Книга Мормонтов: молодой медведь

Наступил 298 год после завоевания Эйегона. Джорах не осознавал, сколько лет прошло, пока не увидел дату, мелко нацарапанную в верху свитка. В послании было лишь одно слово: «Пора. И. М». Прошло несколько лет с тех пор, как Джорах повстречал загадочного купца Иллирио Мопатиса и продал ему свою душу. Иногда ему думалось, что послание не прибудет вовсе. Но оно прибыло, и в глубине души Джорах жалел об этом. Правда, сожаление быстро уступило место радости. Наконец-то у меня появился шанс вернуться домой. Его странствия по Эссосу были полны приключений. Он многое узнал о дотракийцах и путешествовал с другими кхаласарами, которые не враждовали с Дрого. За это время он почти в совершенстве освоил дотракийский язык и даже побывал у края Красной Пустыни. Похоже, богам было угодно, чтобы Джорах успешно справился со своей задачей. Когда к нему пришло письмо от Иллирио, он как раз вернулся в кхаласар Дрого. Расположившись в своей палатке, Джорах размышлял, задумчиво почесывая бороду, как бы ловчее преподнести кхалу известие о юной невесте. Дрого как раз собрался жениться, но все считали, что он возьмет в жену дотракийку. Вокруг было много девушек, жаждущих его внимания. За последние несколько лет кхаласар Дрого сильно разросся. Джорах был поражен количеством всадников — ни у какого другого кхала не было такого мощного войска. Кое-как придумав, как завязать с кхалом разговор о браке, Джорах вышел из палатки и направился к Дрого. Свирепый дотракиец точил аракх. Завидев Джораха, он улыбнулся, и Джорах почтительно склонил голову. — Кхал Дрого, анха зигерелат астолат ма шафка. (Кхал Дрого, мне нужно с тобой поговорить). — Дрого кивнул. — Хазе вой фин чьорикем ха кхал. Лайин ма ерше кой. Ме викаферат шафка джадат тихат мей маджин воккерат хаш мей оака саджат. (Есть человек, у которого имеется жена для кхала. Красивая и королевской крови. Он просит тебя приехать и посмотреть на нее, чтобы ты решил, достойна ли она стать женой жеребца). Дрого явно не ожидал подобного предложения. Он обдумал эту необычную просьбу и наконец, наклонившись к Джораху, спросил: — Финне? (Где?) Джорах едва заметно улыбнулся. — В Пентосе. Джорах так и не понял, почему Дрого согласился взглянуть на эту загадочную невесту. Может быть, его привлекла тайна. Возможно, он просто заскучал и ему захотелось какое-то время пожить рядом с городом. А может, кто-то из пентошийских купцов задолжал ему. Как бы то ни было, на следующее утро кхаласар снялся с места и направился на запад, в Пентос. В течение всего путешествия кровные всадники и ко недовольно обсуждали выбор Дрого. Кхал некоторое время терпел эти разговоры, но в конце концов не выдержал и ударил одного из ко, выбив его из седла. После этого пересуды прекратились, и если кто-то и осмеливался обсуждать возможную свадьбу, это делалось исподтишка и вполголоса. По словам Ракхаро, дотракийцы не понимают, почему Дрого заинтересовался вестеросской шлюхой. Если ему хочется чего-то особенного, пусть берет постельную рабыню из Асшая или женщину из далекого и загадочного Соториоса. Джорах понял, что кочевники считают вестеросских женщин слабыми. Посмотрели бы они на мою тетку и ее дочерей. Через несколько месяцев они приехали в Пентос. Дрого немедленно направился в свой особняк, больше похожий на дворец. Огромное кирпичное здание с девятью башнями, стоящее на берегу Пентосского залива, было сложено из кирпича и увито плющом. В таких хоромах и королю жить не стыдно. Неудивительно, что пентошийские магистры подарили этот дворец Дрого, чтобы купить его расположение и уберечь город от разграбления. Спешившись, Джорах вошел вместе с другими дотракийцами внутрь. Дрого решил украсить свой дом трофеями, полученными им в битвах. В одном зале хранились отрезанные косы дотракийских воинов, которых Дрого убил в поединках. Во втором было сложено разнообразное оружие. А в тщательно охраняемой сокровищнице лежало золото и драгоценные камни. Дрого сказочно богат. Один этот дворец стоит целое состояние. Войдя в обеденный зал, Джорах