Колдуй, дерись и правь

- Это прекрасно, не правда ли? - Да, если состоишь изо льда, - растирает Ванда пальцы. Надо менять перчатки без пальцев на обычные. А лучше на рукавицы. Вдова всегда говорит, что её одежда не подходит для боя. Так она и для зимних условий не подходит. - На, мне всё равно не надо, - отдаёт Локи ей перчатки, магией ужимая, чтоб подогнать под размер девичьей ладони. Локи соскальзывает вниз. Ледяная корка, припорошенная снегом, глухо хрупкает под ним, но выдерживается. Парень галантно вытягивает руку вверх даме. - Я могу и сама. - Кто сказал, что дело в тебе? Я хочу за счёт тебя подстраховаться – пласт треснет, ты взлетишь, а я уже к тебе пристыковался. - А я тебя кину. - А я вцеплюсь, я ведь как клещ, сама знаешь. Ванда демонстративно садится на ледяную горку и съезжает, подобрав подол плаща. Она была как кровавое пятно посреди этой белизны. Но вот впереди разливалась до самого горизонта чернющая клякса. Максимова и знать не знала, что в Йотунхейме есть своё море. Чёрное, бездонное, как зёв животного. Оно было неподвижно, то ли само по себе, то ли сковано льдом, который так пожирал скудные солнечные лучи, что не играл бликами и ничем не выказывал о своём существовании. Или и то и то вместе. Не верила ведьма, что под толщей что-то живёт, ни рыб, ни водорослей…. Но ведь что-то выделяет же кислород, которым они дышат. Вокруг на много миль ни одного цветущего дерева, ни травинки, потому только водоросли и могут давать живительный воздух. А что до живности… Да, может, рыбёшек тут и нет, зато какая-нибудь опасная, огромная тварь вполне себе вписывается. Ледяной берег рвано заходил в воду, напоминая оскал. Чем ближе к краю, тем больше лёд синел. Где-то голубоватая горка была почти вровень с чёрной, как смола, водой, где-то возвышалась на несколько метров. Вид открывался воистину грандиозный, пугающий, тёмный. - Ладно, твоя взяла. Это круто, - Ванда облокачивается на Локи, прижимаясь к его плечу и боку. Ётун обнимает её в ответ, глядя на лёд и море. – Почему здесь никогда не светит солнце? Ну, то есть… Оно есть, но всегда за тучами. - Оно ещё воссияет, вот увидишь. - Ладно, нам пора. Мы потом приведём Лилу сюда, да? Это одно из самых светлых мест здесь. - Будто тебе надо разрешение, чтоб её порадовать. Поспешим, а то она уже замучила паучишку. - Да ты и рад. Дочь Клинта они находят возле фонарных столбов. Локи называл это место Загоном. Это был большой котлован, на дне которого, как колья в волчьей яме, торчали столбы, окутанные густым туманом. Иногда туман поднимался так высоко, что светящиеся шары словно парили в воздухе. Мария сидела у края, свесив ноги. - Прогулялись? - Завтра можем пойти вместе, - села рядышком Ванда, параллельно выискивая в сизоватой дымке племянницу. Вот она, бегает вокруг столбов, а Питер догоняет, нарочито медленно. - Завтра, - Хилл смеётся над этим, словно над хорошей шуткой. - Ну, вы же смастерили часы и синхронизировали имеющиеся. Потому, - Лафейсон смотрит на руку агентки, разглядывая бегущие стрелки, - завтра наступит через пять часов! - Да, но начало суток – это как раз таки всё ещё глухая ночь. Спать они пытались все вместе, поближе. Опасности тут вроде не было никакой, но почему-то все тянулись друг к другу. Очень редко когда бывало, если Ванда засыпала без Лил под боком. В такие моменты девочка спала вместе с Марией. Неподалёку был лес. Если ледяное море было в вечном пасмурном дне, а Загон под вечерним небом, то лес тонул в черных сумерках. Из снега росли чёрнющие, крючковатые деревья, и сложно было отделаться от мысли, что они сейчас тебя схватят и сожрут. Лилу боялась этого леса, и когда шла по протоптанной дорожке, пряталась в складках плаща Ванды или Локи. Иногда, если утром девчушка спала очень крепко, ётун брал её на руки и спешил пройти путь, пока она не проснулась. Они бы и держались подальше, но в том лесу был дом Бартонов. Если включить свет и не особо вглядываться в окна, чтоб становилось ясно, что за ними не вольготные поля, а зловещий лес, то можно было принять это за самую обычную пасмурную погоду в Гнезде. Где нет никого, где из Бартонов одна Лил. В доме поселилась Ванда, Локи, Мария, Сэм, Баки, Питер и Фьюри. Со временем Мишель, когда Питер нашёл её. Она, как и Пит, тут была совсем одна, потому