Пленники любви

      - Саша? Приве-е-ет, - томно произнёс Лёха, расплывшись в улыбке. - Не ожидал, что ты придёшь.       - Да я и сам от себя не ожидал, - пробормотал я, мысленно ругаясь на себя за то, что приехал к Лёхе. Но не проведать его через несколько дней после инцидента в тренажёрном зале было бы не по-человечески. На самом деле я не столько хотел узнать о состоянии здоровья Лёхи, сколько просто увидеть его, слишком уж навязчиво лезли в голову мысли о нём в последнее время. Как назло, он был в майке, и я зачарованно уставился на его накачанный торс. Моя реакция на увиденное не заставила себя ждать - сразу же захотелось отыметь этого Аполлона.       - Какой приятный сюрприз, - Лёха крепко обнял меня за шею, дав вспомнить его запах и тепло. Бежать бы отсюда прямо сейчас, пока не поздно. - Пойдём, угощу тебя вкусным чаем.       - Я ненадолго, - произнёс я, не особо веря в свои слова, снял ботинки и прошёл на кухню. - Как твоё здоровье?       - Вроде, получше. Но башка дурная - то болит, то кружится. И красавчик я тот ещё, сам видишь, - ухмыльнулся Лёха. Пластырь на носу и фингал под глазом и правда не добавляли ему шарма. Но выглядел он в разы лучше, чем в нашу последнюю встречу.       - Ты же помнишь, шрамы украшают мужчину. Синяки тоже.       - Да ну нафиг...       - А что с носом? Сломан?       - Нет. Сломано оказалось ребро. Врач сказал, срастётся за три недели, а там - хер знает, может, и дольше...       - Вот чёрт.       - Уж лучше бы нос был сломан.       - Не скажи. Нельзя ломать такую красоту, - расщедрился я на комплимент. У Лёхи и правда был очень аккуратный нос с чуть вздёрнутым наверх кончиком, скорее, девичий, чем мужской, что весьма интересно контрастировало с его брутальной внешностью.       - Бесит, что я выбыл из строя. Чувствую себя бесполезным, сижу тут в четырёх стенах...       - Ладно, не ной. Потерпишь немного.       - Потерплю, куда деваться.       - Я тут тебе мазь волшебную принёс. Она быстро должна помочь от синяков. И тут ещё фрукты... - Я вручил Лёхе баночку и пакет. - Я потом ещё заеду, молочку привезу, курицу... Тебе надо есть белок, чтобы кость быстрее срасталась.       - Спасибо, конечно, но меня лучше лечить другим способом, Саша, - он взглянул так по-блядски, что меня аж в жар бросило.       Я решил сделать вид, что пропустил его фразу мимо ушей.       - Уютно у тебя, - окинул я взором просторную кухню и заметил шикарный разноцветный букет хризантем на подоконнике. Его происхождение заинтриговало меня. - Красивый букет.       - Друг заходил проведать, - пояснил Лёха. - Притащил зачем-то этот "веник". Что я, баба, что ли...       - Какой заботливый у тебя друг. Такой букет на дружеский не тянет. Это скорее похоже на знак внимания от поклонника.       Лёха рассмеялся и ойкнул, схватившись за бок.       - Ну, значит, теперь я буду знать, что Олег - мой поклонник.       - Олег? - удивился я. Вот это поворот. - А что, вы бы неплохо смотрелись вместе.       - Бля, Саша, перестань, мне смеяться больно. Олег - лютый бабник, о чём ты...       Я отхлебнул чай из чашки.       - Ну и что? Это ещё ни о чём не говорит. Я тоже был женатым бабником, сам знаешь. Тебе, конечно, виднее, почему Олег "веники" таскает, но, если что, ты к нему присмотрись, он вроде мужик хороший - спортивный, непьющий...       - Да нахер он мне нужен? Я лучше на тебя посмотрю.       - А вот этого не надо. Давай притормозим. Ты - классный парень, Алёша. Но не могу я быть с двумя одновременно. Правда, не могу. Прости.       Лёха, кажется, совсем не обиделся на мои слова.       - Да я всё понимаю, Саш. Насильно мил не будешь. Ты любишь Артура, я вижу. Да и из меня сейчас хреновый герой-любовник, мне даже дышать больно. Не знал, что сломанное ребро - это такой пиздец. Никогда ничего не ломал раньше. Есть надо много, двигаться мало. Сплю сидя, прикинь, иначе задыхаюсь.       - То ещё испытание. Я с ногой вообще не спал от боли, был похож на зомби с чёрными кругами под глазами.       - Помню, - улыбнулся он.       Лёха принялся наполнять мою тарелку печеньем, пастилой, конфетами, будто позабыв, что я - диабетик. Я зачарованно смотрел на его смуглые руки, изящные пальцы, аккуратно подстриженные блестящие ногти и понимал, что он мог бы быть для меня очень подходящей парой. В койке у нас с ним всё в лучшем виде, поговорить тоже есть, о чём. Не хватало ещё влюбиться в него. Нет. Нельзя. Отставить.       - Сердишься на меня? - задал я дурацкий вопрос.       - Нет. А должен?       - Не знаю. Я бы сердился.       - Я не сержусь. Мне было очень хорошо с тобой, Саша. Будет, что вспомнить в старости. Если доживу до неё.       - Ты доживёшь, - заверил я Лёху. - Мне тоже будет, что вспомнить, если доживу.       Сейчас, сидя за одним столом и беседуя за чашкой ароматного чая, мы, как ни странно, были ближе, чем когда лежали в одной кровати. Мы общались душами, а не телами. Наконец-то поговорили, а не потрахались. Страсть делает людей животными, я прекрасно это знаю. В отношениях важно соблюдать некий баланс, а не скатываться до общения исключительно в постели, иная дружба лучше секса. Но как это сложно порой, когда рядом кто-то молодой и привлекательный...       - А что это за варенье? - уточнил я, сам не заметив, как дорвался до сладкого, словно ребёнок.       - Сливовое. Олег принёс.       - Опять Олег?! - возмутился я в шутку. - Я уже ревновать начинаю.       Лёха рассмеялся и жалобно вскрикнул.       - Ай! Бля! Саш, ну не смеши, прошу тебя, мне смеяться реально больно!       - Извини, забыл. Подумаешь, больно. Что, плакать теперь, что ли? Смех продлевает жизнь. Алёша, ты как вообще? Один справляешься? Есть, кому помочь? Ну, кроме Олега, конечно, - заржал я, и Лёха, не сдержавшись, захохотал вместе со мной, а затем схватился двумя руками за бок и закричал.       - А-а-ай! Боже ты мой, как болит! Саша, ну нахер твою смехотерапию!       - Прости, прости, - я вскочил из-за стола и обнял Лёху, прижав его голову к своему животу и ласково поглаживая короткий ёжик волос. - Больше смешить не буду, обещаю. Тебе доктор обезболивающее прописал?       - Прописал. Я не пью всю эту наркоту.       - Правильно, молодец. Но иногда надо.       - Ай!.. Саш, обнимать меня тоже нельзя, оказывается.       - А целовать можно? - ляпнул я.       - Не знаю. Но можно проверить, - улыбнулся Лёха, встал со стула, взглянул на меня так, как умеет только он, дотронулся ладонью до моей щеки...       И я сдался, начав жадно целовать его. Почувствовав его сильные, но нежные руки, проникшие под тельняшку и ласкающие мою спину, я опомнился, прервал этот долгий поцелуй и прошептал:        - Всё, всё, Лёшенька, хватит...       - Разве тебе бывает хватит, Саша? Ты ненасытный. Мой... - выдохнул Лёха мне в ухо, и я завёлся так, что сбегать было уже поздно. - Ты же зашёл не чаи распивать со мной?       - Бля... - выругался я сам на себя. - Лёх, тебе же нельзя делать резких движений.       - А я и не буду. Я сделаю плавные движения.       Он действительно медленно и плавно расстегнул мой брючный ремень, ширинку, дотронулся до моего члена, опустился на колени... Стояк у меня был жуткий, поэтому сопротивляться вожделенным искусным ласкам я не смог, откинулся головой к стене, закрыл глаза и нырнул в озеро наслаждения, точнее - в рот Лёхи.       ...Вернувшись домой, я сразу лёг спать, даже не поцеловав Артура и не пожелав ему спокойной ночи.

