15

- А ты помнишь, как ты сюда попал? - поинтересовалась миссис Хадсон. Шерлока не обрадовал этот вопрос. Впрочем, выглядел он так, как будто вообще не умел радоваться. - Нет, я не знаю, как я сюда попал. Но по-моему, проще проверить в то, что меня похитили, чем в эту безумную сказку, - фыркнул он. - Похитили? - об этом Джон даже не подумал. - Надеюсь только, что вы не станете затягивать с требованием выкупа. Я как раз занимался... - Чем? - встряла миссис Хадсон. Нахмуренное лицо Шерлока стало мрачнее грозовой тучи. - Я не помню в точности, что я делал, но это наверняка что-то важное. Простите, но если вы покончили с этими глупостями, то я хотел бы, чтобы вы вернули меня домой. Все моментально умолкли. - Что ты сказал? - недоуменно переспросила домовладелица. - Я сказал, что хочу вернуться домой. Какими бы ни были ваши требования, я уверен, что мои мать с отцом их удовлетворят, - медленно и четко произнес Шерлок. - О чем он говорит? - удивился Лестрейд, глядя на мальчика, как на ядовитую змею. - Он уверен, что его похитили, - фыркнул Джон. - Что? - У миссис Хадсон отвисла челюсть. К всеобщему удивлению и нескрываемой ярости Шерлока, Грег громко расхохотался. - Инспектор, держите себя в руках! - упрекнула его домовладелица. - Я тащусь! - со смехом заявил Лестрейд. Заметив, что все на него смотрят, он попытался объяснить причину своего веселья. - Ну разве не смешно? Шерлок просыпается, не зная, где он и как здесь оказался, и сразу же подозревает самое худшее! Холмс в своем репертуаре! - Вы делаете только хуже, - сказала ему миссис Хадсон и наклонилась к парню. - Шерлок, дорогой, тебя не похитили. Ты... - Я знаю, - перебил ее он. - Вчера я был взрослым, а сегодня утром проснулся вдруг пятнадцатилетним мальчишкой. И вы считаете, что я поверю в эту чушь? При виде ухмылки Шерлока Грега охватил очередной приступ хохота, и даже миссис Хадсон не сдержала улыбки. Резкий звук дверного звонка заставил вздрогнуть всех присутствующих. Джон, до этого отмалчивающийся, сидя в углу, вскочил с кресла. - Я открою. - немедленно среагировал он. Было видно, что ему просто не терпелось покинуть комнату. Он пребывал в глубоком шоке. Возможно, Майкрофт поможет со всем разобраться. - Доброе утро, Джон, - манерно протянул Холмс старший. - Что у вас стряслось? Ваш звонок с утра заставил меня усомниться в вашей адекватности. Джон оставил колкость без внимания: на разборки не было времени. - Майкрофт, слава Богу, вы здесь. У нас творится что-то невероятное. - Невероятное? - недоуменно приподнял бровь он. - Заходите, смотрите сами, - обреченно вздохнул Джон, пропуская визитера. *** Майкрофт инстинктивно запустил руку в волосы, заметив удивленно-неверящий взгляд брата, скользящий по его лысеющей макушке. Да, без сомнений, это был именно Шерлок, в пятнадцать лет он выглядел именно так. Холмс старший судорожно стиснул подлокотники кресла, заметив почти зажившую ссадину на коленке паренька. У взрослого Шерлока она была превращена в белесый шрам, об обстоятельствах его получения он предпочитал отмалчиваться, однако Майкрофт знал, в чем было дело. Юный Шерлок не отличался ни особыми способностями, ни горячей любовью к спорту, однако их отец был заядлым наездником и держал при поместье небольшую конюшню. Каждые выходные они совершали небольшие прогулки по окрестностям. Шерлок ненавидел их всеми фибрами души, но спорить с отцом было бесполезно. И вот в один из таких дней, он слетел со своей лошади, смачно пропахав пару метров коленями и заработав шрам на всю жизнь. Воспоминания мелькали все быстрее и быстрее, Майкрофт словно вернулся на двадцать лет назад, он с трудом удержался от попытки мельком взглянуть в зеркало, чтобы убедиться, не произошло ли и с ним то же самое. Собравшись с силами, он вздохнул и продолжил беглый осмотр. Шерлок не так уж и изменился за последние двадцать лет, разве что стал немного выше, чуть покрепче, но в целом оставался все тем же: та же густая копна непокорных кудрей, тот же пронзительный взгляд льдисто-серых глаз, те же вальяжные аристократические манеры. - Узнал? - после затянувшейся тяжелой паузы спокойно спросил Холмс старший. Не удостоив брата ответом, парень отвернулся и спрятал лицо в ладонях. Майкрофт, тяжело вздохнув, поднялся, жестом призывая всех собравшихся последовать за ним. Он тихо прикрыл дверь, позволяя Шерлоку остаться наедине со своими мыслями. *** - Я забираю Шерлока? - полуутвердительно-полувопросительно протянул Майкрофт. За закрытой дверью гостиной Шерлок затаил дыхание в ожидании неизбежного согласия. Как ни странно, ему хотелось остаться здесь. И впрямь печально, когда похитители детей относятся к тебе лучше, чем ближайшие родственники. Впрочем, парень знал, что никакие они не похитители. Вернее, был уверен на девяносто девять процентов. Шерлок видел дату на одном из экземпляров "Таймс" на кухне. Если это не качественная подделка (а он все больше и больше убеждался в том, что это не так), значит, его мать с отцом давно мертвы. Наверное, ему следовало бы горевать по ним, но на самом деле он испытывал чувство, подозрительно похожее на облегчение. Взгляд его наткнулся на череп, мирно стоящий на каминной полке. Это был действительно