Квартирное недоразумение

Разбудил Дашу, как ни странно, не будильник, а звонок телефона. Она взглянула на часы — было полвосьмого. Она быстро встала, чтобы поднять трубку — разбудить Пашу она не хотела, ведь это значит, что он с самого утра будет трепать ей нервы. — Алло. — сонным голосом сказала Даша, выходя из спальни в коридор. — Дашка, нужна твоя помощь. — нервно сказала Юля, чем вызвала у Даши недоумение. — В каком смысле? — сказала Даша, протирая глаза. — Помоги мне обед приготовить. Я в долгу не останусь. — умоляюще сказала Юля, гремя сковородками. — Какой обед? Ты время видела? — Понимаешь, Дашка, мы еще вчера с Сережей договорились, что он на обед ко мне заедет. — И чего ты от меня хочешь? — Я хочу его удивить. А ты же знаешь о моих кулинарных способностях. Яичница — вот и все мои умения. — Ну, а я-то тут при чем? — Дашкаа, помоги. — жалобно заныла Юля, отчего Даша закатила глаза. — Юль, у тебя кулинария на первом этаже. — Сережа домашнее любит. — Ну, раньше-то вы как-то и без еды домашнего приготовления жили. — Ну, так он не за этим раньше приходил. Пожалууйста. — протянула Юля, в надежде разжалобить Дашу. — Ладно. Еду. — Даша вздохнула и сбросила вызов.

***

Закончив разговор, Даша направилась в спальню. Взяв со шкафа чистую одежду, девушка направилась на выход из комнаты (одеться она решила в гостиной). Судя по всему, все еще спали. Надев черную водолазку и черные джинсы, Даша положила ключи и телефон в сумку, после чего принялась искать потерянный где-то кошелек. Как оказалось, тот лежал на диване, а не заметила его Даша потому, что сама же и закидала его одеждой. — Здравствуйте. — брюнетка услышала за спиной голос Элеоноры и повернулась. Очевидно, в суете девушка и не заметила скрипа двери и шагов. — Доброе утро. — Даша взяла сумку и повернулась к Элеоноре. — Я вас разбудила, да? — Да нет, привыкла рано вставать. Тем более, вещи нужно собрать. — Уже уезжаете? — Да, через две недели уезжаю в Испанию, а до этого Евгений предложил пожить у него на даче, в Подмосковье. — А Паша… — Паша пока не знает. Потом ему скажу. И кстати, из вас могла бы получиться неплохая пара… — не без сожаления сказала женщина, разглядывая деревянные узоры на паркете. — А откуда вы… — Случайно подслушала ваш разговор. Хотя бы мозгов у Павлика хватило нормальную девушку выбрать. Помню его последнюю силиконовую подружку. Это же надо! Толстого с Чеховым перепутать! Думала, Павлик за ум взялся. Куда там! — Ну, почему… Он начал документацию вести. И не только. — Даша сама не поняла, почему поспешила выгородить Павла перед Элеонорой. В этом заключалась ее роль, хотя, как заметила сама Даша, сделала она это не только из этических побуждений. — Это да, это да… Я пересмотрела документацию за последнее время. Все достаточно неплохо. Если он, конечно, не перевесил это все на Софию. Хотя, учитывая несколько незначительных ошибок, которые София допустить не могла, это действительно он. И это меня приятно удивило. Хочется верить, что он наконец-то возьмется за голову. И если он не пустит в трубу тендер, то это будет отличной возможностью это проверить. — Он лучше, чем вы о нем думаете. — Возможно, возможно… Он все еще на меня в обиде за то, что у меня не вышло заменить ему мать. И я очень корю себя за это… — Элеонора грустно отвела взгляд, после чего горько усмехнулась. — Не буду отвлекать, ты же куда-то шла. — Всего хорошего. — Даша забыла, что шла к Юле, поэтому быстро взяла джинсовку и выбежала из комнаты. — И тебе… — Элеонора окинула взглядом комнату, после чего вышла.

***

— Да, да, Юль, я уже возле подъезда. — Даша достала деньги из кошелька, отсчитала нужную сумму и протянула таксисту, кивнув в знак благодарности, после чего пулей вылетела из машины. — Да не нервничай ты, — брюнетка взглянула на наручные часы, — еще три часа осталось. — после того, как Юля что-то уточнила, Даша облегченно кивнула. — Ну вот. Я же говорю. Так что у нас есть четыре с половиной часа (в которые Даша учла время, нужное Юлиному благоверному на то, чтобы доехать от работы к дому Комиссаровой). —  Да, уже в подъезде. Не дрейфь, скоро буду.