он привёл её к своей новой команде. На ночь они всё закрывали, и почему-то все как один остерегались старого амбара с трактором. Ворота там стояли на замке. Иногда Баки прикладывал к ним ухо, стоял какое-то время, а потом отходил, не рассказывая, что же он там услышал. - Гонсалес с Соколом ещё не вернулись? - Не-а, всё ищут. По логике вещей где-то должна была быть библиотека, и девушка задалась её найти. Искала уже с неделю, если верить их календарю. Ей помогал в основном Питер и Сэм, иногда даже Локи. Последний кстати ставил на то, что библиотека тут не просто есть, а ещё не одна, но всех их замаскировал Стрэндж. Последний всё отрицал, апеллируя простым аргументом: - А на кой мне это вообще сдалось? Максимова подцепляет магией туман, от чего он розовеет, и сотворяет из него разные фигурки. - Не особо разбираюсь в детях и их воспитании, но кажется, им необходима социализация, - говорит Хилл, уже клюя носом. - У Лилу есть сородич – Паучишка, а у Паучишки его вредная подружка, - перспектива следить за целым детским садом Локи не улыбалась. К одной малявке он привык, выбора не было – Ванда с ней носится, и ему приходится. С Паркером и Гонсалес приходилось мириться, пока не задавали вопросов – жить можно. Ещё кого-то ему не надо. - Они подростки. А Лилу нужны одногодки, - соглашается Ванда. - Зачем? Все равно наша психика тут статична, разве нет? Никаких биохимических процессов не происходит. Социализация, конечно, сильнее наследственности, но боюсь, Лилс разницы не заметит, - вылезает из «манежа» Питер. Свой нано-костюм и супер-прикид попроще он снял давно, благо в шкафах из дома Бартонов он нашёл одежду, которая относительно по размеру пришлась. Правда, время от времени, он всё равно активировал костюм, чтоб поговорить с Карен и познакомить с ней Мишель. - Откуда ты знаешь? - Стрэндж сказал. - Чернокнижник прав. Статика, сплошная статика, - смотрит на неподвижные тучи Локи. – Так что если хотите открыть детский сад имени Мстителей, я в этом не участвую. Спасибо. Питер поднимает на паутине Лил и они все вместе идут к Бартонам. Позже на дорожке их догнал Сэм с Фьюри. - Какого? Деревья были засыпаны снегом по макушку, словно скрываясь за ширмой. - Что его сгребло? - Самое ужасное и противное существо во Вселенной, - кисло говорит Сокол, первым заприметив следы шин от трактора. – Мужик, чем тебе не угодил снег, а? – вбегает он в дом первым. Баки сидел на кухне в компании найденных у Бартона сигарет. Курить хозяин может и пытался честно бросить, но предусмотрительно оставил заначку. - Чего так рано? А снег я не люблю. А будет кто возникать – трактор не только по снегу проедется. Сегодня всё сложилось удачно – девочка уснула у Питера на руках ещё до того, как они дошли до леса. Но стоило Паркеру донести девчушку до порога и передать её Ванде, как он разворачивается и улепётывает – Мишель так и не вернулась, и Паук не хотел, чтоб подруга шла по этому грёбаному лесу одна. Откуда же этот лес взялся? Тут всё состояло из мозаики миллионов воспоминаний. Обычно все лоскуты локаций были крупными, целостными, но иногда в цельное полотно проскакивала всякая мелочь. Вот и в ванной в Гнезде было нечто похожее. Если лес был окутан вечными сумерками, то небольшой клочок земли вокруг дома – скорее под предрассветным утром. Но всё равно довольно мрачно, к счастью, дома можно было зажечь свет и задёрнуть шторы. Везде, кроме одной комнаты. Которой даже не было в доме раньше. Внутри никогда не горела лампочка, зато из окна шёл бледный поток светп, частично разгоняющий мрак вокруг ванны. По углам комнаты было так темно, что даже свет фонарика утопал в густой черноте. На ощупь комната была облицована кафелем. Сюда никто не совался, пытались даже закрывать дверь на ключ, но стоило дёрнуть ручку и всё нараспашку. Ванда это место узнала сразу – даже в лабораторных мышей надо мыть. Поначалу подопытных совали под душ, даже придерживали – сразу после эксперимента те еле стояли на ногах, да и толком в сознании не были. Чуть позже они смогли посещать ванную. Там всегда мигала лампочка. Ванда рада была скинуть с себя лабораторную робу, да и поначалу эта ванная была какой-никакой сменой обстановки, ведь помимо своей комнаты-темницы она ничего не видела. Но со временем и это приелось, такая