Начнем с вечности.

Глава 4. Всю свою жизнь я был абсолютной посредственностью. Был совершенно обычным человеком: просыпался в одно и то же время, каждый день делал одно и то же, носил обычную одежду, слушал музыку, которую люблю не я, а слушают все. И далее по списку. Когда мне было 17, от нас ушел отец. И не стало того, кто бы постоянно строил меня и мою семью по стойке «смирно». Мы все: мама, брат и я, испытали огромное облегчение. Отец все время пил, он пропивал все наши деньги, бил маму и брата. Я же всегда старался избегать его. И в один прекрасный день все изменилось. Он ушел и больше не появлялся. Я стал более свободным, более счастливым, все потихоньку стало налаживаться. Я нашел себе много друзей, над нами с братом перестали смеяться в школе, а год спустя я познакомился с единственной девушкой в моей жизни. Казалось, вот оно! Вот то, что я искал. Я выполнил все то, что уготовила для меня судьба, и вот моя награда! Спокойная и устроенная жизнь. У меня были планы поступить в какое-нибудь приличное высшее учебное заведение, поскольку я неплохо учился в школе, жениться на Энни, построить дом, посадить дерево и счастливо жить с ней и двумя детьми до конца своей, казалось бы, никчемной жизни. Но как вы знаете, все оборвалось. Мои планы рухнули в ту же пропасть, что и автобус, на котором тогда ехала Энн. С тех пор, вот уже целых 7 лет, я так и не смог найти девушку, хоть немного напоминающую мне Её. Я пытался знакомиться с девушками, иногда даже доходило до второго свидания, но ведь я прекрасно понимал, что такой как Энни мне никогда не найти. Все были не такими. Вот вроде бы понравилась, хорошая, милая, умная, а из-за какой-нибудь мелочи, вроде рингтона на звонке, меня отталкивало, и я вновь уходил в себя и закрывался надолго. Мама с братом всегда были рядом, давали какие-то советы и поддержку, но я всегда жил своим умом и не слушал никого. В конце концов, до меня дошло, что поиски бесполезны. Девушки перестали интересовать меня. Я совершенно перестал обращать на них внимания. Думал, как-нибудь доживу до 35, удостоверюсь, что брат устроился в жизни, провожу маму в Мир Иной и сам присоединюсь к ней. Такой был план. Но пару дней назад я встретил того, ради кого хочется жить, конечно, если только он будет рядом. За каких-то там два дня он стал для меня очень важным, почти самым важным. К моему огромному сожалению, как бы там ни было, с раком мозга долго не живут и в один ужасный день мамы не станет. Тогда я бы хотел, чтобы рядом был Он. Я чувствую, что в тот момент способным остановить меня от глупостей будет Фрэнк. Его-то я точно послушаюсь. Ведь теперь только в Нем заключается смысл моего последующего существования. Да, теперь-то я понимал наверняка, что влюбился в парня. Он настолько напоминал мне Энни. Казалось, что отличие только во внешности. Пол для меня значения уже не имеет. Просто я нашел то, что так долго искал, но этим оказалась не девушка, а парень. Я надеялся всей душей, что когда придет пора во всем ему сознаться, он выслушает меня и попытается понять. А пока я просто могу надеяться на то, как бы он не оказался гомофобом. Я посмотрел на часы. Было уже полдевятого утра. Можно начинать день. Нужно было бы навестить маму. Я решил закончить картину, которую рисую для нее уже около месяца. Оставалось доделать пару штрихов. Каждый божий день молюсь о том, чтобы не опоздать. Но для начала я включил радиоприемник, и вот удача! Aerosmith – Dude. Хорошее начало дня. Принимая водные процедуры, я пел в душе и думал, что сейчас делает Фрэнк. Позвоню ему после того, как увижусь с мамой. Соорудив небольшой Эверест из бутербродов, я направился к холсту. Вид с балкона домика на берегу моря, вот что я пытался изобразить. Мама всегда мечтала жить в таком доме вместе со мной и братом Майки. Я был только за. А был ли у этой мечты хотя бы единственный шанс осуществиться? Поеду