"Dead Gravity"

— Так вот, мы не можем оставаться на месте, — говорит коротышка, что-то щёлкая на коммуникаторе. — Эти твари могут пробраться и в убежище. Мы уже зачистили психиатрию и травматологию, собирались зачистить хирургию, а там уже наткнулись и на вас. — На самом деле, всё произошло слишком быстро и как-то странно, — говорит сестра Отсосенки. — У нас был обычный рабочий день, народ спокойно сидел в отделении. Потом к нам привезли одного из сотрудников — у него была мания кого-то укусить. Он дёргался из стороны в сторону, порвал ремни. Ну мы не придали этому значения: психи у нас бывали и похлеще, но вот когда мы увидели у него огромные острые когти… — Она делает глубокий вдох, помешивает чай в чашке. — Многих эта тварь покусала. Оказалось, что заражают они через укус. Но есть тут ещё и некие уроды, которые похожи на летучих мышей — они и занесли заразу на корабль, судя по всему. Перемещались они по вентиляции. — Отец семейства Кордрой поглаживает свой топор, почёсывает свою рыжую бороду. — Сейчас уже не ясно, сколько именно этих упырей на «Гравити».       Я откидываюсь спиной на спинку диванчика, смотрю в потолок. Это просто какой-то кошмар. Как бы я хотел проснуться сейчас в своей кровати и не видеть полудохлых ушлёпков… Отсосенка сидит рядом со мной, хмурит брови. Ну хоть не угрожает ножом в этот раз. Его он мне, кстати, так и не отдал. — Мы были в офисе, когда поступил сигнал о нападении на сотрудника, — выдыхаю я, закрывая глаза. — На камерах было сплошное мясо, поэтому мы как можно скорее двинулись спасать кое-чьи задницы. — Ты говорил, что ты командир «Жёлтой» команды, Сайфер. Венди ведь у тебя работает? — спрашивает мужик. Его голос чуть дрожит от волнения. М-да. Огромный шкаф из мускулов, а так переживает. — Да. Она направилась с Валентино и Рамирезом в другой корпус. Коммуникаторы не отвечают, поэтому я не знаю, что с ними. Остаётся лишь надеяться на то, что они в целости. — Я зажмуриваюсь, потираю глаза пальцами, а затем массирую переносицу. Задолбался я. — Мы видели подобных тварей в пещерах под Имморталисом. Тембри сожрал такой ушлёпок. Если они тут везде, то нас спасёт только чудо.       В воздухе повисает звенящая тишина, затем слышится смешок со стороны сестры Отсосенки: — Да хватит вам всем так пессимистично думать. У нас крутая команда, мы ведь сможем спокойно выжить. Нужно добраться до склада продовольствия, потом до фермы, а позже вернуться в убежище. Кто-то запустит сигнал о помощи. Так мы и протянем. — Её бодрый голос начинает раздражать меня, но я молчу, собирая всё спокойствие в кулак. Чёртовы оптимисты… — Я могу попробовать наладить связь на «Гравити», — снова вставляет свои пять копеек белобрысый коротышка. — Тогда всё станет гораздо проще.       Я приоткрываю глаза, замечаю прищуренный взгляд, направленный в мою сторону. Ну и чего Отсосёныш опять от меня хочет? Высосать мою душу? — Магией ты её налаживать будешь? — фыркаю я, отворачиваясь от Пайнса. — Если накрылась внутренняя радиостанция, то её сможет починить только волшебник. Я как-то уже ковырялся в этих сраных проводах — у меня ушёл месяц на починку. — Это когда накрылись все коммуникаторы? — смеётся девчонка. — Весело было. Люди хоть друг с другом разговаривали вживую, а не печатали… — Давайте думать о выживании, а не ностальгировать о прошлом, — ворчит Отсосенка, поднимаясь с диванчика. — Надо уже шевелиться. Там гибнут люди, мы должны им помочь. Мы должны найти выживших.       