Пленники любви

      Когда я проснулся, Артура рядом уже не было. Он всегда вставал раньше. Из ванной доносился звук льющейся воды. Я представил, как он плещется в душе, и меня накрыло возбуждением. Присоединиться бы сейчас к нему, дотронуться до его обнажённого влажного тела и целовать его под струями воды, прижаться к его спине и долго и нежно любить его… Однажды так и будет. Надеюсь, что скоро, иначе я совсем двинусь от ожидания и воздержания.       Я вспомнил о его вчерашнем ночном признании, и на душе стало светло и радостно. Уж не приснилось ли мне всё это? Слишком волшебно, чтобы быть правдой.       - Доброе утро, Саша. Как самочувствие? – поинтересовался Артур, выйдя из ванной в белоснежном махровом халате.       - Доброе утро, мой спаситель. Спасибо тебе, что быстро хватился и оказал помощь. Мне намного лучше.       - Я тут не при чём. Тебе доктор помог. Уколы сделал. Я ампулы оставил, если что.       - Ты – мой главный доктор. А как твоё плечо?       - Всё в порядке, оно чаще болит после тренировки.       - Не выматывай ты себя так этими тренажёрами.       - Это привычка, не могу иначе.       Он прошёлся по спальне, остановился у окна, задумчиво глядя на открывающийся за ним вид. Я подошёл к нему сзади, обнял и уткнулся носом в его горячую влажную шею, пахнущую гелем для душа. К счастью, Артур не возражал.       - Как спалось? Кошмары не мучили?       - Нет.       - А я не храпел?       - Вроде, нет.       - Слава Богу. Артур, ты… будешь со мной?       Наверное, я совсем потерял рассудок после вчерашнего состояния между жизнью и смертью, раз решился спросить такое. А хули медлить? Может, я скоро помру. Как глупо помереть не на поле боя, а в комфортной гостинице с видом на Кремль и прочие достопримечательности... Надо держать себя в руках, меньше пить и меньше нервничать. Это практически невозможно, но ради такого родного и любимого человека, как Артур, я обязан жить. Ведь ему было и есть в разы хуже, чем мне. Я должен охранять своего телохранителя и заботиться о нём, а не он. Звучит смешно, но так и есть. За эти несколько дней, проведённых вместе, я осознал, насколько он дорог мне, и влюбился в него ещё сильнее, хотя, казалось бы, дальше некуда. Я был без ума от него, как четырнадцатилетний школьник, в организме которого зашкаливают гормоны, от своей одноклассницы. Для сорокалетнего мужчины такое состояние было странным и опасным морально и физически. Плюс ко всему, он был не девушкой-одноклассницей, а мужиком. Купидон явно промахнулся, но выстрелил, как снайпер. Значит, знал, куда целился. Но что мне теперь делать со всем этим, Купидон не сказал.       Артур повернулся ко мне лицом, удивлённо глядя.       - Я и так с тобой.       - Я имею в виду, как пара.       - Ты о чём, Саша?       - Я о нас, Артур. Считай, что делаю тебе официальное предложение. Мы можем даже скрепить наш союз браслетами или кольцами. Что тебе больше нравится? Я голосую за кольца, и плевать я хотел, что об этом подумают окружающие.       Он освободился от моих рук. Глаза Артура совсем округлились.       - Как ты себе это представляешь?       - Так и представляю. Ты, я и два кольца на пальцах. Что скажешь?       - Скажу, что я твой телохранитель, не больше.       - Даже если любишь меня?       Он отводил взгляд, но я упрямо заглядывал ему в лицо.       - Саша, - вздохнул он. – Мы уже говорили на эту тему. Я не смогу дать тебе полноценных отношений, не оправдаю твоих надежд. У меня ведь действительно в каком-то смысле крыша поехала.       - Для меня эти отношения уже полноценные. Мы встретили друг друга, нам хорошо вместе. А крышу твою мы починим. Уверен, что помогу тебе своим терпением и любовью. Ты ещё увидишь, насколько спокойно и долго я могу ждать. Ты, главное, не накручивай себя, не такой уж ты псих.       Я взял его за руку, утонул в его таинственно-тёмных глазах и улыбнулся. Я был счастлив.       - Ты начинаешь привыкать к моим рукам.       - Учусь принимать то, о чём мечтал. А привыкать - боюсь.       - Не бойся.       - Если и смогу привыкнуть, то наверное только к твоим рукам.       - Это хорошо. Пойдём завтракать, а потом на прогулку. Отвезу тебя в старинную усадьбу, погуляем под листопадом…, - я схватил его ладонь и поцеловал тёплые пальцы.

