The elusive

В небе полная луна проплывает. Ты живешь там, ничего обо мне не зная. Я пытаюсь изучать лунную орбиту. Льется грусть с небес дождем метеоритным. Flёur — На обратной стороне Луны

— Тсунаеши-кун, — в очередной раз мурлыкнул иллюзионист, нависая над креслом своего босса. Его Небо отпаивал главу Вендетты успокоительным чаем. Не так давно ему доложили о пропаже Реборна и молодого Вонголы. Попавшие под базуку семьи Бовино, те не вернулись спустя отведенное время. На их месте также никто не появился, а это означало лишь два варианта. И ни один ему не нравился. Либо их все еще пытались удержать, во что верить хотелось сильнее. Либо они мертвы, потому что Джотто давно не выходил на связь, а битвы в том времени были крайне серьезные. Этот вариант им крайне не нравился, как и внезапно ставший серьезным их босс. Савада перестал улыбаться, монотонно вглаживая попавшегося под руку Бермуду. Бывший Аркобалено спасался от своих товарищей по несчастью, что яро желали убедить его помочь. И не всегда гуманно! Хотя после встречи с Вайпером, кажется им, Бермуда объявил о капитуляции и теперь прятался у них. А кто ему запрещал вести игру нечестно? — Да, Мукуро-кун? — в тон брюнету мурлыкнул шатен, переводя на того тяжелый взгляд. Мистик нервно ку-фу-фукнул и вновь притворился мебелью. Его пугала такая реакция. Это совершенно не подходило их Небу и вообще было прерогативой Облака и Тумана! — Джотто-тян докладывает мне ситуацию. Мой милый внук сражается в десятилетнем будущем, а второй внук строит коварные планы для попыток затащить нас туда же, — слишком елейными были его слова, а под конец разъяренный молодой мужчина едва не зашипел. Мало того, что у него из-под носа украли Аркобалено, так теперь тому угрожает опасность, его внуки не пойми где, а так же находятся в постоянной опасности! Стоявшие недалеко цветы вспыхнули кристально-оранжевым пламенем, а спустя мгновения обратились в камень. Не ожидавший такого поворота событий Гокудера, что пил в данный момент чай, подавился. Бросив косой взгляд на Хибари, что тактично отсел от другого цветка, он оставил от себя кружку. Мало ли их босс еще про лед вспомнит. Топился тот с огромным трудом. После исчезновения Реборна прошло всего ничего, а их Небо уже был в курсе событий, словно участвовал лично. И целый час заглаживал Бермуду. Но тот считал, что сидеть на руках взбешенного товарища по несчастью было безопаснее, чем выходить из дома и попасть в руки диких Аркобалено. И в некоторых моментах был прав. — Босс… — немного замявшись и даже стушевавшись под взглядом янтарно-золотых глаз шатена, Хаято кашлянул. Лучше бы он не отсвечивал. И какой черт дернул его говорить? Где-то там, судя по ругани посетившего его один раз Джи, их потомок был на базе неких Мельфиоре. К гордости Хибари и Савады, еще и успешно ту громили. Остальные хранители играли роль то ли группы поддержки, то ли приложения к хранителям неба и облака, но по большей части были без сознания. И, самое интересное, что в том времени не существовало бывших Аркобалено. По крайней мере та Вонгола не была знакома с ними, но крайне заинтересовалась. И у Бьякурана информации так же не было, хоть легенды он старательно собирал. С тех пор прошло почти полтора часа, из которых почти каждые десять минут Тсунаеши становился все мрачнее и мрачнее. — Мы отправляемся, — неожиданно объявил Небо, поднимаясь из кресла и пересаживая туда Бермуду. Глава тюрьмы ничуть не расстроился, продолжая пить вкусный чай и доедая домашнее печенье. Даже если Неуловимые уйдут, то его тут трогать не будут без угрозы внезапной смерти мира.