заметил шкуру белого льва, висящую над камином. Дрого уселся на почетное место у очага и отхлебнул вина из фляги. — Анха астолат ма Иллирио Мопатис ма несат мей ше йери джадолат. (Я пойду к Иллирио Мопатису и сообщу о твоем приезде), — сказал ему Джорах. Кхал кивнул, и Джорах вышел из особняка и направился к купцу. Надеюсь, дальше дело пойдет гладко. Все это попахивало политическими интригами, а он сторонился подобных вещей еще будучи лордом. Пентос был большим и процветающим городом… и весьма благоуханным. От каждого прохожего исходил аромат духов. Джорах вспомнил удушливый запах духов, исходивший от Иллирио Мопатиса в их давнюю встречу. Кроме духов, в воздухе сильно пахло специями. Расположенный на побережье, Пентос вел обширную торговлю. Близость к Вестеросу также способствовала процветанию. Вблизи гавани и рынков было почти нечем дышать от тяжелого пряного запаха. Джорах углубился в жилые кварталы, и постепенно запах стал слабее. Он крепче сжал рукоять меча. Здесь повсюду карманники. Подходя к дому Иллирио, Джорах обратил внимание, что окружающие дома становятся все больше и богаче. Похоже, быть магистром весьма приятно. Вопреки его ожиданиям, его не остановили у ворот. Едва бросив на него взгляд, стражник кивнул и пропустил его внутрь. Кажется, меня ждут. Пройдя сквозь ворота, Джорах оказался в роскошном саду. Среди изысканных клумб журчали фонтаны. Купец пытается пустить пыль в глаза. Должно быть, для жителей Пентоса подобный сад был символом богатства. Джорах видел в нем лишь пространство, потраченное впустую. Пройдя через сад, Джорах приблизился к мраморным ступеням, ведущим в дом. Позади раздался знакомый голос: — Сир Джорах, друг мой, добро пожаловать! Я получил от вас ворона два дня назад. — Джорах обернулся. Толстяк семенил к нему из глубины сада. Как это я его не заметил? — Когда я узнал, что кхал Дрого вернулся в свой дворец, я тут же начал приготовления. Надеюсь, вы ко мне с хорошими новостями? — Да, — подтвердил Джорах, оглядывая Иллирио. На этот раз купец был одет в свободное одеяние. Под мышками и на груди расплылись пятна пота, тем не менее магистр расплывался в любезной улыбке. Я так же рад его видеть, как и тогда, в переулке. Хорошо хоть ветер уносит его вонь. — Кхал Дрого согласился посмотреть невесту. Но он пока не дал окончательного ответа, собирается он на ней жениться или нет. Иллирио прищелкнул языком. — Разумеется, собирается, он ведь не зря проделал столь долгий путь. К тому же Дрого не такой, как все прочие дотракийцы. Он разумный человек. Как только он увидит невесту и узнает, кто она такая, он немедленно заберет ее себе. — Джорах молчал, плотно сжав губы. Мне от этого никакой радости. Чем скорее я от них отделаюсь, тем лучше. Иллирио, по-видимому, почувствовал его мрачное настроение, и его улыбка стала еще более лучезарной. — Здешняя жара изматывает, не правда ли? Завидую северным зимам. Когда вернетесь домой, пришлите мне бутылку с холодным зимним воздухом. — Джорах помрачнел еще сильнее. — Однако к делу. Я отправлю гонца к кхалу Дрого. Сегодня устроим праздничный ужин. Жених и невеста встретятся, и мы увидим, благосклонна ли к нам судьба. Тем временем я вас кое с кем познакомлю. Магистр положил пухлую руку Джораху на плечо, и тот вздрогнул от его прикосновения. Они вошли в дом и прошли по галерее, которая привела их во внутренний двор. Там тоже был разбит сад, еще больше первого. В саду все было устроено с большим вкусом. Среди зелени били искусно сделанные фонтаны, однако истинным украшением сада был открывающийся с террасы великолепный вид на голубые воды Узкого моря. Издалека доносились крики чаек, и Джораху стало горько. Он хорошо помнил эти звуки. На Медвежьем острове я всегда просыпался от птичьих криков. — Хочу предупредить вас, друг мой, — понизив голос, произнес Иллирио. — У принца весьма вспыльчивый характер… и соответствующее самомнение. Боюсь, все принцы таковы. Нам с вами следует во всем потакать ему и обращаться с ним со всем почтением. Если вы заручитесь его благоволением, вам будет легче справиться