1. Новобранец
8 ноября 2017 г., 23:14
Do you remember standing on a broken field, White crippled wings beating the sky, The harbingers of war with their nature revealed And our chances flowing by? * Poets of the Fall — War
«Привет, это Эрин. Хотя чаще ты все равно называл меня Шепард. Дурацкая субординация. Впрочем, я привыкла к этому. Это письмо ты, скорее всего, прочтешь, когда я буду уже в самом пекле: самоубийственная миссия, так ребята называют это задание. Не знаю, чем все закончится, может быть, мы все погибнем. Поэтому я хочу сказать тебе то, что должна была сказать еще на Горизонте. Я очень надеюсь, что ты поверишь мне. Я бы никогда не стала работать с „Цербером“ по собственной воле, и ты как никто другой должен это знать. Но Жнецы продолжают угрожать Галактике, наша цель — уничтожить их, а у „Цербера“ есть для этого и средства и возможности. К тому же, пока я работала с ними, я спасала жизни. Всех, кого могла, я уберегала от опасности. Мы ведь с тобой делали то же самое, всегда. А потом… Сначала я хотела, чтобы ты присоединился ко мне на „Нормандии“, но теперь я вижу, что правильным было, чтобы ты остался с Альянсом. Я не хочу, чтобы ты подвергался смертельной опасности, а это неизбежно бы случилось, будь ты со мной — Самоубийственная миссия, помнишь? И последнее. Помнишь наше время? Когда мы сражались бок о бок. Мои воспоминания, о тех полях битв, когда ты стоял рядом со мной на линиях фронта — кажется, они лечат мои раны лучше, чем конские дозы меди-геля. Было время, когда я думала, что сражаюсь в этой войне одна, но ты всегда оказывался рядом. Благодаря тебе я сражалась и побеждала. И даже сейчас, когда ты так далеко, ты все равно со мной — в моем сердце. Я иду на свою, возможно, последнюю битву, и я знаю, что сделаю все, чтобы выжить и вернуться. Кроме любви к тебе в моем сердце живет надежда, что ты встретишь меня, и все снова будет по-старому. Я вернусь. Я люблю тебя».
Кайден Аленко, майор армии Альянса Систем, капитан фрегата «Нормандия SR-2», в яростном порыве отключил питание личного терминала. Он опустил голову и закрыл лицо руками. По груди словно полоснули ножом, боль старых ран вернулась, будто все, о чем он только что прочитал, произошло вчера. Одно из ее самых последних сообщений, Кайден знал его текст едва ли не наизусть. «Я вернусь. Я люблю тебя». Сколько раз он просыпался с этими словами на иссохших губах, сколько раз надеялся, что проснется – и все окажется кошмаром, а Шепард крепко спит рядом, только протяни руку и коснешься ее плеча! Но постель раз за разом оказывалась пустой. После этого сон не шел, и Кайден до самого сигнала пробуждения просто лежал, глядя в потолок. Он помнил месяц затишья, перед тем, как на «Нормандию» напали коллекционеры и Шепард погибла. Тогда они были даже счастливы вместе, несмотря на бесконечные миссии по поискам гетов. Или даже во время войны со Жнецами, когда «Нормандия» была одним из немногих тихих мест в Галактике. Сейчас воспоминания об этих счастливых минутах, давно канувших в лету, отзывались ноющим ощущением в груди. Внезапно в каюте капитана прозвучал сигнал – его вызывали на мостик. Кайден, словно вынырнув из своих воспоминаний, отнял руки от лица. Он взглянул на часы, бортовое время – 12:00. Должно быть, его уже ждал новобранец, о котором недавно он разговаривал с адмиралом Хакеттом. Кайден прочел досье. Гвенвивар Шаннон, двадцать три года, землянка, звание – второй лейтенант, боевая квалификация – B6. Три с половиной года служит в вооруженных силах Альянса и добилась значительных успехов. Например, в первой же своей серьезной миссии по спасению колонистов от армады пиратов на планете Тирум показала себя прекрасным лидером, возглавив небольшой флот. В другом задании, применив навыки дипломатии и хитрость, сумела не только спасти захваченных заложников на космической станции, но и заставить отряд кроганов-еретиков сдаться без боя. За это Гвен