Сколько стоишь?

Утром Ваня проснулся от тихого, едва слышного копошения рядом. Едва слышно застонав, парень с трудом разлепил глаза, пытаясь найти источник шума. Его взору предстала худая спина мелкого, который в данный момент что-то судорожно искал возле кровати и совершенно не обращал внимания на Ваню. — Дань? - брюнет привстал на локтях, с удивлением глядя на рыжего. - Что ты?… Мелкий, услышав голос Вани, дернулся, мигом скривившись от боли, однако в следующую минуту снова отвернулся, продолжая что-то выискивать. — Даня, - Морфей, наконец, окончательно выпустил парня из своих объятий и он, встав к кровати, быстро направился к Даниилу и чувствуя нарастающую тревогу. - Как ты себя чувствуешь? Болит что-то? Может, попить принести? - Ваня, наконец, оказался рядом с зажавшимся рыжим и остановился, взволнованно вглядываясь в лицо парня. Тот развернулся и сейчас всматривался в лицо парня снизу вверх слегка мутноватыми глазами. — Ухожу отсюда, - наконец бросил он и снова отвернулся. — Да погоди ты! - Ваня, не выдержав, схватил Даню за плечи и повернул к себе, слегка опускаясь на уровень Дани и внимательно вглядываясь ему в лицо. — Что случилось? Даня, дернув плечами и сбрасывая с себя руки брюнета, флегматично ответил: — Носок ищу. Вся Ванина бравая речь полетела к чертям, как выпущенный из рук воздушный шарик. — Н-носок? — Да, носок. - Даня смотрел на него абсолютно спокойно, однако что-то в его фигуре всё-равно кричало "Только тронь меня!" Ваня, поняв, что парень всё ещё волнуется (Ну естественно, блядь! Ты думаешь, он к тебе за одну ночь свое отношение поменяет?!), отошел на пару шагов назад, пытаясь дружелюбно улыбнуться. — Даня, что происходит? Рыжий мрачно посмотрел на него и, присев возле кровати и начиная рыться в вещах, бросил: — Мне на учебу надо. А я носок найти не могу. На учебу? Ты себя видел, палка полудохлая? Ты, блядь, сидеть нормально не можешь, тебя из стороны в сторону качает, а ты на учебу собрался... Последнюю мысль Иван высказал вслух. — Данёк, ну куда ты пойдёшь? Тебе врач сказал лежать и двигаться по минимуму, ведь у тебя ещё там... - он замялся. - Не зажило. Даня поднял на него усталые глаза и, грустно усмехнувшись, произнес: — Да, не зажило… А знаешь, по чьей вине? А потом наступило грёбаное молчание. Даня замолчал и снова принялся копаться в вещах. А Ваня застыл статуей рядом. Все слова, все оправдания, которые он сам себе понапридумывал - все это казалось таким глупым и детским. Интересно, а существуют ли вообще слова, действия, поступки, способные оправдать его? Скорее всего, нет. Размышления парня прервал слабый стон, и Ваня, мигом вынырнув из омута терзающих его мыслей, торопливо направился к рыжему, который застыл возле двери, слабо опираясь рукой об стену. — Данек, - парень наклонился к мелкому, аккуратно подхватывая его за талию и снова ведя в сторону кровати. - Ну куда ты пойдёшь? Ты ж даже до института своего добраться не сможешь. Даня дернулся в руках парня, выскальзывая из объятий. — Р-руки, - прошипел он, с опаской глядя на брюнета. — Да, прости. - Ваня поднял ладони в знак капитуляции. - Так как ты идти собираешься? Неужели пропустить нельзя? Теперь рыжий смотрел презрительно. — Я не ты, чтобы просто так на учебу забивать. Для меня каждый пропуск без причины грозит отчислением. "Точно! " - Ваня мысленно дал себе подзатыльника за то, что не додумался раньше до простейшего решения. — Данёк, - он неуверенно улыбнулся обиженно нахохлившемуся парню. -Так давай я врача попрошу тебе справку выписать! Рыжий призадумался. Чувствовал он себя действительно неважно, поэтому парень всё-таки решился: — Ну ладно... Давай справку и я уеду к себе домой. Поняв, что своё решение насчёт дома