Пленники любви

      Чем ближе была дата возвращения Артура из поездки в заснеженную Сибирь, куда я опрометчиво сбагрил его, не ведая ещё, в какой загул уйду в отсутствии любимого, тем сильнее чувство вины овладевало мной. Как я буду смотреть ему в глаза? Как я буду целовать его, думая о другом? И, главное, как поведёт себя Артур, узнав о моей интрижке? Нельзя допустить, чтобы он узнал, это будет для него серьёзной травмой. Я даже боялся представить, что может произойти, если мой косяк всплывёт.       — Лёх, а ведь вы с Артуром вроде друзья? — решил я поддеть напарника моего возлюбленного, куря после очередного жаркого соития. В конце концов, он знал, куда влезает, должна ведь и его совесть грызть, наверное.       Лёха прошёлся по комнате в чём мать родила, ничуть не стесняясь, словно дразня меня и специально демонстрируя своё тело, налил воды из кувшина, коснулся стакана припухшими после постельных утех губами, смачно глотнул…       — Скорее, приятели.       — Всё равно некрасиво получается — ты ж у приятеля мужика увёл… Точнее — одолжил. Ты же понимаешь, что, когда вернется Артур, всё будет как раньше, я буду с ним? И я не хочу, чтобы он узнал о нас.       Лёха продолжил пить воду, затем уселся голой задницей в кресло и закурил. Я лежал на кровати и с восхищением созерцал этого обнажённого красавца, которому не составило труда толкнуть меня на измену.       — Не переживай, Саша. Он ни о чём не узнает. Наверное…       Возникало ощущение, что Лёхе безразлично то, что я не скрываю — допустил его к себе временно и от Артура не откажусь, он слишком дорогой ценой мне достался. Но уверен, что это было далеко не так. Докурив сигарету в несколько жадных затяжек, он вдруг спросил:       — А тебе самому хорошо со мной?       — К чему этот вопрос?       — Просто скажи.       — Сам видишь, хорошо, — обречённо ответил я, вздохнув.       Лёха улыбнулся и кивнул. Он остался доволен моим ответом.       — И откуда ты только такой умелый выискался…       — Толковые учителя были, — улыбнулся он.       — И много у тебя было таких учителей? — съязвил я, поневоле начиная ревновать Лёху к бывшим.       — Нет. Я не встречаюсь с кем попало.       — Разборчив в связях? Молодец. Нам надо прекращать всё это, Алёша, — произнёс я не особо уверенно.       — Зачем? Мы можем встречаться и дальше, если ты захочешь.       Похоже, он совсем берегов не видит.       — Это вряд ли.       — Как скажешь. Но мне казалось, тебе понравилось.       — Послушай, Алёша. Мне действительно всё очень понравилось, даже более, чем, и я благодарен тебе за всё, но пойми, удовольствия — это не самое главное для меня по жизни!       — Правда? Да ладно. Ты любишь и ценишь удовольствия: вкусно поесть, сладко поспать, — он ухмыльнулся и разоткровенничался вдруг: — Я всегда хотел узнать тебя ближе, и я рад, что подвернулся такой шанс. Раньше я бы не решился, и в мыслях не было, тебя ведь только женщины интересовали. А после того, как я заметил, что ты с Артуром…       — А что, это очень заметно? — заинтересовался я.       — Для меня — да. Для остальных нет. Все думают, что Артур рядом с тобой просто для круглосуточной охраны.       — Это хорошо.       — Можно я спрошу? А ты вообще уверен в Артуре? С его биографией…       И Лёха туда же. Вообще, ему выгодно заливать на эту тему, чтобы настроить меня против Артура. Любовь, конечно, слепа, но меня сделать слепым непросто. Впрочем, я давно смирился с тем, что, если и пригрел на груди змею в виде вражеского шпиона, то значит, судьба такая, чему быть, того не миновать. Из уст Лёхи беседа об Артуре особенно раздражала, ведь он не мог быть объективным априори — как ни крути, Лёха пролез туда, где ему надолго места не было, и потеснил Артура.       — Не начинай. Я уже сто раз слышал этот вопрос. От кого только не слышал. Ни в ком нельзя быть уверенным на сто процентов, даже в себе.       — Это да, согласен. Но всё же, Саш, а вдруг он засланный шпион, работает на два фронта? Вдруг подставит тебя? За тобой целый народ, в тебя верят и за тобой идут, а начальник твоей службы безопасности — с вражеской стороны. У него доступ к любым данным. Это большой риск. Я вот, хоть и общаюсь с ним, до сих пор не раскусил его, не пойму, что он за человек. Он очень умный и скрытный. Он шарит в таких вещах, в которых простой сельский парень обычно ничего не отдупляет.       — Так, всё, хватит. Не наговаривай на Артура.       — Я не наговариваю. Просто будь осторожнее. Ты подпустил его слишком близко. Вхождение врага в частную жизнь клиента — это смертельная опасность. Ты подставляешь не только себя, как я уже сказал.       Ничего себе поучительные лекции начались! Я с трудом сдерживал гнев. Но злился-то я на себя, понимая, что Лёха прав, пусть сейчас и давит на меня, потому что так в первую очередь выгодно ему.       — Я по-твоему идиот? Я всё прекрасно понимаю. Яйца курицу не учат.       — Смотря, какие яйца, — улыбнулся Лёха, переведя этот серьёзный тяжёлый разговор в шутливое русло, и я решил поддержать эту мысль.       — Да уж, яйца у тебя что надо!       — В общем…я, наверное, наговорил лишнего, но я не мог не сказать об этом. Будь осторожнее с Артуром, Саша. А ещё я, конечно, завидую ему, я понимаю, что у вас всё серьёзно…       — Да, это так, — подтвердил я.       — Я и не претендую на что-то большее, просто хочу, чтобы ты знал: ты всегда можешь рассчитывать на меня, если захочешь повторить то, что было. Это ведь было круто, правда?       — Ещё как круто… — согласился я, заранее начиная жалеть о завершении бурного секс-марафона с привлекательным и умелым парнем. — Спасибо тебе. Я давно ни с кем так не отрывался. Ты уж прости, если я был грубым. — Я вспомнил, как несколько раз жёстко трахал его до крови на простыне.       — Всё отлично. Это как раз то, что мне нужно. И тебе вроде тоже, Саша. Если что, ты всегда можешь обратиться ко мне за этим.       — Я буду иметь в виду, — сухо ответил я.       — Ты — охуенный мужик, Саша. Я думаю, тебя легко хватит на двоих. А может, и на троих. Тебе гарем нужен, как думаешь?       — Не нужен.       Лёха резко встал и начал одеваться.       — Ты куда? — удивился я.       — Перепутал ванную с прихожей, — вернул он мне мою шутку, которую я произносил, когда останавливал его в дверях в нашу с ним первую ночь. Теперь я осознал, что это было роковой ошибкой, но какой умопомрачительно сладкой ошибкой! — Не хочу, чтобы нас застал Артур, — пояснил свой уход Лёха.       — Да ладно, он только утром прилетает в Ростов, и то, если кончится снегопад, и его рейс не задержат. У нас ещё есть время.       — Не надо, Саш. Ты же сам сказал, что пора прекращать это всё. Вот, я и прекращаю.       — Погоди ты, не гони!       Я сдёрнул с него куртку, он накинул её обратно. Я сгрёб его в объятия и засосал в губы. Он ответил непривычно сдержанно и прохладно, упираясь руками мне в грудь.       — Хочу тебя… — шептал я как умалишённый, целуя и вылизывая его лицо, ухо, шею… — Останься, Алёша, я прошу тебя!       Он прикрыл глаза, подставляясь под мои поцелуи, задышал жарче. Как же он меня заводит! И как же я мечтаю избавиться от этого наваждения!       — Саша, я останусь.       — Оставайся!       -…Но при одном условии.       — При каком?       — Что это не последняя наша встреча, и мы увидимся снова не только на работе.       Сейчас я был готов сказать всё, что угодно, поэтому брякнул, не задумываясь:       — Не последняя, обещаю. Мы с тобой ещё зажжём! Я без ума от тебя, чтоб тебя, бля…       Лёха ответил на мои ласки со всей страстью, на которую был способен, чуть не задушив в крепких объятиях, и я потащил его за собой к многострадальной кровати, которую мы уже изъездили вдоль и поперёк за это время. Надо будет не забыть поменять постельное бельё к приезду Артура, мелькнуло в голове и сразу же забылось — да какой там Артур, когда подо мной такой парень!..