получила сразу несколько наград, ведь кроганы, даже несмотря на то, что Шепард оказала им неоценимую услугу, излечив генофаг, все равно оставались довольно несговорчивой расой. Ко всему прочему, за весь срок службы молодой офицер не потеряла ни одного вверенного ей подчиненного. Также весьма интересным Кайдену представлялось то, что Гвенвивар обладала мощными биотическими способностями. В отличие от Кайдена, в тело которого были вживлены имплантаты, усиливающие способности, Гвенвивар была «чистым» и очень сильным биотиком. Единственное, что омрачало эту прекрасную картину – прошлое новобранца. До того момента, как попасть в ряды армии Альянса, она была наемницей «Синих Светил». В рядах армии Гвенвивар оказалась после того как во время стычки армейского патруля с отрядом наемников на одной из отдаленных планет переметнулась на сторону защитников Альянса. Хакетт не дал никакой дополнительной информации об этом, в личном деле новобранца был отражен лишь факт о принадлежности к «Синим Светилам» в прошлом, и Кайден рассчитывал со временем разузнать у Шаннон подробности этой истории. Майор покинул каюту и направился на мостик. По дороге он вспоминал разговор с адмиралом Хакеттом о Гвен. В тот день адмирал связался с «Нормандией» по корабельному коммуникатору. – Сэр! – отрапортовал Кайден, когда над устройством связи проявилась фигура адмирала. – Майор Аленко, – Хакетт кивнул в качестве приветствия. – От имени руководства Альянса Систем, прошу «Нормандию» прибыть на Землю. – Что-то случилось, адмирал? – Командование приняло решение о назначении на «Нормандию» новобранца, – невозмутимо ответил Хакетт. – Новобранца? – с удивлением переспросил Кайден. – Но команда корабля укомплектована полностью! Он не возражал адмиралу, даже не думал, в его словах было лишь чистое удивление. – Это окончательное решение Альянса, майор Аленко. Как бы там ни было, вы найдете новичка весьма полезной для команды, а ее послужной список вас немало удивит. Хакетт вдруг понизил голос. – Совет рассматривает ее как кандидата в Спектры. Они оказали большую услугу человечеству, присвоив вам и Шепард это звание. Теперь они хотят, чтобы мы снова оправдали их ожидания, – Хакетт, похоже, не особенно был доволен таким отношением Совета к людям. – Кандидатуру вашего новобранца выдвинула азари-Спектр после спасения колонистов азари на Тируме. Если все будет хорошо, она станет вторым действующим человеком-Спектром, особенно в свете того, что Шепард с нами больше нет. Командование посчитало, что вы лучше других подходите для этого задания. Окончательное решение о ее назначении должно быть принято после наблюдения за тем, как новобранец выполняет свою работу в составе команды «Нормандии». «Ситуация почти как с Шепард в свое время», подумал Кайден, а вслух ответил: – Вас понял, адмирал. Берем курс на Землю. Позже, пока «Нормандия» направлялась к Земле, он и просмотрел личное дело новобранца Гвенвивар Шаннон. Что ж, вероятно, Хакетт прав – молодой офицер действительно может стать отличным дополнением к команде корабля. Ее заслуги перед Альянсом были очевидны, а теперь вот ее заметил и Совет. До Шепард ей, конечно, было далеко – капитан была легендарной личностью. Воспоминание о Шепард снова отозвалось болью в груди, и Кайден решительно поднялся с места: дел было еще невпроворот.***
Девушка-новобранец стояла у входного шлюза в компании двух старших офицеров корабля, которые встретили ее на борту. Увидев капитана, офицеры выпрямились по стойке смирно. Девушка обернулась, и у Кайдена возникло стойкое ощущение, что он уже встречался с ней, но где именно и когда, вспомнить не мог. Возможно, на одной из космических станций, принадлежащих вооруженным силам Альянса, а возможно, на многочисленных учениях. У девушки были ясные серо-зеленые глаза, длинные вороные волосы и кожа цвета слоновой кости. Униформа выгодно подчеркивала развитую мускулатуру, свидетельствующую о хорошей