Я просто её съел.

- Алекс, я хочу, грубо говоря, жрать, - я держала детей чуть ли не за шкирку своими щупальцами, - из-за этих маленьких детенышей самого ада я не могу даже поохотиться! - Странно слышать это от монстра, - скучно ответил парень, разглядывая близнецов, - откуда ты их вообще отковыряла? - Да так, - немного замялась, - я их родителей убила. - Ох, надо же, - Алекс сразу повеселел, - что, снова человеком становиться будешь? - Возможно, - неопределенно ответила я, то бишь, «нянька», засовывая детей в кровать, - но знаешь, я так хочу съесть что-нибудь, что готова съесть этих мелких хоть сейчас. Но вот… - Астра не поймет, да? - Да, наверное, - я пожала плечами, удерживая детей на месте, но при этом стараясь не переломать их кости, - такое ощущение, будто они хотят мне отомстить. - Лично у меня такое ощущение касается всего человечества. - Не удивлюсь, если это и в правду будет так, - я вздохнула, поправляя челку, но, все еще следя за этими близнецами, - их и в детский дом не подбросить – сожрут ведь. - А тебе какое дело до них? Эти дети даже не твои. Можешь смело есть. - Ну и слава богам, что не мои, - облегченно ответила я, но, вскоре переведя взгляд на Алекса, добавила, - намек не понят, что ли? - Какой намек? - Иди и принеси мне поесть. Иначе я и тебя за компанию съем. - Это кто кого еще съест, - огрызнулся Алекс, но выпрыгнув из окна, куда-то умчался. Только попробуй не принести, загрызу же. Живьем. Через пару минут в комнату зашла мама с бутылочками в руках. Она выглядела довольно бодро и вовсе не устало. Улыбнувшись, женщина подошла к детской кровати и сунула детям бутылки. На удивление, они стали вести себя куда спокойнее и примернее. Издав какой-то вопросительный звук, издающий недопонимание, я фыркнула, понимая, что эти дети великолепно чувствуют во мне еще не зрелого человека. Но почему они не принимают меня за монстра? По идее, люди, как обычные животные, должны чувствовать страх в независимости от того, где находится источник. Я тут перед ними щупальцами щеголяю, а им вообще наплевать. Нахмурившись от этой несправедливости и сбросив все на то, что человечество постепенно утрачивает инстинкт самосохранения, я, бросив еще один взгляд на детей, перед тем, как выйти из комнаты, обнаружила, что они выглядят довольно аппетитно. В плане еды. От этой мысли меня передернуло, и я мысленно понадеялась на то, что Алекс все же принесет мне чего-нибудь. Эти дети – маленькие Фабула и Твинг, так их звали, ведут себя в одном моем присутствии ну просто безобразно. Но как в поле их зрения появляется мама – они ведут себя, словно ангелы. Ну и хорошо, Астре же легче будет за ними следить. Поковырявшись в холодильнике, в надежде на то, что там будет лежать чей-нибудь труп, но никого, конечно, не обнаружив, я отправилась на крыльцо подышать, так сказать, более менее свежим воздухом. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, я присела на ступеньку, дабы не сорваться куда-нибудь в полет. Алекс бегал где-то неподалеку, отчего стало непроизвольно спокойнее. Вытянувшись и услышав приятный слуху хруст встающих на место позвонков, я зашла еще в дом – поглядеть, как там мама с мелкими. Дети мирно спали в кровати, а женщина читала какую-то книгу неподалеку. Передвигаясь как можно бесшумнее, благо, с помощью своих способностей, у меня это получалось, я посмотрела на близнецов – они так мило свернулись клубочком и тихо-мирно дрыхли. Вздохнув, я уже хотела было проверить как там Алекс и выйти на улицу, как вдруг в комнату ворвался холодный и мощный поток воздуха, от которого все чуть было не улетело. В окно благополучно влетел парень с лосем в руках. Дети проснулись от столь эффектного появления, отчего уже почти начали плакать. - Я принес тебе поесть, - парень протянул мне тушу, которую я тут же поглотила. Так, с глупости. Мы с Алексом передернулись чуть ли не одновременно и посмотрев в сторону мамы, просто открыли рты. Вру, Мерсер смылся, а я вот стояла, всеми брошенная, и открывала рот, словно рыба. Думаю, меня ждет допрос. С печалью посмотрев в окно и не обнаружив в зоне десяти километров никакого вируса, с еще большей печалью посмотрела на бушующих детей. Теперь я тебя точно съем, Алекс.