Две надежды человечества

POV Леви Уже ночь. Недавно у нас было собрание, где мы разъясняли Эрену настоящее положение вещей. Парень добрый, но не очень умный. Он слушается своего сердца, а это очень большой минус в армии. Собрание бы продолжалось, но пришла очкастая и начала рассказывать Йегеру о гигантах. Естественно, мы не стали слушать её бред и сразу ушли. Только Эрен остался. Он еще не знает, на что подписался. Мы попрощались и разошлись. Сейчас я нахожусь в комнате. Переоделся в черные брюки и белую спальную сорочку. Так хочется спать, но нужно написать отчет Эрвину. Ненавижу эту часть своей работы. Мне больше по душе убивать гигантов. Поняв, что уже минуту сижу и тупо пялюсь на бумагу, я встал и подошел к окну. Луна светила так ярко, что можно было разглядеть все в мелких деталях. Я открыл окно, ведь в комнате было невыносимо душно. Вдруг я заметил две фигуры. Приглядевшись, я понял, что это Ал и Кетти из отряда Валери. Я не мог слышать, о чем они говорят, но судя по жестикуляции Катерин, они ссорятся. Ален тоже что-то говорил, и вдруг… Кетти влепила ему пощечину. Эта девочка ударила Абрамса. Я, конечно, видел, как она убивает гигантов, но не знал, что Катерин может ударить человека. Она развернулась и хотела уйти с гордо поднятой головой, но Ал схватил её за руку, развернул к себе и… поцеловал? Кетрин не сразу, но обняла его за шею. Вдруг двери в мою комнату открылись, и на пороге показалась Валери. Странно было то, что в руках она держала две чашки чая. Но что она забыла здесь так поздно? Этот вопрос я ей и задал, на что сразу получил ответ:       — Дурацкий вопрос, учитывая то, что мы каждый вечер вместе заполняем документы для Эрвина в твоей комнате.       — Мы разобрали все бумаги еще вчера, — только и ответил я.       — Ну, тогда я просто здесь побуду. Ты же не прогонишь своего друга? — хитро спросила она.       — Друга? Необычно было слышать то, что я её друг. За всю мою жизнь у меня их было немного, а точнее всего лишь двое: Изабель и Фарлан. Тем временем, мы сели на кровать, попивая вкусный чай.       — Да. А ты думаешь по-другому? — спросила она, сверкнув в темноте алыми глазами. Я лишь хмыкнул, потому что сразу понял, что этот вопрос чистой воды провокация. Я не знал что ответить. В самом деле, кто она мне? Она понимает меня с первого слова, хотя скрывает это за своей маской, помогает мне… Чёрт возьми, я чувствую покой, когда она говорит со мной. Это и есть признаки дружбы?       — Будем считать, что это значит «да», — прервала мои размышления она.       — Барроуз, мне вот интересно, как ты такой стала? — она вздрогнула и непонимающе посмотрела на меня.       — Ты о чем, Аккерман? О моем характере? Я такая с самого рождения: плохая девочка, — с ухмылкой ответила она.       — Просто так такими не становятся, — резонно заметил я, — Нужно, чтобы что-то подтолкнуло.       — Хах, тогда у меня такой же вопрос к тебе, Леви. Ты за столько времени уже должен был выучить меня. Я просто так ничего не делаю. Допустим, что я тебе расскажу, но что получу взамен? Может, ты расскажешь свою историю? Три раза «ха» и полтора раза «хи». А она права. Я бы тоже просто так не рассказал о своем прошлом. Но несмотря на это, я очень хочу узнать её. Вот только почему? Чтобы доверять ей? Так я ей доверяю, как самому себе. Сколько раз она воевала вместе со мной? Не сосчитать даже. Поэтому…       — Ладно, я согласен, — видя её недоуменный взгляд, пояснил, — Я тоже расскажу свою историю. Но ты первая. Минуту мы молчали. Я, потому что ждал её ответа, а она — прикидывала все «за» и «против». Наконец Барроуз ответила:       — Хорошо. Это случилось, когда мне было шесть лет, тогда я впервые задалась вопросом: почему этот человек меня ненавидит? В то время я еще называла Джэрарда своим отцом. Я помню, как он часто сидел в своей комнате и смотрел на лист бумаги, но Джэрард ни разу не сказал и не показал, что