Varulven

      Диким зверям неведомы некоторые чувства. Мы потому и зовем их «человеческими», разве нет? Милосердие и сострадание бессмысленны. Люди придумали их, чтобы защищать себя, ведь они слабы. Но ты больше не человек.       Пощады не будет никому. Тебя ведет жуткий голод, и ничто не сможет напугать и остановить тебя. Ты – воплощение силы, ты – венец творения природы. Пусть я и приложил руку к твоему созданию, но я лишь посредник. Я всего лишь помог тебе стать лучшим, а теперь ты немного поможешь мне. Заработать? Отнюдь. Ты слишком прекрасен, чтобы быть цирковым зверем. Просто следуй своим инстинктам. Уничтожай. Мне нужен ужас, что ты принесешь в этот город, кровь на твоей пасти, разорванная острыми когтями плоть. Разукрась ночные улицы красными брызгами, сделай так, чтобы запах людского страха чувствовался за километр.       В твоих лапах скорость, твои клыки словно ножи, твоя шкура не пропустит пулю. Ты чуешь добычу издалека, и она не сбежит. Глаза видят в темноте, но человек внутри тебя спит. Его бесполезные чувства не остановят тебя. Не думай, просто беги и убивай. Неси с собой хаос и отчаяние. Делай то, что хочешь, ведь ты – царь этого мира. Ты неуязвим, а люди слишком наивны и глупы. Им не поймать тебя, поверь.       Выходи из клетки человеческого тела. Я смотрю на тебя с восторгом и ужасом, видя твою мощь. Нет, не трогай меня, ведь я в какой-то мере твой создатель. Беги по улицам, укрытым ночной тьмой. Рви каждого, кто посмеет встать у тебя на дороге. Утоли свой голод их мясом и внутренностями – это единственная польза, которую могут принести люди. Беги вперед, оглашай город воем короля, высшего творения, наконец пришедшего в этот мир.       И мне даже жаль, что я могу управлять тобой. Убив меня, ты стал бы по-настоящему свободным. Но ты не убьешь, я не позволю тебе. Прости, но ты лишь орудие в моих руках. Совершенная тварь этого мира, и служишь ты моим целям.       Так вперед же, мой зверь, воплощение силы и ужаса. Утоляй свой голод кровью жертв, которых выбрал я – жителей всего города. Принеси страх этим жалким людям, пусть кровь стынет в их жилах, когда в ночь полнолуния над крышами разносится вой. Пусть они, до безумия смешные в своем ужасе, жмутся по домам, боясь ступить за порог, пусть говорят шепотом, развешивают на стенах амулеты или даже приносят жертвы – ничто не спасет их от твоих когтей.       Ты – мой верный слуга, бездумный и послушный, хоть и не осознаешь этого. Так исполни же то, ради чего я создал тебя.