с вашей задачей. Принц мечтает заполучить на службу собственного рыцаря. Ваше рыцарское звание поможет вам наладить с ним доверительные отношения. Джорах угрюмо покосился на магистра. То есть, я должен стать еще и лизоблюдом? О боги, чем дальше, тем хуже. До ушей Джораха донесся звон стали. Пройдя еще немного, он наконец увидел принца. Юношу невозможно было ни с кем перепутать — серебристые волосы и фиалковые глаза выдавали в нем истинного Таргариена. Я думал, драконы мертвы, но вот передо мной один из них. Принц проводил учебный поединок со слугой — оба сражались затупленными клинками. Слуга сделал нарочито неверный шаг, и принц ударил его по руке, заставив выронить меч. Юноша усмехнулся и приставил клинок к груди побежденного противника. — Ты мертв! — объявил он. — Великолепный удар, ваше величество! — восторженно воскликнул Иллирио, аплодируя юноше. — Вы сражаетесь, как ваш доблестный брат! Вот мощь истинного дракона! — Лесть явно пришлась принцу по душе. Он самодовольно улыбнулся, позволяя слугам снять с себя тренировочные доспехи. — Что скажете, сир Джорах? — спросил Иллирио. Проклятье. — Да, — медленно ответил Джорах. Этот парень даже меч держать толком не умеет. — Из вас со временем выйдет хороший боец. — По крайней мере, это не откровенная ложь. Иллирио тут же перехватил инициативу, опасаясь, как бы принц не счел слова Джораха недостаточно почтительными. — Вы можете доверять словам этого человека. Он участвовал в двух войнах — сперва сражался за вашего отца против предателя Роберта, а потом бился с трусливыми кракенами во время восстания Грейджоев. — Джорах удивленно взглянул на Мопатиса. Я сражался за Таргариенов? Возмутительная ложь. — Это истинный рыцарь, изгнанный ложным королем, зверски убившим ваших родных. — Принц, нахмурившись, пристально посмотрел на Джораха. — Ваше величество, позвольте представить вам сира Джораха Мормонта. Сир Джорах, вы удостоены чести стоять перед Визерисом из дома Таргариенов — последним принцем Вестероса. Возвращение домой того стоит. Ради этого я готов на ложь и унижение. Поклонившись принцу, Джорах произнес: — Для меня большая честь предстать перед носителем столь славного имени, ваше величество. Прошу принять меня на службу. Я буду исполнять ваши приказы и защищать вас до последнего вздоха. Улыбка Иллирио стала менее напряженной. Должно быть, я произнес правильные слова. — После смерти сира Дарри у меня не было рыцарей на службе, — задумчиво произнес Визерис. — Я удовлетворяю ваше прошение, сир Джорах. Служите мне верно, и когда я верну свой трон, я прослежу, чтобы вы получили щедрую награду за службу. Так вот какова игра Иллирио! Он хочет посадить Визериса на железный трон. Тогда зачем ему выдавать сестру Визериса за кхала Дрого? Дотракийцы не станут пересекать «отравленную воду». А может, он хочет таким способом не позволить Визерису сесть на трон? Джорах взглянул на магистра, но лицо купца было непроницаемым, как стена. Джорах снова поклонился, и Иллирио попросил у принца позволения удалиться. Отойдя на почтительное расстояние, толстяк усмехнулся. — Видите? Вы уже пришлись ему по душе. Я в этом не сомневался. Каждый принц-изгнанник грезит об армии рыцарей, которые будут выигрывать его битвы и принесут ему славу. — Он верит, что вернется в Вестерос и займет Железный трон, — перебил его Джорах. — Что это за блажь? — Эта игра гораздо сложнее, чем доступно вашему пониманию, сир, — заносчиво ответил Иллирио, тряся подбородками. — Мы стремимся сделать мир лучше. Не тревожьте себя понапрасну. Вам известен приказ — исполняйте его. Когда настанет время, вы сможете вернуться домой и никогда больше не думать о драконах, пауках и тронах. — Джорах почувствовал во рту горечь желчи. Северяне не умеют играть в эти скользкие игры. Магистр похлопал его по плечу. — Возвращайтесь к своему табунщику и не забывайте свою роль. К тому времени как Джорах вернулся во дворец Дрого, дотракийцы уже приготовились к пиру. Невеста и ее близкие были приглашены на праздничный ужин. Джорах побеседовал с кхалом, рассказав