там. Да, Леви, он меня ненавидел, — сказала она, заметив мой взгляд, — Но я его любила. Всем сердцем любила. Жаль, что это было не взаимно. Я отчетливо помню, как ОН впервые меня ударил. Джэрард пошел в магазин, а я зашла в его комнату, чтобы найти тот самый листок. Это было очень просто: комната была открытой, а бумажка лежала прямо на столе. Это был портрет Джэрарда и какой-то женщины, но я сразу поняла, что это моя мама. Она была невероятно красивой: длинные чёрные локоны, теплые бордово-карие глаза, не очень высокая, фигуристая, с теплой улыбкой. Сейчас я поняла, что я почти её копия. Тогда я не могла оторвать от неё глаз. С первого взгляда я полюбила эту женщину, пусть это и был всего лишь портрет. И, как назло, я не услышала ЕГО прихода. ОН был ужасно зол, увидев меня в своей комнате и с портретом в руках. В тот день мой мир рухнул. Джэрард избил меня до полусмерти, а потом просто выкинул на улицу. Что было дальше, я смутно помню, но кто-то приютил меня на три дня. Все эти дни я мучилась от лихорадки. С того момента я перестала называть Джэрарда отцом, а он избивал меня с завидной регулярностью. Через несколько месяцев я смогла выучить приемы из рукопашного боя. Друзья не знают, но меня всему учили. Но, вот незадача, я не помню кто, не помню, как мы встречались, не помню уроков, но все помнило мое тело, которое уже могло давать сдачу. Каждый месяц я узнавала разные техники боя, сама не зная, не помня своего учителя. Все прекратилось, когда я встретила Блейков. Даже сейчас я не понимаю то, что со мной было тогда. И, наверное, никогда не пойму. Настала тишина. Валери смотрела пустым взглядом в стенку и молчала, я же смотрел на неё. Почему-то я почувствовал радость… за смерть Джэрарда. Я уже привык, что мир очень жестокий, но думал, что не у всех все так хреново. Не знаю, что мною двигало в этот момент, но я обнял её. Я не понимал своего поступка, но реакция девушки меня тоже удивила. Она обняла меня в ответ и уткнулась лицом мне в шею. От её дыхания у меня пробежали мурашки по коже. Тихо, но я начал свой рассказ. И с каждым словом у меня на душе становилось все легче и легче. Она узнала все. Я рассказывал скупо, стараясь не выдать своих чувств и горя, но не нужно быть гением, чтобы догадаться, что мне все еще снятся кошмары. Даже не заметил, что мы уже не сидим, а лежим на кровати и смотрим друг другу в глаза. В них я не увидел насмешки или презрения, а лишь сожаление. Вдруг она дотронулась рукой до моей щеки и сказала:       — Да уж, детство у нас обоих не задалось. Извини, пожалуйста, за то, что заставила вспомнить, — при этом она хитро улыбалась, но было видно, что натянуто. Я ничего не ответил, да и зачем? Мы молча лежали и наслаждались тишиной, а Валери еще поглаживала меня по щеке. Я даже расслабился и закрыл глаза. Через несколько минут она заснула, а я пытался разобраться в своих ощущениях и эмоциях. Вдруг вспомнил один случай, когда два года назад увидел, как Клаус откровенно с ней флиртует и обнимает за талию, а Барроуз хитро прикрывает глаза и ухмыляется на это. Тогда, почему-то, я сильно разозлился на Блейка и готов был его убить. Подумать только, это было так давно, но только сейчас я понял, что это значит. Кажется, я влюблен. Ведь ЛЮБИТЬ я точно не способен. Вот только ей об этом знать не обязательно. ENDPOV Леви Была отличная погода. Именно сегодня Ханджи решила провести эксперимент над Эреном. В этом принимали участие Йегер, Леви, Валери и Зоэ. Они подъехали к глубокому колодцу и приказали Эрену залезть в него. Объясняла правила капитан Барроуз:       — Эй, чудо-мальчик, готов? Отлично. Слушай внимательно и запоминай: в нужный момент майор Ханджи Зоэ запустит дымовую шашку. После этого сигнала ты должен превратиться в гиганта. Все понятно? — на всякий случай спросила она.       — Хорошо, — ответил он, подняв руку. После этого ответа капитаны и майор отошли подальше. Ханджи начала искать шашку.       — Эй, ты уверена, что этот колодец удержит его? — спросил Ривай.       — Не переживай, этот сухой колодец удержит даже самого безмозглого титана. Наверное.       — Наверное? Звучит не очень-то убедительно, — спокойно сказала Барроуз. Но Ханджи уже не слушала, а запустила дымовую шашку зеленого цвета. Прошло несколько минут, но ничего не случилось. Майор удивилась и спросила:       — Он что, не видел сигнала?       — Нет, — ответил ей Леви, — Его способность не настолько надежна. Троица подъехала к колодцу, чтобы узнать, что там делает Йегер.       — Эй, Эрен, мы все отменяем, — крикнул Ривай, первым подходя к колодцу. Валери шла за ним. То, что увидел Аккерман, шокировало его. У него даже рот приоткрылся от удивления.       — Эрен, что-то случилось? — спросила Ханджи, но тоже застыла в шоке. Перед ними открылась странная картина: на дне колодца все также стоял Эрен, но его руки и рот были в крови от укусов. Он пораженно стоял и смотрел вверх. От этого взгляда шли мурашки по коже.       — Ханджи, я не могу стать титаном. Через несколько минут отряды капитанов сидели и кушали на улице. Они уже все знали. С ними не было только Зоэ. В нескольких метрах от них на земле спокойно лежал Цербер и следил за Йегером. Валери и Леви стояли и думали над чем-то своим.        — И твои укусы на руках тоже не вылечиваются? — уточнил Леви.       — Нет, — ответил Йегер, держа правую руку в левой.       — Если ты не превратишься в гиганта, то можно попрощаться с нашей целью запечатать стену Мария. Это приказ: превратись, — сказал грозно Ривай, развернулся и отошел от него на метр. Валери подошла к нему.       — Может, дело не в его способностях, а в цели, — предположила она. Видя, что смогла привлечь внимание капитана, Барроуз продолжила, — Ну, или в экстренной ситуации. Когда он первый раз самостоятельно превратился, у него была четкая цель: запечатать стену Роза. Это было опасно, в его крови играл адреналин. Сейчас он, наверное, не видел смысла и чувствовал себя комфортно, в полной безопасности.       — Ты имеешь ввиду, что нужно его напугать или пригрозить, чтобы он превратился?       — спросил он.       — Возможно, но я не думаю, что все так легко получится, — говорила Валери, смотря как Эрен тянется, чтобы достать ложку. Вдруг прозвучал взрыв. Тех, кто сидел за столом, откинуло в разные стороны. Леви выронил кружку с чаем и закрыл Валери от горячего дыма. Цербер быстро встал на лапы и угрожающе зарычал. Ален обнял испуганную Кетти. Клаус и Ник смотрели на дым в шоке.       — Что это был за взрыв? — спросил Ален. Валери аккуратно высвободилась от «объятий» Аккермана и посмотрела в сторону Эрена. Все увидели страшную картину: Йегер превратил свою правую руку в руку гиганта, которая еще дымилась.       — Если он хотел нас удивить, то у него это прекрасно вышло, — нарушил тишину Клаус.       — Удивить то удивил, но я склонен к варианту, что это способ нас напугать, — также сказал Ник. Эрен был напуган. Очень напуган. Он не понимал, почему сейчас трансформировался? Он же не хотел этого.       — Спокойней, — послышался голос Ривая.       — Капитан Леви, капитан Валери, это… — но Эрен не смог договорить, так как увидел, что два элитных отряда готовы в любой момент напасть на него. Как так? Неужели они ему не доверяют?       — Вы не слышали приказа капитана? — угрожающе спросила Валери, — Цербер, не дай моему отряду подойти к Эрену Йегеру. И пес сразу начал выполнять приказ своей хозяйки. Цербер медленно повернул свою голову в сторону Абрамса и Блейков, которые уже почти успокоились и начали прятать свое оружие. Они доверяли своей подруге и, если она сказала что-то сделать, значит так нужно. Тем более, когда на тебя пристально смотрит Цербер и еще угрожающе рычит… Думаю, ответ очевиден. Но ребята продолжали смотреть на Йегера с настороженностью, как и отряд Леви.       — Эрен, что все это значит?! Почему сейчас, без разрешения?! Отвечай! — кричал Эрд.       — Эрд, постой, — сказал Ривай, но его никто не слушал. Оуро тоже начал кричать:       — Отвечай ему, Эрен! О чем ты думал?!       — Нет, это подождет. Докажи, что ты не враг нам и всему человечеству! Докажи, сейчас же! Ты за это в ответе! — говорил Гюнтер.       — Если ты хоть единожды пошевелишь этой рукой, я отрублю тебе голову! Я могу! Я не шучу! Хочешь, докажу?!       — Конечно, ты не шутишь. Ты же не умеешь, — вместе сказали тройняшки.       — Оуро, я велел успокоиться, — повторил Аккерман.       — Капитан, отойдите от Эрена, — подала голос Петра, — Вы слишком близко.       — Нет. Это вы должны отойти назад.       — Почему?! — кричала в панике она.       — Интуиция, — коротко пояснил он. Ник подошел к Петре и положил свою руку ей на плечо, тем самым молча прося послушать капитана.       — У меня есть идея! — крикнул вдруг Клаус, разматывая желтую конфетку, — Давайте успокоимся, сядем, выпьем для храбрости…       — … и уже потом будем решать, виноват ли Эрен, — дополнил Ал.       — Эрен… — начали снова они, но были перебиты.       — Я сказала: заткнулись все!!! Еще хоть слово и я отрежу вам всем языки и скормлю Церберу!!! Он уже давно хотел попробовать человеческого мяса! — крикнула капитан Валери, ей помогал громкий и утробный рык её питомца. Настала тишина. Но её перебила майор Ханджи Зоэ. Она о чем-то расспрашивала Эрена, но никто не слушал.       — Да сколько ж можно? — рыкнула Барроуз, обнажая клинки и подходя к Йегеру.       — Валери, ты чего? Убить его вздумала? — спросил Леви, подходя к ней, но она его не слушала, все так же приближаясь к своей цели. Резко подойдя к своей жертве, она занесла клинок. Эрен зажмурил глаза, ведь понимал, что не сможет увернуться. Ривай уже бежал, чтобы остановить её, но Барроуз была быстрее. Все замерли. «Неужели она на самом деле убьет его?» — крутилась у всех в головах такая мысль. Но Валери поступила по-другому. Замахнулась и резко разрезала мясо, которое держало руку Эрена. Йегер не ожидал такого и свалился на землю, а Барроуз спокойно соскочила под возмущенный крик Зоэ, которая держалась за голову и смотрела на разлагающуюся руку гиганта:       — А-а-а, Валери, ты поспешила! Я хотела еще кое-что проверить! Но опять её никто не слушал. Эрен сидел и пытался отдышаться от испуга. Вдруг к нему подошел капитан Леви.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил он.       — Я… не очень хорошо, — говорил Йегер, все еще пытаясь отдышаться.       — Но ты все еще жив. Думаю, это лучше, чем валяться здесь безголовым. Буквально, — с сарказмом сказала Валери. Штаб. Ночь. Комната капитана Леви Валери подошла к комнате Ривая и постучала, но не получив ответа, открыла дверь и с порога начала говорить:       — Зачем звал меня, старче? — но потом резко замолчала, так как увидела, что Леви спит. Спит за столом.       — Нет, ну что за человек, а? Все нормальные люди на кровати спят, но нет, он особенный, поэтому спит за столом, — возмущенно шептала Барроуз. Но, несмотря на это, она залюбовалась им. Во сне он выглядел таким спокойным… Но все её мысли прервало бормотание Леви во сне. «Наверное, опять снится кошмар» — подумала она. Валери погладила его руку, стараясь успокоить, но это не дало никаких результатов. Он сильно сжал её руку и говорил:       — Нет… это я виноват… простите… не оставляйте меня одного… стойте. Валери впервые увидела его таким беспомощным. В такую минуту она не может оставить его.       — Мне бы крылья, чтобы укрыть тебя; Мне бы вьюгу, чтоб убаюкала; Мне бы звёзды, чтоб осветить твой путь; Мне б увидеть сон твой когда-нибудь. Баю-баю-бай, ветер, ветер — улетай; И до самого утра я останусь ждать тебя. Видя, что он успокоился, она взяла плед и накрыла его. Потушив свечу, Барроуз направилась к выходу. Она даже не подозревала, что Леви теперь не спит, а внимательно наблюдает за ней.