New Generations

       Бомбу, благодаря его лучшему другу, досталось теплое местечко, правого крыла президента. Работа была немножко муторной и нудноватой, но все же спокойной. Все что нужно было делать — заполнять документации, которую сам лидер, еще находящегося в процессе создания Райского Континента, ленился обрабатывать. Что стоило точно пробить печатью, ему заранее оговаривали, а он просто выполнял его просьбы. Остальные бумаги уже шли на его усмотрение. Снегиря все устраивало. Ввиду своей стеснительности, ему не хотелось устраиваться на особо требовательные к ораторскому искусству рабочие места, и сам птах был столь неуклюж (к тому же, взрывоопасен), что ему ничего другого и не хотели особо предлагать — никто не хотел чтоб все в здании пошло павлину под хвост, а еще больше конторы боялись что тот «подорвет их репутацию». Даже папки с материалом птаху выдавались в нескольких экземплярах, на случай взрыва.        Черный, расслабившись, попивал кофеек, когда внезапно к нему влетел в кабинет слегка охмелевший кенар.        — Бомб, ты та-а-а а-кое пропустил!        — Рад видеть, Чак! Прости, что пропустил твой очередной тусняк, просто… работы много, понимаешь? И мне не очень нравиться алкоголь, не знаю, чем вообще стукнуло «мистера президента», что он разрешил его глобальное производство. Слышал разве что, какой-то ворон прибыл недавно и наладил сеть, благодаря вывозу с другого острова, который… не помню название. Голова не болит? — заботливо завершил речь друг.        — Есть немного… я даже бегу не так быстро. И говорю не быстро. И глотаю не так быстро. И сюда я пришел на две секунды позже, чем хотелось бы мне, если учесть что график у меня плотный, а у меня еще дела, и дом не убирал, — протараторил тот глядя на часы. — Черт, как все улиточно!        — Да расслабься… что тебе делать кроме как диджейем на вечеринках выступать нужно то?        — Ну, у меня их сразу несколько. А еще, меня ждет зажигательная ночка! — протянул желтый с удовольствием, от чего темного скривило.        — Снова какую-то самку подцепил? — Бомб не очень уважал подход друга к отношениям.        — Не, там концерт будет группы Стеллы. Они опять закинули свои дела ради общего выступления. Все-таки годовщина Юниона!        — Точно! Я за бумагой и забыл совсем…        — Что бы ты без меня делал?        — Э-э-э… тоже что и раньше?