Даня так и не собирается менять, Иван грустно выдохнул. Ужасно не хотелось отпускать мелкого домой, в его обитель холода и старой мебели, однако… Ваня же пообещал самому себе, что больше не будет самовлюбленным эгоистом. Даня может делать всё, что хочет. — Да, сейчас… Фамилия у тебя какая? — ИванОв, - ответил рыжий. Ваня, застывший с ручкой, с удивлением уставился на парня: — Правда, что ли? У меня такая же фамилия, только с ударением на первый слог. Даня, сидящий на диване и увлеченно рассматривающий паутинку в углу, хмыкнул. — Странно, что тебя это удивляет. Иванов довольно распространённая фамилия. Меня больше озадачивает, что ты смог выговорить фразу "С ударением на первый слог." — Эй! - Ванёк, что-то пишущий на листке, с возмущением уставился на однофамильца. - Я, вообще-то, не тупой. — По тебе видно, - Даня флегматично взглянул на парня. - Ну? — Что ну? - Иван вопросительно изогнул бровь. - Можешь название своего учебного заведения скажешь, гений? Слабо усмехнувшись, рыжий пробормотал ответ и снова принялся собираться. Через пару минут Ваня, просмотрев содержание листка, удовлетворенно кивнул и взглянул на рыжего. И увидел, что тот уже собрал все свои вещи. Я не хочу, чтобы он уходил. Жуткая мысль, проскользнувшая в голове. Ваня мысленно влепил себе пощечину. У него уже был шанс, в этот раз он поступит правильно. — Ну что, тогда пойдем вниз? - брюнет выдавил из себя слабую улыбку. Даня, снова замкнувшийся в себе, едва заметно кивнул. Рыжий вышел первым, а Ваня, придержав ему дверь, отправился следом, бросив последний взгляд на комнату. Спустившись, парни наткнулись на Полину. — Мальчики? - женщина, видимо не ожидавшая их увидеть, приветливо улыбнулась. - Доброе утро. Как ты себя чувствуешь, Данечка? — Здравствуйте, - парень смущенно опустил голову вниз. - Уже лучше, спасибо вам большое. — Это не меня, а Ванюшу надо благодарить! - женщина с улыбкой взъерошила волосы сына. — Мам! - возмутился тот, стараясь не обращать внимания на взгляд Дани, где так и читалось : "Ага, герой, блядь." — Что-то не так? - Полина заметила напряжение между парнями. — Ох нет, мам! - Иван заулыбался, а рыжий торопливо опустил взгляд. - Все хорошо, - заверил её сынок, в голове у которого внезапно возник хитрый план, как ненавязчиво продержать Даню подольше "в гостях". Естественно, только для гуманных целей. — Ну ладно... - Мама все ещё смотрела с подозрением, однако, внезапно опомнившись, затараторила: — Ох, что это я, вы же кушать хотите! - и, не обращая внимания на смутившегося Даню, потащила мальчиков к столу. - Давайте, быстренько умывайтесь и идите в столовую. — Да я… - попытался возмутиться мелкий. — Возражения не принимаются! - прикрикнула Полина, и парень замолчал. Быстренько покончив с водными процедурами и, не глядя друг на друга, парни направились обратно. Зайдя в столовую, Даня замялся. Ваня мигом сел рядом с матерью, а рыжий растерялся, боясь занять место не пришедших членов семьи. — Даня, ты чего? - Иван первым заметил неуверенность парня. - Выбирай себе место и присаживайся, ща Катя чай принесёт. Рыжий ничего не ответил. Эта богатая обстановка, шикарный завтрак, виднеющаяся вдали черная икра, собственная прислуга… Только сейчас Даня начал понимать реальные размеры пропасти между их социальными классами. — Я… - парень судорожно сглотнул. Аппетит пропал полностью. - Мне есть что-то расхотелось… Спасибо, я, наверное, пойду. - Он развернулся и торопливо выскочил из комнаты, чуть не задев полноватую женщину с подносом, идущую ему навстречу. - Прошу прощения, - Данёк окончательно увяз в омуте смущения, паники и страха. Оказавшись вне столовой, рыжий прислонился к стене, пытаясь восстановить учащенное дыхание и успокоить