***

      В следующий свой визит к Лёхе я твёрдо решил держать себя в руках и не заходить дальше дружеских объятий. Навещать небезразличного мне заболевшего подчинённого было моим долгом, но я обязан не выходить за определённые рамки, иначе так и буду продолжать блядовать, а это не дело. Да и Лёха заслуживает полноценного романа, а не жалких подачек от меня в виде тайных свиданий. Не хочу его обнадёживать тем, что смогу стать для него кем-то бОльшим, чем сейчас.       От синяков и ссадин на лице Лёхи не осталось и следа, и был он пободрее, чем в нашу прошлую встречу, улыбался чаще и расспрашивал меня о новостях.       Выгружая из пакета принесённые мной продукты, витамины и мази, я заметил на столе примерно тот же комплект, а ещё - свежий букет хризантем, наполнявших помещение дурманящим горьким ароматом.       - Ого. Я смотрю, ты тут не голодаешь, - резюмировал я.       - Это точно. Олег заходил, притащил всего... - произнёс Лёха, как мне показалось, немного виновато.       - И опять с цветами?       - Опять. Не знаю, что на него нашло. Сказал, это мне для поднятия настроения.       - Это - любовь, - улыбнулся я и изучил этикетки на сырах, принесённых Олегом. Они явно были более дорогими и дефицитными, чем те сорта, что приобрёл я в ближайшем супермаркете. Половину названий я даже не знал. - Ничего себе он тебя деликатесами балует! Это что, контрабанда из Италии? Или из Франции? Я такой сыр и до войны в продаже редко видел! Где его Олег раздобыл?       Лёха пожал плечами.       - Не знаю.       - Как он расстарался для тебя, молодец. Похоже, он точно к тебе неравнодушен. Как думаешь, Лёш?       - Без понятия. Он просто друг.       - Ну, это ты так считаешь. А он, может, надеется на большее.       - Понятия не имею, на что он там надеется... - безразлично произнёс Лёха, наблюдая, как я загружаю гостинцы в его холодильник. - Спасибо, Саш, за всё. Ещё и курица? Вы меня совсем закормите!       - Ну, я ж не знал, что тебя теперь ещё кое-кто жратвой снабжает. Надо нам составить график посещений, чтоб накладок не было, -ухмыльнулся я. - Тут ещё бутылочка хорошего вина, им как раз сыры буржуйские запивать отлично. Прибереги для особого случая. Например, когда Олежка к тебе на огонёк опять заглянет. Глядишь, он после бокала-другого раскрепостится малёк и признается, чего он тебе цветы как барышне таскает.       - Это точно. А то я весь в непонятках.       - Как ребро?       - Получше.       - Ну, и слава Богу.       Я посидел ещё немного с Лёхой для приличия, рассказал последние новости, поболтал на разные нейтральные темы. К счастью, сегодня он не строил мне глаза и вёл себя сдержанно, за что ему спасибо.       - Чуть не забыл, - достал я конверт из кармана. - Тут твоя зарплата и премия.       - Премия? За что?       - За верную службу. - "И за дополнительные услуги" чуть не сказал я. - Дают - бери.       - Спасибо, Саш. - Он заглянул в конверт. - Но тут много. Откупаешься от меня?       - Что? Ты о чём, Лёш? Это реально твоя заслуженная премия.       - Да тут на новую машину.       - Ну, значит, купи себе новую машину. Я сегодня ненадолго, извини.       Он кивнул.       - Ничего. Мне приятно, что ты зашёл.       - Мне тоже приятно тебя видеть. Надеюсь,ты скоро вернёшься в строй.       Я надел куртку, обулся... В прихожей повисло неловкое молчание.       - Ну, я пойду? Ты звони, пиши, если что.       - А можно? - уточнил Лёха.       - Конечно, почему нет?       - Ну, мало ли...       - Звони в любое время. Я же понимаю, как тебе тоскливо дома сидеть, и вообще... Не чужие люди. Будет скучно - звони.       Я сам не знал, зачем это сказал, просто почувствовал, что так надо. Я действительно хотел, чтобы он иногда мне звонил.       - Спасибо.       Лёха обнял меня, прижавшись своей щекой к моей, я обнял его в ответ. Так мы и стояли молча несколько минут. Это было больше, чем просто дружеский жест. Наконец, Лёха разомкнул объятия и взглянул на меня с грустью.       - Пока, Саша.       - Пока, - я вышел из квартиры, не оглядываясь, и быстро спустился по лестнице, словно преступник, покидающий место преступления.       Домой ехать не хотелось, на душе было муторно. Я припарковался около набережной и решил прогуляться в гордом одиночестве, нарушая все мыслимые и немыслимые инструкции. С любой высотки меня сейчас легко мог шлёпнуть снайпер, но мне было плевать на это. Я прекрасно понимал, что скорее всего умру не своей смертью, так какая разница, когда это произойдёт.       Я надел капюшон, слабо спасающий от ледяного ветра, закурил и побрёл вдоль Кальмиуса. Навстречу мне шли редкие прохожие: мамочки с детьми, собачники, влюблённые парочки... В сумерках, в отсутствии свиты охраны, в натянутом до носа капюшоне меня никто не узнавал и вообще никакого внимания не проявлял, что радовало. Я прошёлся по мосту с видом на родные терриконы, купил кофе в каком-то ларьке, присел на скамейку. Сигарета упорно гасла на ветру.       Здесь было так тихо и спокойно. Самое место и время привести мысли в порядок. Но голова моя была пуста. Мысли затмевались чувствами, причём, чувствами к Лёхе. Артур не исчез из моей жизни, да и мне бы не хотелось, чтобы он это делал, он он стал казаться чем-то обыденным, успешно завоёванным, я начинал терять к нему интерес, хоть и любил его по-прежнему. А Лёха... Он был мне интересен, даже более, чем. С ним было легко, хорошо, весело, сладко.       Я набрал его номер, хотя не прошло и двух часов с момента нашего расставания.       - Саша? - ответил он игриво. - Ты забыл у меня шапку.       - Я забыл кое-что другое. Забыл сказать тебе...       Слова давались мне с трудом.       - Что сказать?       - Забыл сказать тебе, как ты мне дорог, Алёша.       В трубке повисла тишина.        - Я заметил. Твой конверт с премией сказал это за тебя.       - Бля, да при чём тут конверты...       - Ты где?       - На набережной. Кофе пью на скамейке.       - Один?       - Один.       - Ты с ума сошёл.       - Не больше, чем после каждой встречи с тобой, - признался я.       - Хочешь, я приеду? Поговорим.       - Хочу.       Не прошло и четверти часа, как Лёха оперативно примчался на такси.       - Ты быстро.       - Чего тут ехать-то, всего ничего. А где ребята?       - Отпустил всех сегодня. Надоели. Хочу побыть один, как обычный мужик, а не как какая-то звезда с гаремом из охраны.       - Понимаю. И куда Артур смотрит... Тоже мне, начальник по безопасности, - недобро хмыкнул Лёха. - Ты бы лучше так не делал. Это опасно. Ты больше, чем просто известный человек. Ты нужен слишком многим. И далеко не всем ты нужен живым.       - Ещё один параноик на мою голову... - улыбнулся я. - Пойдём, пройдёмся.

***

      - Саша, ты дурак, - сходу припечатал меня Дэни во время ужина в моём любимом ресторане, когда я поведал ему о своей измене Артуру. Друзья для того и нужны, чтобы говорить нам правду, какой бы горькой она ни была, поэтому я не обиделся на грубую прямую фразу.       - Я знаю.       - Не тем местом ты думаешь! - он добавил ещё что-то на своём родном языке непонятно, но очень зло. Наверное, обозвал меня последними словами.       - Поговори мне... Сам что ли всегда головой думаешь?       - Не всегда, есть такой грех. Но разве можно изменить Арти? Такой парень...       - Да ты сам на него запал, как я погляжу, - ухмыльнулся я.       - Не запал. Мы не любить, а дружить. Просто я вижу, какой он. А ты менять хороший парень на потрахушка. Пиписькой думать? Дурак.       - Тоже мне, святой нашёлся... Ты сам не ангел.       - Да. Я не ангел. Но я и не иметь такой парень, как ты. Изменять Арти? Как можно? Зачем? Лёха красивый, да. У тебя много красивых охранников. Но это не повод для измен.       Я плеснул себе и Денису ещё вискаря, но он брезгливо отодвинул свой стакан.       - Не хочу с тобой пить.       - Чего? Совсем охренел?       - Это ты охренел. Ты хрену своему не хозяин. Так нельзя.       - Мне виднее, как можно и как нельзя.       - Тогда зачем рассказать мне? Так со стороны виднее. А тебе ничего не видать, ты сам не знать, что хотеть.       - Так. Дэни, я тебя сюда не для того позвал, чтоб ты морали мне читал! Хотел посидеть, расслабиться, а ты меня напрягаешь! - взвился я.       - Посидеть, расслабиться в сортире хорошо. Тут я тебе не товарищ. Сделал косяк...или как это...накосячил - отвечай. Покайся Арти. Нельзя врать мужу.       - Мужу? - повторил я и улыбнулся. - Да какой он муж? У нас и законов таких нет, чтоб мужикам мужьями стать. А если я и придумаю такой закон, на следующий же день революция начнётся. У нас консервативное общество, сам знаешь. Какие тут могут быть мужья...       - В кровать клал, кольцо надевал - значит, муж. Ты боишься ответственности, сам не знаешь, что хотеть. Жену бросил, Арти изменил, на работу прибил... забил. Если так дальше будет, тебя не будет.       - Чего? - я рассмеялся, хоть настроение моё было далеко от весёлого. Удивительно, но глубоко приезжий Денис со своим корявым русским языком смог достучаться до меня получше соотечественников. - Ты базар свой фильтруй! Помнишь, с кем говоришь?       - Помню. Говорить с Саша-дурак.       Денис закурил, отвернувшись от меня и уставившись в окно. Центр города уже был подсвечен новогодними гирляндами, осень шла к закату, принося первый снег. На лице Дэни, в его глазах была такая печаль, что я даже передумал на него сердиться.       - Помоги мне с Артуром, Дэни, - попросил я. - Нам надо наладить отношения. Мне кажется, он всё знает про меня с Лёхой. Ведёт себя как-то странно...       - Сразу бы так сказал. Я помогу, чем смогу. Зря ты обидел Арти.       - Да я сам понимаю, что зря! Так получилось, бля! - стукнул я кулаком по столу. - Мне не нотации твои нужны, а помощь.       Дэни ковырялся вилкой в салате, поглядывая на меня, как на последнего урода.       - Почему ты думать, что Арти знать об измена?       - Я не уверен, но я это чувствую. Он смотрит на меня, как побитая ни за что собака. Это взгляд, похожий на тот, что я увидел в нашу первую встречу во время его освобождения из плена, когда между нами всё только начиналось. А теперь, похоже, всё закончится. Я не могу этого допустить. Он стал каким-то холодным, молчаливым.       - Холодным он не может быть, не в морге, - мрачно пошутил Денис. - Даже если он не знает про твой плохой поведение, тебе надо покаяться. Нельзя врать. Проси прощение у него. Но не как дурак, а красиво. Отвези его загород. Имеешь дом, а не живёшь там. Сделай романтику - камин, гирлянда, шашлык-машлык...       - Точно! Дэни, ты гений.       - Та нет. Я не гений, я просто гей, - улыбнулся он.       - У Артура скоро день рождения. Устрою ему романтическую поездку. Я буду тебе очень благодарен, если подсобишь с организацией.       - У Арти днюха? Скорпион по гороскопу? Роковой знак зодиака. Такого легко полюбить и нельзя забыть, а ты налево ходить... Что имеешь, не хранишь, потерявши плачешь. Хороший поговорка.       - Да уж. А у тебя как с Андреем?       - По-разному. Ругаться много, но мириться потом хорошо.       - Представляю, - ухмыльнулся я.       - Не представляешь. Он растолстел, кабанчик стал. Вчера кресло поломали.       - Сам виноват, раскормил его.       - Я любить готовить для любимых.

