Houston, I think we got a problem!

      Еще такой маленький мальчик в испуге сидел в темном углу своей комнаты и сильно сжимал ладошками уши. Ему не хотелось снова слышать их ругань. Не хотелось потом снова видеть маму в слезах, а папу таким нервным и потерянным. Ему казалось, что у него нет семьи; есть просто мама и папа. Нет согласия и мирной жизни. На этот раз папа ушел навсегда. Далеко. Он предал... ***       — Мама, - тихий, еле слышимый голос шестилетнего мальчика заставил женщину вздрогнуть, - а где папа? Он ушел? Такой мягкий голос, детский и наивный. Зейн умоляюще поднял глаза на маму, будто надеясь на отрицательный ответ. Хоть папа и не был примерным семьянином, не отличался особым отцовским характером, не являлся таким, каким хотел видеть его Зейн, он все равно его любил. Любил искренне, сильно, от всего сердца, пока не настал тот день, день, когда он узнал всю правду. Злость, ненависть, ярость, гнев окутали Зейна. Папа ушел к мужчине! И не к женщине, а именно к мужчине. Потрясение - вот что осталось у него после отца. Он никогда не будет щадить таких, как его отец. Никогда... Прошло время. Парень повзрослел, стал магнитом для всех. Его обаятельная внешность, обворожительная улыбка сводили с ума всех вокруг. Его властный характер и гнилая душа, наполненная ненавистью – во всем виноват лишь один человек – отец. Никто больше, разве что остальная часть таких, как он. На дух не переносил всех этих смазливых противных мразей, которые отобрали у него детство. Отобрали отца, отобрали самое лучшее, что у него было, самое родное и близкое... На другом конце тонкой нити, которая прочно связывала Зейна с другим парнем, жил мальчишка с не менее сложным детством. Нет, его отец не уходил от семьи ради другого мужчины, даже не ради другой женщины, он просто ушел. Причина проста – Найл. Его рождение стало потрясением для молодого мужчины. Он не выдержал, ничего не сказал и просто ушел. Это даже еще хуже. ***       — Мама, а это правда, что папы бывают и у мальчиков тоже? – осторожно спросил Найл, крепко схватив за руку самого дорогого в мире человека.       — Правда... - выдохнула Маура.       — А где тогда мой папа? – все так же медленно, будто боясь чего-то, спрашивал мальчишка. Такой же наивный, как все дети, живущий мечтами и радужными снами. Все надеялся, что его отец в дальнем плавании или геройствует на войне. Ребенок. Наивное существо с легким румянцем на щечках. Как все дети, вырос и малыш Найл. Сказать честно, ничего броского в нем не было. Только его глаза: такие голубые, затягивающие, яркие. В отличие от Зейна, Найл был замкнутым и спокойным, не любил заводить беседы, вообще не любил общество. Он боялся себя, ведь совсем недавно узнал о своей особенности – он гей...