физической подготовке. Девушка, увидев Кайдена, вытянулась в струнку. – Свободны, – кивнул майор офицерам, а затем повернулся к новобранцу. – Второй лейтенант Гвенвивар Шаннон? – Так точно, сэр, – ответила она. – Вольно. Добро пожаловать на борт «Нормандии»! Адмирал Хакетт объяснил вам цель вашего назначения? – Да. – Что ж, в таком случае я не буду объяснять вам, что значит быть кандидатом в Спектры. Вы знаете, в чем будут заключаться ваши обязанности? – На Земле мне сказали, что детали сообщит мой непосредственный командир, то есть вы. Кайден кивнул. – С этих пор вы будете привлекаться к выполнению любого задания, которое будет поставлено перед нами командованием – это значит, что я буду брать вас с собой на любую операцию. – Я поняла, сэр. – А теперь прошу за мной. Я покажу вам «Нормандию». Надеюсь, вы будете чувствовать себя здесь как дома. Гвен не сдержалась и воскликнула: – Шутите, сэр?! Многие мечтают попасть сюда. – Прямо так и многие? – добродушно переспросил Кайден, ведя девушку к лифту. Гвен улыбнулась. – Как не мечтать о службе на легендарной «Нормандии»? В ответ Кайден усмехнулся. – В таком случае, я хочу, чтобы вы знали: я всегда открыт предложениям и замечаниям, я хочу знать, что думают мои подчиненные обо всем, что происходит с командой и кораблем. Осмотр корабля не занял много времени. Майор показал Гвен оружейную, лабораторию, каюты экипажа, мед-отсек и столовую. Многие члены команды уже знали о назначении Гвен на корабль; те, кого капитан и новобранец встречали по пути, дружелюбно приветствовали девушку. Гвен же со своей стороны была явно удивлена такой сплоченностью и командным духом. Кайден заметил реакцию девушки. – Мы через очень многое прошли вместе в неизменном составе, – объяснил он. – Команда «Нормандии» это больше, чем просто экипаж фрегата Альянса, больше, чем просто коллеги или сослуживцы. Это семья. Мы никогда не бросаем своих и стоим друг за друга до последнего. Гвен с плохо скрываемым восхищением посмотрела на своего нового командира. Что же он за человек, раз сумел добиться таких взаимоотношений в рядах своих подчиненных? И, словно в ответ на эти мысли, майор добавил: – Этому меня научила капитан Шепард. Гвен, конечно, знала о Шепард, легендарной личности, благодаря которой угроза Жнецов была устранена навсегда. Что же стало с самой Шепард, никто не знал наверняка. Большинство считало ее погибшей в катастрофе Цитадели, когда Горн был разрушен и его остатки упали на Землю. По-прежнему ходили слухи и домыслы о том, что случилось с Шепард. Кто-то верил, что она мертва, другие не сомневались, что ей удалось выжить, ведь однажды она уже вернулась из мертвых. Но сейчас о Шепард до сих пор не было каких-то конкретных вестей, и, учитывая, что ее тело так и не было найдено в развалинах Цитадели, командование Альянса потребовало провести анализ ДНК тех тел, которые было невозможно опознать. Но ни одного совпадения так и не было найдено. Поэтому галактическому сообществу оставалось только гадать, что же на самом деле случилось с легендарным капитаном. Тем временем, Кайден и Гвен подошли к последнему месту на их пути по кораблю: комнате отдыха команды. Кайден позволил Гвен зайти внутрь первой. – Это комната отдыха, – рассказал он. – Здесь мы иногда собираемся, если нет заданий, дел и тренировок. Гвен подошла к стене, на которой висел огромный снимок. На нем было запечатлено множество людей, а также представителей других рас: два крогана, турианец, кварианка, азари и даже протеанин! Гвен узнала майора Аленко, он был в центре снимка, рядом с улыбающейся рыжеволосой женщиной, пилотом «Нормандии» Джокером и координатором Трейнор. Остальные, кроме, конечно, рыжеволосой женщины, были незнакомы девушке. – Это Шепард? Она спросила скорее просто так, чтобы поддержать разговор. Она, как и многие другие граждане Галактики, прекрасно знала, как выглядела капитан. Кайден подошел к снимку. Рассматривая