***

      День наконец-то выдался погожим и располагающим к прогулке. Мы неспешно шли по тропинкам усадьбы Архангельское, ловя лучи осеннего солнца, проникающие сквозь разноцветную листву, и пили кофе. В свой стаканчик я тайком подлил коньяк. Во всяком случае, мне хотелось верить, что Артур этого не заметил.       - Дворцово-парковый ансамбль восемнадцатого века... Это место называется подмосковным Версалем? – спросил Артур, заинтересованно созерцая парк и скульптуры, расположенные в нём.       Я аж поперхнулся. И откуда он знает то, чего не знаю я? Наверное, успел просветиться в Википедии, пока мы ехали сюда, стоя в пробках.       - Мнения разнятся. Как по мне, так это похоже на Петергоф. Ты не был в Питере?       - Нет.       - Ну, вот, считай, что ты сейчас под Питером. А до Питера мы с тобой тоже доедем легко, четыре часа – и мы там. Но загадывать не будем. Сам понимаешь. Если будет необходимость, вернёмся обратно раньше, чем хотелось бы. А я бы совсем не возвращался, ездил бы с тобой по разным городам хоть месяц, хоть год.       Он улыбнулся.       - Рад слышать. Но это желание несерьёзно, Саша, и безответственно. Тебя ждёт страна и семья.       - Моя семья – это ты.       - Это – не так, ты это сам знаешь, - мне показалось, что Артура разозлила моя фраза.       - Не тебе решать, так это или не так, - довольно резко ответил я. Он поник.       - Тебе это только кажется.       Мы находились сейчас в безлюдной аллее усадьбы, далёкой от центральных, где обычно массово гуляют на свадьбах с бесконечными фотосессиями, битьём бокалов и невестами в опостылевших пышных белых платьях. Я, как маньяк, утянул его за собой в самую мрачную глубь, ближе к пруду, прижал к первому попавшемуся стволу дерева и смотрел глаза в глаза самому дорогому для меня человеку.       - Кажется? Я тебе говорю о своём выборе и решении, а их я не меняю. Ты - моя семья сейчас, и, что бы ни произошло, это не изменится. Как мне может казаться такое?! Да, я буду заботиться о детях, помогать жене, но с этого дня я хочу быть только с тобой. Понимаешь?       Он молчал и резал меня своим молчанием без ножа. Одно дело его травма, другое, что он, судя по всему, мне попросту не верит!       Наши лица находились так близко, что я начинал терять контроль над собой. Ещё сантиметр - и я поцелую Артура в губы. То ещё испытание для выдержки... Но я понимал, что ещё рано, ни в коем случае сейчас этого делать нельзя, и только соприкоснулся своим лбом с его. Взгляд Артура в тени деревьев был несчитываемым, я не понимал, что у него на душе, но он не отстранялся, не избегал моих объятий, а это уже успех.       И так не кстати я почувствовал бедром вибрацию телефона, лежавшего в кармане джинс Артура. И кто ему названивает, интересно узнать. Обычно это только я. Ну, и пара его ближайших соратников-телохранителей. А о своём телефоне я и вовсе позабыл.       - Кто там ещё? Кому неймётся? - рассердился я. Ведь сейчас вполне мог состояться наш первый поцелуй.       Он долго смотрел на номер, отображаемый на экране, затем ответил на звонок и отошёл подальше от меня в глубину аллеи. Странно. Раньше он так не делал, всегда говорил при мне, а теперь ему звонил кто-то таинственный и явно по личному вопросу. Может, ему позвонил врач? Ну, что ж, Артур имеет право на интимные разговоры.       Он молчал, слушая чей-то голос в трубке, и отвечал тихо и коротко - так, что мне было не разобрать его слов издалека. Телефонный разговор длился всего несколько минут, а я уже почувствовал что-то неладное. Я тоже хорош - позабыл совсем о своём гаджете, окунулся с головой в чувства. Может, там новости от моих замов важные, а я тут на природе гуляю, парня пытаюсь охаживать.       - Что случилось? Кто звонил? - взволнованно спросил я, мысленно готовясь к новому гипертоническому кризу.       - Твоя жена, - ответил Артур.       - Чего-о-о? - я аж обалдел. - Какого хера ей от тебя надо?       - Она до тебя не может дозвониться, вот и злится.       Он выглядел расстроенным.       - Что случилось? Что она там тебе наговорила?       - Ничего, просто спросила... где ты.       - Говори, как есть!       Он вздохнул.       - Да так, сказала мне пару ласковых. Я её понимаю. Она сердится на тебя, ревнует, наверное...       - Это её проблемы, - грубо произнёс я. - Что именно она сказала тебе? Нахамила?       - Есть немного. Ничего нового о себе я не услышал. Всё нормально, Саша, не переживай. На правду не обижаются, а на рассерженных женщин - тем более. Ты бы уделял ей побольше внимания. Мне кажется, ей плохо, - посоветовал Артур.       Поражаюсь его выдержке. Его только что наверняка моя ненаглядная обозвала "дырявым" петушком или кем-то в этом роде, а он заботится о её настроении и самочувствии.       - Уделю, обязательно, развод ведь дело хлопотное и требует внимания. А перед этим все кредитки заблокирую нахрен и сотру её страницы в соцсетях. Выкладывает туда бред какой-то, совсем оборзела, - проговорился я. - Может, хоть тогда мозги на место встанут. Хотя, это уже вряд ли. Не отвечай больше на её звонки.       - Она звонила с незнакомого номера.       - Вот стерва...       - А что она выкладывала на свою страницу?       - Не важно, - махнул я рукой. - Ладно, пойдём к пруду, уток покормим. Тебе же здесь нравится?       - Да. Очень красиво.       Мы спустились вниз по пригорку к пруду, отгороженному от основной части усадьбы деревьями, и присели на лавочку. Уток наблюдалось немного, зато белые и розовые водяные лилии и камыши присутствовали здесь в изобилии.       - Такое интересное место. Там дворец и скульптуры, открытое пространство, а тут - простой заросший деревенский пруд.       - Сюда, наверное, приходили уединяться разные князья, подальше от посторонних глаз, прямо, как мы с тобой, - ухмыльнулся я.       Он настороженно обернулся. Привычка.       - Артур, хватит, расслабься. Просто листья шуршат, когда падают. Или ты хочешь проверить эти кусты?       - Хочу, - совершенно серьёзно ответил он, встал и прошёлся позади лавочки.       - Вот неугомонный.       Я допил свой кофе и полез в карман за фляжкой с коньяком, пока Артур не видит. А он что-то долго не возвращался. Отлить, что ли, решил? Так тут сортир нормальный есть, надо бы сказать ему. Я обернулся и застал его зависшим над телефоном, он что-то разглядывал в нём.       - Ты чего тут затихарился? С подружками переписываешься? - глупо пошутил я.       Он вздрогнул, как будто я застал его за чем-то постыдным, но телефон прятать от меня не стал. А я заметил на экране знакомую фотографию с фуршета, где мы с ним запечатлены вдвоём.       - Откуда это у тебя?       - Не у меня. Это у Нади твоей.       Вот чёрт. Наверное, он уже успел прочитать и её язвительные комментарии к этому фото, и прочие...       - Перелистни, - попросил я.       Он исполнил мою просьбу. На следующем фото красовалась моя сдержанно улыбающаяся жена в новом наряде. Артур смотрел, не мигая, стеклянным взглядом в экран телефона. Он наверняка успел прочитать всё или бОльшую часть комментариев под нашим с ним фото.       Я нарушил тишину:       - Скажи что-нибудь, не молчи.       - Гарна сукня...,* - едва шевельнул он губами, глядя куда-то себе под ноги.       - Артур, не бери в голову. Обиженные женщины способны на любые поступки, кроме адекватных, - я слегка встряхнул его за плечи. - Это просто фото.       - Я понимаю. Справлюсь, бывал я в ситуациях и похуже.       - Да и вообще, - я попытался выкинуть обманный манёвр. - На той фотке мы неплохо смотримся вместе, как ты считаешь?       - Да, неплохо.       - Кстати, если уж мы о фото заговорили, то у нас с тобой ещё нет ни одного селфи, надо бы замутить, сейчас это модно. Или, как там говорят...в тренде, - я старался сгладить неприятную ситуацию, как мог, чувствуя, что поведение моей жены задело его за живое. Ведь даже одна лишь её двусмысленная гадкая фраза положительных эмоций точно не прибавляла: "До­вери­ла мужу нас­то­яще­му муж­чи­не. Ар­тур в своё вре­мя был очень бли­зок с од­ним из на­ших ге­ро­ев-ко­ман­ди­ров, тра­гичес­ки по­гиб­шим ком­ба­том, и тя­жело пе­режи­вал его смерть, а те­перь пре­дан мо­ему му­жу и бе­режёт его по­кой круг­ло­суточ­но. Ар­тур, луч­ше те­бя не спра­вит­ся ник­то", не говоря уже о том, что ещё она могла наплести моему охраннику во время её внезапного звонка.       - Да, надо.       - Но в интернет выкладывать не будем, сфоткаемся только для себя, - натянуто посмеялся я.       - Хорошо.       Случилось то, чего я боялся больше всего - он снова закрылся в себе и отвечал односложно и без эмоций, как робот. Это было очень дурным знаком. Умом я понимал, что с его психологической травмой восстановление может длиться долго и непредсказуемо - шаг вперёд, два назад, но моё сердце было влюблённым, а потому глупым и нетерпеливым, и оно не выдерживало этой пытки, желая торопить события.       - Так, пойдём. Убери ты этот телефон! Тут утки голодные, - я потащил его за рукав кожаной куртки обратно к скамейке и усадил.       Утки и правда крякали как обезумевшие. Я достал нехилого размера многослойный бутерброд, припасённый специально для длительной прогулки, и пожертвовал парой кусков хлеба, раскрошив их и кинув в пруд.       Птицы мгновенно налетели на корм, довольно покрякивая.       Прямо около берега красовалась белая водяная лилия, покачиваясь на лёгких волнах. Я наклонился, рискуя поскользнуться на прибрежной глине, и сорвал её. Пусть я вёл себя как школьник, но я не мог иначе, желая видеть улыбку, а не печаль на лице Артура.       - Вот, держи, - вручил я цветок своему телохранителю. - Символ чистоты.       - Чистоты? Боюсь, в моих руках он запачкается.       - Не запачкается! - я почти прорычал это, глядя на задумчивое лицо Артура, рассматривавшего лилию.       - Есть ещё одно значение. Символ смерти, - ухмыльнулся Артур. - Это подходит больше. Всё же, спасибо.       Он приблизил лилию к своему носу, и я, не удержавшись от желания запечатлеть этот момент, включил свой телефон и сделал пару фотографий.       Он спалил меня, улыбнулся и смутился.       - Зачем это, Саша?       - На память. У тебя такая красивая улыбка, а вижу я её редко. Улыбнись ещё раз, пожалуйста, и улыбайся как можно чаще.       - Я по заказу не умею, и у меня не так много поводов для радости.       - Когда-нибудь всё будет по-другому, - заверил я.       - Да, будет, - неискренне согласился он.       - Во всяком случае, отсутствие улыбки тебя не портит, - я присел рядом с ним, демонстрируя фотографии, которые и правда вышли замечательными. - В этом что-то есть. Грустный парень над белой лилией. Смотри, как здорово получилось.       Брюнет в чёрном в тени деревьев с белым цветком смотрелся необычно и контрастно.       - Ты эстет.       - А ты - это ты, и никакая грязь к тебе не прилипнет.       Я обнял его, и мне было не важно, будет он протестовать или нет. Но он не сопротивлялся и даже обмяк в моих руках, положив голову мне на плечо. Незабываемые мгновения. Зацветший пруд в камышах, лилиях и утках, скамейка, скрытая в тени деревьев, листопад и мы вдвоём. Как будто так было всегда, так должно быть и так будет, в чём я и не сомневался.       - Здесь хорошо. Так спокойно, - подал голос Артур.       - Да, это точно.       Счастливые часов не наблюдают. Не знаю, сколько мы уже сидели здесь, слушая шум ветра в листве, дыхание друг друга и кряканье уток - может, полчаса, а может, и час, но пора было показать Артуру основную достопримечательность усадьбы изнутри.       - Ну, что, во дворец пойдём?       - Куда?       - Во дворец. Хоть мы и не князья, но тоже вполне высокопоставленные особы, - ухмыльнулся я. - Посмотрим на шикарные хоромы.       Мы снова поднялись на холм, где располагалась усадьба, и направились к кассе. Перед тем, как купить билеты, охранник строго посмотрел на меня.       - Саша, надень очки, тебя могут узнать, - предусмотрительно попросил меня Артур. - И бейсболку тоже.       - Господи... - вздохнул я, но послушно сделал то, что он рекомендовал.- Да кто тут вообще внимание обратит?       Людей во дворце-музее было, к счастью, немного. К нам сразу подлетела девушка-гид, но мы отказались от её услуг.       Обилие золота и зеркал, массивные люстры с канделябрами, камины, причудливые подсвечники, декор из благородных материалов, разнообразие красок... Я был уверен, что всё это обязательно отвлечёт Артура от грустных мыслей и порадует его, и оказался прав - он с нескрываемым интересом разглядывал каждую из комнат во дворце. Наконец-то он смотрел по сторонам не холодным беспристрастным взглядом профессионального телохранителя, а, скорее, восторженным удивлённым взором любопытного ребёнка.       - А это, кажется, спальня, - предположил я, когда мы вошли в огромное помещение в голубых тонах с кроватью, расположенной по центру и прикрытую балдахином.       - Впечатляет... И зачем такая огромная спальня?       Я не нашёлся, что ответить.       - У дворян свои причуды.       - И такая большая кровать... Не впятером же на ней спать.       - Да кто их знает. Недостатком в любовниках и любовницах, думаю, никто не страдал.       У Артура снова зазвонил телефон, и мы оба вздрогнули, как от взрыва. Если это Надя, то я сегодня же вернусь домой и задушу её своими руками!       Мой телохранитель обреченно поднёс трубку к уху, но, судя по его реакции, звонила не моя благоверная.       - Кого встретить? - Артур явно не понимал, что от него хотят. - Я остался вообще-то один здесь. Да, но... хорошо. Я передам.       Артур раздражённо сбросил звонок.       - Где твой телефон? - спросил он.       - Вот, я его поставил на беззвучку, а что случилось? - я полез в карман куртки и достал трубку с приличным количеством пропущенных звонков.       - Было очень плохо слышно, я не разобрал, но кого-то надо встретить. Звонил твой секретарь.       - Я никого не жду, - развёл руками я и принялся изучать пропущенные.       - То ли Данила, то ли Дениса. Наверное, это должно было тебе о чём-то сказать.       - Дэни! - просиял я.       Друг не смог дозвониться и сбросил сообщение, что он вылетает из Ростова и просит его встретить.       - Это кто? - нахмурился Артур.       - Да вы знакомы! Забыл? Один очень хороший парень и самый лучший снайпер, - улыбнулся я, уже представляя, как друг без умолку болтает и смешно коверкает слова со свойственным ему южным акцентом. Он был полной противоположностью Артура - открытый, улыбчивый, юморной и компанейский. - Поехали скорее! У нас немного времени. Я его целый год не видел. Потусим втроём. А здесь мы вроде всё уже посмотрели.       - Наверное, - неуверенно ответил Артур. - Тебе виднее.       - Ну, чего ты, - я истолковал реакцию Артура по-своему. - Ещё досмотрим. Дэни сам тебе сколько угодно из истории расскажет. Давай, давай, пойдём, - поторопил я. - Где там нас водила ждёт? У центрального входа?       Артур только кивнул в ответ.