***

— Ну, наконец-то. — Юля прибежала в коридор, как только услышала хлопок двери. — Да успеем мы, успеем. — пока Даша снимала джинсовку, Юля ретировалась на кухню. Та еще паникерша… — Показывай фронт работы. — заходя на кухню, сказала девушка. — Что будем готовить и из чего? — Вот. — Юля прошла к холодильнику, открыла дверцу и указала на под завязку забитые полки. — Значит, так… Нам нужно запечь курицу в сметане, приготовить 'Цезарь', запечь свиные ребрышки в медово-горчичном соусе, печеночный торт, биточки, там еще пару салатов по мелочи… и что-то на десерт. — Ты это ресторанное меню перечисляла? Когда я это должна готовить? Я не успею. — Еще четыре с половиной часа. — Юля усмирительно улыбнулась, взяв с полки красный лак. — То есть, я должна приготовить все сама? А курицу, между прочим, и в кулинарии на первом этаже можно было купить. — Ну, Дашунь… Ты же шикарно готовишь и в моей помощи не нуждаешься. Я же говорила, что Сережа любит домашнее. — Юля вышла из комнаты, после чего вернулась с сумкой. Вернее, это был огромный кейс, скорее даже дипломат, ведь он был огромных размеров. Увидев вопросительный Дашин взгляд, Юля сама же и ответила. — Это косметичка. — Ничего так, косметичка. Я думала, это ящик для инструментов. — А что? Я должна быть красивой. — увидев Дашину ухмылочку, Юля продолжила. — Ваше место на кухне, женщина. — пародируя голос под мужской, сказала Юля, попутно нанося косметику на лицо. — Сейчас сама готовить будешь. — Даша пригрозила лопаткой, которой перемешивала овощи. — Ну, все-все, молчу.

***

— Ну, что там, долго еще? — после того, как лак на ногтях высох, Юля решила устроить финальную ревизию. До приезда Сергея оставалось чуть меньше получаса. — Сейчас, салаты заправлю. Кстати, я у тебя в шкафу нашла коржи, медовые. Ты не против, если я их возьму? Торт хочу сделать. — Бери, конечно. — сказала Юля, попутно нанося тушь на ресницы. — Только поторопись, полчаса осталось. — Может, ты бы мне помогла? Я не успеваю. — Прости, Дашка, мне еще нужно платье надеть. Хотя, торт, думаю, не пригодиться. Главная сладость вечера впереди. — Юля приподняла подол халата, из-под которого виднелась красная кружевная подвязка. — Иди, одевайся. — Даша по-доброму вздохнула, тем самым давая понять, что Юля может идти и справиться она и без нее. — Спасибо, Дашка! — с радостным воплем она удалилась в спальню.

***

— Ну, как тебе? — Даша услышала со спины Юлин голос и повернулась, одновременно помешивая нарезанное на небольшие кусочки куриное филе, Даша вздохнула и повернулась. — Красиво. — увидев Юлю в серебряном платье, брюнетка кивнула. — Нет, так не годится. Должно быть шикарно. Ну, или хотя бы великолепно, как минимум. — после этого Комиссарова удалилась, а Канаева вздохнула, достав из духовки ребрышки, начавшие подгорать. — Лучше? — по истечению минут десяти, не меньше, Юля вернулась на кухню. В совершенно ином платье. — Тебе очень идет, правда. — Отлично. — Юля с облегчением плюхнулась на высокий барный стул, стоящий возле такого же стола. Расслабляться было некогда, ведь через минуту в квартире послышался звонок в дверь. Юля, внезапно решившая попить, подавилась водой. Она вскочила со стула, направляясь к двери и попутно вытирая мокрое от воды платье. Благо, оно было черным, поэтому пятно было почти не видно. — Привет. — растерянно сказала девушка, стоя на пороге квартиры. — Я зайду? — Юля пропустила мужчину, после чего закрыла дверь. — Да… конечно. — сказала вслед ему девушка, после чего, закрыв дверь, направилась за ним. — А чем тут у нас так вкусно пахнет? — мужчина подошел к столу, а Комиссарова, стоящая у него за спиной, едва заметным кивком указала Даше на выход. — Дашка, я тебе все потом расскажу. Прости, что выгнала, но, сама понимаешь… — тихо, еле уловимым полушепотом сказала Юля, пока Даша надевала джинсовку, в которой пришла. — Я в долгу. — Да ничего, я все понимаю. До завтра. — Даша скрылась за тяжелой металлической дверью.