к ней после обеда, как раз к концу всех процедур. Хорошо, что эти краски быстро сохнут. Закончив работу не так скоро, как планировалось, я переоделся и вышел на улицу. Может поймать такси? Тащиться по улице с картиной, даже обернутой, в руках у меня не было никакого желания. Но вот досада, ни одного такси в зоне досягаемости взгляда не оказалось. И я присел на скамейку и закурил. Я начал курить примерно лет в 14, когда впервые убежал из дома. Из-за отца. Вот и такси. Устроившись поудобнее, я занялся мыслью, что же скажу Фрэнку, когда позвоню? Может, позвать его в парк? Погода была замечательной. Солнце даже немного пригревало. Да, так я и сделаю. Я расплатился с таксистом и пошел в здание, которое за два месяца успело порядком мне надоесть. Зайдя в палату, я заметил некоторые изменения. Как-то светлее в ней стало, что ли. Мама еще не пришла и чтобы не сидеть просто так, я распаковал картину и поставил ее на видное место. Если честно, вышло не так уж и скверно. Маме должно понравиться. Хотя, кого я обманываю, она была бы в восторге, даже если бы я нарисовал цветными карандашами домик и солнышко в углу листа, как делал в детстве. Все мамы так делают, чтобы не огорчить нас. На то они и мамы. Прошло около получаса и вот я уже начал скучать, подумал, что лучше оставлю записку и зайду завтра, как вернулась она. Мама выглядела гораздо лучше, чем в прошлый раз. И улыбнулась мне как-то по-иному. Улыбка не выглядела обычной. Что это? Счастье? -Мама, замечательно выглядишь! -Спасибо, милый. И чувствую себя соответственно! Ой, а что это за красота? – она обратила взор на мой подарок, - Это ты сам нарисовал? – столько радости, что прямо перебор. -Да. Но это не столь важно. Как твое самочувствие? -Представляешь, я только что была у доктора Грэйс. Она сказала, что у меня заметили положительную динамику! Представляешь! Я уже и не надеялась, что до смерти меня покинет эта жуткая головная боль! -Это же просто замечательно! Главное, чтобы ты чувствовала себя хорошо. Может ведь быть такое, чтобы болезнь отступила? – я не знал что сделать, чтобы не подпрыгнуть до потолка, настолько я не понимал, куда деться от безграничного восторга. -Доктор Грэйс говорит, что такие случаи происходят крайне редко. Но происходят! Значит и у меня есть шанс! Тут дверь открылась снова. Вошел мой младший брат. Я и не подозревал, что Майки тоже сюда заглядывает. И вообще, я думал, что он сейчас где-нибудь в Лос-Анджелесе. Мы удивились его появлению так же, как положительной динамике мамы, радовались и строили планы на будущее. Как все-таки обзаведемся домиком на берегу моря и переедем туда насовсем. Как теперь все изменится в лучшую сторону. Как будем проводить больше времени вместе… О таком никто из нас уже и не думал. Только бы мама жила еще долго и счастливо! Спустя примерно час пришел врач и пригласил маму к себе. Мы с Майки решили провести этот вечер вместе, выпить пива, поговорить. Завтра он опять уезжал. Мой брат играет в рок-группе и постоянно находится в разъездах. Вспомнив о Фрэнке, я все же позвонил ему. Вполне можно посидеть втроем. Познакомлю их. Вечер прошел ничуть не хуже дня. Мы все больше и больше узнавали друг о друге, развлекались, играли в бильярд и покер. Фрэнк хорошо играл и в то, и в другое. Мы же с Майки были новичками и только учились. Когда у меня никак не получалось ударить кием по шару, Фрэнк подошел сзади, взял мою руку и показал, как нужно двигаться, чтобы хотя бы задеть этот проклятый шар. Как у него получается так? Невзначай. И я уже растекся. Потом мы с ребятами напились до последней стадии и заговорили о чем-то подобном, наверняка уже не помню, но, по-моему, я предложил создать им свою музыкальную группу и они меня поддержали. Как обычно, дороги домой я не запоминаю. А вы бы запомнили, напившись настолько же? Сомневаюсь. Я проснулся от того, что кто-то меня целовал.