* * *

Реборн гипнотизировал огонь костра. Сжатые в тонкую линию губы заставляли сидящих недалеко от него мафиози нервничать. Не так давно они обсудили план, готовясь к завтрашнему утру. Его племянница, Юни, была в опасности. Его ученик сейчас должен был принимать решения, на которые решится не каждый матерый босс. Хранители Иэнобу, можно сказать, что еще дети, ничем не отличались от того же Абеле. И сейчас, как никогда ранее, он ощущал острую необходимость ощутить пламя гармонии. Нет, его ученик и племянница были рядом, но это было не то. В их пламени он ощущал робкость, неуверенность, даже тольку страха. Именно такие люди могли разве что вызвать у него уважение, ведь небеса, что испытывали лишь агрессию и жестокость не были настоящими. И лишь одно небо было иное. Он с удовольствием ощущал то титаническое спокойствие, полную невозмутимость перед лицом врага, а так же тепло, что привлекало всех, кто был рядом. Пламя Тсунаеши окутывало, словно мягкое одеяло, даря спокойствие и защищенность. Именно таким был идеал. И как на зло в этом мире на него смотрели огромными глазами и переспрашивали все нюансы. Здесь Неуловимые оставались красивой легендой. Поэтому связаться с ними никак не могли. — Дядя? — тихонько окликнула его Юни, подсаживаясь рядом с маленьким киллером. Она ощущала его метания, но никак не могла понять причину. Ее дар показывал лишь расплывчатый образ молодого мужчины с теплой улыбкой. Это однозначно был представитель пламени неба, а так же его очертания смутно напоминали ей взрослого Иэнобу. Но вот ощущения и характер… в тех обрывочных моментах, которые позволили ей увидеть ее способности, она отчетливо видела различия. Этот человек не был ей знаком, а сам Аркобалено Солнца тянулся к нему, как цветок тянется к свету. — Да? — Реборн вздрогнул. С тех самых пор, как им помог Кавахира, странное ощущение чего-то неправильного не покидало его. Что-то явно было не так. И это отнюдь не его паранойя. Хотя эта дама так же вносила лепту в увлекательной игре «доведи киллера до нервного тика». Пока что странное ощущение выигрывало на общем фоне. — Вы… влюблены? —сама не ожидая от себя такого, уточнила брюнетка. Осознав свои слова, она прикрыла рот рукой, но сказанного не вернуть. Хоть и уточнить ей нужно было совсем иное, но в данный момент ее дар посчитал именно этот вопрос необходимым. Самым необходимым. — Юни? — на секунду растерявшись, малыш с желтой пустышкой сверкнул черными глазами и тут же скрыл их за тенью от полей своей фетровой шляпы. Это уже ни в какие ворота не лезло. Небо его семьи уже странные вопросы задавать начала. Но от Джиглио Неро трудно что-то укрыть, он прекрасно это знал. Хотя судя по лицу Юни, то спросить она хотела что-то иное. — Да, — почти не раздумывая признался киллер, бросая недовольный взгляд на тех, кто пытался подслушать. — Но он ведь… — неуверенно и тихо произнесла девушка, потупив взгляд на свои колени. Хотя из учета, что Реборн всегда находил, чем выделиться, то с него станет влюбиться и в миф. Главное вовремя остановить. — Я встречал Небо, он не такой, как пишут в дневниках старых мафиози, а так же пугают детей в семьях, если те не хотят спать. Он… всепрощающий. Именно эту черту так отчаянно старается развить у себя Иэнобу. Это подобно попасть под бок большому льву: без причины тебя не укусят, а так же можно согреться и потрогать мягкую шерсть. Да и… — неожиданно прикусив себе язык, Реборн косо посмотрел на улыбающуюся Аркобалено. Его самым наглым образом разводят и садятся тут на уши! Особенно из учета, что он не любит много говорить. И особенно не по делу. А тут язык, казалось, развязали. Или это очередные фокусы хранителей неба? — Простите, дядя, просто иногда у вас вид потерянный и Вы так отчаянно смотрите по сторонам. Словно ищете кого-то, — честно созналась брюнетка. Она несколько раз замечала такое его поведение. И посмотреть на этого человека хотелось до дрожи в пальцах. Ария рассказывала ей про жизнь Аркобалено, а так же то, что она слышала еще от бабушки. Стать возлюбленным этого киллера чем-то напоминало проклятье. — Все в порядке, иди спи, времени осталось мало, — кивнув девушке, проклятый малыш вновь посмотрел на огонь. Тихий шелест одежды и шаги говорили о том, что его словам вняли. А сам он вновь мог поддаться думам. И рук Тсунаеши, а еще его тихого голоса и очередного рассказа ужасно не хватало. — Скоро ли я вновь увижу тебя, Небо?