***

Дорога домой заняла еще около полутора часов. Придя домой, на часах было почти три. Сняв обувь, верхнюю одежду и положив ключи на тумбочку, Даша прошла в свою комнату. Вещей в Пашиной комнате не было, отсюда можно было сделать вывод, что Элеонора уже уехала. К удивлению девушки, Паша все еще вылеживался на ее кровати в ее комнате. — Привет. — Паша принял вертикальное положение, как только увидел Дашу, зашедшую в комнату. — А Элеонора Андреевна уже… — Уехала. — поняв суть вопроса и выводы, из него вытекающие, он поспешил оправдаться. — Я сейчас соберу свои вещи и отнесу их в свою комнату. — Если Элеонора Андреевна уже уехала, то, получается, я могу вернуться на работу? — Фактически, можешь. — А практически? — Тетя Эля будет приглядывать за отелем. И может узнать, что ты там работаешь. Надеюсь, что ей не до этого будет. У нее ж там любовь, новая. — Я могу завтра выходить? — Можешь. Но, насколько я помню, отпуск у тебя еще не закончился. — Надоело дома сидеть. — Я поговорю с… — он замялся, вспоминая имя старшей горничной. — как там ее… Галиной. — Валентиной. — Точно, Валентиной Степановной. — Ивановной. — Не важно. В общем, поговорю с этой Валентиной… как ее там… Ивановной. Не беспокойся об этом. — Хорошо. — Даша направилась на выход, а он принялся собирать вещи.

***

Спать Даша легла раньше, около десяти вечера. Конечно, было слегка непривычно засыпать без, уже вошедшего в привычку, Пашиного бухтения перед сном. Пустая кровать и гробовая тишина тоже была в новинку. Да и без въедливых шуточек и язвительных реплик было как-то непривычно. Никто не шутил по поводу закрытой пижамы или смущения из-за случайных прикосновений. За три недели это стало таким привычным… Даша, педантичная идеалистка, уже начала привыкать к разбросанным по комнате вещам. Теперь, когда все его вещи перекочевали обратно, в его комнату, Дашина спальня почему-то лишилась уюта и комфорта. Все Дашины вещи вполне вмещались на трех полках и вешалке. Комната стала совершенно пустой. Конечно, девушка понимала, что причиной этому был Паша, но списывала все это на обыкновенную привычку или привязанность. Но, все же, сон дался ей с трудом. Почему-то комната, освещенная лунным светом вызывала страх и угнетение. Заснуть брюнетке удалось только благодаря ночнику, освещавшему комнату, и то, ближе к полуночи.

***

Разбудил Дашу звонок будильника. Вставать почему-то вовсе не хотелось, да и на работу идти, впрочем, тоже. Куда и подевалось вчерашнее рвение. На часах было полседьмого. Несмотря на начало апреля, было совсем темно. Причиной этому, вероятно, была дождливая погода. Чистое с вечера небо затянуло облаками, что было вполне неожиданно. По прогнозам синоптиков, облачной погоды, а тем более дождей, не предвещалось. Скорее всего, именно такая погода навевала сонливость. Быстро собравшись, брюнетка вышла из дома. Из-за дождя, а вернее ливня, добираться на работу будет отнюдь не легко.

***

Звезды для Даши сложились весьма удачным образом, поэтому на работу она попала вовремя. В раздевалке она увидела Юлю, которая была не в лучшем расположении духа. — Привет, Юль. — сказала Даша, открывая шкафчик. — Привет, Дашка. — поправляя передничек, грустно сказала Юля. — Как у вас вчера все прошло? — спросила Даша, складывая одежду в шкафчик. — Да… никак. — В каком смысле? — В прямом. Я ему и так, и эдак намекаю, едва ли не в лоб прямым текстом говорю: пошли в спальню. Зря только белье покупала на ползарплаты. — Ну, а он? — Он… А что он? Поел, а потом мне говорит: «Спасибо, Юленька, рыбка моя, давно я так вкусно не ел». — пародируя манеру речи, присущую Сергею, сказала Юля. — А потом? — Я ему говорю: «А как же сладкое?». Ну, ты понимаешь, что я имела в виду. — Юля принялась нервно мять подол униформы. — А дальше? — Я ему прямым текстом сказала. И знаешь, что он сказал? «Прости, Юленька, в другой раз. Я жене пообещал, что отвезу ее в торговый центр, за обоями.» Прикинь… Жену. За обоями. Вот козлина… — Не переживай. Я тебе сразу говорила, что он старше тебя и в пользу это не пойдет. — Ну, и фиг с ним. Пусть катится к своей жене-развалюхе. — Юля выдохнула, после чего отряхнула слегка смятую одежду. — Идешь? Давай быстрее, до начала смены 5 минут. Нас Валентина с потрохами сожрет. — Да иду я, иду. — Даша завязала передник, после чего закрыла шкафчик на ключ.