же мини-тюрьма, куда она сунулась по своей воле. Ведьма просто подолгу лежала в ванне, облокотившись виском о бортик. Эксперимент уже давал какие-то результаты, и, водя руками над водой, она заставляла её вздыматься. На взволнованной поверхности плясал блики лампы. Её психологическое состояние не всегда было стабильно, потому несколько раз она пыталась там утопиться. Первый раз она проконтролировала себя сама и вынырнула, второй – вытащили. С тех пор её отводили только в душ. Это даже помогло – дар начал развиваться быстрее. Потому что когда ей надоело, что во время купания с ней куча народа, единственным аргументом против с её стороны стал телекинез, с помощью которого она разнесла душ телами надсмотрщиков. С тех пор она снова могла посещать ванную в гордом одиночестве. Но сейчас этого места она избегала. И даже не говорила, что оно из её прошлого. Только Баки знал, точнее, догадался, когда Ванде вдруг стало интересно, какова была его «бытовая» часть жизни в ГИДРЕ. Но тот мало что помнил. И, тем не менее, они находили много тем для разговоров. Локи не мог это не стебать, и называл себя соавтором ГИДРЫ – ведь это он, пусть и незапланированно, дал им нужные технологии. Пусть к «изготовлению» Зимнего он отношения не имел, зато Ванда «сотворить» помог он. - Выберемся – придумываю что-нибудь ещё, но уже с тобой в сотрудничестве! - У ГИДРЫ баннер всё равно был бы эпичней: «От создателей Зимнего Солдата, близнецов Максимофф, и армии зомбированных супер-солдат». А у тебя что? «От создателя коня, змеи и псины»? – скептически приподняла бровь Мария. - Это невыносимо! – кидаёт Локи чайную ложку на стол и выходит в окно. О ванной он, кстати, тоже знал. И в отличие от всех, совсем не боялся этой комнаты. Он спокойной плескался в ванной – вода тут всегда была тёплой, хотя в комнате стоял холод и сырость, что характерно для замка. Во дворце Асгарда всегда царило лето. А из окна ванной был виден падающий снег. Окно Локи не мог открыть ни силой, ни магией. Разглядеть что-то тоже было трудно – вверх пасмурное небо, внизу – пропасть, утопающая в белой мгле. При дыхании изо рта вырывался пар, словно дым из драконьей пасти. Но всё же не такое и пугающее это место. Хотя и хорошо, что оно никому не нравится – тут он с Вандой может побыть наедине. Потому что его Йотунхеймский уголок как пить дать кто-то скоро найдёт и от туристов отбоя не будет, ещё бы – почти солнце видно. Даже над Вакандской территорией его не видать. Уровень воды в ванной был так же неизменен, как и температура, хоть Локи лежал тут один, хоть вместе с Вандой, вода не выплёскивалась. Лафейсон сильно задрал голову, глядя в потолок. Его мокрые волосы свисали вниз, стекающая с них вода образовала небольшую лужицу. Ванда лежала поверх ётуна, заставляя воду принимать разные формы, и смотрела в окно. Ей так хотелось его открыть и глянуть что за ним, подставить лицо холодному ветру, пролетаться над пропастью. Это была очень странная, непонятная тоска. Или это были её эмоции из прошлого, когда она хотела сбежать из лабораторной базы? Ванда отворачивается, ложась боком. Её голова была на плече Локи, но вода всё равно касалась её подбородка. Над водой поднимался пар. Когда она вместе с Локи, эта комната казалась ей вполне нормальным местом. Когда одна – призраки прошлого так и вгрызались. - Я бы мог построить нам чертог на ледяном берегу. - А может попытаться разобрать этот и перетащить его на лёд? - Быстрее всего мы может что-то нарушить, и перенести темень на йтунхемский надел или... тут банально не будет света. Странно, но почему-то без этих желтовато-белых электрических малявок тут будет не так удобно. - Наколдуешь. - И вообще, я предлагал уйти только нам. - Потому я и против. Я никого тут не брошу. - Эх… В настоящий Йотунхейм ты не хочешь – на Земле может быть заварушка. Вот считай, объединили наши два мира и ты снова против. - Потому что дело не в клочках земли, а в тех, кто на них живёт. - До твоих друзей – рукой будет подать. - Тут каждый шаг, как в зыбучем песке, ты же это видишь. Мы когда все вместе – даже дышится легче. Если или когда вернёмся домой то да, я уеду с тобой, куда хочешь на какое-то время. Но сейчас мы должна держаться ближе. К тому же, у тебя нет недостатка моего внимания. Внизу что-то