***

      Она возвращалась с вечеринки по случаю дня рождения подруги далеко за полночь. На улице было пусто, даже машины не проезжали мимо. Свет от фонарей почти не разгонял тьму, но девушке не было страшно – действовал выпитый алкоголь, да и вообще этот район считался тихим и безопасным. Она шла уверенной походкой, не глядя по сторонам, и негромкое ворчание животного среди деревьев стало для нее сюрпризом.       Девушка вздрогнула и обернулась, но ничего не увидела в ночном мраке. Сердце забилось чуть быстрее, и она ускорила шаг. По спине пробежал холодок. Девушка и сама не понимала, чем он вызван – там наверняка просто собака, а их она никогда не боялась, но в этот раз на всякий случай нащупала в сумочке маленький складной нож, купленный когда-то давно для самозащиты и использовавшийся всего раз – для обрезания застрявшего в молнии шнурка.       Сначала вокруг была тишина, а потом девушка услышала тяжелые шаги по земле. Она испуганно обернулась, и в свете далекого фонаря сверкнули два больших ярко-желтых глаза.       Она завизжала, но ее прервал молниеносный прыжок существа. Одним махом преодолев разделявшие их метры, оно придавило девушку лапой к земле. Она не могла вдохнуть, груди было очень тяжело, и в ужасе она осознала, что здоровое чудище запросто может сломать ей ребра.       Из горла вырвался хрип. На асфальт выше головы капала слюна, но девушка, не глядя на морду зверя, пыталась сдвинуть с себя его лапу, покрытую густым серым мехом, похожую на собачью, но размером превышавшую обе ладони взрослого мужчины. Недовольно рявкнув, существо отступило и, склонив голову, присмотрелось к жертве.       Она замерла, не в силах вдохнуть и отвести взгляд от чудовища. Это был волк, но огромный, подобных которому девушка никогда не видела. Оскалившись, он принюхался, словно неуверенный в своих действиях, но потом моргнул, глаза блеснули в свете вышедшей из-за облаков луны, и монстр, коротко рявкнув, вцепился зубами сразу в обе ноги девушки. Она не смогла закричать от боли, лишь захрипела, не в силах дышать, и слабо дернула рукой с зажатым в ней ножом. Среагировав на взмах, волк прекратил пережевывать ноги и быстрым движением перекусил руку жертвы. Та глубоко вдохнула, с ужасом и непониманием глядя на отлетевшую в сторону сумочку и свою собственную конечность. Плечу было тепло от струящейся крови, но девушка не осознавала этого. Чудовище одним укусом разорвало ее живот, не обращая внимания на одежду, и девушка наконец взвизгнула. Глаза закатились, она потеряла сознание, не в силах больше выносить боль, и зверь, раздраженный звуком, взмахнул лапой, раздирая человеческое лицо. Немного подвинувшись, он наступил на руку девушки, ломая кость в ней своим весом, и запустил морду во внутренности, с жадным чавканьем выедая теплые органы. Девушка уже не дергалась, жизнь покинула тело несчастной.       Никто не выглянул из окон ближайших домов, не то ничего не услышав, не то не обратив внимание на звуки. В темноте людские глаза все равно не смогли бы ничего разобрать, но волк видел все: жертву перед собой, струящуюся по асфальту кровь, которую он с удовольствием слизал, движение кошки вдалеке. Мелкая добыча его не интересовала. Подняв ставшую алой морду, он огляделся и принюхался. Вокруг было тихо. Проведя шершавым языком по изжеванным ногам девушки, волк развернулся, нечаянно продавив лапой грудную клетку жертвы, и быстро и легко побежал прочь. Среди множества запахов ночного города был и тот, что привлекал его: запах беззащитного человека, бродящего по улице.

***

NaNaNaNaNa Ти! 6:27 Эй, Ти 6:29 Ти, ответь 6:30 Доброе утро! 6:31 Ти 6:32 Ти 6:32 Ти 6:32

T. О господи, что случилось? 6:33

NaNaNaNaNa Ти! 6:33

T. Ради чего надо будить меня в такую рань? 6:33

NaNaNaNaNa Ты не представляешь! 6:34 Просто проверь новости! 6:34

T. Да что случилось?! 6:34

NaNaNaNaNa Сообщество «Новости Грейхилла» Ранним утром во дворе жилого дома были обнаружены фрагменты человеческого тела. Несколько позже в полицию поступило еще несколько подобных сообщений. На данный момент в городе обнаружено четыре места преступления. О количестве жертв судить сложно, но их не менее пяти. Полиция просит сохранять спокойствие и призывает граждан не терять бдительность. (4 фотографии) 6:35

T. Нихрена себе 6:37 Это серьезно? 6:37

NaNaNaNaNa Одно из мест преступления недалеко от меня 6:37 Там столько кровищи 6:38 Пойдем посмотрим другие 6:38

