Любовь бессмертна

Дарт Малгус чувствовал себя совершенно раздавленным. Самое страшное, что только могло случиться в его жизни, случилось, и оказалось так, что он, человек, переживший многое и всегда мужественно противостоявший и любым опасностям, и многочисленным врагам, был совершенно беспомощен перед этим свалившимся на него горем. Он вернулся домой с телом Элины, с трудом смог рассказать своим друзьям и родным, что произошло, кое-как распорядился насчет погребальной церемонии, во время которой ему едва удалось успокоить бьющегося в истерике сына, а потом, придя в пустую квартиру, несколько часов просто сидел, глядя в одну точку. Совсем недавно он улетал отсюда со своей Элиной, и она — здоровая, веселая, живая — делилась с ним своими планами на жизнь, они мечтали в скором времени купить большой дом, завести еще детей, записать Элава в школу, однако теперь Элина мертва, и у нее уже никогда ничего не будет — ни нового дома, ни детей, ни самой жизни, и ей не суждено ни увидеть первый школьный день Элава, ни состариться. Один раз он представил себе, как его сын пойдет в школу: по местной традиции, все малыши в этот торжественный день будут стоять в школьном дворе в сопровождении обоих родителей, а Элав придет в школу только с отцом. Когда его краткосрочный отпуск в связи с утратой близкого родственника подошел к концу, он буквально усилием воли заставил себя снова взяться за привычные рабочие дела. Так прошло два месяца. По вечерам ситх возвращался в свою просторную, красивую, но пустую квартиру, где его никто не ждал. После гибели жены он с головой окунулся в работу и теперь едва ли не ежесекундно обдумывал план мести Эрин Ленир, которая безжалостно разрушила его жизнь, и ее дружкам-республиканцам. Элав по-прежнему жил у дедушки. Возвращаясь поздно вечером домой, Малгус то и дело порывался поехать к отцу и забрать ребенка, но так и не решался это сделать: а вдруг эта мерзкая сектантка решит лишить его не только жены, но и сына, например, выследит его, когда он будет бегать с друзьями на детской площадке или пойдет в магазин за мороженым, и прикончит? Он ненавидел себя за нерешительность и страхи, но и менять что-либо не хотел. Его душа была пуста, как и его квартира с потухшими окнами. Он оставался привлекательным мужчиной в самом расцвете сил, и порой на него обращали внимание девушки, которые работали с ним вместе, но его только раздражали их попытки флирта, которые он порой грубо и резко пресекал — он не мог представить на месте Элины другую женщину, его покойная жена была частью его души, а все остальные — просто заурядными разумными, которые были ему глубоко безразличны, он воспринимал их в лучшем случае как мебель. Однажды вечером он включил свет во всех комнатах и замер в оцепенении, словно по старой привычке ожидая услышать голос жены, но нигде не было ни шороха. Он тяжело вздохнул, прошел в кухню, достал что-то из холодильника и съел, даже не разогревая. Выпив стакан воды, он пошел спать. Все было так же, как и раньше: занавески, которые выбрала и купила Элина, кровать с нежно-лиловым постельным бельем, которое подарила Элине ее подруга Дагиан, зная, что это ее любимый цвет, тумбочка у кровати, с которой он так и не решился убрать косметику жены и бутылку с минеральной водой, которую она так и не успела открыть. Как же ему не хватало Элины! Поначалу Дарт Малгус надеялся, что время постепенно залечит его раны и он научится жить без Элины, как жили до него уже многие и многие люди — ведь его собственный отец смог пережить смерть жены и справиться со своей болью, когда мать Малгуса умерла от тяжелой болезни, однако время шло, а он все продолжал тосковать. Мысленно он смирился со смертью Элины и даже делать вид, что все в порядке, но что-то в его жизни было не так, неправильно. Он до сих пор безумно любил свою жену. Любил так, словно Элина до сих пор была рядом, а похоронено было только ее тело. Малгус словно чувствовал, как она смотрит на него, наблюдает за каждым его шагом. Порой по ночам, касаясь подушки жены, он улавливал аромат ее любимых духов, в шкафу висели ее платья — друзья советовали ему отдать одежду покойной в какой-нибудь благотворительный фонд и зря не растравлять душевные раны, и поначалу Малгус даже решил, что это хорошая идея. Однако осуществить это оказалось не так просто, как говорить об этом. Вернувшись домой, ситх взял большую хозяйственную сумку, чтобы положить туда одежду Элины, открыл шкаф, молча постоял перед ним минут десять, прокручивая в голове воспоминания о том, когда и при каких обстоятельствах она покупала и надевала тот или иной наряд, в итоге так и не решился коснуться ни одного из них, закрыл шкаф и пошел ужинать.