***

Настроение Валентины было куда получше настроения горничных. Еще бы, ведь с утра ей пришло письмо о том, что какой-то дальний родственник из Америки (!) оформил на нее все свое наследство. Старшая горничная несказанно этому обрадовалась, даже не взяв во внимание, что имя Эрнеста Карловича видела едва ли не впервые. Более того, она понятия не имела, что это за родственник и откуда он взялся. Вдобавок ко всему, Боренька (с утра, которое у старшей горничной вышло более чем удачным, Бориса Леонидовича она стала называть именно так, что послужило поводом для радости самому инженеру) пригласил ее на свидание, аргументируя это тем, что конфетно-букетный период они пропустили, а с легкой руки его, настоящего мужчины, они его наверстают. И, в доказательство своих слов словам (еще бы, ведь настоящие мужчины никогда не врут!), предоставил даме сердца шикарный букет, в котором Валентина насчитала 15(!) белых роз. Надо ли говорить, что уже к обеду старшая горничная просто воссияла. Результаты столь быстрых изменений успели прочувствовать на себе и окружающие. К примеру, горничные получили по четыре номера вместо привычных пяти, отчет София Яновна получила вовремя (что послужило поводом для удивления управляющей, ведь отчет был сдан заблаговременно, даже без неоднократных напоминаний). Самые хитрые горничные успели воспользоваться таким положением вещей и отпроситься домой пораньше. Среди таковых оказалась и Юля, которая перевесила все свои номера на Дашу, а сама ускакала на свидание. На нехитрый Дашин вопрос «Когда успела?» она ответила, что имеет на примете одного симпатичного красавца, с которым она когда-то познакомилась по интернету. Молодой человек несколько раз инициировал свидание, но уже занятая Юля вежливо отказывалась, аргументируя это тем, что сейчас она занята (в каком смысле, поняла только сама Комиссарова), и, возможно, они встретятся чуточку позже. Вчера, угнетенная неудачей, она первая написала Геннадию, а сейчас уже собиралась на свидание. Предприимчивая рыжуля даже додумалась взять на работу наряд. Воспользовавшись добротой Даши, она быстро слиняла в ресторан. Даша понятия не имела, как, на одолженных туфлях Юля доберется к ресторану (Комиссарова одолжила у брюнетки черные туфли на платформе, которые нашла в Дашином шкафу (как именно она открыла шкаф без Дашиного ведома, а уж тем более без ключа, оставалось вопросом). Вероятно, эти туфли лежали там еще с новогоднего корпоратива, которые девушка забывала забрать, ведь, лежащие в самой глубинке шкафа, на виду не были, а озадаченная рутиной и заботами брюнетка напрочь забывала о них). Но, откуда же Даше было знать, что за Юлей заедет водитель и доставит прямо от двери отеля до ресторана. Впрочем, это и было одним из условий Юли, при которых эта встреча должна была состояться. Конечно, радикально этот вопрос не ставился, но умиленный Юлиным голоском Геннадий растаял. Конечно, чего ему это стоит, бизнесмену, владеющему сетью кофеен и кафе по всей Москве. Да что там Москве, по всей России! Пока Юля развлекалась, у Даши все складывалось менее удачно. Среди восьми номеров (четырех своих и четырех Юлиных) был президентский и два люкса, которые, как оказалось позже, снял какой-то футболист. Позже Даша выяснила, что он праздновал там тридцатилетие. По сведениям Анжелики, она и несколько постояльцев, которые, к несчастью, были соседями тех самых люксов, целую ночь слышали неприличные стоны, приглушенные громкой музыкой. Максимум, что могла сделать управляющая — переселить постояльцев в другой номер. Из достоверных источников (а именно — от Анжелики) брюнетка знала, что тот своенравный гость — хороший приятель хозяина, поэтому даже София Яновна не могла повлиять на ситуацию. На уборку двух люксов и президентского горничной понадобилось два с половиной часа. Брюнетка с ужасом обнаружила, что моющее закончилось. Несмотря на то, что оставалось еще шесть номеров, девушка просто валилась с ног. Оставив тележку под одним из люксов, Даша направилась в прачечную. Даша устало брела по лестнице, опустив голову. Поломанный лифт не оставлял никаких шансов. Дойдя до прачечной, девушка услышала разговор, который заставил заинтересованно поднять голову и невольно прислушаться. Сквозь приоткрытую дверь, она увидела Пашу, который склонился над Валентиной, сидящей за столом. — Валентина… — Паша стукнул себя по лбу, пытаясь вспомнить имя, которое вчера Даша тщательно вбивала ему в голову. — Ивановна. — старшая горничная смерила его недовольным взглядом, а Даша улыбнулась, вспоминая вчерашний случай в ее комнате. — Валентина Ивановна, вы Дашу не видели? — Канаеву, что ли? — Канаеву. — Так вот же ваша Канаева. — женщина указала кивком на дверь, в дверном проеме которой стояла Даша. — Спасибо. — обаятельно улыбнулся мужчина, направляясь к двери.  — Пожалуйста. — тихо сказала женщина, кинув быстрый взгляд на пару, после чего устремив его в документы. — Даш… — Подожди, возьму кое-что. — девушка взяла с полки моющее, после чего вернулась в коридор. — Даш, ты не видела мое портмоне? — нет, денег там не было, но была визитка очень важного человека. Ему и в голову не приходило мысли заподозрить в чем-то Дашу. Почему-то. — В моей комнате, на тумбочке. — Даша устало вздохнула, разминая шею. — Спасибо… Кстати, на улице такой ливень, может тебя подвезти? — Мне еще несколько номеров осталось. Спасибо, но я сама. — Так может… — Не надо меня у Валентины отпрашивать, я справлюсь. — не хотелось пользоваться положением, а уж тем более подводить Юлю. — Кажется, я ключи от дома потерял. — несколько минут он искал ключи от машины. От машины-то он нашел, а вот от квартиры не обнаружил. Он принялся вынимать содержимое карманов, но пропажа так и не нашлось. Среди чеков, смятых купюр и визиток был даже презерватив (который привел девушку в замешательство), но ключей он так и не нашел. — Не могла бы ты одолжить мне ключи. — нервный вздох, после чего следует едва заметный кивок. Даша направилась в раздевалку, а он за ней. — Вот. — открыв шкафчик и достав из кармана куртки ключи, брюнетка протянула их Паше. — Ты будешь дома? Я хочу домой попасть. — А через сколько ты придешь домой? — Часа через три. — Я успею вернуться. Спасибо! — мужчина вышел, а девушка устало плюхнулась на лавочку. Еще шесть номеров, а сил не осталось. Совершенно.