бахнуло. - Пит вернулся. - Мы могли бы забрать и Лилу. - Нет, - с этими словами Ванда поднимается, больно упираясь в бедро Локи. Она спешно перелазит через бортик – после горячей воды, холодный воздух жалит распаренную кожу. Она прислушивается – все мысли витают за закрытыми дверями, в коридоре никого нет. Подняв свои вещи с пола, она выскакивает и спешит в свою комнату. Пока что она пуста, позже её догонит Локи, прибежит Лилс, может, зайдёт Мария – кровать тут широкая, и уже долгое время лежать в постели целой кучей для всех норма. Может, вместо Хилл будет Гонсалес. У них словно съехала шкала личного пространства. Максимова кидает вещи на небольшой белый табурет, сняв с того широкую подушку. Рядом стояла узкая, потёртая тумбочка, с потрескавшейся белой краской. За ней вмонтированный в стену шкаф со створчатой, словно ставень, дверцей. Из шкафа ведьма достает полотенце, из тумбочки бельё. На тумбе стояла ваза с цветами, они то увядали, то расцветали. Сейчас цвели. Завтра она поведёт всю детвору на ледяной берег. Она успевает натянуть футболку Лоры и пижамные штаны Клинта, когда входит Локи. Он ничего не говорит и тему не поднимает. Скоро планы меняются. Здесь люди не только замерли и поменяли частично своё отношения друг к другу, но и какие-то мыслительные процессы чуть изменились. Может, сам Камень уводил их в сторону от правильного решения, может, люди получили долгожданный перерыв от всего и не рвались в бой. Так или иначе, никто не думал выбираться самостоятельно. Пока Мишель не загорелась найти библиотеку со скуки. Мысль о библиотеке, наконец, навела на идею, что… библиотеки бывают разные. Что если тут не только школьная библиотека или библиотека Конгресса? Что если есть копия библиотеки Вонга? Любую дверь можно взломать и изнутри. А потом доходит осознание, что маги есть не только на Земле или Асгарде. Имея неограниченное количество времени, Мстители, Стрэндж, другие занесённые с ним маги, все имеющиеся по эту сторону агенты Щ.И.Т.а, вакандцы, горста асов, Стражи и Гонсалес ударяются в поиски, по пути находя тех иномирян, кто знаком с магией. Особо о своих поисках они пытались не распространяться: не смотря на вечные сумерки, переходящие в ночь, многим тут даже нравилось – тут не было боли, неравенства, голода, если тебе холодно, то просто перебираешься на тёплый клочок, откуда не погонят хозяева, никто не старел, из болезней лишь механический повреждения от падения или удара, но если найти медика, он поможет за просто так. Даже попавших сюда, по идее, тварей не было видно. Единственное что напоминало о жизни вне Камня – потребность во сне. Потому, многие могли и палки в колеса поставлять тем, кто спешит вернуть всё на круги своя, где бой шёл даже у самых простых людей, каждый день. В ходе поисков, сбившимся в обширную команду приходится покинуть свои насиженные места. Но в итоге было найдена дюжина библиотек. Точнее их аналогов из других миров. Пока Стрэндж и Локи с командой других магов занимались переводом и поиском необходимого, приобщая и Ванду к таинствам (к сожалению, к этому примазались и Паркер с Гонсалес), все обосновывались вблизи библиотек. Одна располагалась возле клочка целого комплекса. Это был ряд двух-, трёх- и четырехэтажных домов стоящий на реке, через которую тянулся мост. И чтоб его, тут сияло солнце. Потому-то местные отсюда и ушли – для некоторых народов солнечный день, как для людей тёмный вечер, потому-то в какой-то момент народонаселения Камня сообразило и начало меняться друг с другом, занимая более комфортные места проживания. И вот с этого место кто-то ушёл, а взамен пришли пока что только Мстители и ко. - Да тут половина вернуться обратно не захочет. - Я уже не очень хочу, - шутит Ванда, выпрыгивая из окна прямо в речку. - Намёк понят, - кивает Локи, прыгая следом. Вот в этом месте им было действительно хорошо – как много значит солнце, казалось бы. Рад был бы он сказать, что по возвращению найдёт или сделает для Ванды похожее место, но, увы, первое, чем они займутся – новой войной с Таносом. И тогда ему надо будет придумать что-то поинтересней заточения в Камне… Хотя, если подумать, он повёл себя относительно гуманно, но не эффективно. Не касательно расправы с врагами, по степени достижения цели – остатки народонаселения