Команда юных супер журналистов

Агнесс зашла в кабинет за своим отцом и прикрыла за собой дверь. Она присела за стул и терпеливо уставилась на своего папочку, гадая, за что тот будет наказывать её. — Я слушаю, где вы были так долго юная леди? — В парке, каталась с Поночкой на роликах. Это было полуправдой, и Агнесс подозревала, что её папа знает гораздо больше чем она сама. Внезапно зазвонил телефон, и в кабинет постучал Дакворт. Агнесс обернулась к нему, сложив руки в мольбе. Дакворт всегда спасал её от наказаний, а она в обмен на спасение давала ему читать книгу детективов, которыми её пичкала Гусёна Лапчатая. Дакворт поднёс Скруджу телефон, тот взял трубку. Агнесс встала со словами: — Я пожалуй, пойду в комнату, подожду. — Назад, барышня, мы ещё не закончили. Агнесс угрюмо села в кресло. Кажется, на этот раз наказание ей не избежать. Дакворт с сочувствием посмотрел на неё. Скрудж закончил разговор, его настроение повеселело. Агнесс подняла голову и кашлянула, чтобы напомнить ему о своём присутствии. Скрудж посмотрел на неё, потом повернулся к своему дворецкому. — Дакворт, принеси мне кофе, а Агнесс… — Какао и пончики — выпалила та, но сразу осеклась, Скрудж метнул на неё разгневанный взгляд, но Агнесс улыбнулась ему самой обворожительной улыбкой на которую она была способна. Дакворт вышел за дверь. Скрудж вздохнул и продолжил свой допрос: — А дальше? — Потом к нам присоединился новенький Джек с своей сестрой Изабеллой. Изабелла пошла с Поночкой в библиотеку, а я осталась с Джеком. Мы пошли в парк. Скрудж слушал её рассказ и потом хорошенько обдумал его. Как ему объяснить ей, чтобы она не обиделась на него? Ведь наверняка Джек ей понравился, а он тут скажет, что против него. В отличие от него Агнесс не воспринимала Гломгольда как противника. Для неё он ровным счётом нечего не значил. Просто ещё один папин знакомый, которого стоит опасаться. В кабинет явился Дакворт, который принёс кофе и какао с пончиками. Он поставил на стол и вышел. Агнесс откусила пончик и закончила свой рассказ. — Агнесс, милая, насчёт Джека… — Папа, он всего лишь племянник, не сын. Его отец Джо, они к нему ездят на лето, а осенью он и Изабелла живут у Гломгольда. — Да, но он всё равно может оказывать на них давление. — Но папа… — Никаких, но я запрещаю тебе с ним общаться. И точка. Агнесс уронила пончик на пол и молча выругалась. Такое лакомство пропало. Но хуже всего то, что пропала её любовь, которую трудно будет вернуть. Она вздохнула и вышла из кабинета, хлопнув на прощанье дверью. Нечего хорошего она и не ожидала от этого разговора. Поднявшись в комнату, Агнесс позволила себе уткнуться в подушку и расплакаться. Она это вполне заслужила. На следующее утро Поночка и Агнесс забрались в машину, чтобы отправиться в школу. Агнесс уткнулась в книгу и принялась читать её. На отца она даже и не глянула. Поночка заметила её красные и заплаканные глаза, но она была рада тому, что летом к ним обещали приехать племянники Скруджа. Она уже успела соскучиться по ним. Особенно по Вилли. Он ей нравился больше всех. — Что — то случилось? — Нечего хорошего, но я не хочу говорить об этом. Агнесс повернулась к книге. Машина остановилась возле школы, и Агнесс вышла из неё. Она столкнулась с Фиалкой, которая выронила все свои книги из рюкзака. Агнесс извинилась и принялась помогать ей поднимать их. Фиалка улыбнулась и посмотрела на неё. — Нечего страшного. Они вошли в школу. Гусёна и Гога уже были там. Гусёна размахивала им фотографиями, которые она успела сделать вчера вечером. — Сегодня мы сходим ко мне домой, распределим роли и сделаем наконец нашу первую газету вместе. — Может, лучше ко мне? — спросила Фиалка — твой папа не любит меня, ты это знаешь. — Знаю, но кто станет его слушать? Лично я нет. — Как хочешь — пожала плечами Фиалка. Ей было всё равно. После уроков они пошли в гости к Гусёне. Её отца дома не было. Они уселись за стол. Гусёна разложила перед ними фотографии, которые ей удалось найти. Фиалка подвинула к себе фотографии. На них были нарисованы они в форме поддержки. Агнесс взяла свою фотографию и принялась внимательно изучать её. Как она здесь счастлива не то, что сейчас. Фиалка положила свои фотографии ботанического сада, которые она успела сделать пока отсутствовал Бушрут. Агнесс оформляла газету, Фиалка рисовала к ней картинки, Гусёна следила за ними. Гога и Джек с Изабеллой тоже лезли со своими советами. Под конец газета была готова. Гусёна расстелила её перед друзьями. — Красивая. Надеюсь, у нас получится. На следующее утро Агнесс подошла к стенду и долго смотрела на газету. Судя по восторженным возгласам, газета произвела самое хорошее впечатление. Первый опыт им удался, что же будет дальше? Лилия вздохнула и открыла дверь, но Фиалки дома не было. Она оглянулась, включила свете и, не заметив Мегавольта, столкнулась с ним. Послышался звон разбитой посуды. Лилия испуганно посмотрела на него. — Ты не ушибся? — спросила она его. — Со мной всё в порядке, а вот посуда… Лилия наклонилась и принялась поднимать осколки. Она задумчиво посмотрела на Мегавольта. — Пыталась сегодня устроиться на работу, но похоже мне ещё не скоро простят моё поведение. Мегавольт кивнул. В последнее время Лилия настолько прочно связалась с преступным миром, что даже Чёрный Плащ уже начал её считать врагом. — У меня всё плохо, он совсем не понимает меня. Мегавольт вздохнул и пошёл на кухню, Лилия пошла за ним. Она заглянула в комнату и увидела, как он ставит чайник. — Ты не прогонишь меня? — спросила она его. Мегавольт с удивлением повернулся к ней. Лилия кинулась накрывать на стол. — Ты не переживаешь, что расстался с Анной? — Сначала переживал, потом привык. Лилия вздохнула и посмотрела на него. Их глаза встретились, и она улыбнулась ему. Мегавольт смутился. — Ты уже занята. — И что? Он мне не нравится. Дверь скрипнула, в комнату вошла Фиалка, но она не стала отвлекать своего отца и Лилию.