В отражении

      Аарон Хотчнер десять лет ловит чудовищ и навязшую в зубах цитату из Ницше считает лишь красивой метафорой. До того дня, когда на его пути призраком из прошлого не возникает Бостонский Потрошитель.       Джордж Фойет умен, терпелив и жаждет лишь власти. Он пробует на зуб агента Хотчнера и находит его достойным. И желание властвовать превращается в навязчивую идею стать личным демоном федерального агента.       Аарон не боится риска. Еще в армии он привык к мысли, что его жизнь может окончиться в любой момент. Будни же прокурора, а затем и агента этой привычки не развеяли. Потому ранения, какими бы страшными и многочисленными они ни были, он принимает как часть своей работы.       Вот когда Фойет переходит на личное, угрожая Хейли и Джеку, земля уходит у Аарона из-под ног. О, он по-прежнему не боится чудовища перед собой. Его пугает острозубое, золотоглазое нечто у него внутри. Рожденное от первого удара отца, вспоенное небрежением матери, воспитанное многолетней охотой на человека, оно рвется на волю, чувствуя как слабеют путы долга и самоконтроля. И когда голос Хейли обрывается грохотом выстрела, тварь срывается с поводка.       У Фойета нет ни шанса. У Аарона Хотчнера он только один — малыш Джек, притаившийся в деревянном ящике, напуганный выстрелами и шумом драки. Его доверчивое объятье — поводок прочнее цепей Фенрира.       Когда семь лет спустя Питер Льюис улыбается ему с другой стороны школьной спортивной площадки, Аарон Хотчнер принимает решение.       Он по-прежнему не боится за себя и не боится чудовища напротив.       Его пугает мысль, что, когда Фенрир сбрасывает оковы, наступает Рагнарёк.