судорожно бухающее сердце. Ты не такой, как они. Ты ничтожество и сам прекрасно это знаешь. Если этот парень захочет, он поимеет тебя снова, и ничего ему за это не будет. … Потому что он мелкая пылинка по сравнению с этими людьми. Даня, не выдержав, по стеночке сполз вниз, обнимая себя за колени, стараясь не обращать внимания на резко вернувшуюся боль. В уголках глаз собирались слезы и чувствовал себя Данёк премерзко. Послышались шаги и рядом с ним кто-то опустился. — Дань, - естественно, Ваня. А кто же ещё? На плечо легла теплая рука парня. Осторожно так легла, аккуратненько. — Ну что ты убежал, тебя мама как-то обидела? Или... - Ваня замялся, - Я опять? Даня, собравшись с мыслями, поднял взгляд на парня. — Мне здесь... некомфортно. Некомфортно, блядь. Всего лишь то. Может, признаться, что ему здесь пиздец как не нравится? Вслух, конечно же, Даня произнес: — Я в таких домах никогда не был. Это всё очень… странно. — Ты стесняешься что-ли? - Ваня слабо улыбнулся, вглядываясь в глаза напротив. — Даже если и так, - Даня смущенно опустил взгляд вниз. Всё-таки признавать свои слабости было стыдно. Иван замолчал. Что сказать парню, впервые оказавшемуся в такой ситуации, он вообще не предполагал. — Пойдем, - в конце концов решился он, протягивая рыжему руку. - Никто тебя там не обидит. И, - он улыбнулся, - садись где хочешь, это не принципиально. Руку Даня проигнорировал, поднимаясь самостоятельно и вытирая при этом поблескивающие глаза кулаком. Чертовски детский жест, заставивший сердце Вани опять болезненно сжаться. Он же ещё совсем ребёнок, хоть и пытается вести себя по - взрослому. И чем Иван думал, когда насиловал его? Членом, блядь, чем ещё. С трудом выкинув из головы эти размышления, Ваня вернулся обратно в столовую. Даня уныло поплелся за ним. — Что случилось, Даня? - мать взволнованно посмотрела на сгорбившегося рыжего. — Всё хорошо, правда. - Даниил с трудом улыбнулся, садясь подальше от пугающего семейства. Ваня сел рядом с матерью, поглядывая с волнением на рыжего. По сравнению с предыдущим днем во внешности парня мало что поменялось: такая же бледная кожа, темнеющие под глазами синяки грязно - темного цвета, взъерошенные грязноватые волосы и абсолютно пустые глаза... Ах да, ещё следы побоев сменили цвет на зеленовато - жёлтый. Опустив взгляд, Иван взглянул на завтрак. Всё как обычно - бутерброды с икрой, чашка кофе, круассаны... И ещё дохуялион лакомств, привычных для брюнета и таких новых для рыжего. Ваня снова поднял голову. Наблюдать за Даней было забавно. Тот с нереально прямой спиной сидел, растерянно уставившись на стол и сжимая в руках столовый прибор. "И что из этого можно мне?" - так и читалось в растерянном взгляде. - Дань, - Иван решил всё-таки помочь в конец охреневшему рыжему. Тот поднял на него растерянные глаза. Как бы брюнету хотелось прочитать в них "Помоги мне!"... Но нет. Пустота. А удивление - это так, показушная эмоция, которой мы уже давно привыкли пользоваться. Наравне с гневом, страхом, радостью... В них, этих эмоциях, уже нет человеческих чувств. А так, одна оболочка. Считай, мысли вслух просто озвучиваем. -Ты что-то хотел? - деликатно напомнил Данька о своём существовании. -Задумался, прости. - Ваня слабо улыбнулся. - Я хотел тебе сказать... Чёрт. Давай забудем о том, что произошло. Сотрём эту чёртову неделю из памяти, забудем про существование друг друга... Если, конечно, у Вани получится. - Вот эти блинчики очень вкусные. Попробуй, тебе понравится. - Спасибо за совет. - Парень кивнул и потянулся к тарелке. Оставшийся завтрак прошёл в молчании. Полина иногда заводила разговоры на тему погоды, новостей, но ребята, улыбаясь и односложно отвечая, снова утыкались в тарелки. После