***

      Наутро я был выжат как лимон и, в то же время, полон сил и удовлетворён. Ещё бы. Ни комплексов, ни предрассудков, ни тормозов, просто ураган страсти, а не парень, Лёха словно был рождён для того, чтобы дарить и получать наслаждение. Поспать почти не удалось. Мне не привыкать к такому, но я бы предпочёл не спать рядом с Артуром, а не с Лёхой. Ночка выдалась жаркой, однако на душе после неё было гадко. Так часто бывает — в дурмане похоти готов почти унижаться, а потом приходит чувство вины, начинаются угрызения совести, осознание своей слабости накрывает с головой. Так позорно поддаться искушению, так легко променять любимого парня на другого… Как я мог? О чём я думал? Да ни о чём. Только о себе.       Но всё же мне было хорошо. Одного красавца я люблю, другого имею как хочу. Не жизнь, а сказка, бля.       Артур и Денис вернулись раньше, чем планировали — устроили мне сюрприз, приехав без предупреждения. Сюрприз предполагался приятный, но я напрягся, учитывая обстоятельства. Пока я метался по квартире, судорожно пытаясь сообразить, все ли следы моей грязной измены я успел замести, Лёха спокойно курил на кухне. Слава Богу, он успел одеться, так что, выглядел вполне пристойно, будто только что пришёл, а не ночевал здесь. Убирать было, что: чужое бельё в ванной, чужая зубная щётка, бокалы с недопитым вином в спальне… Наверняка, я мог проколоться на чём-то ещё, но думать об этом, накручивая себя, сейчас не хотелось. Будь, что будет.       Денис болтал без умолку на ломаном русском, а Артур демонстрировал сувениры из поездки, улыбаясь. Как же я соскучился по нему!       — Устал с дороги? Отоспись, работа подождёт.       Мне бы самому отоспаться…       — Всё в порядке, я подремал в автобусе.       — Ну, как знаешь. Мог бы и отгул сегодня взять.       — Не надо. Лёша и так долго был вместо меня.       Эх, Артурка, знал бы ты, насколько он был вместо тебя… Украдкой я наблюдал за реакцией Лёхи на его бывшего друга. Он ничем себя не выдавал, расслабленно улыбался, обнимал и приветствовал соратника. Разве что, поглядывал немного надменно.       — Смотри, какой ушанка я себе купить! — похвастался Дэни, напялив новый меховой головной убор ярко-синего цвета, в котором он выглядел нелепо.       — О, да ты теперь первый парень на деревне в такой-то шапке! Как раз на наш зимний дождь пригодится, — рассмеялся я.       — Ничего ты не понимаешь в моде, — махнул Денис рукой.       — Да уж, куда мне до тебя…       — Лёша, мне же подойти ушанка?       — Идёт, Дэни, идёт, — заверил Лёха товарища, с трудом сдерживая смех.       — Вот, видишь, мне подходить, то есть идти!       — Саш, я только переоденусь и буду готов. Я быстро. — Артур пошёл было в ванную, но я его опередил, проникнув туда первым и желая ещё раз убедиться в отсутствии там каких-либо улик, указывающих на длительное пребывание Лёхи в моей квартире.       — Ты чего?       — Ничего. Просто соскучился по тебе, — я расцеловал Артура, пока никто не видит.       — Я тоже соскучился. Очень.       — Ты не в обиде, что я сослал тебя в Сибирь? Ничего там себе не отморозил?       — Нет. Мне понравилось. А мороз даже на пользу пошёл. Очень бодрит. Такой контраст с нашей погодой, ну, то есть… с вашей, местной, — виновато поправил он свою фразу.       Из песни слов не выкинешь, тем более — из военной. Похоже, Артур всегда будет мысленно проводить границу и заморачиваться из-за того, что он бывший пленный с вражеской стороны.       — Совсем сдурел? Ты наш в доску! Меня охраняешь днём и ночью. Куда уж роднее-то?       Я снова вспомнил, как это — касаться губами любимых восточных скул, слышать любимый голос… Нет ничего прекраснее, и быть не может. Никакие потрахушки на стороне не заменят для меня отношения с Артуром, какими бы непростыми они ни были порой.       — Саш, неудобно перед ребятами. Ты лучше иди к ним, а я пока в душ.       — Да похер на всех, им и без нас весело. Давай, я тебя помою, Артурка? Как раньше. Тебе вроде нравилось…       Я и сам не заметил, как со скоростью спринтера разделся и оказался в душевой кабинке рядом с Артуром, не дождавшись от него согласия и даже не подумав, что он может быть против такой спонтанности с моей стороны. Спустя мгновение я уже намыливал моего мальчика гелем для душа, вот только я упустил из вида, что это совсем не тот гель, которым обычно пользовался Артур, а Лёхин, какой-то два в одном, заменяющий заодно и шампунь.       — Вкусно пахнет, — отреагировал Артур, обильно покрытый ароматной пеной.       — Да, какой-то Надькин гель из старых запасов завалялся… — выдал я.       Артур промыл глаза под струями воды, уставился на флакон сиреневого цвета и резюмировал:       — Нет, это мужская фирма. Вряд ли Надя таким пользовалась.       — Значит, она для меня его покупала, — нашёлся я, что сказать, и переключил внимание Артура с Лёхиного геля для душа на новость: — Кстати, мы с ней поговорили о разводе. Она не против. Теперь я только твой.       — Ты уверен, Саша? Может, не надо разрушать семью?       — А я и не разрушаю, я только укрепляю. Моя семья — это ты, — игриво улыбнулся я, коснувшись его члена. — Соскучился по мне? Я вижу!       — Саш, перестань, давай потом, ну, не время, ребята рядом… — неубедительно отнекивался Артур, убирая мою руку со своего причинного места.       — А мы тихо, никто ничего не услышит, — шепнул я, укусил Артура за ухо, сцеловал остатки душистой горькой пены с его шеи и начал дрочить ему под душем, лившимся на нас мелким прохладным освежающим дождиком.       Артур был очень возбуждён. Вот уж, у кого точно было воздержание всё это время в отличии от меня. Он кончил быстро и бурно, прикусив до крови свою нижнюю губу, чтобы сдержать стон. Я слизнул кровь с его подбородка и залюбовался тёмным озером глаз, сияющих отблесками пережитого наслаждения, прижал к себе, что было сил, и так и держал, пока Артур не выключил воду и не стал выбираться из кабинки. Я последовал за ним, по пути задев рукой стеклянную полочку — бессонная ночь давала о себе знать, и меня слегка штормило. С полочки упало пара шампуней и что-то ещё, громко звякнув об кафель. Это был браслет Лёхи. По взгляду Артура я понял, что он безошибочно определил, кому именно принадлежит цацка в моей ванной комнате — ещё бы, ведь на ней были выгравированы имя и фамилия. Такие браслеты я видел ещё у нескольких ребят, видимо, аналог жетона смертника, только не в «засекреченном» виде.       Артур поднял браслет Лёхи с пола душевой кабинки и застыл с ним в руке.       — Что это? — нахмурился я озадаченно, надеясь на свои навыки актёрского мастерства.       — Браслет. Вроде, Лёхин… Откуда он здесь?       — Странно… А! У него воду отключили, авария на районе, — сказал я первое, что пришло в голову. — Вот, он помыться и заезжал после шахты.       — После шахты? — удивлённо переспросил Артур.       — Ну, да. Пообщаться с шахтёрами ездили, как с тобой летом, помнишь?       — А, помню. Тебе ещё каска тогда мала оказалась.       — Точно! — улыбнулся я. — На мою голову каску хрен найдёшь. Видать, мозгов много, никуда не влезают.       Вроде, Артур поверил в мою басню про отключение воды и шахту, слава Богу. Теперь главное успеть предупредить об этом Лёху, чтобы врать одинаково.       Артур пошёл переодеваться, а я метнулся на кухню, демонстративно громко и наигранно отругав Лёху за то, что он разбрасывает свои цацки, где попало, и одновременно выразительно подмигивая ему.       — Виноват, извините, — пробасил Лёха и надел браслет.       Дэни заинтересовался происходящим. Ещё и этот дурень на мою голову!..       — А что есть цацки? Я знаю только цыпки.       — Украшения на русском сленге, — пояснил ему Лёха. — Кольца, браслеты, серёжки…       — А, я понимать. Интересное слово.       — Дэни, уроки русского будут потом, у меня оперативное совещание. Иди пока Артуру собраться помоги, — не особо вежливо прогнал я с кухни друга и вышел на балкон вместе с Лёхой под предлогом покурить.       Он смотрел на меня всё с той же блядской поволокой в глазах.       — Ты нарочно браслет в душе оставил? — спросил я тихо, но зло.       — Никак нет, — ответил Лёха, улыбнувшись уголком искусанных мной пухлых губ и медленно обведя их кончиком языка. Вот паршивец! Не успел вылезти из-под меня, а уже снова за своё. — Я больше так не буду, Саша.       — Какой нахер Саша?! — взвился я. — Я уже не могу быть просто Сашей. Ладно, я о другом…       Я снова перешёл на полушёпот и поведал Лёхе легенду, придуманную мной для Артура, которую, если что, мой новый тайный любовник должен был подтвердить.       — Хорошо, — кивнул Лёха, приняв сказанное мной к сведению, и уточнил, словно издеваясь: — Так какой у меня не было воды? Горячей или холодной?       — Никакой, бля! — рявкнул я.       — Так точно, никакой.       Он сжал мою руку в своей, томно выпустил дым из порочного рта, округлив губы, и я захотел присунуть ему в рот прямо здесь и сейчас, на этом балконе, едва не позабыв о возвращении Артура.