Все переглядываются, я сдуваю волосы со своего лица. Кажется, все даже напряглись. М-м-м… Веселье. Чаи гоняем, да трещим о всякой хрени. Лучше б я сам сдох. Это всё напоминает дешёвое реалити-шоу. Бюджетный фильм ужасов для малолеток. Как бы я хотел, чтобы так оно и было. — Хорошо. Тогда надо будет идти дальше, но аккуратнее. — Старший Кордрой хрустит шеей, тоже поднимается. — Надо набрать запасов, ибо мало ли что может приключиться. Особо ценится вода. — Но и рюкзаки с собой мы таскать тоже не можем, — подмечаю я, подняв палец вверх. — Нам нужно быть более маневренными, ведь опасности везде. — И снова повисает тишина. Все опять уходят в свои мысли. — Я наблюдала за поведением заражённых… — Девчонка окидывает нас всех взглядом. — Самое странное то, что они могут чувствовать страх. В буквальном смысле. Чем меньше вы их боитесь — тем более аморфными они становятся. Возможно, всё дело в феромонах, которые выделяет человек при страхе. Точнее, человек потеет при страхе, а с потом и выделяется особый запах, который действует на этих тварей как спусковой механизм. — Она потирает свою шею, делает глубокий вдох. — Всё, что нам надо делать — это не бояться. — Легко сказать, — ворчит Отсосенка. — Мейбс, тебе не страшно, когда на тебя несётся полумёртвое существо с выпущенными кишками? — Он скрещивает руки на груди, чуть морщит нос. — Лично мне становится не по себе. — Братишка, я проходила практику в морге. Думаешь, я чего-то боюсь? — усмехается она, сверкая глазами. — Так или иначе, мы должны будем что-то придумать. Я предлагаю просто быть спокойнее.       Я тихо смеюсь в кулак, замечаю взгляды, направленные на меня. Кажется, только я вижу иронию в словах Отсосенки. — Что смешного, Сайфер? — приподнимает брови Глифул, а затем опирается подбородком о свой кулак. Он меня тоже смешит: вся его форма выглядит странно. Да, у нас белый цвет в почёте, но не в таком же количестве. Скажу честно — он симпатичный, но мне кажется, что он не так прост… Белые волосы короткими прядями спадают ему на лицо, веснушки рассыпались по щекам, а голубые глаза, обрамлённые такими же белыми ресницами, смотрят на всё с насмешкой. Что-то мне подсказывает, что он — тот ещё придурок. — Ах да, простите, что не посвятил. Просто тут кое-кто заикнулся, что ему жутко от выпадающих кишок, хотя сам порубил всех тварей в хирургии за несколько минут и глазом не моргнув. — Я закидываю ногу на ногу, перевожу весёлый взгляд на Отсосенку, а он в ответ пытается сжечь меня глазами. О, опять ревностью попахивает: я засмотрелся на Глифула. — Странно, что человеку, который управляется с двумя мечами как истинный мечник, плохо от вида внутренностей, не находите? — Так ты один это всё учудил? — присвистывает сестра Сосёныша. — Я думала, что там был кто-то ещё. — Нифига себе, — поддержал её Глифул. — Сколько тренировался для такого результата? — Долго, — выдыхает Отсосенка, приподнимая одну бровь. — Когда ты в одной команде с главным идиотом корабля, и не такому научишься со временем. — Не пизди, — смеюсь я, притягивая его к себе и заглядывая прямо в рассерженное личико. — Ты попал ко мне в команду уже таким кровожадным. Безжалостный чёртов придурок, который может подставиться в любой момент любой твари. — Я опускаю взгляд на его губы, а затем шепчу так, чтобы только он мог услышать мои слова: — Так бы и придушил тебя за то, что ты выскочка. — Мне так нравится играться с ним. Ух, эти глаза напротив… Ничто с ними не сравнится. — Экхем, — послышалось со стороны. — Ребят, давайте не ругаться здесь, пожалуйста, — просит девчонка. — Надо обсудить уже всё, а потом разойтись, чуть-чуть отдохнуть и подготовиться. — Кто кого первым придушит, — так же тихо шепчет в ответ Отсосенка. — Хорошо, — соглашается он, — я предлагаю всей группой идти как раз через корпус с фермой. До мостика можем отправиться мы с Биллом. Если нужно, прихватим и Гидеона, только вот надо быть осторожнее. Каким оружием ты владеешь? — Отсосёныш переводит взгляд на белобрысого, прищуривается. — Хорошо управляюсь с ножами в ближнем бою, но могу поддержать и с расстояния. Если что, могу и взрывчатку собрать из говна и палок, — он рассматривает свои ногти, подмигивает сестре Отсосенки. О, да он за ней ухлёстывает. Вот это поворот. — Полезный союзник, — улыбнулся Сосёныш, окидывая его взглядом. — Ну что, хороший план? — Надеюсь, мы найдём мою дочурку… — тяжело вздыхает старший Кордрой. — Так, хорошо. У нас есть два часа, чтобы отоспаться, собраться и пойти! — Девчонка поднимает руки вверх и широко улыбается. — Да будет мясо!