завтрака парни, одновременно поднявшись и поблагодарив за завтрак, растерянно застыли на месте, глядя друг на друга. - Ну что ж... - робко начал Даня, поглядывая на Полину. - Спасибо вам за всё, - быстрый взгляд в сторону брюнета. - Да не за что, - мать снова улыбнулась рыжему. - Хочешь, тебя Ваня отвезет? Где ты, кстати, живёшь? - Я, - Рыжий ощутимо напрягся после предложения Полины. Покатался уже однажды. - Не надо, правда, - Даня постарался улыбнуться, но получилось плохо. - Я живу далеко отсюда, а у Ивана, думаю, учёба, которую нежелательно пропускать... Тем более из-за меня. - Ну нет, - тут уже в разговор встрял брюнет. - За тобой надо проследить окончательно. Раз уж я , - брюнет замялся, - нашёл тебя, то и домой отвезти мне ничего не стоит. Только, - Иван повернулся матери, - Ты уверена, что он сам справится? Ты посмотри на него, - брюнет кивнул в сторону слабо пошатывающегося мелкого, прислонившегося к стеночке. - Он же еле на ногах держится, а про то, чтобы самостоятельно о себе позаботиться, я вообще молчу... - Постой, - перебила его Полина. - Дорогой, а с чего ты вообще взял, что о Дани некому позаботиться? У него ведь тоже родители есть! - Мать смотрела с подозрением. Черт, прокололся. Ваня досадливо закусил щеку изнутри, стараясь не обращать внимания на насмешку в глазах рыжего. "Ну давай, выкручивайся, " - читалось во взгляде блеклых глаз. - Просто, - брюнет замялся. Надавить на сердобольность матери не получилось, только себя в угол загнал. "Хотя её можно понять, " - мелькнула досадливая мысль. - "Если бы у меня в доме гостил сомнительного вида ровесник сына со странной, невнятной историей, я бы тоже пытался бы выпроводить его как можно скорее... Черт, я тут вообще-то то матери объясняюсь!" - Просто подумай сама, - начал он речь сначала. - За всё время Дане ни разу не позвонили. Как ты думаешь, родители так делают? Мать прикусила губу, с сомнением глядя на рыжего. - Может быть, - неуверенно начала она, - Они привыкли к такому? Тут уже Данек, осознавший, что его только что записали в ряды плохих подростков, исчезающих из дома на несколько дней, торопливо замахал руками. - Нет, нет! Вы неправильно подумали. Ваня прав, - он бросил короткий убийственный взгляд в сторону брюнета, однако тот сделала вид, что не заметил его. - Я действительно живу один. Родители уехали жить к тете, а я остался тут, учиться. - Правда? - Полина выглядела подозрительно. - Ну что ж... Если хочешь, можешь остаться у нас ненадолго... - Спасибо большое, конечно. - Перебил её Даник, отлепляясь от стены, - Но я уже привык о себе заботиться самостоятельно. Да и мешать вам не хочется. - Ну как знаешь, - протянула женщина, однако по её голосу Иван с горечью осознал, что она довольна таким исходом событий. - Дай я тогда тебя хоть отвезу! - Брюнет направился следом за Даней. Зайдя в комнату, рыжий мигом ощетинился, поворачиваясь к брюнету. - А ты не прихуел? - Чего? - ИвАнов удивленно отступил от распсиховавшегося парня, поднимая руки. - Сейчас то я что сделал? - Да ты... - рыжий от возмущения аж задыхаться начал, что, кстати, слегка напрягло Ваню. - Ты так ведешь себя невозмутимо, обращаешься ко мне... - мелкий замолчал, внимательно глядя на брюнета. - Ты знаешь, каких мне усилий стоит не сорваться, не раскрыть правду твоей матери? Ваня молчал. Стоял, опустив голову и не глядя на него. - Собирайся, пожалуйста. Как будешь готов, скажи мне. Я тебя отвезу домой, - пресекая все дальнейшие слова рыжего, он добавил: - Клянусь, я тебя больше не трону. И просто вышел из комнаты. Оставив Даню наедине со своими страхами. Рыжий, застывший в середине комнаты, отмер и торопливо рванул в сторону кровати, доставая из под подушки нож и крепко