ему, чего следует ждать от вестеросской невесты. Впрочем, принцесса только родилась в Вестеросе. Интересно, где они с братом скрывались все эти годы? Чтобы заинтересовать кхала, Джорах рассказал ему легенды об огромных драконах и их всадниках-Таргариенах. Дрого и его кровники принялись отпускать шутки о том, как их жеребцы покрыли бы этих легендарных драконов. Мужчины смеялись и шутили до самых сумерек, а когда солнце село, начался пир. Дрого приказал накрыть в саду, под открытым небом. Столы ломились от свежеприготовленных яств и изысканных напитков. Дотракийцы, которых кхал счел достойными присутствовать на смотринах, щедро налегали на вино. Были приглашены несколько кхалов — друзья и союзники Дрого. Джорах заметил также людей, которых никогда прежде не видел. Брави и наемники рассказывали истории о битвах и хвастались шрамами. Джорах не знал никого из них, но Дрого принимал их так же тепло, как и кхалов. Это праздник только для мужчин. Здесь нет ни танцовщиц, ни служанок. Судя по всему, единственной женщиной на этом пиру будет предполагаемая кхалиси. Джорах, одетый в зеленую шерстяную тунику с вышитым на груди медведем, наслаждался одиночеством, когда его внимание привлекло какое-то оживление у входа в сад. Прибыл магистр Иллирио, а с ним — сереброволосые гости. Сперва Джорах заметил принца — высокий юноша старался выглядеть как можно более значительно. Рядом с ним стояла принцесса. Опершись плечом о мраморную колонну, Джорах принялся разглядывать невесту. Дейенерис Таргариен была невысока ростом. Она мне и до груди не достанет. Девушка казалась совсем юной, не старше тринадцати лет. Словно вся соткана из серебра. В свете луны казалось, что ее бледная кожа и светлые волосы источают сияние. Тревожно поглядывая по сторонам, Дейенерис целеустремленно шла вперед. От Джораха не укрылось ее напряжение. Девочка напугана. Этот брак, конечно, не она затеяла — ее мнение вряд ли кого-то волнует, — а смуглые высокие мужчины, заполонившие сад, только усугубляли ее страх. Да уж, дотракийцы кого хочешь напугают. Они и выглядят сурово, и жизнь у них суровая. Где же все-таки она росла, если ни разу не видела дотракийцев? На принцессе было нежно-лиловое платье из такой тонкой ткани, что наряд ни капли не скрывал красоту ее тела. Ее ведут как овцу на заклание. Гости о чем-то заговорили между собой, но Джорах стоял слишком далеко, а вокруг было слишком шумно, чтобы разобрать слова. Наконец Иллирио, оставив принца и принцессу, приблизился к кхалу Дрого. Ну вот, сейчас судьба этой девочки решится. Джорах поднес кубок к губам и сделал глоток. Сам он наслаждался пиром, и в особенности вином. Путешествуя по Эссосу с дотракийцами, он редко имел возможность отведать вина. Кочевники предпочитали забродившее кобылье молоко, которого в кхаласаре всегда было в изобилии. Пока Иллирио беседовал с Дрого, Джорах продолжал наблюдать за принцессой. Ее брат что-то шептал ей на ухо, а она казалась насмерть перепуганной. По ее виду было ясно, что больше всего на свете ей хочется сбежать отсюда. Джорах посочувствовал девушке. Я тоже не хотел жениться на первой жене. Правда, мне было проще — я был в семье главным и хорошо обращался с Еленой. Дрого вряд ли станет считаться с нуждами молодой жены. Будет чудом, если девочка переживет брачную ночь. Визерис что-то шепнул сестре, и та выпрямилась, явно собрав все свои силы. Ее будущий муж подошел к ней. Иллирио представил Дрого принцессе. Она что-то сказала ему. Он не ответил. Вокруг шумел праздник — гости и не подозревали, что решающий момент настал. Джорах не видел лица Дрого. Дотракиец держался напряженно, потом коротко кивнул и вернулся к своим кровникам. Иллирио расплылся в улыбке, принц казался смущенным. Дело сделано. Дрого согласился взять Дейенерис в жены. Магистр махнул Джораху, и тот одним глотком допил вино. Нужно как следует выпить, чтобы терпеть этого гада. Две встречи с ним за один день — это слишком. — Сир Джорах, — радушно приветствовал его Иллирио, словно они были старыми друзьями. — Прекрасная новость — кхал согласился