***

      Я держался как нарик без дозы. Было нелегко, мягко говоря. День за днём в голове крутилась одна и та же навязчивая идея — поиметь Лёху снова, но я останавливал себя. Я был одержим Лёхой даже сильнее, чем Артуром, и это раздражало, ведь по сути от горячего красавчика мне был нужен только секс, мы даже ни разу не поговорили с ним по душам, и ничего хотя бы отдалённо напоминающее влюблённость я не чувствовал.       Я стал другим в постели с Артуром, забываясь и представляя, что подо мной Лёха, которого я беспощадно деру.       — Саш, больно, — признался мне как-то Артур и остановил меня, оттолкнув. Такое было впервые.       — Прости, увлёкся, — извинился я, отдышался, пришёл в себя и продолжил любить его нежнее, но он уже был не в настроении, так же, как и я — мне хотелось пожёстче, привык и совсем позабыл, что Артуру мои грубые действия могут напоминать его пребывание в плену.       Артур дураком никогда не был и заметил, что со мной происходит что-то не то, но лишних вопросов не задавал, и я был благодарен ему за это. Он всё так же варил для меня самый вкусный в мире кофе по утрам, заставлял меня пить прописанные лекарства вместо вискаря по вечерам, отдавался мне по ночам, безупречно следил за моей безопасностью круглыми сутками… Вот только улыбаться он стал реже, и мне это не нравилось. А ещё он часто курил на балконе как не в себя, по полчаса и по несколько сигарет, но я не придавал этому значения, должен ведь иногда телохранитель побыть наедине с собой и своими мыслями и отдохнуть от своего клиента, даже если он влюблён в него. Однако эти долгие перекуры напрягали меня, создавалось впечатление, что Артур избегает общения со мной, пропадая на балконе с пачкой сигарет. Лишь бы он не начал снова пить те колёса, от которых чуть не прыгнул с крыши, ведь живём мы именно под ней.       — Чего ты тут? Прячешься от меня? — спросил я однажды, выйдя на балкон и нарушив уединение Артура. Обнял его со спины и почувствовал, как он дрожит. Ещё бы, ветер был просто ледяной, от такого свитер не спасёт.       — Нет, что ты… — он потушил сигарету, по привычке отодвинул меня в самое безопасное, на его взгляд, место, и только потом обнял в ответ.       Было темно, но я заметил слёзы в глазах Артура. И я почему-то почувствовал, что он знает про меня и Лёху, но не подаёт вида, не говорит об этом, не выясняет отношения. Как должно быть тяжело ему держать всё в себе!       — Артур, всё хорошо? — я приподнял его лицо за подбородок.       — Да, ветер просто…       — Счастье моё… — шепнул я и услышал в ответ равнодушное:       — Саш, пойдём спать. Завтра вставать рано, у меня ещё и тренировка.       — Спать — так спать…

***

      Я чуял приближение бури. Ледяное спокойствие Артура не вызывало ни одной положительной мысли, и интуиция не подвела меня.       В разгар рабочего дня мне позвонил Олег, самый опытный мужик из охраны, можно сказать, ветеран.       — Саш, тут такое дело… — замялся он.       — Ну? Говори! Что случилось?       — Артур с Лёхой на тренировке сцепились, мы с Димоном еле их разняли. У Лёхи лицо вообще в мясо, нос сломан и, похоже, сотрясение мозга. Артур был не в себе. Никогда его таким не видел. Я решил, что ты должен быть в курсе.       — Понял. Сейчас приеду.       Лицо Лёхи и правда было конкретно разворочено. Точнее, лица на нём практически не было. Глаз заплыл, нос и губы в запекшейся крови, к щеке приложен лёд… От прежней красоты Лёхи мало, что осталось. Сам он сидел на банкетке около тренажёрного зала.       — Алёша, что случилось? — задал я вопрос, на который, похоже, уже знал ответ.       — У психа своего спроси! — пробурчал злобно Лёха.       — Так! Ты что себе позволяешь?!       — Виноват, извините, — едва ворочал языком подчинённый.       — А где Артур?       — Не знаю. Накинулся на меня, а потом исчез. Неуловимый мститель, бля…       — Как думаешь, он догадался про нас?       — Понятия не имею, — Лёха вытер кровь, капающую из носа. — Он вообще ничего не говорил, увидел меня и набросился, как сумасшедший. Ему лечиться надо, а не тебя охранять!       — Ты давай сам пока подлечись, больничный возьми, — похлопал я Лёху по плечу.       — Да уж… Куда я теперь с такой рожей, фингалами светить? Сегодня вон журналюги понаехали… Опозорю тебя своей рожей на всю страну…       — Бля! Совсем забыл про них, — разозлился я на себя. — Ладно, не ной, не баба. И без тебя есть, кому перед прессой красоваться.       — Уверен? — ухмыльнулся Лёха. — Я Артуру тоже ответил неслабо.       — Дебилы, бля…       В полумраке коридора нарисовался Олег. Тот ещё завсегдатай спортзала, бывший десантник под потолок ростом. В обтягивающей грудь и бицепсы водолазке он смотрелся чуть ли не вдвое крупнее любого из моих телохранителей. Разве что, Лёха был примерно его телосложения.       — Тебе хоть сегодня в морду не дали?       — Никак нет.       — Ну, слава Богу. Пойдёшь со мной, — принял я решение.       — Есть!       — А ты давай в больничку.       Олег помог Лёхе встать, тот покачнулся.       — Ты как? — спросил Олег у соратника.       — Нормально, — процедил тот сквозь зубы.       Лёху Олег придерживал очень бережно, мне это слишком хорошо бросилось в глаза. Думать об этом сейчас было некогда.

***

      Артура я нашёл в его кабинете. Я уже и позабыл, что у него теперь есть свой кабинет — начальник службы безопасности, как-никак. Он, как ни в чём не бывало, изучал график дежурств телохранителей и вносил в него какие-то поправки.       Поприветствовал он меня сдержанно, буднично, и ни грамма не удивился, что я явился к нему сам, а не вызывал его.       — Артур, а что сегодня случилось в тренажёрке? — поинтересовался я.       — Ты о чём? — повернулся он ко мне. Я заметил ссадину на его скуле и фингал под глазом, который начал отекать.       — Говорят, ты Лёху избил.       — Брешут, — спокойно ответил он. — Мы новые приёмы отрабатывали.       — Странные какие-то приёмы. У него всё лицо расписано под хохлому.       — Что поделать… Издержки нашей профессии. А ты, значит, уже успел полюбоваться на него? — недобро ухмыльнулся Артур.       — Успел. Что за бойцовский клуб вы устроили? Совсем сдурели?       — Виноват, но это было плановое учение.       — Какое ещё учение? Через полчаса пресса нагрянет, а моя охрана в таком виде! — взбесился я, но затем сменил гнев на милость. — Ладно. Учения — так учения. Только в морду друг другу больше не бейте.       — Постараемся.       — Значит, я не дождусь объяснений, что же произошло?       — Странно, я думал, Лёха тебе всё рассказал, ты же к нему первому пошёл, — щека Артура нервно дёрнулась.       Я не нашёлся, что на это ответить.       -А сам как? — смягчился я.       -Я? — Артур будто удивился, что я спросил. — Со мной случалось похуже.       -Ты крепкий парень, не сомневаюсь в тебе.       Я покинул кабинет Артура и направился к себе. Какое-то цирковое шоу. Если так подумать, то Лёха огрёб от Артура за дело, но почему он мне не сказал ни слова? Нет претензий или упрёков, есть только неизвестность и моё полное непонимание, как вести себя дальше. Моё паскудство с Лёхой уже не отмотаешь назад, но я надеялся, что всё останется в тайне. Любой скандал можно попробовать уладить, решить любую проблему, если полностью владеешь информацией, а я не владею. Я не понимаю, сколько знает Артур и что чувствует. Знаю только одно, что я полнейший мерзавец.