Вселенной расплодятся так быстро, что через пару-тройку десятков лет возникнет потребность в новом щелчке. Та же Земля восполнит утраты так вообще лет через пять. Бесплодие было бы намного лучшим решением. Прогадал ты, титан, прогадал. А так к жизни здесь они даже привыкли, даже понравилось. Особенно, когда держались подальше от «своих» мест. Локи привык к вечной тоске, и потому когда смотрел на бело-чёрные просторы мест, где он родился, то не испытывал особых мук, и без лицезрениях их он был полон сожалений. Но, не придя в них – не выйдёшь отсюда. Они исчезают не одновременно, так же как и не одновременно сюда попали. Им не давали команду, просто в какой-то момент им стало всем просто невыносимо. - Ещё свидимся, если получится. И если после всего этого ещё и выживем – заглядывай на чай, у тебя огромный потенциал, - пожимает Стефан руку Ванды. - Спасибо, не надо, мы сами, - берёт ведьму за плечи Локи. - У Тони есть твой адрес? – кричит магу вслед заковианка. - Да. Только этим двоим не говори – мне столько стажёров не надо, - указывает доктор на Мишель и Питера, а потом спускается по склону вниз. Там была та дорога, и целёхонькая машина. - Давно я не был за рулём… Он проехал ровно столько, чтоб насладиться скоростью, а потом свернуть в пропасть. Он рассыпался в пыль задолго до столкновения и взрыва. Ванда смотрела на эту гонку с вершины, прижимая племянницу к себе. - Глянем, что осталось? – неуверенно спрашивает Сэм. - Нет. Мы идём к лесу. - Смотрите! – указывает назад Питер. Совсем неподалёку было одно строение. И им уже воспользовались как катарсическим порталом. Стоящая на входе статуя пошла трещинами, они росли и переходили дальше, скоро покрыв каждую стену здания. Оно выцвело, высохло, и стоит дотронуться – и само рассыплется. - Этот мир может вообще рассыпаться? Он же по сути никакой – не плоский, не круглый, могут образоваться пустоты из-за которых мы не дойдёт до нужной локации? – Мишель впервые, после пробуждения в Камне, была напугана. - Ничего, будем летать, - приобняла девушку Максимова. – Никто тут в одиночестве не останется. Мой возврат через дом… через ту ванную комнату. Если вместе с домом исчезнет и она, то мы с Лилу пойдёт последними после всех вас – она сделает то, что нужно ей и у меня будет какой-то запас времени. Вам куда? - Мне в сарай, - хрипло говорит Баки. – Не спрашивайте что там. - Я свой портал нашёл, он в другой стороне от вашей «базы», - заводит руки на спину Фьюри. – У нас общий, - кивает он в сторону Марии. - Трискелион, - поясняет она. В этот момент земля под ними трясется – трасса скатывается в огромный рулон. - Надо было хоть с какой-то частью согласовать! Дошли бы все до своих мест и начали десантироваться, а тут в лес да по дрова– кто успел, кто не успел! – орёт Сокол, с ужасом наблюдая, как мир буквально расходится на лоскуты. Что будет дальше Камня Разума? Что находится под дном самого дна?! - Не подумали. - Где-то я эту фразу уже слышал, - хмурится Т'Чалла. Они спешат, они все спешат. Мир вокруг и правда трещит по швам – по эту сторону граней реальность действительно зависит от тех, что её заселяют. - Проклятье, - шипит Локи, когда понимает, что Ванда прочла одну из его беглых мыслей. - Как же я тебя ненавижу! - Да всем будет не до этого! - Вы о чём? – подозрительно косится на них Гонсалес. - Одежда! То, в чём мы пришли сюда, так же реально в том мире, как и мы. А все что здесь – материально и существенно быстрее всего только тут! - И? - Питер, мальчик мой, советую облачиться в подарок Тони, иначе ты рискуешь очутиться посреди той планеты, где ты исчез, в чём мать родила. - И походу ко мне это тоже относится…, - сама Ванда по-прежнему была в одежде Бартонов – свой плащ и штаны она ещё тогда забыла у них в шкафу. - Боюсь, что мне таки придётся идти голым – мой паром в другой стороне. А костюм я оставил в том доме. - Бартонов? - Нет, что у реки. Мы так резко подорвались… - Насколько далеко твоё место? - Некритически, мне повернуть и добраться. Но если сделать такой крюк… - Ты окажешься на Титане. Что если Тони уже оттуда слинял? Что если мы не сможет тебя быстро найти? - А костюм что, обеспечит его телепортом или пайком? - Это Тони! Может, он вшил туда систему анабиоза. - Неважно чем оснащён костюм – там будет Стрэндж. И