахары Чуи. Вроде тех же советов и помощи при получении ранений. Если посмотреть глубже, то его побег с корабля удался только благодаря учителю. Он помнит то красное свечение и мягкую посадку в море. Накахара тогда дала ему уйти. Сейчас он это отлично понимает. По его мнению, Чуя Накахара не похожа на человека, готового на измену. Все знали о её качествах и отношении к предательству. Или это всё было спектаклем и маской? Не ему ли об этом размышлять?       Подросток невольно потер браслет на запястье левой руки. Взгляд упал на рядом стоящего Гина. Молчун вроде больше месяца был под личной опекой Накахары, а что он, интересно, думает обо всей этой ситуации? И что вообще с ними теперь будет? Вчера им сообщили, чтобы они подошли на их текущее место. Это то же здание, в котором они вели тренировки, только второй этаж. У входа их поджидал глава Черных Ящеров, как он помнит. И почему человек такого калибра лично их встречает? Это наводит на некоторые мысли. — Итак, вы двое, за мной. — Старик, хотя язык не повернется его так обозвать, посмотрел на брегет, нахмурив брови, и, положив его обратно в карман плаща, развернулся и не торопясь направился в глубь коридора. Ему и Гин оставалось лишь пойти за ним, держась на расстоянии. Их путь закончился, когда Хироцу остановился возле двери и убрал монокль с глаза, чтобы сканер биометрического замка смог отсканировать сетчатку глаза. Спустя несколько секунд глава ящеров изящным движением руки, будто бы человек из прошлого века, пригласил их войти в кабинет. Хироцу закрыл дверь и прошел мимо них, устроившись за столом посреди кабинета. — Итак, господа, я не буду терять драгоценного времени и перейду сразу к делу, — мужчина, открыв ящик стола, достал тонкую черную папку и положил на стол. — Не так давно, до своего побега, Накахара Чуя написала приказ о вашем переводе в мой отряд. Но недавно, из-за случившейся с ней ситуации, приказ должен был пройти через руки Босса, и только вчера он утвердил его. С сегодняшнего дня вы двое считаетесь членами специального отряда Черных Ящеров. Тренировки Накахары Чуи, несмотря ни на что, всё-таки считались одними из эффективных, и я искренне надеюсь, что вы усвоили преподаваемые вам уроки. Есть вопросы?       Сначала никто из них не решался нарушить тишину. Они всё ещё обрабатывали свалившуюся на них информацию. Они оба знали, что попадут в особый отряд после обучения, но после всего случившегося были не уверены уже в этом. Если их всё-таки одобрили, значит ли, что от них так хотят избавиться? Или руководство Накахарой и после всего ценится? Тачихара прервал свои размышления, когда словил на себе острый взгляд серебряных глаз Гин. Недоуменно уставившись в ответ, он гадал, что от него хочет этот парень. — Накахара Чуя действительно предатель Портовой Мафии? — тихий и неуверенный вопрос Гин прозвучал довольно громко в повисшей тишине.       Однако Хироцу Рьюро не спешил отвечать на заданный вопрос, чем очень нервировал в ожидании двух подростков. Он вытащил с кармана сигарету. Послышался треск механизма зажигалки, и только после затяжки выпустил не спеша дым. — Я не могу ответить на этот вопрос. А ты сам что думаешь, Гин? — внимательно посмотрел на долю секунды сначала в глаза Тачихаре, но после перевел взгляд на Гин. — Она спасла меня и завоевала моё доверие. Я не могу поверить в её предательство. — прозвучало твёрдо. — Мало кто сейчас может. Возьмите папки и ознакомьтесь с документами прямо здесь и сейчас. Надеюсь, не надо напоминать о не разглашении информации? Гин не сдвинулся с места, поэтому Мичизо пришлось взять папку со стола и вернуться обратно. В папке действительно лежали приказы о переводе на их имена, и парень как-то заметил, что фамилия Гин совпадает с учеником Дазая Осаму, но решил отложить этот вопрос на потом. Его больше привлек маленький листок с знакомым почерком. Записка от учителя? На листке было всего одно слово, с посылом заставляя его и Гина пересмотреть всю ситуацию с учителем под другим углом. Чуть кривоватым почерком было написано:

«Не рыпайтесь».

