Fire With Fire/Огнем против огня

Адара шла по коридору Малфой-мэнора в направлении библиотеки, где Кастор проводил все свое свободное время. Девушка была в приподнятом настроении, ведь сегодня должны были доставить результаты СОВ, которые решат будущее детей. Аккуратно приоткрыв дверь, Малфой увидела брата, сидящего на подоконнике и смотрящего вдаль. На его лбу залегла морщинка, а глаза были предельно грустными. — Кастор, — девушка зашла в библиотеку. — Сегодня результаты… — Прибудут и решат мою судьбу. Это чепуха. Лишь лишний повод для отца отругать нас и отсрочить принятие метки, — парень ударил кулаком по подоконнику, от чего Адара подпрыгнула. — Но это правда решит наше будущее, благодаря результатам мы узнаем, на кого сможем учиться и… — Я рожден для великой цели служения Лорду, а не смешиванию травок в старом котле, — Кастор сморщился. — Из-за этих уроков я итак вернулся домой почти на месяц позже, чем все дети. От них одни проблемы. Адара молча стояла около окна, всматриваясь в лицо брата. «И когда он успел стать таким отстраненным и жестоким? Когда он отдалился?» Неожиданно дверь снова скрипнула и на пороге показался Люциус Малфой с двумя запечатанными письмами в руках. — Дети, ваши СОВ, — Люциус медленно прошел к дивану и опустился на него. Мужчина аккуратно надломил печать на обоих письмах, вытаскивая тонкие кусочки пергамента из конвертов. Он долго изучал буквы, выведенные рукой Минервы МакГонагалл. — Кастор — девять баллов, а Адара — одиннадцать, — проговорил мистер Малфой. — Поздравляю вас, вы на шаг ближе к метке, — на лице Малфоя появилась улыбка. — Как эти результаты влияют на метку? — фыркнул Кастор, переведя взгляд на отца. — Волшебник ценен не только положением и силой, но и знаниями, которыми он обладает. Эти формальные экзамены публичное выражение вашего высоко уровня. Конечно, вы не набрали все двенадцать баллов, как это сделали некоторые… Уизли в прошлом, но я горд, что мои дети набрали приличные одиннадцать баллов и неплохие девять. Этим вы доказали, что сильны еще и умственно, это дает вам возможность присоединиться к великой организации, которая правит этим миром, — во время своей речи Люциус Малфой встал, словно он выступал перед своими коллегами по работе. Мужчину распирала гордость. Кастор лишь закатил глаза, а Адара вжалась в стену. — Сегодня вечером в поместье прибудет Игнет, она поставит вам метки, — уже уходя, сказал Люциус. Кастор спрыгнул с подоконника, на его лице сияла улыбка, Адара же превратилась в свою собственную тень только при одной мысли скорой церемонии.

***

Адара шла по коридору в длинном черном платье. Волосы были заколоты в пучок, а лицо выбелено до предела. Легкая дрожь расходилась по всему телу, а липкий пот выступал на лбу и спине. Дверь, за которой уже сидела Игнет, была близка. Каждый шаг отдавался болью в душе. Тяжелая дверь отворилась и взору девушки предстал просторный зал, наполненный людьми. Все они были одеты подобно Адаре, в черное. Выделялась лишь девушка, сидевшая на высоком стуле около окна, на котором висели тяжелые фиолетовые шторы. Игнет выглядела ничуть не лучше Адары, откровенный страх читался в ее глазах. Около нее стоял Люциус, которой постоянно что-то нашептывал на ухо и повторял движения палочкой. Около входного проема стоял Кастор. Он был спокоен как скала и неподвижен. Единственное, что намекало на то, что он жив, это желваки, которые ходили вверх и вниз. — Уважаемые гости, — начал Люциус, выходя на середину зала. Его голос заставил Адару подпрыгнуть на месте. — Сегодня знаменательное событие, которое не требует отлагательств. Мои дети, Кастор и Адара, выполнили задание Лорда и будут отмечены великой честью — получением метки. По залу прошел гул. — Наша повелительница, — Малфой склонился в поклоне. — Мы можем начинать. Кастор! — мистер Малфой отошел за спину Игнет. — Подойди ко мне, — мягко проговорила Игнет. Ее голос был столь мягок и тих, что походил на шипение змеи. — Опустись, — голос становился все уверенней. Кастор медленно опустился на одно колено, опустив голову вниз. — Руку, — Послышался хруст ткани. Кастор буквально разорвал рукав, освобождая свое запястье. Игнет резко схватила его руку, впиваясь ногтями. Девушка начала шептать заклинание. Вокруг Кастора и Игнет начало появляться зеленое сияние, которое постепенно усиливалось, закрывая ребят от взора собравшихся. Из этой пелены, спустя несколько томительных минут, послышался крик Кастора. Сразу после этого дымка рассеялась, открывая взору Малфоя, лежащего на полу и держащегося за левое предплечье, и Игнет, в глазах которой плескалась радость от содеянного. Она поднялась с места. — Адара, подойди, — в этот миг она напоминала настоящего повелителя, который легким движение пальца может заставить людей совершать самые безумные поступки. Девушка на негнущихся ногах стала подходить к дочери повелителя. Не дожидаясь приказа, она опустилась на колени, протягивая руку. Это вызвало одобрительные улыбки гостей и гордую у Люциуса. — Хорошая девочка, — промурлыкала Реддл, сжимая белую кожу. Адара зажмурилась, чувствуя нарастающую боль. В ее сознании начали мелькать тени, напоминающие людей. Они пытались достать ее своими склизкими руками, тянулись, почти касаясь Адары своими противными длинными ногтями. Шею пронзило болью, словно в нее воткнули кинжал. Девушка начала задыхаться и кричать, что было сил, стараясь позвать на помощь. В один момент все прошло. Девушка осознала, что лежит на полу у ног Игнет и сжимает свою руку, как недавно это делал ее брат. Взгляд сфокусировался на руке. Черная змея извивалась, выползая из черепа. — Вставай, дочь. Теперь ты одна из нас, — произнес Люциус, опускаясь к дочери.

***

Адара долго не могла уснуть в ту ночь, ее руку ни то кололо иголками, ни то облизывало языками пламени. Не помогали ни обезболивающие, ни снотворные зелья. Попрощавшись со сном, девушка села в кровати, нащупывая палочку, чтобы зажечь свет. Сильным дуновением ветра палочку сбросило с прикроватной тумбочки, она покатилась под кровать. — Что за черт, — выругалась девушка, опускаясь к полу. Заглянув под кровать, Малфой увидела два желтых глаза, наблюдающие за ней. По спине пробежали мурашки, тело парализовало, а в голове стало полностью пусто. Сгусток тьмы вырвался из-под кровати, скидывая Адару с кровати. Девушка лежала на полу не в силах пошевелиться, а над ней нависло черное облако с горящими глазами, которые словно поедали душу. Становилось тяжелее дышать. Картинка двоилась и мутнела, теряя свой первоначальный образ. Адара резко открыла глаза. За окном было уже светло, а она лежала на ковре посреди своей комнаты. Повернув голову в сторону кровати, Малфой увидела палочку, лежащую под ней. Девушку накрыла новая волна страха, на что метка отдалась режущей болью.