***

       Подруги какаду-инки, собрались компанией чтоб отметить праздник. Все они выросли, нашли свое место в жизни, кто-то даже обзавелся второй половинкой попутно. Поговорить подругам было о чем, но за столом не хватало Гейл и самого солиста группы.        Первой не было давно в живых, ибо та выбрала не верную сторону, и предала своих друзей в итоге, а вот почему припаздывала розовая — никто сказать не мог. Тем не менее, все было почти завершено, и дамы стали рассуждать о своих житейских делах.        — Мне нравится идея Юниона… — протянула Далия. — Как не враждебные к нам существа, свиньи куда интересней. Теперь мы вывели нашу жизнь на новый уровень!        — Теперь жизнь считай, не зря прожита! — так же радостно прощебетала Виллоу. — У меня теперь есть собственная галерея, а еще, хотя это и не так хорошо, у меня теперь есть много желающих податься в ученики тоже стать художниками.        — Ну-ну, у тебя-то все только начинается, — решила вставить и свой комментарий Поппи. — Увы, похвастаться вам ничем не могу, все как обычно. За Лукой вот присматриваю…        Корелла немного задумалась и решила что тему нужно повернуть в более интересное русло.        — Оу, а о «героической троице» ничего не было слышно к слову о великий деяниях?        — Разве что Бомб запал на Беатрис, слышала, — упомянула ученая.        — Это та, что длинноногий снегирь? — уточнила венецианский голубь.        — Ага, она самая. Хэх, как раз целоваться им удобно будет, а то до его верхушки добраться может не каждая самка, — та слегка посмеялась. — Он к ней подкатывает в буквальном смысле.        Попугайка указала на задние ряды, где черноперый, заметив самочку, которую он случайно миновал, взял со стола впереди несколько роз, и откатился обратно мячиком к ней, а затем, вручив цветы, взял за крыло и мягко его чмокнул.        — А Чак пытался меня споить… — прошипела с ненавистью Виллоу.        Художница в этот момент вспомнила, как день назад кенар хотел ее по приятельски угостить, в честь Дня Рождения, но подсунул ей выпивку, которая шипела слишком неестественно для эля, а когда она сделала глоток, обхватил со спины и стал опускаться крыльями вниз по животу, все ниже и ниже… За что получил удар сначала под дых, а затем между лап. Сама синяя такой сценарий, ввиду всем известного характера Чака, как бабника местами, просчитала, потому глотнула таблетку что нейтрализует весь эффект подсыпанного вещества прежде, чем пить что-то с того, что он дает.        Прошло еще несколько часов веселой болтовни, но они все никак не могли дождаться Стеллу, потому решили начинать без нее, а чтоб ее подменить, женщины решили на празднике импровизировать.        — Леди и джентльмены, мы решили, что мы и так многие годы выступали для того, чтоб вас порадовать. давайте введем разнообразие небольшим конкурсом… — заинтриговала всех Далия.        — Мы более чем уверены, что не только мы сумели открыть своих внутренних певучих пташек… В каждом вас есть искра и талант! — подбодрила толпу Поппи, взяв «эстафету» себе.        — То кто из вас готов попытать счастья и спеть вместе с нами после небольшой проверки? Кто уверен что его голос, способен взорвать сцену? — завершила речь Виллоу.        Толпа стала переглядываться.        — Не стесняйтесь… Ну же! — хором прокричала тройка.        Через некоторое время стали тянуться крылья. Среди них самыми активными были два подростка: Зоя и Арианна. Девочки почти пищали от счастья и возможности проявить наконец-то себя. Волнение нарастало: вот уже который участник уходил ни с чем, хотя их голоса были весьма хороши. Некоторым не хватало только техники, другие были недостаточно сценичны, те, кто был не уверен в своих умениях и не подходил, потому по крайней мире откровенно неудачных голов не слышал никто… Что тоже давило, ведь если не проходили проверку вполне удачливые, то какой шанс мог быть у розоватой и мягко бежевой?        Когда подошли девчонки, их прослушали обоих по очереди… именно их голоса смогли заставить затаить дыхание даже бывалых знаменитостей. Когда проверка завершилась, тройка удивленно переглянулась.        — Нам стоит переговорить… — протянула Далия.        Вскоре участницы стаи Стеллы обернулись и выказали свой результат.        — Мы берем Зою. Прости, Арианна, но твоя подруга обладает более тонким голосом, потому лучше подойдет под нашу песню. У тебя тоже, несомненно, дар! Не расстраивайся и не забывай практиковаться с разными стилями, уверена, сцена — тоже твое будущее, — сделал вердикт корелла.        Розоватая пташка на радостях обняла компанию, и присоединилась к ним, получив призовое место.        Белесая же оскалилась, стоило им обернутся… Они был подругами с детства, тем не менее, когда они подросли и стали подростками, их жизнь стала чредой странностей: на удивление, обладая теми же умениями, Арианна всегда оставалась позади своей приятельницы. Всегда выбирали кого угодно, но не ее. А еще чаще везло розовой. То, что самку не взяли, хотя они выступали дуэтом, добило птичку окончательно, и та, бросив презренный взгляд в сторону своей приятельницы, развернувшись, ушла, не заметив даже президента, стоявшего на горке за рядами и наблюдавшего за всем…