T. Да ну нафиг! 6:38 Я всегда говорил, что безопаснее всего дома 6:39

NaNaNaNaNa Дома скучно 6:39

T. И ты не ходи 6:40 Нана? 6:41 Эй, ты здесь? 6:43 Нана! 6:45

***

      Машина затормозила у самой ленты. Мужчина за рулем – небритый, мрачный – немного повозился внутри, собирая вещи с пассажирского сиденья и из бардачка, и раздраженно обернулся на стук в окно. Миловидный, но с зеленоватым лицом юноша лет двадцати пяти заглядывал в автомобиль и всем своим видом укорял приехавшего. Тот фыркнул, закинул на плечо сумку и вышел из машины.       На улице было еще по-утреннему прохладно, хотя весна выдалась теплой. На юноше была форма полицейского, только встрепанные светлые волосы не сочетались с видом всегда аккуратного и полного энтузиазма защитника правопорядка. Мужчина, выше него почти на голову и старше лет на двенадцать, сонный, но в идеально выглаженной рубашке, поежился.       – Где тебя носит? – прошипел молодой человек, наблюдая, как его товарищ выуживает из сумки пачку сигарет и зажигалку.       Тот неторопливо закурил, давая полицейскому время побеситься, и спокойно ответил:       – В нерабочее время я предпочитаю спать. Прошу учесть, что вчера я задержался до полуночи, а сейчас… – он быстро взглянул на наручные часы, – все еще нерабочее время. – Юноша закатил глаза. – Эй, ну что? Я имею полное право негодовать, твой звонок меня из постели вытащил, я даже позавтракать не успел!       – Может, оно и хорошо, что не успел, – мигом нахмурившись, буркнул он. – Пойдем, посмотришь на это.       – Так ты поэтому такой позеленевший? – догадался мужчина, ныряя под ленту следом за товарищем. – Детектив Рой Хилл, – сухо представился он заступившей было ему дорогу женщине в форме, и та, кивнув, отошла.       Полицейские суетились на огороженном участке во дворе жилого дома. Рой отметил, что большинство из них явно потрясены увиденным. Группа следователей нервно курила в стороне. Мужчина затянулся, глядя на них, перевел взгляд вперед и замер, пораженный.       Асфальт казался темно-багровым, у тела остались еще не подсохшие лужицы. Скорее всего, это была молодая девушка, но однозначный вывод Хилл делать отказывался. Ее помятая сумочка валялась в стороне вместе с оторванной рукой, на которой остался обрывок рукава. Одежда на трупе превратилась в клочья, прилипшие к коже. Ноги были словно пережеваны вместе с костями. Даже с расстояния Рой увидел распоротый живот и месиво вместо внутренних органов. Лицо девушки было изуродовано чем-то острым, из груди торчала пара сломанных ребер. Оставшаяся рука была раздавлена в районе локтя.       «Опознать ее будет сложно», – подумал он, еще не до конца осознавая увиденное, а потом закашлялся. Его товарищ сочувствующе похлопал отвернувшегося и прикрывшего рот рукой Роя по плечу:       – Говорю же, хорошо, что не завтракал, – он сглотнул, покосившись на тело.       – Что тут произошло? – Мужчина взял себя в руки и выпрямился, внимательно оглядывая жуткую картину и стараясь запомнить все детали, хотя это грозило ночными кошмарами.       – Вроде бы ее дикие собаки погрызли, только вот слишком уж озверевшие. Рвали с силой и ненавистью. Наверняка целая стая, а точнее уж эксперты скажут…       – Джейсон! – окликнули сзади, и юноша, кивнув детективу, отошел, с явным облегчением отвернувшись от трупа. Рой проводил его взглядом, прицельным щелчком отправил окурок в стоящую рядом урну и присел на корточки, рассматривая брызги крови у своих ног, за несколько метров от тела.       Убийство выглядело как большая проблема и для полиции, и для местных жителей. Откуда здесь, довольно далеко от окраин городка, взялась стая агрессивных или даже бешеных собак, было загадкой – никаких сообщений от обеспокоенных людей, заметивших свору, в последнее время они не получали. Кроме того, оставалось множество вопросов: псы загрызли девушку или наткнулись на труп? Куда они подевались, по-прежнему оставаясь вне поля зрения граждан? Какие меры предосторожности можно принять, чтобы избежать еще нападений?..       