Две надежды человечества

Валери проснулась первая. Она открыла глаза и в шоке замерла, когда увидела лицо Леви. Он все еще спал, но был так близко, что его дыхание щекотало её кожу. Сначала Барроуз не поняла, что Аккерман делает в её комнате, но потом начала медленно вспоминать вчерашний день и вечер. От осознания того, что она показала свою слабую сторону, Барроуз чувствовала себя неловко. Валери начала аккуратно выбираться из объятий Ривая, стараясь не разбудить его. Это было нелегко. У неё даже промелькнула мысль, что у титана поменьше силы будет, чем у капитана. Но, в конечном итоге, миссия прошла успешно: она не только выбралась, но еще и не разбудила его. Барроуз внимательно огляделась и нашла свою сухую одежду, которая была аккуратно сложена на спинке кресла. Быстро переодевшись в свою форму, она ушла в столовую. Нет, вы не подумайте, это был не позорный побег. Барроуз просто заварила чай и, разлив его в две кружки, ушла обратно в комнату Аккермана. Тот все еще спал. Валери тихонько поставила одну кружку на стол, а из другой начала пить. Смотря через окно на улицу, она задумалась. Через неделю они со Смитом и Леви должны будут отдать Йегера в руки Военной полиции. Это, безусловно, проблема. Они ничего не добились на предыдущей вылазке. Но Эрвин за это время обязательно что-то придумает. Он всегда выходил сухим из воды. Вчера поставили могилы мертвым солдатам. Среди них Клаус и Ник. Барроуз решила, что сегодня обязательно сходит к ним на могилу. Кетти и Ален еще не пришли в себя. А девушка еще должна будет рассказать им про смерть братьев. Они, наверное, возненавидят её. От этого на душе у Валери будто кошки заскребли. Вчера ей доложили, что Ребекке — маме Блейков — рассказали о смерти её сыновей. Наверное, она уже ненавидит Валери. Вчера Жаклин — тёте Абрамса — рассказали о травме Алена. Наверное, эта женщина тоже ненавидит Барроуз, хотя и раньше не испытывала к ней теплых чувств, и это было взаимно. *** Вчера Валери зашла в комнату Клауса и Ника. Там был творческий беспорядок. Её внимание привлек маленький кожаный блокнот и записка на нем. Слова были написаны красивым ровным почерком, который точно принадлежал Нику. Некоторые предложения были корявыми и жирными, этот почерк точно был Клауса. »Дорогая Валери, если ты читаешь это, значит, мы уже мертвы. Мы даже догадываемся, что ты винишь себя в нашей смерти. И это очень-очень плохо, ведь ты должна быть «железной леди».*_* Мы не знаем, как именно умрем, но в этом нет твоей вины. Знаешь, так странно сейчас сидеть вместе с братом Клаусом и писать тебе это прощальное письмо. Еще бы…Он сейчас сидит около меня и вставляет свои колкие комментарии, говорит, чтобы не было слишком "сопливо". А я что виноват, что Ник сейчас здесь сырость разводит? Тем более, мои замечания незаменимы! В любом случае, мы решили оставить тебе что-то на память о нас. Этот блокнот, на котором было письмо, для тебя. Большинство рисунков, кстати, мои!^_^ Не забывай нас. Пф, Ник пишет ерунду. Нас ведь и так невозможно забыть, даже если постараться. Клаус, не порть письмо своими фразами. Имей совесть. Ник, совесть нельзя поиметь — она барышня упрямая. Фу, пошляк. Мне можно. Я старший. Нет, ты видишь это, Валери? Он даже письмо умудрился испортить! Валери, не слушай его! Это все было задумано! Да-да, конечно… Кстати, в блокноте есть еще одно письмо. Оно для нашей сестренки и её «жениха» и её парня Алена Абрамса. Не забудь дразнить Кетти и Алена, а то они расслабятся. Если он обидит нашу сестрёнку, то ударь его в нос в три раза сильнее, чем он заслуживает. Поддерживаю. Передай капитану Леви, что он няшка. Ха, жаль, что мы не сможем увидеть его лица. Скажи Ханджи, чтобы она не смела называть очередного гиганта моим именем и моим. И еще, хочу, чтобы сестренка и её «муженек» назвали своих детей в честь нас. Я всех вас люблю… Но Цербер все равно противная собака. Согласен. Скажи маме, что мы просим у неё прощения. Цьомки-цьомки, капитан. Прощай, Валери. » *** В чувства её привело шуршание. Барроуз повернула голову в сторону постели и увидела, что Леви начал просыпаться. Он медленно открыл глаза и сел на кровати. Будто вспомнив что-то, Аккерман резко повернул голову на другую часть кровати, где раньше спала Валери. Через несколько секунд он печально вздохнул. Барроуз даже усмехнулась, видя, что Ривай её еще не замечает, поэтому она решила привлечь его внимание:       — С добрым утром, капитан. — Леви вздрогнул и пораженно уставился на неё.       — Валери? Что ты тут делаешь? — спросил он, тут же придя в себя от шока.       — Жду пробуждения спящей красавицы. Думала уже переходить к радикальным мерам, чтобы ты проснулся.       — Да? И каким же? Поцелуем? — ехидно спросил Аккерман, приподнимая брови.       — Нет. Ведром холодной воды, — спокойно сказала она, кивая в сторону двери. Леви повернул голову в сторону двери и в самом деле увидел ведро с водой. Ривай посмотрел на девушку. Она уже успела переодеться, но волосы выглядели, как воронье гнездо. Барроуз выглядела настолько комично, что Леви не сдержался и выдал сдавленный смешок. Валери недовольно уставилась на него и сказала:       — Жестокий ты человек, Аккерман. Я, между прочим, тебе чай сделала, поблагодарить хотела, а ты…       — Чего? Поблагодарить? — заинтересовался Ривай, внимательно наблюдая за ней, — За что?       — За вчерашнее. За поддержку, — ответила она, также внимательно смотря ему в глаза, — Но если хоть одна душа об этом узнает, то я твой язык скормлю Церберу, а тебя скормлю титанам.       — Да-да. Кстати, Валери, а что с твоими волосами?       — А? А, ты о бардаке на моей голове? Просто я не могу их нормально расчесать со сломанной рукой. Аккерман спокойно встал и, усадив красноглазую на стул, начал расчесывать её волосы. Делал он это так аккуратно, что Барроуз даже прикрыла глаза. Они не знали, сколько прошло времени, но «очнулись» они, когда дверь открылась, и в комнату зашел Эрен, держа в руках папку с документами:       — Капитан Леви, не могли бы Вы передать эту папку… — начал говорить он, но потом запнулся, увидев, что Леви расчесывает капитана Барроуз, которую и искал Эрен.       — Ммм. Тебя стучаться не учили? — спокойно спросил Ривай, заплетая волосы Валери в косу.       — И-извините. Я искал капитана Валери, — пролепетал Йегер, краснея.       — М? Зачем? — спросила Валери, открыв лишь один глаз.       — Папку передать. Вы вчера просили.       — Точно! — вскрикнула Валери, хлопнув себя по лбу, — Давай её сюда. Йегер на негнущихся ногах подошел к капитанам, которые смотрели на него выжидающе, и отдал папку. После этого он попрощался и быстро покинул комнату.       — Чего это он? — спросила Валери, красиво выгибая бровь.       — Ну, не каждый день увидишь, как я кого-то заплетаю, — спокойно пожал плечами Аккерман, будто это в порядке вещей. — Но Эрен все равно будет наказан за то, что не постучал. Кстати, а что в папке? — спросил он, закончив её заплетать.       — Ничего важного, — коротко ответила Барроуз. Леви такой ответ не устроил, поэтому он одним ловким движением отобрал документы. Когда он уже почти начал читать, то почувствовал сильный толчок. Ривай начал падать на кровать, но, сгруппировавшись, схватил Валери за кисть руки и потянул её на себя. А теперь представьте такую картину: на кровати лежит «Надежда человечества», держа в одной руке папку, а на нем лежит Валери, которая вторая по силе после него. Скажите, двусмысленная поза? Валери, не обращая на это внимание, опять попыталась отобрать документы, но безуспешно.       — И что ты теперь сделаешь? — заинтересованно спросил Леви. На несколько секунд Валери нахмурилась, но потом в её глазах заплясали знакомые чёртики. Хитро посмотрев на Ривая, она сказала:       — То, что ты от меня никогда не ожидал. Леви не успел ничего понять, как Валери быстро наклонилась к нему. Аккерман чувствовал её дыхание у себя на губах и видел, как она, ухмыляясь, сжала его запястья, чтобы он не двигался. Леви прикрыл глаза. Еще чуть-чуть и… Он получил поцелуй в щеку. Аккерман резко открыл глаза и увидел, как Валери быстро схватила папку, про которую он уже успел забыть, и встала с него. Быстро подбежав к двери, она обернулась к Риваю:       — Такого ты точно не ожидал, да? — сказала Барроуз и, показав ему язык, выбежала из комнаты. Леви медленно сел на постель и удивленно посмотрел на дверь. Что это было? *** Через некоторое время Леви, Валери и Жан слушали план Эрвина. Через неделю они должны прибыть на суд. Но, благо, Смит уже придумал план и начал посвящать своих подчиненных. Это продолжалось час. Когда уже Смит увидел, как у Жана еще чуть-чуть и закипят мозги, он миролюбиво предложил:       — Чаю? И вот они уже 10 минут пьют чай, а Валери еще и читает. Леви понял, что у неё в руках сейчас та самая папка, из-за которой они «воевали». Тишину прервал, как ни странно, Аккерман:       — Валери, может, ты хоть сейчас скажешь, что в этой папке? На Барроуз заинтересовано посмотрели Смит и Кирштайн. Девушка ухмыльнулась и, закатив глаза, сказала:       — Ладно. Здесь отчеты Киса Шадиса. Он оставил отзывы о нескольких солдатах. В особенности об «элите». Кстати, Жан, а ты оказывается стоял на шестом месте в десятке лучших кадетов. Никогда бы не подумала.       — Да ладно? В десятке? — спросил Леви, приподнимая бровь.       — Ага, сама в шоке. На первом месте Микаса Аккерман.       — Да. Инструктор говорил, что она гений. — подтвердил её слова Кирштайн.       — Как это знакомо, — кивнула головой Валери и, хитро улыбнувшись, вернулась к чтению, — А ты знаешь, какую характеристику он вам всем дал?       — Нет. А Вы скажете? — спросил Жан с явным интересом.       — Конечно. И так: «Микаса Аккерман — необычайно одаренная девушка, демонстрирующая феноменальные результаты даже в самых нелегких дисциплинах. Её беспрецедентный гений заслуживает только высших оценок». Хм, хорошая характеристика. На втором месте Райнер Браун — «крепкий парень с сильными морально-волевыми качествами… Но лучше всего у него получается завоевывать доверие товарищей».       — Он хороший друг. Думает об остальных, серьёзно относится к воинской службе. Он как старший брат для всех нас.       — Ты хочешь сказать, что ему можно доверять? — спросила Барроуз.       — Да. Всем из 104 корпуса можно доверять, — уверенно ответил Жан.       — Но Энни может оказаться гигантом, или ты и за неё можешь поручиться? Она ведь на четвертом месте в рейтинге, — спросил Аккерман, придвигаясь ближе к Валери, чтобы тоже видеть отчеты, соприкасаясь с ней плечами.       — Н-ну… Нет, наверное. Энни всегда была сама по себе. Она всегда держалась в стороне, но была хороша в рукопашном бою. Ха-ха-ха, я помню, как она уделала Эрена, — смеялся Кирштайн.       — Хм, и почему я не удивлен (а)? — сказали вместе Леви и Валери. Они удивленно посмотрели друг на друга и усмехнулись. За ними внимательно наблюдал Эрвин Смит. Они такие похожие и непохожие одновременно. Но Смит вдруг понял, что они очень хорошо смотрятся вместе.       — Бертольт Гувер — на третьем, — зачитала Барроуз, — «высококвалифицированный боевик, владеющий различными видами рукопашного боя. У парня определенно большое будущее… Впрочем, страдает от недостатка уверенности в себе и склонен держаться в стороне, когда требуется проявить инициативу».       — Да, он тихий и замкнутый человек. Он всегда с Райнером. Я еще никогда не видел их поодиночке, — задумчиво сказал Жан.       — Ладно. Энни Леонхарт — на четвертом: «обладает идеально поставленным ударом с отличной проникающей способностью. По натуре она одиночка, и командная работа ей дается не просто». Ха, идеальное досье убийцы.       — Да. Её еще никто не смог победить, — подтвердил Жан.       — А что думаешь именно ты о ней? Какова твоя точка зрения? — спросил Леви, придвигаясь еще ближе к Валери, чтобы ему было удобнее читать.       — Ну… Я никогда её не видел с кем-то, она всегда смотрела на всех свысока. Она говорила, что ей все равно на то, какие у неё боевые навыки. Лично я ей не верю.       — Мило, — коротко сказала Валери, продолжая читать вслух, — О, на пятом месте чудо-мальчик. «Эрен Йегер — ничем конкретным не выделяется, — на эти слова Кирштайн ухмыльнулся, — кроме, разве что, отличных навыков ближнего боя, — а вот на эти слова Валери и Леви удивленно подняли брови и обменялись насмешливыми взглядами, — Однако медленно, но верно улучшает свои оценки, проявляя при этом потрясающее упорство. Его целеустремленность и сила воли не знают равных». Ну, тут я с ним полностью согласна.       — Хм, «отличные навыки ближнего боя»? Да ладно? — скептически переспросил Ривай, — Если Шадис так думает, то ему пора на пенсию.       — Ха-ха, или я слепа, потому что не замечаю никаких успехов, или инструктор почему-то его прикрывает, — сказала Барроуз, — О, Кирштайн, дальше про тебя: «обладает прекрасными навыками пространственного маневрирования и отлично понимает, как использовать их с наибольшей эффективностью. Способен мгновенно оценить сложившуюся ситуацию, но слишком уж торопится лезть с голой шашкой на рожон… К тому же, склонен устраивать склоки». А ты не такой уж и безнадежный, каким кажешься на первый взгляд.       — Спасибо, капитан Валери. — поднялся духом Жан.       — Не обольщайся. Так, на седьмом месте — Марко Ботт. Хм, про него ничего не сказано. Леви, ты что-то слышал о нем?       — Нет.       — Он… Он умер. В тот день, когда Эрен превратился в гиганта. Марко был нашим другом, — сдавлено ответил Жан, — Лишь несколько солдат сразу знали, что они пойдут в Разведотряд: Микаса, Эрен, Армин и Марко. Они верили в победу человечества над титанами.       — Ясно, — равнодушно ответил Ривай, зачитывая дальше, — Конни Спрингер — восьмое место: «прекрасно держит равновесие. Особенно хорошо ему удаются резкие маневры. Но соображает он немного туговато, и его понимание стратегии боя часто далеко от совершенства». Тут я с ним согласен. Может, этот старик еще не такой чудак, как кажется на первый взгляд?       — Похоже на то. На девятом месте — Саша Браус: «быстра словно молния, обладает невероятной интуицией и просто звериным чутьем… Впрочем, её странные причуды делают её непригодной для участия в командных операциях». Хм, — задумалась Барроуз, но потом кивнула головой своим мыслям.       — Отлично. На десятом месте — Криста Ленц. Хм, про неё тоже ничего не написано. Кто она?       — Она неуверенная в себе, но добрая девушка, готовая помогать людям. Криста славится своими добротой и самопожертвованием. Её очень легко напугать или вселить в неё неуверенность, но в экстремальных ситуациях она может действовать смело и решительно. Она — Богиня, — мечтательно закатил глаза Жан.       — Вот оно как. Ты её так боготворишь, — удивилась Валери.       — Что? Нет-нет-нет, ничего подобного. С чего Вы взяли? — спросил красный Кирштайн, махая руками.       — Ну как же? Ты же сказал: «Она — Богиня», — передразнила его Валери.       — Я сказал это вслух? — еще больше краснея, спросил он. На этот вопрос все кивнули головой, а Жан от стыда закрыл свое лицо руками. И пробормотал что-то вроде: «Хочу провалиться под землю», на что Леви ответил: «Ты нам живым нужен. Успеешь еще умереть». Через 5 минут они все разошлись по своим делам. Эрвин остался в кабинете, а Ривай, Валери и Жан шли в одном направлении. Вдруг Барроуз спросила:       — Кирштайн, у вас всех сейчас тренировка?       — Да, — удивленно сказал Жан, не понимая, зачем она спрашивает.       — Отлично. Проведи меня туда, — решительно приказала Валери, но потом обратилась к Леви, — Эй, Аккерман, ты с нами? Леви ничего не сказал, дав на это молчаливое согласие. И вот они на полигоне. Тренировка шла полным ходом. Но как только ребята увидели двух капитанов, приближающихся к ним — встали по стойке смирно. Жан встал около друзей, а Валери внимательно осматривала всех. Первым опять не выдержал Ривай:       — Барроуз, какого чёрта мы тут забыли?       — Да не кипятись ты, Аккерман. Я не просто так пришла. Итак, солдаты, — обратилась она к ним, — сегодня я читала отчеты вашего инструктора Шадиса. Меня приятно удивил тот факт, что почти все лучшие солдаты на вашем курсе перешли в Легион разведки. Поэтому, я хотела лично с вами познакомиться и сказать свое мнение о вас.       — Валери, тебе это так необходимо? Тебе же всегда плевать было, — вставил свое слово капитан.       — Итак, — проигнорировала она его, — Некоторые солдаты меня приятно удивили, например: Микаса Аккерман, Райнер Браун и Бертольд Гувер. Но некоторые… — она выразительно посмотрела на Армина, Кристу, Имир, Сашу, Жана и Конни. Все они сглотнули под тяжелым взглядом Валери.       — Но поразило меня другое, — дальше говорила она, — А точнее другие. Конни Спрингер и Саша Браус, шаг вперед. Бедных ребят проводили сожалеющими взглядами, которые так и говорили: «помним, любим, скорбим». Валери тем временем подошла ближе к своим «жертвам».       — Итак, я узнала, что вы почти на последнем месте в списке «элиты». При этом инструктор расхваливал ваши хорошие стороны, умения. Браус: «быстра словно молния», Спрингер: «хорошо держит равновесие, особенно хорошо удаются резкие маневры», так написал о вас Шадис. При этом вы остались почти на последних местах. И вы даже не пытаетесь улучшить свои навыки. Скажете что-то в свое оправдание? — милым голосом спросила Барроуз.       — Н-нет, капитан, — испугано пролепетал Конни, А Саша… Хрум. Хрум. Валери медленно повернула голову на Сашу, которая быстро «поглощала» картошку, будто от этого зависела её жизнь. Казалось, что время вокруг замерло. Её друзья смотрели на неё как на самоубийцу. Браус поняла, что это некультурно, поэтому… разломала картошку на две ровные половины и протянула одну Валери. Барроуз сказала, продолжая убийственно смотреть на Сашу:       — Теперь я поняла, почему вы почти на последнем месте. Ваше поведение заставляет желать лучшего. Но ничего, я быстро это исправлю.       — Валери, неужели ты… Зачем тебе лишний геморрой? — спросил Аккерман, приподнимая одну бровь.       — Ну, без трудностей жизнь будет скучной. А мне как раз нужно разнообразие. Слушайте мое решение! Я, Валери Барроуз, капитан Легиона Разведки, буду лично тренировать Сашу Браус и Конни Спрингера! С сегодняшнего дня они официально становятся моими учениками! Первая тренировка состоится завтра в 2 часа. Все пораженно уставились на Валери, особенно Браус и Конни. Ривай же просто тяжело вздохнул и сказал:       — Смотри не пожалей потом о своем решении. Барроуз лишь хмыкнула. Под десятками удивленных глаз она взяла половину картошки с рук Саши и, надкусив её, спокойно подошла к Леви. Когда капитаны уже уходили, Барроуз повернула голову в сторону солдатов и сказала:       — Браус, 50 кругов вокруг штаба. Чудо-мальчик…       — Да, мэм? — спросил Йегер.       — Ты проследишь, чтобы она уложилась в эти 2 часа. Тебе поможет Цербер, потом приду я и проверю. Хм, а картошка неплоха, совсем неплоха, — последнюю фразу она сказала тихо, внимательно смотря на еду в своей руке. Сразу после того, как капитаны ушли — все столпились вокруг новых учеников капитана Валери. Каждый еще был в шоке, но все равно начали поздравлять своих друзей. Конни и Саша тупо уставились в одну точку и не знали, как реагировать. Пришли они в себя одновременно. Они одновременно подпрыгнули и крикнули:       — Ура!       — Знай наших! — весело рассмеялась Саша, но не забывая о картошке в руке, которую быстро доела.       — Я не понимаю, что она нашла такого у вас? Вы же ничем не выделяетесь, — прошипел Жан, смотря на веселящуюся парочку.       — А что такое, Жан, а? Неужели ты завидуешь? — подозрительно спросил Спрингер.       — Нет, просто вы этого не заслужили. Вы же бездари, ничего нормально сделать не можете, про вашу дисциплину нечего и говорить. В нашем отряде есть солдаты, которые больше заслуживают этого места, нежели вы.       — Не на себя ли ты намекаешь? — зло спросила Саша, подходя ближе к Кирштайну, чтобы посмотреть ему в глаза.       — Да даже и я. Вы двое стоите почти на последнем месте, и вы во многом уступаете мне, — уверенно сказал Жан, тоже смотря в глаза своего «противника», — Вот например Микаса. Она на первом месте, Райнер на втором, Бертольд на третьем. Я откровенно не понимаю, почему вместо них взяли двоих лузеров. Да вы даже меня не сможете победить, все-таки я на шестом месте. Такого оскорбления ученики капитана Валери не смогли стерпеть. Саша и Конни вместе ударили Кирштайна. Тот же не смог дать сдачи, так как его начал держать за руки Райнер. Сашу держал Эрен, а Конни — Имир. Все это сопровождалось руганью и угрозами в сторону друг друга. Неизвестно, сколько бы это продолжалось, но спор перервал громкий утробный рык. Все сразу же развернулись в сторону звука и увидели большого чёрного пса с темно-синими глазами и большими зубами, которые угрожающе выпирали из пасти. Ребята сразу же утихомирились.       — Эрен, к-кто это? — тихо спросила Криста, упираясь спиной в стенку.       — Это Цербер — пес капитана Барроуз. Он выполняет все её команды. Буквально все, — еле ворочая языком, сказал парень. Все сразу же после этих слов сглотнули.       — А-а-а-а, капитан говорила, что он будет следить за пробежкой Саши, — вспомнил Армин.       — Ой, — пискнули вместе Браус и Йегер, вспомнив о своих поручениях. Тем временем Цербер начал медленно подходить к ним, но угрожающе смотреть на Сашу. Он напряженно присел, а такая позиция говорила лишь об одном:       — Он сейчас нападет, — поняла Браус, испуганно смотря на собаку. Она почти сразу это поняла, так как выросла в Даупере — деревне охотников.       — Лучше беги, Саша, — дала дельный совет Имир. Несколько раз не нужно было повторять. Когда Браус начала бежать, то Цербер страшно смотрел уже на Эрена.       — Э-эрен, а почему он на тебя так смотрит? — поинтересовался Бертольд.       — Есть несколько причин: я ему не нравлюсь, я не нравлюсь капитану Валери, и еще я должен следить за Сашей, тоже по приказу капитана. Сразу после пояснения Йегер сорвался с места и направился на всей скорости к Саше. Вот как раз после этого Цербер помчался за Браус. Через несколько секунд послышался дикий визг девушки и все увидели, что та уже бежит, чуть ли не со скоростью света. Спрингер решил тоже пойти на стадион, чтобы подождать там капитана. Все остальные, покончив с тренировкой, ушли в столовую. Все это время Валери была в больничном крыле около Катерин и Алена. Они все еще не проснулись. Её взгляд был направлен на подругу, которая спала и не подозревала, что случилось с её братьями. Барроуз не знала, сколько так просидела, но пришла она в себя, когда двери открылись, и в комнату зашла Ханджи. В руках она держала обед для Валери, который состоял из двух вареных картошек и бараньих ребрышек.       — Спасибо, но я не голодна. — спокойно сказала Барроуз. Зоэ лишь вздохнула и присела около девушки. На несколько минут настала тишина.       — Когда они очнутся? — вдруг спросила Валери, не смотря на Ханджи.       — Точно не знаю. Сейчас это зависит от их организма. Состояние у них стабильное, им ничего не угрожает.       — Хм, вот как. Ну что ж, я пойду. — спокойно сказала Барроуз, поднимаясь с постели.       — Валери, нельзя же так себя истязать. Поешь немного, — с беспокойством сказала Зоэ, также поднимаясь с постели.       — Не нужно беспокоиться, майор. Все в порядке. Но еду свою все же Барроуз взяла, а затем направилась к выходу из комнаты. Когда она уже почти вышла, её остановил вопрос:       — Кстати, я слышала, что теперь ты стала учителем. Это правда?       — Да.       — Хм, краткость — сестра таланта. Я потом приду к вам, чтобы познакомиться с ними.       — Пф, сгинь, очкастая, — раздраженно ответила капитан и закрыла дверь. Но все же она смогла услышать громкий смех Ханджи. Валери неспешным шагом направлялась к полигону. Все-таки она не пожалела, что решила придти, ведь смотреть за мучениями Браус и Йегера было очень весело. Спрингер тем временем сидел на земле и с улыбкой смотрел на все это. А посмотреть было на что, ведь за чудо-мальчиком и «картофельной» гнался Цербер. Конни так увлекся, что даже не заметил приближения Барроуз. Девушка воспользовалась этим и присела около него. Именно тогда он посмотрел на неё. Увидев, кто перед ним, Спрингер сразу же подскочил и отдал честь:       — Капитан Валери, простите, не заметил Вас.       — Прощаю, — важно кивнув головой, сказала Валери, — Садись давай. Чего подскочил? Конни неуверенно кивнул и медленно сел на свое место. Настала тишина. Ну, относительная тишина, ведь Саша и Эрен все еще вопили.       — И сколько кругов они так пробежали? — вдруг спросила Валери.       -46.       — Вот как. Значит, еще немного. А ты чего тут сидишь, позволь спросить? — полюбопытствовала она, смотря на Конни.       — Ну, я подумал, что мы с Сашей команда и будет неправильно, если я оставлю её и пойду в столовую набивать себе брюхо, как все остальные. — спокойно сказал Спрингер, но вспомнив, кто перед ним, начал быстро тараторить, — Извините, капитан, если сказал что-то не то. Наверное, это на нервах.       — Ладно-ладно, успокойся только. — со смешком сказала она, — Ты же голодный, наверное.       — Нет, совсем нет, — замахал руками он, а вторило ему урчание живота.       — Да? А твой живот так тонко мне намекает, что все наоборот. — Валери уже откровенно издевалась, но Спрингер благоразумно решил промолчать. Через 10 минут Саша уже закончила «пробежку» и начала медленно, смотря под ноги, идти к Спрингеру. Эрен, даже не смотря по сторонам, направился в столовую. Цербер, как увидел хозяйку, сразу же начал радостно лаять и вилять хвостом, а через секунду уже бежать к ней.       — Привет, мой хороший. Я вижу, ты выполнил мое задание, — Цербер гавкнул, будто говоря «да», — Молодец. Я вот тебе кое-что принесла. Угощайся, — она протянула ему одно из ребрышек. Спрингер сидел и удивленно смотрел на капитана. Он и подумать не мог, что капитан может так хорошо с кем-то разговаривать, пусть это и собака.       — Кстати, раз уж такое дело, то держи. — вдруг сказала Валери, кладя в руки Конни картошку и мясо. Саша, увидев еду, быстро оказалась около парня и начала клянчить:       — Конни, ты же мужчина, ты должен поделиться.       — Браус, — вдруг окликнула её Валери, — угомонись. Я же и тебе еды принесла. И действительно, после этих слов в руках Саши тоже оказались картошка и мясо. Браус сразу же накинулась на угощения.       — Спасибо, капитан. Саша, тебе не кажется, что нужно сначала поблагодарить, а потом есть?       — Ага. Спфасипфо, — промычала она, так как её рот был забит едой.       — Ха, пожалуйста.       — Капитан, а Вы принесли еду специально для нас? — вдруг спросил Конни.       — М? Нет конечно. Это был мой ужин. Но я не голодна. Думала скормить все это Церберу.       — Что?! — крикнула Саша, — Вы хотели скормить это собаке?! Чёрт, Вы так хорошо его кормите, наверное? Как я ему завидую.       — Конечно, хорошо кормлю. Ему каждый день дают свежее мясо, — будто случайно сказала Валери, сразу же закрыв рот рукой, пряча усмешку.       — Что?! Почему жизнь так несправедлива?! Какая жестокая у меня судьба! — кричала не своим голосом Саша. Бедный Конни аж подавился от неожиданности. Но был тот, кто воспользовался этим криком. Пока Браус проклинала свою судьбу, Цербер тихо подошел к ней и незаметно стащил у неё все мясо.       — Эм, Саша, — вдруг протянул Конни.       — Что? Конни и Валери переглянулись и, усмехнувшись, вместе сказали:       — Цербер у тебя кое-что стащил.       — А? АААААААААА, мое мясо! — крикнула Саша и напала на Цербера. Тот начал приглушенно рычать, но и Браус не отставала. Она также зарычала и прыгнула на него, но тот быстро развернулся и побежал от неё по стадиону. От такой картины не выдержала даже капитан и присоединилась к смеху Спрингера, который катался по земле, держась за живот. Цербер прибежал к Валери, прячась за её спиной, тем самым ища у неё защиты. Через несколько секунд прибежала Саша, но увидев, что от мяса остались только кости, начала еще больше кричать и проклинать собаку:       — Ах ты ж чудовище! Монстр! Как ты посмел утащить у меня еду?! Ты бессмертный?! Тебя и так каждый день хорошо кормят, а меня?! Ах ты ж ирод плешивый! Да ты хоть понимаешь, какого себе врага завел?! Да я же тебя самого зажарю и съем вместе с косточками! — все это сопровождалось активной жестикуляцией. От такого Конни начал смеяться еще больше, а Валери — издевательски хохотать.       — Вот это я понимаю — настоящий охотник, — издевательски хохотала Валери.       — Ага. Съест и не заметит. Прям как титан, — вторил ей Конни. Сквозь хохот Барроуз поинтересовалась:       — А ты в курсе, что это мой пёс, и он находится под моей юрисдикцией? — видя непонимающий взгляд Браус, Валери пояснила, — Я в том смысле, что буду его защищать. Его враг — мой враг. Смекаешь? — Барроуз приподняла одну бровь. Саша сразу же сдулась, а Конни начал еще больше хохотать. Даже Цербер, смотря на Сашу, будто издеваясь, высунул язык из пасти. И взгляд у него даже изменился. Он начал смотреть на неё, как на лоха.       — Все, хватит. Идите отдыхать. Завтра ведь тренировка, а я не буду вас щадить, — сказала Валери, поднимаясь с земли. За ней поднялся Конни, утирая слезы от смеха.       — До завтра.       — До завтра, капитан. ***       — Ну и как они тебе? — спросил Леви у Валери. Сейчас они были в кабинете Эрвина Смита. В комнате находились четверо: Ривай, Эрвин, Ханджи и Барроуз. Пришли они по одной причине — обсудить план по поимке Энни Леонхарт. Поговорив об этом, Смит решил расслабиться и налил каждому чай. И вот теперь Леви задал вопрос, который заинтересовал всех.       — Хм? Ты о моих учениках? — на всякий случай переспросила она, на что получила кивок головой, — Еще не знаю. У нас сегодня не было тренировки.       — В смысле? Как? — поинтересовалась Зоэ.       — Ну, так. Решила дать им последний день на отдых, ведь с завтрашнего дня они забудут, что такое отдых.       — Уф, звучит угрожающе. Ты только не убей их ненароком, — посоветовал Эрвин.       — Постараюсь. Это было, кажется, так давно. Они всегда были вместе, а Цербер только начал жить в Легионе Разведки. Ален и Катерин еще не встречались, но Клаус и Ник уже давно нарекли их супругами. Именно в тот день Кетти и Ал решили погулять. Клаус, Валери и Ник сидели около полигона и ели бекон, смотря на разных солдат. Около Валери лежал Цербер, прикрыв глаза, но иногда поглядывая на их еду.       — А я тебе говорю, нас ужасно кормят, — говорил Клаус, размахивая куском бекона, но потом сильно впиваясь в него зубами.       — Да что ты говоришь? Если что-то не нравится, то иди в столовую и сам себе что-нибудь приготовь, — спокойно заметил Ник.       — Э, лучше не надо, — вдруг сказала Барроуз, — Вспомни, Ник, как твой старший брат пробовал что-то приготовить и спалил кухню.       — Пф, да когда это было? — возмущался Клаус, — Тогда я был молод и глуп.       — Клаус, это было три дня назад. Кстати, именно поэтому мы ничего нормального не можем приготовить, — резонно заметил Ник.       — Да, но Валери может. Вспомни, какие блюда она может приготовить из простых помоев.       — Эээ, нет, милый. Ты сам эту кашу заварил, тебе и расхлебывать, — протестовала капитан.       — Это да, но вот ЭТО невозможно есть, — кричал Клаус, махая перед глазами друзей беконом. Видя, что Клаус уже не ест, Цербер тихо подкрался к нему и «украл» его еду. Старший из Блейков этого не заметил и продолжал вопить, а вот его брат и капитан заметили. Хитро переглянувшись, они вместе сказали:       — Клаус…       — Что?       — Цербер у тебя кое-что стащил.       — Что? ААААААА! Цербер, ах ты ж маленькая скотина, ты как посмел украсть самое дорогое, что у меня есть?!       — Клаус, а я могу и обидеться, — наиграно обиженно пробормотал Ник. Но Клаус не слушал, а начал бегать за собакой, проклиная её всем, на чем только свет стоит.       — Клаус, тебе же не нравился этот бекон! — крикнула Валери.       — Еду, как и родственников, не выбирают! Цербер! Ну, погоди! Я тебя самого прибью, а потом съем! Где уважение к старшему?! Тем временем, Ник уже катался по земле от смеха, а Валери откровенно хохотала, что еще больше бесило Клауса. Вспомнив это, Валери поняла, что её ученики и братья Блейки очень похожи: Клаус — Саша, Ник — Конни. И это утешало её.