***

       Ред поглядывал с одной стороны радостно на всю массовку под ним, но что-то заставляло его кулаки сжаться.        — Ты правда думаешь, что это была хорошая идея, кардинал? — его окликнул некто, суровым и в то же время легким тоном.        Красноперый обернулся, желая высказать несколько колкостей в сторону того, кто оторвал его от мыслей, столь грубо и без капли уважения, но застыл, как только обернулся от секундного испуга.        — А, это ты, лидер Ордена Заступников.        — В яблочко, — легко улыбнулся врановый.        — Меня немного удивляет, род твоих занятий… Правда ли вам мои коллеги выделяют деньги, на… — тот сделал паузу на небольшой смешок, — …Борьбу с демонами и содержание аномальных и паранормальных объектов, артефактов, и прочего барахла?        Тот не ответил и просто раскрыл мешок за спиной. Оттуда вывалилась голова со множеством глаз, двумя рядами пираньих зубов и длинным, почти змеиным, языком, у которого торчали шипы на конце. Кровь, что полилась на землю, прожгла траву и часть самой земной породы.        — Ох его же пертаную! Это, бля, что еще? — Ред впервые за долгие годы ощутил, как трясется от страха.        — Демон, мистер президент. Существо другого мира. Они пришли сюда с моего родного, и являются причиной моего пребывания тут.        — Слышал уже, что ты и сам, кхм, не здешний. Так или иначе, ты же по делу, верно?        — Да. Мне одному кажется глупым праздновать победу, пока идет строительство укреплений? — голос ворона звучал с чем-то вроде непонимания и презрения, но собеседник не заметил этого.        — Я слушаю…        — Нам нужно пополнение рядов Ордена. Мы все хорошо обученные воины, но даже среди нас бывают порой потери. Заступники многое пережили, но всегда готовы защищать вас. Это будет выгодная сделка, уверяю.        — Мне говорит это почти каждый, кто ко мне обращается, — на этот раз негодовал красный. — Нужно что-то серьезнее слов.        — Взгляни вниз еще раз, Ред. И учитывай, что по окончанию войны погибли очень многие, а среди них и те, кем ты командовал, включая твоих приятелей Хэла и Бабблза, что позже, после твоего появления вместо Пинкепаха на посту власти, стали частью твоей стаи. А мы все еще существуем при нашей немногочисленности и более существенных оппонентах. Я могу поднять уровень их выучки и… — завершить речь было не дано.        — То есть ты, черноперый пожиратель падали, хочешь сказать я виноват что погибли они все?! — красноперого рвало от злобы.        — Э, стоп! Знаешь что, расистский мудень? То, что наши предки миллионы лет были хищниками, поедающими все подряд, еще не значит что мы и сейчас такие! А как же другие плотоядные виды? Орлы тоже ели других птиц, когда мы еще были летучими созданиями, а теперь они символы защиты, хотя на деле всем давно известно, что это не более, чем пиздеж! Плюс любая такая птица, в наше время может спокойно сосаться с былой жертвой, Все изменилось давно, это для вас норма, а вороны-то какого черта тогда у вас в таком «почете»? — темного тоже распирало от слепой ярости от презрения к врановым даже спустя тысячелетия, представителем которых он и был.        — Проваливай! — заорал краснохохлый закрыв глаза от гнева, не желая видеть собеседника и вытянувшись вперед.        Когда он распахнул веки вновь, рядом уже никого не было, а перед ним стоял изрядно постаревший Пинкеп, что сразу сменился в лице, грустя. Через секунду он стал рыдать и заливать слезами свою шляпу. Красный в отвращении отвернулся от нытика.        Ворон же, оказавшись далеко оттуда, встретил по дороге одного воина из своего отряда.        — Мастер Бирн! — его окликнули.        — А? Прости приятель, немного не в духе… — протянул заправляющий вяло в ответ.        — Не прошла удачно сделка? — поинтересовался боец.        — Мягко сказано… Этот глупец не понимает что мы желаем помочь, а расплачиваться потом будут вновь невинные! И как мне с этим смирится? Скажи? А впрочем, не бери в голову… То что там? — тон начался с усталости, стал раздраженным, а потом вновь перешел в меланхолию.        — Рядом с логовом убитого существа, мы так же нашли несколько птенцов при осмотре, пока вы были на переговорах. Куда их?        Солдат указал крылом пройти с ним. Вран вскоре взглянул на нескольких малышей, что захлебывались слезами. Они жались к его коллеге и дрожали от страха.        — Н-нас напали о-но… Утащило родителей куда-то, — промямлил один из мелких.        Черноперый присел на одно колено, переводя взгляд с них на коллегу, и обратно. Потом он погладил по макушке с улыбкой одного из пятерки и успокоил.        — Не бойтесь, малыши. Здесь, в Ордене, мы все — семья… — ворон перевел взгляд со злостью назад, где вдалеке позади него все так же стоял президент.        Ред же рассматривал неизменно толпу внизу и заметил как к сцене бежит Стелла с радостным криком «У меня для вас есть новость». Он догадался почему и недовольно что-то пробурчал, вспомним события ранее.