***

«Лучше я пока что прогуляюсь…» — решила Чуя и, предупредив Акино, вышла из базы. Ей хотелось о многом подумать, а в шуме сложно такое сделать.       Когда она шла по узким улицам, спрашивала в некоторых забегаловках, где порой бывают информаторы, про Яму. Но к сожалению, все отвечали, что не слышали о таком человеке.       Под закатным солнцем залив как никогда красив. Вода окрашивается в малиновый, а волны играют разноцветными бликами. Чуя села на волнорез и стала наблюдать за водой. Это очень успокаивало.       В голове всё ещё крутился рой мыслей, и девушка всё пыталась в нём разобраться. Первая проблема — информаторы. Всё идёт по плану. Она нашла склады вражеских организаций, но так же понимает, что это только мелкие ресурсы, есть куда «рыбёшка покрупнее». Но как её найти… Для этого ей и нужен хороший новый информатор. Со старыми связываться не вариант, так как есть риски операции.       Вторая — агнцы. Неизвестная переменная в её плане. Кучка беспризорников, которые выживают, воруя хлеб. Она чувствует, что просто нахождение в их группе, в будущем принесет ей проблемы. Но даже так, она не может оставить этих детей… В их лицах она увидела тех, с которыми тоже когда-то воровала хлеб. Увидела ту похожую жизнь, которой жила до появления Нобу. «Папа…» — вспомнив мужчину, который изменил её жизнь и подарил будущее, она для себя решила, — «Я не могу их сейчас оставить. Я должна им помочь, а когда вернусь в мафию, что нибудь придумаю».       Сегодня ночью Чуя планировала пройти дальше по району, в котором была в прошлый раз. Может найдет что-то нужное для босса. И когда она планировала план действий, на телефоне сработал звук уведомлений. Удивившись, она достала его из кармана куртки. Ей же никто не должен писать в это время. Но увидев сообщение и подпись, Накахара чуть не выронила телефон из рук.

«Искала меня? Яму»

Комментарии соавторов: Э: Как думаешь, это их шокирует? К: Вполне, если кто-то ещё на плаву здесь Э: Тогда будем ждать грабли и огонь. Или помидоры К: Итак. В шапке главы мы уже написали о том, что данная работа заморожена, и мы всё так же планируем её переписать, но только после окончания манги. А сейчас по предложению Эльки, мы решили заново опубликовать этот фанф, чтобы его всё таки не теряли... хоть и прошло уже 5 лет Э: Эта часть кстати пылилась у нас целых пять лет, что пиздец К: Да. На сколько я помню, по правилам фикбука нельзя публиковать часть чисто с новостями. Потому мы залезли в черновики и обнаружили, что у нас была практически написана новая глава. Поэтому мы её немного отредактировали (буквально опечатки) и вот опубликовали... Э: Напоминаю, что Печалька изначально была экспериментом совместного авторства. Мы с Катей хотели опробовать свои идеи, навыки и уровень взаимопонимания в писательстве. За эти 5 лет много на самом деле, что произошло. Но мы честно, не забыли о вас К: и мы всё так же сильно хотим полностью написать и опубликовать это детище, так как очень его любим Э: Мы правда пытались , и вообще вернуться за эти года к писательству в целом. Сейчас у нас спустя это время наконец-то появилось желание и возможности творить К: Благодаря появившейся свободе Э: Но уже как самостоятельные авторы) Двойное Безумие никогда не уходило) Мы всё это время были вместе и пытались творить безумие) К: Мы официально просим прощения за долгие 5 лет безмолвия Э: И за последующие тоже К: /звонкий подзатыльник/ Э: Ой) Ну, как мы и говорили в примечании, нам легче сейчас дождаться конец манги (которая сейчас, мне кажется, как раз таки близится к концу) и продумать фанфик уже до конца, а не переписывать свои идеи по сто раз с выходом нового поворота сюжета в Бродячих псах (Да, были такие проблемы). Так что, мы можем лишь попросить подписаться на фанфик в ожидании перезапуска. Но точно не обещаем, что он случится в следующем году :(

С любовью, Двойное Безумие