Стражи. Я не оставлю тебя здесь потому, что какой-то малец посеял свои нано-тряпки! - Тем более, что даже если секунда здесь – дни там, они меня дождутся, и без костюма как-то обойдусь – на кораблях хорошо генерируется атмосферные условия, как на земле. - Но оказаться с голой задницей на враждебной планете – это дно, - косится на него Мишель. - Главное вернуться… Карен! Она же тут останется. - Мы успеем долететь. - Ванда, нет! - Ванда, да, - она передаёт ребёнка Локи. – Отведи её домой и Мишель тоже. - Если попадёт домой она – то ты останешься тут. - Она должна оказаться дома. Баки, проследишь. И за Мишель тоже. - За меня не волнуйтесь. И мне уже сворачивать, - девушка обнимает Питера, так крепко, что кости у того трещат. – Попробуй только не найти путь на Землю. Мы будет ждать. В конце концов, там же есть какие-то корабли, да? - Мы его вместе посадить толком не могли, а уж поднять… - Ты проведёшь меня?- вдруг говорит Гонсалес, сцепляясь в руку Питера. - Да. - Эй, вы о чё…, - и тут до Локи доходит. Карен. Неожиданное стремление Ванды достать костюм, хотя в ситуация повёрнута так, что пусть хоть нагишом, главное спасти свою шкуру. Если надо – она собой заслонит кого угодно, если надо – понесёт Питера на руках, даже вернётся за Карен, хотя по большей части относилась к ней как к простому ИИ, умной технике, и не считала её членом семьи, как это делали Питер и Мишель. Но она начала рваться за костюмом ещё до того, как вспомнила, что он оживлён. А сейчас Питер уходит в другую сторону от своего тонущего парома. И Локи понимает, что не выпустит Лилс отсюда, пока не выйдет Ванда. И это всё – не их мысли. Камень их не хочет отпускать, он начинает понимать, что происходит. - Стоп! Очнитесь! Вы не понимаете? Какой костюм? Какая Карен? Она сохранена во множествах копиях, только запусти. Старк на радостях воссоздаст сотни костюмов, а Стрэндж уж сумеет наколдовать штаны. А тебя-то зачем провожать? Отпусти его. Очнитесь все, это не наши желания. Нас тут держат! – эти вопли на миг отрезвили присутствующих. Гонсалес отскакивает от друга, словно шпаренная. - Прости. - Это не ты. - Так что, пока все в себе – ноги в руки и марш! – Локи спешно пихает Лилу в руки Ванды, чтоб те были заняты и чего не натворили. Мишель и Питер почти одновременно покидают оставшихся, разбегаясь в разные стоны. Мишель видит монумент, построенный рабами, Питер паром, который из-за него чуть ли не пошёл на дно. Разбитые стёкла здесь как зеркала, они сотнями глаз смотрят на него, как паучьи глаза. В них он видит и множество своих отражений. Они голые, хотя он чувствует касание ткани. М-да, таки придётся Стрэнджу постараться. Через пару минут среди битого стекла, раскуроченных сидений и нитей паутины остаётся лишь горстка пепла, а ещё чуть погодя, паром идёт ко дну иссыхающего залива. Гонсалес только вступает на площадь, как камень начинает крошиться и осыпаться. Она бежит как марафонка, в последний момент вбегая внутрь, за миг как огромный блок загораживает вход. Она оказывается в кромешной тьме, полнящуюся криками, но потом она видит проблеск – створки лифта открылись. Когда она оказывается внутри, то даже не наживаем на кнопки, кабина сама едет вверх. Тем временем другие добираются до дома. Лес вокруг него иссыхает, становится ещё чернее. Баки спешит к сараю, металлической рукой легко срывая навесную цепь. Внутри оставшиеся видят лишь темноту, и синий луч падающий прямо на Зимнего. Стоило им приглядеться получше, как ворота с грохотом закрываются. Через миг крыша обваливается. - Вам пора. - А ты? - Я не двинусь отсюда, пока не увижу, как исчезает дом и вы вместе с ним. А лучше я зайду вместе с вами. - А если ты не успеешь выйти и дом… не знаю, обрушится на тебя? И ты не сможет выбраться? - Значит, так тому и быть. Иди, быстро. Мне ещё до льдов добираться. - Давай я тебя отнесу? Отправим Лилу и долетим? Или сначала тебя, а потом я вместе с ней… - Сейчас, Ванда! Живо. Они вбегают в дом. Девушка спрыгивает и бежит наверх, маг за ней. Лилс рвётся бежать сама и доходит до шкафа в спальне родителей. Ванда думала, что девочка в него зайдёт и двери захлопнутся, как это было с Барнсом, но нет. Лилу вытаскивает старый колчан. - Я нашла его! Всегда хотела найти, знала, что он тут есть, но не находила. А сейчас