***

Возвращалась с работы Даша в угнетенном состоянии, была выжата, словно лимон. Оставшиеся номера оказались не лучше предыдущих. Надо ли говорить, что домой Даша возвращалась в 4 часа вечера, когда из горничных никого не осталось. Ну, если не брать в счет Валентину, собиравшуюся на свидание. Дождь лил целый день, практически не переставая. Возвращалась домой Даша промокшей до нитки. Единственное, чего хотелось больше всего — спать. Ну, и попасть домой, конечно. Больше всего напрягало то, что ни в одной из комнат не было света. Конечно, это можно было списать на то, что Паша прилег отдохнуть или что-то в этом роде. Но что-то подсказывало, что он еще не вернулся. Помнится, он должен был куда-то уехать. Ненадолго. Ну, или как карта ляжет. Уже под дверью, Даша осознала, что, скорее всего, Паша еще не вернулся. Она несколько раз звонила в дверной звонок, но дверь в квартиру никто не открыл. Ноги и спина ныли после тяжелого трудового дня. Благо, перед дверью был небольшой прорезиненный коврик, на который Даша присела. Потом она еще несколько раз звонила в звонок и стучала, но дверь никто по-прежнему не открывал. — Черт бы тебя побрал, Паша! — Даша стукнула кулаком по двери. Из-за дикой усталости девушка начала засыпать, сидя на том же ковре под дверью квартиры, будучи насквозь промокшей из-за проливного весеннего дождя. Кажется, кому-то завтра здорово влетит…