его череп. Аккуратные засечки и крошечный скол - дело несомненно его собственных рук. Тонкий слой пыли свидетельствовал о том, что он стоит здесь уже довольно давно. Скрипка, небрежно брошенная на кресло. Несомненно его скрипка. Авторская работа, таких в мире не больше сотни, спутать было почти невозможно. Струны были многократно заменены, нижняя дека значительно потерлась от частого использования. Фоторамки. Целый ряд выстроившихся, словно солдаты на плацу, фотографий. На них был запечатлен он сам на пару с тем мужчиной, Джоном Ватсоном. Он счастливо улыбался с каждого кадра, стоя рядом с самим Шерлоком, со скучающим видом смотрящим в объектив. Сомнений не оставалось, это был действительно он. Повзрослевший, возмужавший, но все же он. И это все, скорее всего, означает, что они говорят правду. Шерлок попытался размышлять логично. Допустим, вчера он был взрослым, и кто-то снова превратил его в ребенка. Какое ужасное проклятие! Это как же надо ненавидеть человека, чтобы сотворить с ним такую жестокость? Он знал, что Джон наверняка согласится. А кто бы отказался? Сам Шерлок не отказался бы ни за что. Шерлок знал, что он из себя представляет. Вряд ли за пятнадцать лет многое могло измениться. Судя по реакции окружающих, никто не был особо удивлен манерой его поведения. Как ни странно, парню совершенно не хотелось покидать это место. Кажется, для него взрослого оно сумело стать настоящим домом. По крайней мере, если бы ему сейчас было позволено обставить собственное жилище, он сделал бы это именно так. Квартира была небольшой, но очень уютной. Главной ее достопримечательностью являлась впечатляющая лаборатория, расположенная прямо на кухне. Дома ему никогда не разрешили проводить опыты, а здесь это было, кажется, в порядке вещей. Маловероятно, что все эти пробирки и вещества принадлежат Джону, а поскольку кроме них двоих здесь больше никто не живет, напрашивается очевидный вывод, что все это богатство принадлежит именно ему. Тут и там Холмс приметил знакомые корешки любимых книг. У старого камина стояла пара мягких кресел. В их поместье вся мебель была деревянной, а эти кресла даже на вид казались чрезвычайно уютными. Шерлок невольно поймал себя на мысли, что никогда и нигде еще не чувствовал себя так комфортно. Вся та неописуемая роскошь их родового поместья не могла сравниться с теплотой и уютом, царившим на Бейкер стрит. Впрочем, его желания никого не волнуют. Быть может, ему удастся сбежать от брата, если он будет уж слишком невыносим. - Я не хочу, чтобы вы забирали его, Майкрофт, - донесся до него отчетливый голос Ватсона из-за закрытой двери. - Что?! - воскликнул он. Брат казался полным идиотом, когда говорил таким тоном. - Ты уверен, дорогой? - удивилась миссис Хадсон. - Уверен, что справишься? - О, Боги, такое впечатление, будто мне на попечение остается часовая бомба, а не просто мальчишка, - возмутился Джон. - Майкрофт, я считаю, что доктора вполне могут осмотреть вашего брата и здесь. Опять эти доктора! Шерлок понять не мог, что он имеет в виду, но зато понял, что домой его не отправят. Внезапно говорящие перешли на шепот, парень не расслышал толком, о чем шла речь, но, казавшийся ему до этого момента спокойным человеком Джон, проявил необычную для него эмоциональность. Он очень тихо, но бурно убеждал в чем-то Майкрофта. Даже, скорее, не убеждал, а спорил. Шерлок безумно сожалел о том, что никак не может расслышать, о чем идет речь. До него долетела лишь последняя реплика, произнесенная Майкрофтом чуть громче: - Я надеюсь на ваше... благоразумие, Джон, - тяжело вздохнул Холмс старший. На минуту в квартире воцарилась тишина. Каждому нужно было тщательно осмыслить происходящее, прежде чем решить, как быть и что делать дальше. *** Дверь открылась, и Шерлок торопливо изобразил на лице привычное бесстрастное выражение. В комнату вошли Майкрофт и Джон. Шерлок взглянул на брата почти со страхом. - Шерлок, ты остаешься здесь. Я пошлю водителя за твоими вещами, однако, надеюсь, они не пригодятся. Я уже связался со специалистами, мы постараемся уладить эту... проблему, как можно скорее. Миссис Хадсон покажет тебе твою спальню. Он остановился на секунду, собираясь с мыслями. -Джон, - Холмс старший прожег Ватсона взглядом, однако он не дрогнул, продолжая невозмутимо смотреть ему прямо в глаза. - Я надеюсь у вас все будет в порядке. Майкрофт как будто хотел сказать что-то еще, но промолчал и вышел. Шерлок взглянул на Джона, стоящего посреди гостиной с совершенно растерянным видом. - Почему вы предложили оставить меня здесь? - тихо спросил Холмс, как только они остались наедине. Ватсон принялся собирать чашки, казалось, ему тоже было не по себе, он пытался занять чем-то руки. - Я ничуть не жалею о собственном решении, Шерлок, - спокойно ответил доктор. - Я не предложил, я настаивал. Мы с тобой... Довольно близко общались, я неплохо тебя знал... Гм, как мне казалось. По крайней мере, обществу Майкрофта ты всегда предпочитал мое. За то время, что мы были знакомы, я успел убедиться в том, что особой любви вы друг к другу не питаете. Просто хотел помочь. Шерлок отстраненно кивнул и медленно опустился в кресло. Ему предстояло еще многое обдумать.