нашла! Смотри, какие красивые! – она поднимает стрелу, зажав оперения между пальцев. Перья сизые с черными полосами. Ведьм присела и почти что обняла девочку, как та растворилась. - Вот и всё, она дома. Теперь ты довольна? - Более или менее, - строит рожицу Максимова. Но потом дом пошёл ходуном, пол и потолок обваливались. - Быстро! – Локи хватает подругу за руку, рывком поднимая её на ноги. Пол проваливается, но Локи хватается одной рукой за оставшийся островок второго этажа, подкидывает Ванду вверх, но когда она приземляется, пол осыпается кусок за куском. Их трясёт и мотает, сбивая с толку. В какой-то момент, Лафейсон просто закрывает собой ведьму, когда на них рушится буквально всё. «Видимо, мы останемся тут вместе, в вечной пустоте». Они могли и с этим смириться, но что если Локи станет тянуть ко льдам просто безумно? Остановить его можно будет лишь убийством, только вот в этом-то весь и смысл. Даже если он сможет себя обездвижить, то его разум будет поглощён просторами Йотунхейма и компания тогда из него для его обожаемой ведьмы будет никудышной. Она всё равно останется в белом небытие. Так это уже будет не Камень Души, это будет филиал ада. Вернись Ванда одна, то это будет совсем не страшно. Погорюет о Локи, но будет не страшно. Даже если те связи, что укрепились и воссоздались в этом мире, в реальном ослабнут, она по-прежнему будет любить Клинта и его семью, и Кэпа, и сама быть любимой. Да и война на носу, на горести времени будет мало. А там и, глядишь, Стрэндж не зажмёт книги по магии, и ведьме будет, чем развлечься… - Хватит планировать всё за меня! Мы или уходим вместе или вместе остаёмся. Когда все разрушилось окончательно и угомонилось, Локи поднимается первым. Следом Ванды. Они были чёрно-белыми от пыли. - Смотри… На земле, посреди пожухшей травы и резко гниющих развалин, была дверь. Та самая. - Мир этот избит, но в нём что-то есть. - Иди уже. - Ты точно доберёшься до льдов? - Ты ведьма, а не нянька, и я не ребёнок. Ты знаешь, добираться из пункта А в пункт Б – мой конёк, - Локи сам открывает дверь, пропуская вперёд Ванду. Не зная, что будет там, она оборачивается, прижимая к себе ётуна: - Я найду тебя. - Знаю, - Локи отстраняется первым. Стоит Ванде сделать пару шагов от двери, как она со скрипом закрывается. Мрак вокруг рассеивается. Да, это та самая ванная. Из крана срывается капля. Она бьёт по поверхности воды, как плётка. Ведьма проводит рукой по бортику, подходит к окну. Оно не открывается, но Максимова знает, что делать. Отойдя, она бьёт сгустком, вышивая окно. Взобравшись на подоконник, совершенно не волнуясь об осколках, Ванда, наконец, добирается до того, что было по ту сторону окна. Не морозный ветер, не танцующие снежинки, не серая пропасть внизу. По эту сторону была свобода. Максимова прыгает вниз, парит. И медленно тает. Локи видит, как дверь трескается и падает с петель. За ней нет комнаты, лишь уходящий под землю бортик ванны. Всё, его ведьма дома. И ему пора. Всё тлеет, среди мусора он видит фото их жуткой «семейки» в сепии. Но стоило асу нагнуться, как лица на фото искажаются, превращаясь в жутких уродов, сливающихся с коричневым фоном, а потом и всё фото чернеет, и всё словно разъедает. Он идёт по траве, которая рассыпается под его подошвой. Мир определённо стоит, и добраться можно куда угодно. Локи вдруг думает о том, что личность определяет её память, все пережитое. Та Карен, что в костюме, и та, что на запасных схронах – разные. Эта-то уже самообучилась. Лафейсон борясь с тягой вернуться к морю, идёт назад, далеко назад. Всё вокруг жухло, трескалось, блёкло. Но как это и бывает у Локи – он дошёл. Лафейсон так и не понял, это его Камень так держал, или у него самого просто тут психика сдвинулась к сентиментальности, а самому Камню плевать уже – валять, так пусть валят, он держать никого не будет, не гордый. Или… решил, что остаться одному на один с вредным йотуном это слишком, даже для Камня Бесконечности. Дом, где они жили, наполовину сполз в русло высохшей реки. Среди потускневших обломков, ас легко находит красно-синий костюм. Заберя его, он убирается отсюда восвояси. - Ты мне сильно должен будешь, приятель, - поглаживает ас поверхность костюма, идя уже по белому льду. Он знает, что надо делать, но вместо этого, садится