жениться на нашей принцессе. Это исторический момент! — Воистину так, — подтвердил довольный Визерис. — С войском кхала Дрого я смогу объединиться с верными мне людьми в Вестеросе. И года не пройдет, как я прикончу Узурпатора и верну себе трон. Сир Джорах украдкой взглянул на принцессу. Казалось, она осталась равнодушной к словам брата. А может, не еще не оправилась от потрясения, ведь ее судьба только что решилась. — Когда придет час, — наконец произнес Джорах, переведя взгляд на принца, — вы можете рассчитывать на мой меч. Визерис горделиво улыбнулся. — Вы теперь у меня на службе, сир Джорах. Вам больше не нужно вести эту скотскую жизнь среди дикарей. Прошу, проведите ночь под нашей крышей. Утром вы мне понадобитесь. — Как пожелаете, ваше величество. — Джорах поклонился. Он снова бросил взгляд на принцессу, которая до сих пор не проронила ни слова. — Может быть, принцессе угодно выпить немного вина? Оно придаст вам сил. Наконец девушка моргнула и посмотрела на него. У нее фиалковые глаза — никогда таких не видел. Какая она печальная… — Благодарю вас… сир Джорах, не так ли? — Да, — Джорах поклонился ей. — Сир Джорах Мормонт с Медвежьего острова. Ее лицо на миг просияло. — Так вы из Вестероса! — похоже, это порадовало принцессу. — Благодарю вас, сир Джорах Мормонт с Медвежьего острова. Я выпью вина, если мой брат сочтет это разумным. — Визерис кивнул, уже присматривая себе кувшин. Дейенерис отошла в сторону, и Джорах, пораженный легкостью ее походки, подумал, что она не идет, а парит по воздуху. Брат и сестра вскоре скрылись из виду, смешавшись с толпой празднующих. — Разве она не прекрасна? — проворковал Иллирио. — Я бы и сам на ней женился, но увы, власть и богатство заставляют нас отказываться от сердечных склонностей. Мопатис ухмыльнулся и энергично направился к столам с едой, радостно приветствуя старых друзей. Его слова запали Джораху в душу, поэтому после окончания пира он не отправился в постель, как остальные подвыпившие гости. Джорах медленно брел по коридору, направляясь к покоям, отведенным для принца и принцессы. Свадьба была назначена на следующий день. По дотракийскому обычаю, праздник будет длиться от рассвета до заката. Джорах слышал, как рабы и слуги грузят еду в повозки. Свадебный пир будет устроен на поле за пределами Пентоса. Это единственное место, где может разместиться весь кхаласар Дрого. Несмотря на бурно проведенный день, Джораху не хотелось спать. Грызя яблоко, он ходил по огромному дому, кивая дотракийцам и Безупречным, стоящим на страже. Он никак не ожидал встретить еще одного полуночника… но рядом послышались тихие шаги. В углу шевельнулась тень — и весьма большая. Джорах, нахмурившись, последовал за ней. Незнакомец крался к покоям принцессы. Джорах проверил висящий на поясе кинжал. Осторожно выглянув из-за угла, он увидел необъятную тушу, оказавшуюся весьма знакомой. — Слишком поздний час для визитов, магистр, — пророкотал он, выходя на свет. Толстяк вздрогнул от неожиданности и обернулся. Удивительно, что такой жирдяй может ступать так тихо. — Сир Джорах, я просто… хотел убедиться, что у принцессы есть все, что нужно, — забормотал Иллирио с необычайно напуганным и виноватым видом. Джорах опустил глаза и увидел восставший член магистра, выпирающий из-под шелкового одеяния. — Уверяю вас, это ей точно не требуется. — Иллирио выпрямился, услышав в его голосе угрозу. Джорах убрал ладонь с рукояти кинжала и откусил яблоко, стараясь выглядеть непринужденно. — Не думаю, что кхал обрадуется, если обещанная ему невинная девственница таковой не окажется. Полагаю, что человеку, который продал эту девушку кхалу, придется дорого заплатить за свой промах. — Он снова откусил яблоко, не спеша прожевал и проглотил. Еще не хватало, чтобы принцессу изнасиловали в ночь перед свадьбой. Иллирио неохотно отошел от двери, ведущей в комнату Дейенерис. — Я только хотел убедиться, что ее устроили со всеми удобствами. Джорах кивнул, смерив толстяка пристальным взглядом. Ты меня не обманешь. — Возвращайтесь в постель, магистр. Завтра свадьба.