***

      В день рождения Артура мы сидели в обнимку у камина в моём загородном доме, где я не был с майских праздников, и пили глинтвейн. На Артуре был новый свитер, подаренный мной сегодня, который ему очень шёл, хотя Дэни настаивал на приобретении чего-то поярче чуть ли не с оленями и Санта Клаусом, но такую американщину я приобретать не стал.Не сомневаюсь, что и Артур не одобрил бы. За окном шёл настоящий снегопад. Дэни и Андрей колдовали на крыльце над шашлыками. Прямо предновогодняя идиллия, которую так не хотелось рушить, но мне необходимо было испортить эту банку мёда каплей дёгтя.       - Артур, может, я выбрал не совсем тот момент - сегодня всё же твой праздник, и я не хочу испортить его плохой новостью, но...       Он напрягся.       - Что случилось? Есть двухсотые? - видимо, он решил, что я собрался поведать ему об обстановке на передовой.       - Спаси Господи! Двухсотых сегодня нет. Но, может, к вечеру один будет, если ты пристрелишь меня, - шутканул я.       Он взглянул на меня с удивлением.       - Саш, ты чего? Глинтвейн в голову ударил? Я никогда не смогу пристрелить тебя.       - Ну, да, - ухмыльнулся я. - Не сможешь по инструкции. А по сердцу? Если я чем-то очень обижу тебя?       - Я - не девочка. Не обижаюсь.       - Артур, для меня есть только ты, больше никого, помни об этом. Но я должен признаться тебе кое в чём и попросить у тебя прощение. Я накосячил. Я совершил ужасную ошибку, но я искренне раскаиваюсь, поверь мне. И я тебе обещаю, что этого больше не повторится. Я очень надеюсь, что ты простишь меня, но если не простишь, я пойму. В общем... Даже не знаю, как это сказать...       Артур тяжело вздохнул и помог мне, уточнив совершенно спокойно:       - Ты про Лёху?       - Да, про него.       - Я всё знаю, Саш.       - Откуда?! - мне было любопытно.       - Камеры видеонаблюдения. Они же пишут. Лёха у тебя прямо поселился, пока меня не было. Вряд ли вы в шахматы играли по ночам.       Какой же я лох, совсем забыл, что камеры, установленные у квартиры и на входе в подъезд, записывают происходящее вокруг. Так глупо спалиться!       - Артур, прости меня! Я очень виноват перед тобой!       - Всё нормально, Саша, - отвернулся он.       - Всё ненормально! - я опустился перед ним на колени. - Я виноват! Я бы даже сказал виновен.       - В этом есть и моя вина, Саша. Я проблемный для тебя, частично физически, и психика у меня не на месте. Тебе нужен здоровый парень, а не такой, как я. Это естественно. Ты устал от меня. Я стараюсь измениться, но у меня не всё получается, я такой, какой есть. И наверное некоторые вещи никогда не изменятся. Я стал другим после плена. Я не могу отмотать время назад.       - Не знаю, каким ты был, но сейчас ты самый лучший!       Артур ухмыльнулся.       - Мне казалось, к лучшим немного иначе относятся, но я-то не лучший, так что, всё в порядке.       - Я был сам не свой, бес попутал, я сорвался. Это просто дурацкая интрижка, она ничего не значит для меня. У меня с ним всё. Для меня есть только ты! Прости меня...       - Я простил тебя, Саша. Не переживай. Я не держу на тебя зла. Это не было для меня неожиданностью. Я подозревал, что что-то подобное может случиться. Но я доверял тебе, понимаешь? - он прикрыл лицо рукой.       У меня сердце разрывалось. Я обнял Артура, попытался погладить его по голове, но он отстранился.       - А почему именно Лёха? - задал он вопрос, больше похожий на риторический.       - Так получилось... Он был рядом.       - Понятно. Наверное, с ним хорошо в постели, не то, что со мной?       - Нет. Мне очень хорошо с тобой, - заверил я Артура.       - Но с ним лучше?       Тут Артур был прав, но я бы никогда не признался ему в этом.       - Нет, не лучше. Я люблю только тебя и прошу, не бросай меня!       - Я не брошу. Я же обещал, - тихо, но уверенно произнёс он. - У меня было желание уехать, куда глаза глядят, но я быстро передумал. Это было бы проявлением слабости. К тому же, меня теперь многое, что держит здесь, а уехать и всё бросить - значит, сдаться. Я хочу быть с тобой, Саша, и я не уеду в любом случае.       - Спасибо тебе, мальчик мой.       - Ты ведь с ним больше не...встречаешься?       - Нет. Я просто оступился, ошибся.       - Ну, вот и всё, проехали. Только ты постарайся больше так не ошибаться, ладно?       Артур ласково погладил меня по щеке, по шее, я расценил этот жест как знак прощения и заглянул в его глаза, которые, как мне показалось, стали теплее - в них читалась любовь. Он помог мне подняться и усадил в кресло.       - Ты правда не сердишься на меня?       - Конечно, сержусь. Сейчас возьму и зарежу тебя твоим же любимым ножом, который ты с собой таскаешь повсюду, а потом зарежу Лёху, а потом себе сделаю харакири, - ответил Артур, и в его тёмных глазах красными искрами отразилось пламя в камине. Мне аж жутковато стало, не смотря на то, что он говорил не всерьёз. - Как тебе такой план?       - Режь всех, кроме себя, я согласен.       Он улыбнулся во все зубы.       - Не боись, шучу я. Я ж всё понимаю, Саш. Достал я тебя своими проблемами, ещё и смс-ки эти стали с того света приходить...       - Кстати! - вспомнил я, а заодно перевёл разговор в иное русло. - Что за дебил их писал? Ты так и не выяснил?       - Выяснил, - вздохнул он.       - И ты молчал?! Кто это?       - Это Надя.       - Бля! Я предполагал.       - А помогал ей Лёха. Они были в сговоре.       - Лёха?!       - Да. Он симки левые ей давал, тексты придумывал и ей диктовал по телефону... Я застал его за этим в раздевалке тренажёрки. Ему по приколу было. Он в курсе о том, что со мной было в плену. Откуда - не знаю. Может, с кем-то из пленных знаком, которые со мной сидели... Поэтому я его и избил тогда. Не сдержался.       - Господи... Лёха?! С Надей понятно, что взять с обиженной бабы, но от Лёхи я не ожидал. Зачем он это делал?       - Это очевидно. Чтобы деморализовать меня, свести с ума, а самому к тебе приблизиться, стать незаменимым и на работе, и... не только. В любви и на войне все средства хороши.       - Пиздец.       Теперь и мне захотелось изувечить Лёху, лицо которого едва пришло в божеский вид после мордобоя с Артуром.       - Я убью его! Уволю точно!       - Не надо, Саш. Он толковый парень. Я говорю так не потому, что он - мой друг... Точнее, теперь уже, наверное, бывший друг. Он и правда ценный специалист, а ещё и по телосложению, и по росту получше меня вышел, а это важно для телохранителя. Он сможет прикрыть тебя собой там, где я не смогу.       - Потрясающе. Ты больше всех должен быть заинтересован в том, чтобы его уволили, а сам его защищаешь.       - Для меня на первом месте твоя безопасность и профессиональный состав охраны, всё остальное вторично. Со своими личными переживаниями я как-нибудь разберусь.       - Уверен? Да вы теперь постоянно друг другу морду бить будете!       - Не будем. Я поставлю нас в разные смены. Мы вообще не будем пересекаться. А пока он на больничном, мы оба остынем. Может, даже помиримся. Да и не он затеял этот телефонный бред, всё придумала Надя, отомстить тебе надумала за развод.       - Я бы всё же его уволил, как вариант.       - Не надо, Саш. Я с эмоциями насчёт Лёхи справлюсь. А ты?       - А что я?       - Ну... Вдруг, ты... снова с ним захочешь.       Артур зрил в корень. Захотеть я точно мог.       - Вдруг бывает только пук! - не к месту услышал я голос Дэни, внезапно вошедшего в комнату с шампурами в руке, изобилующими нанизанным на них мясом. Запах стоял непередаваемый. - Именинник, пожалуйте к столу! Шашлык-машлык готов. Ну, и ты, Саша, тоже подходи, так и быть...       - Ну, спасибо, что так любезен со мной!       - С тобой строго надо, как с плохой мальчик, - пояснил Дэни.       - Поговори мне, чёрт нерусский, - улыбнулся я, обнял Артура и повёл его к роскошному праздничному столу.

***

      В тёплом узком кругу друзей было так комфортно. Я заметил, что сегодня Артур даже не постеснялся надеть на палец своё обручальное кольцо, которое он обычно носил на цепочке, и это обстоятельство не могло меня не радовать.       - Ну, как вы там? Мириться? Не ругаться? - тихонько полюбопытствовал Дэни у меня.       - Мириться.       Хотелось прямо сейчас позвонить Лёхе и сказать, что он омерзительный мудак. Он не просто залез ко мне в кровать, хрен с этим, не захоти я - ничего бы не было, так что здесь без дураков, как говорится. Задело другое - он же Артура предал дважды. Первый раз, когда начал строчить на пару с Надей эти смски. Он хоть представляет, какой ценой Артуру стоило выжить и не сойти с ума? Видимо, нет. И второй раз, когда добился своей цели относительно меня. Лёху просто так не вычеркнешь из жизни, но всё произошедшее всё-таки сильно ударило по нему в моих глазах. Я решил, что оставлю на потом то, что я думаю о его мерзком поступке.       Сегодня праздник Артура, такой светлый день, что негативу нет места. Только вино, вкусная еда, подарки и фейерверки. Я должен дарить Артуру приятные эмоции. Он радовался, он улыбался, а я так люблю, когда он улыбается...