у самого края обрыва. Когда он ещё насладится покоем? Да и видом, что уж там. Не скоро он ещё до Йотунхейма доберётся. - Ну что ж, пора. Надеюсь, вода тебя не подпортит, - с этими словами Локи соскальзывает в пропасть. Чёрные воды смыкаются над его головой, солнечный свет почти не проникает внутрь, но Локи видит кружащих вокруг тварей. Он успевает раствориться раньше, чем одна из них его заглотила. Ванда лежит на земле, в тени деревьев, но луч настоящего солнце находит лазейку среди листвы. Мир, снова приобретя свою целостность, всё же пока молчал. Она разжимает бледные веки, с выступающими на них красными и синими венками. Скоро бледность сходит, кровоток становится нормальным, а лёгкие наполняются воздухом. Так же ничего не понимая, как и в первые минуты в Камне, так и сейчас, Ванда была сбита с толку. Тело наполнено тяжестью, в голове сумбур и ошмётки воспоминаний. - Лилс! Локи! «Нет, она должна быть в Гнезде». Зато Локи неподалёку. Она срывается с места. Она кружит тут долго, но Локи нет. Когда она начинает крушить всё вокруг, её саму находят – те, что остались в мире, те, что вернулись назад раньше Ванды. Воссоединение было радостным, но слез пролито на целое море. Она вспоминает о Лилу, что та быстрее всего в Гнезде совсем одна – что если семья покинула дом после исчезновения старшей дочери? Сокол вызывается лететь за ней, остальные же празднуют воссоединение. - Скоро Танос поймёт, что его план провалился. Потому советую начать готовиться, - вносит в эти сопли щепотку здравомыслия Т'Чалла. Но всё же он назначает патрульных, они будут прочесывать территорию, если Локи появится – то он должен быть там, где исчез. Со Старком, Стрэнджем, Пауком и Стражами связи до сих пор не было. Бартона нашли, сообщили о дочери и со дня на день он должен был приехать в Ваканду. Кэп не отходит от Баки и Сэма, но в первую очередь пытался поддержать Ванду. - Никто одновременно не прибыл. - Судя по вашим рассказам, время в Камне и тут течет одинаково, по крайней мере, для землян. От дома до льда несколько часов ходьбы, не дней. Эти дни она почти не спит и не ест, даже наличие настоящего солнца не радует. Хоть бы уже бой. Тор всё это время рядом с ней. - Зная своего братца, он наверняка уже здесь, давно здесь, просто смылся, придумав очередную многоходовочку, - при всём старании, его слова не способствовали душевному успокоению девушки. - Если так, то когда он объявится, спеши его обнять и сказать, как ты его любишь, потому, что я его разорву на части и из его шкуры сделаю себе пальто. - Ага. Главное череп не трогай – сам хочу себе новый кубок, - задумчиво гладит тот ведьму по голове. В первую секунду это напомнило ей жест Таноса. Но спустя пару дней, Локи появляется, восстав, как феникс из пепла. Да, никого не обманул, но не особо помогло – Ванда и правда его чуть не порвала. Лесной массив окончательно пошёл под свал. Тор был не самым тактичным, потому не спешил отходить (или просто решил, что наедине друг с другом они уже набылись), держа в своей охапке двоих. Ванду не радовала лишня рожа в такой момент, а Локи то, что его пинают, против брата претензий не было. - Скотина! - Успокойся! - Где ты был?! - Спасал Карен. - Я тебе лицо обглодаю. - Ты же этого сама хотела. - А ЕСЛИ БЫ ТЫ НЕ УСПЕЛ ВЕРНУТЬСЯ?! - А там не гонки, всё я успел. - Мне чего не дал?! - Во-первых, мы тогда наверняка этого не знали, во-вторых, теперь эта сороконожка в колготках мне должна, в-третьих, ты портишь весь момент. Со временем они разобрались и успокоились, а костюм решили на время отдать Мишель, Питер бы с этим согласился. Но когда он вернётся? - Ничего, Стражи прибыли на своём корабле. Как-то для троих место найдут. Но полёт будет не близким. - Я бы волновалась уже не за то, как быстро прилетят они, а как быстро очухается Танос, - сложила руки на груди Наташа. – Если он не сможет воспользоваться перчаткой снова, то ему нужна новая. - Думаешь, он снова вернётся на Нидавеллир? - А где ещё могут выковать нечто подобное? - Кстати о возвращении. Если ты сюда добрался используя секиру, почему тем же путём ты не можешь забрать тех придурков с Титана? – оборачивается к брату Локи. Видя зависание старшего, он тяжело вздыхая, массирует себе переносицу, - Как же хорошо, что мы решили выбираться сами.