его, он нахмурился. – Да. Она и другие члены команды «Нормандии», которые внесли огромный вклад в освобождение Галактики от Жнецов. Некоторые не дожили до этого момента – СУЗИ, Тейн, доктор Солус, Эшли. Кайден вздохнул. Он до сих пор ощущал себя виноватым в их смерти. Когда Шепард выбрала спасти его, а не Эшли. Когда никто, кроме Мордина Солуса, не мог подняться в рушащуюся башню, чтобы распылить лекарство для излечения генофага. Кайдена не было рядом, когда Кай Ленг атаковал Тейна. Он действительно считал, что все эти смерти отчасти были и на его совести, несмотря на то, что сам почти всегда находился там, где был нужен – рядом с Шепард. Он заметил, что Гвен отошла от снимка и встала рядом с иллюминатором, из которого открывался прекрасный вид на космическое пространство, когда «Нормандия» была в полете, а сейчас – на стену дока и часть видневшегося из-за нее горизонта. Гвен провела рукой по холодной стене, затем посмотрела под ноги. Она испытывала смешанные чувства. – Никогда не думала, что стану частью Легенды, – призналась она. Кайден, глядя на нее, вдруг подумал о том, что было в ней что-то, что вызывало в нем симпатию, почти иррациональную, такую, какую испытываешь обычно к хорошо знакомому и приятному человеку. Хотя это было несвойственно майору: он должен был узнать человека получше, прежде чем решить окончательно, как к нему относиться. К тому же, его немного беспокоило прошлое Гвен. Он решил, что спросит об этом в более подходящий момент. – Быть частью команды «Нормандии» означает не просто быть в ее составе, лейтенант. Я думаю, вы и сами это понимаете. Быть здесь – значит сражаться за самые высокие идеалы, за Альянс, бороться за мир даже в самых удаленных уголках Галактики. – Да, сэр. Я понимаю. – Прекрасно. Совсем скоро вы сможете внести и свой вклад в наше общее дело. Тем более благодаря вам у нас теперь будет гораздо больше заданий. Он слегка улыбнулся, а девушка ответила ему долгим взглядом ясных серо-зеленых глаз. – Жду с нетерпением, сэр, – просто ответила она. – Что ж, как только нам дадут новое назначение, я вызову вас. А пока вы свободны, лейтенант. – Сэр! – И да, тренировки каждый день с десяти до двенадцати и с семнадцати до двадцати часов по бортовому! – и Кайден вышел, оставив девушку одну. Сделав несколько шагов по коридору, он остановился, поднял руку и запустил пальцы в волосы, чувствуя себя немного обескураженным. За это короткое время, проведенное с Гвен, он успел составить о ней первое мнение. Девушка оказалась серьезной, целеустремленной и спокойной. Даже если у нее и были амбиции, она никоим образом не дала понять, что для нее именно они превыше всего. Майору это пришлось по душе, и он решил, что Гвен отлично вольется в команду. Кайден поспешил вернуться в свою каюту. Теперь он снова мог сосредоточиться на своих личных делах. Подняв голову, он взглянул на иллюминатор в потолке каюты, по привычке надеясь увидеть холодные далекие звезды. Но корабль находился в доке на Земле, и сквозь иллюминатор была видна часть голубого неба с белыми перьями облаков. Тяжелый вздох вырвался из груди. Почти пять лет. А если точнее, то четыре года и пять месяцев прошло с момента окончания вторжения Жнецов, с момента, когда Шепард снова исчезла. Все это время Кайден, упорно не веря, что она мертва, пытался найти ее. Он хватался за любую нить, которая могла привести к ней, кидался на первую же зацепку, которая могла хотя бы намекнуть на местоположение капитана. Он обращался к Серому Посреднику Лиаре Т'Сони, Арии Т'Лоак, пользовался своими возможностями Спектра, но каждый раз поиски заканчивались тупиком. Кайден отыскал бывших сотрудников «Цербера» Миранду Лоусон и Джейкоба Тейлора, справедливо рассудив, что организация снова могла попытаться захватить капитана для использования в своих целях. Но и они даже предположить не взялись, что могло случиться с Шепард, учитывая, что «Цербер», фактически, больше