***

— Разве ты не должен сейчас болтать со своей сестрой? — приподнимаю брови я, широко усмехаясь. Только собирался сбежать от них. Эх, жаль, что Отсосенка следит за мной. — Разве ты не должен сейчас думать о всей команде, а не только о себе? — ворчит он себе под нос. Он хватает меня за руку, оттаскивает от лестницы, ведущей наверх, а затем ведёт за собой в свободную комнату. Там он толкает меня к кровати, сам забирается на неё и утягивает мою тушку в постель. — Сайфер, какой же ты мудозвон. Я так тебя ненавижу… — Я поудобнее ложусь, смеюсь от слов Сосёныша. Он кладёт свою голову на моё плечо, скользит рукой вниз по моей груди, а затем находит мою руку и сплетает наши пальцы. — Ты ведь рано или поздно оставишь меня одного, так? — Ты удивительно проницателен, — усмехаюсь я, опуская глаза. Прямо перед моим носом как раз его макушка. И, повинуясь какому-то тупому порыву, я оставляю поцелуй прямо посередине. — Сам же понимаешь, что мы с тобой не пара. Абсолютно разные, вечно ругаемся, пытаемся покалечить друг друга. Всё кончится смертью одного из нас. И будет лучше, если один умрёт не от рук другого. — Не говори чуши. Билл, пусть мы оба и… сложные, но у нас всё будет хорошо. Попробуй мне сказать, что ты не чувствуешь ничего ко мне. Я ведь не поверю тебе. Ставлю свою почку на то, что с тем же Робби ты бы не стал хлестать коньяк. Того же Робби ты не стал бы закидывать слюной инопланетной личинки. Это ведь тоже… — Он замолкает на несколько секунд, а затем продолжает: — Это тоже что-то значит. — То есть, ты накрутил себе, что твои чувства взаимны, а потом решил, что пора переходить в атаку с бутылкой коньяка в запасе? Ты прям гений, ничего не сказать. — Мои пальцы отпускают его руку, я приподнимаю его за подбородок и заставляю смотреть в свои глаза. — Ты ещё глупее и наивнее, чем я думал, Отсосенка. За это должен быть отдельный приз. — Пайнс медленно моргает, улыбается. Как я ещё терплю его? — Бесишь… — И ты меня бесишь. — Его шёпот будто проникает мне под кожу. И что с ним таким делать? — У тебя был кто-то до меня, Сайфер? — Этот вопрос оказался уж слишком неожиданным.       Я поднимаю правую руку вверх, смеюсь: — Знакомься, это моя бывшая. — Ну Билл, я серьёзно. Тебе двадцать пять лет, а ты всё ещё так ведёшь себя. Тебе должна была надоесть правая рука за это время. — Для этого эволюция дала мне левую руку, — играю бровями. — Видишь, какой я плохой. Двое сразу, м-м-м? — Ты что, серьёзно? — удивляется он, хлопая глазами. — Извини, я не знал. Ну, то есть… — А то ты всех подряд трахаешь, — закатываю глаза я. — Или я чего-то о тебе не знаю? — У меня есть… Одна вещь… — Он краснеет до кончиков ушей. — Мне её хватает… — Воу, вот это новости. Да Отсосенка балуется игрушками. Ладно, что-то тема куда-то не туда свернула. — Спи. — Я накрываю его глаза ладонью, прищуриваюсь. — Нам ещё бегать целый день. Наберёшься сил — будешь тут хвастаться своим арсеналом для развлечений.       Он кивает, покрепче обнимает меня и делает глубокий вдох. Боится, что я сбегу? Глупый… Кажется, он меня и из-под земли достанет, если я убегу от него.

***

•

•

      Я в грёбаном аду… Это и правда ужас… Я не знал, что они все двинутые. Сестра Отсосенки буквально с криками влетает в толпу упырей и с удовольствием крошит их мелкими кинжалами, которые даже столовыми ножиками назвать нельзя. Если она не в толпе — значит, она за толпой и мочит их из пушек, попадая прямо в головы с любого расстояния. Глифул с полным спокойствием на лице мечет мелкие ножики, попадая ушлёпкам в глаза и уши. А семейка Кордрой… Эти больные топорами толпами рубят упырей.       Отсосенка тоже весьма спокойно идёт в бой, не боясь ничего. Он знает, что я прикрою его спину в нужный момент. Его меч и мой клинок отлично сносят головы любой твари, подходящей слишком близко. Острые когти не достают до него, слизь не долетает. И его глаза в момент битвы выглядят слишком холодными и слишком яростными одновременно. За моей спиной слышится громкий рык, я понимаю, что не успею добить тварь, если она подбежит прямо ко мне. Сосёныш бросает в мою сторону взгляд, затем его глаза перескакивают на ближайшую стену, а дальше происходит то, чего я вообще не ожидал: он очень быстро сносит голову новому уроду, вонзает мой клинок в стену, наступает на него и, мать его, в полёте отправляет второй меч в мою сторону. Я пригибаюсь, меч пролетает прямо над моей головой, а за спиной слышатся уже булькающие звуки. Одна тварь подпрыгивает, чтобы укусить Отсосенку, но получает от меня разрядом плазмы прямо в черепушку. — Сосна, лови! — кричу я, вырубая на мече лазер и кидая его обратно. Кажется, я и правда по уши втюхался в него… Да не может обычный человек так эпично управляться с двумя мечами.       Мы сейчас чистим путь как раз к внутренней ферме. Оттуда можно вверх добраться на лифте. А дальше до мостика рукой подать…       И вот он смотрит на меня. Смотрит свысока, хоть ростом и ниже. Неуклюжий, глупый, наивный — самый сильный мечник на «Гравити». И его глаза сверкают в полутьме…