сжимая его в руках. - Господи, пускай я вижу эту комнату в последний раз, - прошептал он и вышел к брюнету. Ваня, ничего не говоря, направился вниз, на выход. Сняв с вешалки свою куртку, он, похлопав по карманам и достав оттуда ключи, крикнул в сторону кухни: - Мам, я уехал, скоро буду! - Пока, сынок. Даня, удачи тебе! - Спасибо, - Тихо пробормотал парень, выходя на улицу. "Надеюсь, я больше никогда не увижу эту семью." - проскользнула мысль в голове и уверенно утвердилась в сознании. Следом вышел Ваня, направляясь к гаражу. Даня с усмешкой ощутил приступ дежавю. Он уже так садился в эту машину, и даже... - Пристегнись, - снова попросил его брюнет, садясь на водительское сиденье. Даня беспрекословно подчинился. Они ехали молча, однако с разными мыслями и чувствами. " Если он снова попытается что-то сделать, " - крутилось в голове у рыжего. - "Я буду сопротивляться до последнего." А еще мелькнула совсем слабая мысль - "Надо же, он помнит мой адрес." А в голове у Вани крутились совершенно иные мысли. Как искупить свою вину перед рыжим? А надо ли вообще это делать, может быть, гораздо правильней будет просто исчезнуть из его жизни? В конце концов, справится ли Даня там, один, в холодном доме без отопления и старой, разваливающейся мебелью?

***

Спустя тридцать минут Ваня подъехал к дому парня. Вышел вслед за торопливо выскочившим парнем и, сомневаясь, всё же подошёл к нему. - Дань, - рыжий смотрел на него перепуганными глазами, что-то сжимая под курткой. - Пожалуйста, прости меня, ещё раз. Парень замолчал. А Даня, усмехнувшись, заговорил: - Знаешь, Вань, это всё очень странно. Когда я первый раз тебя увидел, мне было до усрачки страшно. Когда я ехал в твоей машине, я подумал, что, - парень хихикнул, - ты не такой плохой человек, как я думал. Когда ты первый раз меня трахнул, - Ваня вздрогнул, продолжая смотреть вниз, - Я пытался прийти в себя, разобраться, почему ты так поступил, понять, чем я заслужил это... А когда ты приехал ко мне с извинениями... - Даня замолчал. Молчал и Ваня, хотя в глубине души он и умолял Даню перестать... он понимал, что если парень сейчас не выговорится, всё будет гораздо хуже. - Знаешь, - тихо заговорил Даня. - Я тебя не понимаю. Ты то бьешь, то насилуешь, то обзываешь... А то корчишь из себя доброго человека, примерного сына. - Парень впервые внимательно посмотрел в глаза брюнету. - Ты сам должен разобраться в себе, и, наконец, понять, кто ты. - Даня, - начал было брюнет, но рыжий его перебил, отходя назад, и тряся головой в подступающей панике. - Просто уходи, не говори ничего, не надо... - ИванОв замер, глядя на брюнета. - Я тебя боюсь. - Даня, - снова повторил парень с мольбой в голосе, делая шаг вперед, к зажавшемуся в который раз рыжему. - Когда я разберусь в себе, если я разберусь в себе... Скажи, ты сможешь дать мне второй шанс? Даня молчал, внимательно всматриваясь в лицо Вани и ища в нём что-то, понятное ему одному. - Я не знаю, - в конце концов выдохнул он, отходя ещё ближе к калитке дома. - Просто... - Я понял, - Ваня внезапно преодолел расстояние между ними, вкладывая в трясущиеся пальцы парня клочок бумаги. - Это мой номер телефона. Если вдруг... будут проблемы, звони в любое время, не стесняйся, правда. - брюнет слабо улыбнулся, отходя назад. - Иди уже в дом, ты совсем замёрз. Рыжий молчал. Клочок с номером он машинально сунул в задний карман штанов и, последний раз посмотрев на Ваню, развернулся к калитке, доставая ключи из кармана. - Прощай, - тихо уронил он. - Прощай, - повторил Ваня, провожая взглядом тонкую, прихрамывающую фигуру. Когда в окошке дома зажёгся свет, парень развернулся к машине. Садился он в неё с одной мыслью: Наконец он хоть что-то сделал правильно.