Мужчина вытащил из сумки фотоаппарат и заснял брызги на асфальте, потом выпрямился и сфотографировал место преступления целиком. Официально он работал в полиции, но должность детектива позволяла ему действовать самостоятельно и давала некоторые другие привилегии. По большому счету, это было отступлением от правил и компромиссом между ним и начальством: так они доставляли друг другу меньше проблем, а эффективность работы оставалась прежней.       С камерой Рой обошел все огороженное пространство, осмотрел тело, не прикасаясь к нему, заглянул в канализацию и вернулся к ленте. Заключение по трупу дадут эксперты, сам он не позиционировал себя гениальным врачом, но в голове роилось множество вопросов. Тело было обезображено, и мужчина сомневался, чтобы собаки могли раздавить руку, да и разжевать ноги вместе с костью затруднительно, пусть и для целой стаи. Все это выглядело дико, но делать выводы было рано. Рой огляделся, оценивая, не пропустил ли он чего, и неожиданно для себя увидел девушку, сидевшую на крыше старого автомобиля. Она с любопытством смотрела на место преступления, словно не испытывая ни отвращения, ни страха. Мужчина указал на нее подошедшему Джейсону:       – Это кто?       Юноша неожиданно разозлился:       – Черт возьми, опять она! Да ненормальная какая-то, быстрее нас сюда примчалась и разве что от восторга не прыгала, глядя на кровь, еле прогнали! Эй, ты! – заорал он, быстрым шагом приближаясь к девушке. Та вскочила и спрыгнула на землю. Она выглядела лет на двадцать или немногим больше, тощая, бледная, неровно подстриженные грязные волосы торчали во все стороны, в светлых серых глазах на самом деле мелькали искры сумасшествия, а выцветшая и слишком легкая одежда висела мешком. Усмехаясь, она маленькими быстрыми шагами отступала прочь от полицейского, на ходу грызя кривой и грязный ноготь.       – А вы знаете, кто это сделал? – она звонко рассмеялась, сворачивая за угол дома и выглядывая из-за него. Рой догнал Джейсона и придержал за локоть:       – Кто? – крикнул он девушке, и она снова залилась смехом:       – Оборотень! Здорово, правда? Настоящий оборотень! – голова исчезла за углом, голос затих, а товарищи переглянулись.       – Я же сказал, что ненормальная, – раздраженно бросил юноша и пошел обратно к телу. Рой, покачав головой, снова достал сигареты.       Они стояли в нескольких метрах от трупа. Джейсон задумчиво смотрел мимо него, сложив руки на груди. Хилл курил, стряхивая пепел себе под ноги, предварительно убедившись, что он не попадает на какие-либо следы. Мимо сновали полицейские, переругиваясь, что-то рассматривая и перенося. Рой следил за ними как будто рассеянно, но на самом деле все подмечая. Он начинал замерзать и переступил с ноги на ногу. Это вывело Джейсона из транса, и юноша покрутил головой, разминая шею, а потом вдруг замер и, нахмурившись, отошел чуть в сторону.       – Что там? – сразу оживился его товарищ, и полицейский указал на кровавое пятно в стороне от тела, практически вне огороженного лентой участка. Оба присели около него на корточки.       – Кто-то из наших наступил в кровь, что ли? – Джейсон оглянулся, но не увидел других следов вокруг.       – Не похоже, – Рой осторожно прикоснулся к асфальту пальцем. – Высохла уже, – он зажал сигарету в зубах и снова взял в руки камеру.       – Значит, преступник все-таки оставил нам след, – юноша довольно усмехнулся под щелчок фотоаппарата. – Хотя это и странно…       Они некоторое время рассматривали форму пятна и безуспешно искали другие следы вокруг. Сделав еще пару снимков, детектив убрал камеру, огляделся и, размяв пальцы, пошел к машине, выбросив по дороге окурок. Джейсон догнал его, обогнув труп по широкой дуге.       – Виктор ждет тебя с докладом, – напомнил он.       – Только после завтрака, – отрезал мужчина, садясь в автомобиль. Товарищ проследил, как он убирает вещи и заводит мотор.       – Встретимся в отделении! – дружелюбно крикнул Джейсон на прощание в уже закрытую дверь и, дождавшись кивка в ответ, снова нырнул под ленту. Он чертовски устал, а часы показывали всего восемь утра. Дело обещало быть сложным.