не существовал: со смертью Призрака, бессменного главы организации, сама она канула в лету. В конце концов, Кайден почувствовал, что близок к тому, чтобы потерять надежду. Многие бывшие соратники Шепард уже смирились с ее смертью, но майор отказывался принять это. Они ведь обещали друг другу, что ничто не сможет их разлучить! А значит, поиски нужно было продолжать, во что бы то ни стало. Кайден сел за стол и взял в руки электронную фоторамку, которая от его прикосновения активировалась. На экране возник снимок Шепард: любимая смотрела на майора со снимка исподлобья, снизу вверх, на губах играла улыбка, в глазах застыл смех, а из-за левого уха выбилась непослушная рыжая прядь. Этот снимок Кайден выпросил у Лиары: оказывается, азари одно время увлекалась тем, что снимала членов экипажа, пока они не видели этого. А Трейнор по секрету рассказала капитану, что большая часть снимков, сделанных Лиарой, посвящена Шепард. Капитан случайно коснулся кнопки и перелистнул снимок. Он увидел собственное изображение: нахмуренный, излишне серьезный, даже словно чем-то недовольный. Кайден улыбнулся, он помнил этот момент. Он тогда был в плохом настроении, едва не провалил задание, к тому же не любил фотографироваться, а Шепард гонялась за ним по всему кораблю, пытаясь сделать хоть один снимок. «Для потомков!» – со смехом говорила она. Тогда ей все же удалось заснять Кайдена, когда он взглянул на нее. Он не знал, что все это время она хранила этот снимок, и был очень тронут, обнаружив его. Ставя рамку на место, Кайден заметил темно-серую плоскую табличку с фамилией Шепард. Он так и не решился прикрепить ее к мемориальной стене почти пять лет назад. Он просто не верил, что Шепард могла умереть. С тех пор эта табличка так и лежала на столе в каюте. Майор включил свой личный терминал. Лиара, должно быть, уже прислала ему ежедневную сводку. Стоило бы просмотреть сообщения. Вот кто еще не желал признавать, что Шепард погибла. «Она уже умерла однажды, а затем явилась ко мне, как ни в чем не бывало», – сказала азари четыре года назад, когда Кайден впервые обратился к ней. – «Так что и сейчас я верю, что она жива. И если она сама не пытается найти нас, значит, у нее нет возможности. Я помогу тебе отыскать Шепард, сделаю все, что в моих силах и возможностях». Не было слов, чтобы описать, как майор был благодарен Лиаре за ее преданность и готовность помочь. Кайден сжал ладони в кулаки. Нельзя сдаваться! Шепард никогда не сдавалась. Единственный раз, когда Совет Цитадели заблокировал «Нормандию» в доке Цитадели, не давая кораблю вылететь на Илос, Шепард была готова оставить свои попытки, но тогда с ней был он, Кайден. Тогда он не позволил ей опустить руки, поддержал, подставив свое плечо в трудный момент. А сейчас с майором не было никого настолько же близкого, кто мог бы поддержать его. Ну и пусть! Он все равно найдет Шепард. Чего бы это ему не стоило.***
Гвен осталась одна в комнате отдыха. Едва капитан вышел, она снова повернулась к иллюминатору. Она думала обо всем, что с ней произошло сегодня. Команда корабля встретила ее в целом дружелюбно, многие желали успехов и удачи в дальнейшей службе на «Нормандии». Гвен искренне благодарила каждого, кто встречался ей на пути, зная, что лучше налаживать контакты с самого начала. Что ж, теперь этот корабль станет ее домом. Она была по-настоящему рада, что теперь она здесь. Но триумф и предвкушение затмевали радость, выходя на первый план. Гвен сделала важный шаг на пути к своей главной цели, теперь будет намного проще. А если еще и свести близкое знакомство с нужными людьми, друзьями майора Аленко, то не такую уж и недостижимую цель поставила девушка перед собой. Гвен протянула руку и коснулась холодного стекла. Все шло по задуманному ей плану. *Помнишь, как мы стояли на поле битвы; Как бились в небе белые искалеченные крылья; Предвестников войны, явивших свою сущность; И как таяли наши шансы?..