***

Утром до этого…        Для Реда было странным абсолютно все, что происходило с ним в последнее время… В особенности последняя ночь, которую он провел со своей девушкой. Открыл красный глаза, находясь в удобной кровати, закованный в объятия. Пташка мягко прижимала его к себе, одновременно и крылом, и лапкой, иногда сладко вздыхая во сне. Первой проблемой было выбраться из «любовных уз», потому что как только ему удавалось двинуть хоть одним мускулом — его прижимала тут же к себе рядом лежащая, даже сквозь сон. Когда птаху удалось оказаться на свободе, и сесть у края дивана, у него разболелась голова от пережитого. На такой результат тот явно не рассчитывал. Хотя и не отрицал, что ему это понравилось. «Герою былого Птичьего Острова» требовалось немного переварить информации.        Вообще, последние несколько лет прошли напряженно, а он смертельно устал от постоянной борьбы, потому был рад Объедению. Тем более, после того что нагрянуло позже. Он тоже изменился, сам по себе, хотя воспринимал все, что было вокруг него, с трудом. Война опустошила его, но в то же время ему удалось познать нечто новое для себя. В целом отношения ему давались тяжко, и вчера, как ему самому казалось, произошел перебор, ибо он вылил в ласку вообще все, что было в нем очень глубоко, ведь долгое время одиночества было одновременно и закалкой характера, и болезненным чувством.        Сам кардинал не мог сказать чего же в нем больше, грусти от того что ему причинили много обид в прошлом и ему пришлось стать отшельником, или то, что теперь он к кому-то был мягок. Хотя та дама, что была позади него, пережила с ним через все это и обладала той же ролью на Острове, что и сам красный. Оба популярны, оба вожаки самых именитых стай, оба обладали своими причудами, не ясными другим. Теперь же, наступила новая волна боли, преследовавшая каждого одиночку, который все-таки нашел свое место среди других, и обрел социум вокруг себя, — страх потерять. Выливалось это все в жуткую ревность и грусть когда дверь закрывалась и его оставляли одного наедине с мыслями.        Внезапно по его позвоночнику стали двумя пальцами «шагать», заставив вздрогнуть.        — Знаешь, я бы предпочла проснуться в твои крыльях, а не глядя на твой хвост, каким бы привлекательным он ни был…        Девушка аккуратно опустила крылья чуть ниже его плеч, свисая на самце.        В голове красноперого пронеслась всего одна мысль: «Ну почему ты не могла проснуться на пару минут позже?». Впрочем, самцу не хотелось показывать, что с ним опять произошло что-то странное вперемешку с приливом депрессии, потому отшутился:        — Та ну, там всего три пера, а у тебя хоть есть на что поглядеть… — немного заигрывая протянул парень.        Если бы перьевой покров не покрывал тело самки, все бы отметили что щеки у нее покраснели, но она быстро пришла в себя и задала вопрос которого Ред больше всего боялся…        — Что-то не так? Ты выглядишь… откровенно уныло, — в голосе читалась тревога.        — Мне тяжело сказать… сам еще не разобрался в себе.        Вторая встревожилась.        — Может поделишься со мной? Уж не думала, что ты проснешься в таком состоянии… — та пыталась успокоить любимого, но он лишь отвел глаза. — Почему ты отказываешься мне объяснить что происходит, если я тебе близка? — голос у нее отчасти дрожал от волнения.        Птах встал и пошел на балкон, не проронив ни слова, приметив нечто за окном. Потом краснохохлый сжал кулак и тяжело выдохнул, но так и не ответил, закрыв двери, оставив гадать свою пару что бы это могло значить.        — Волнуется… Знала бы я еще почему, — вздохнула какаду.        Птичий Остров менялся, и лик старого «родного гнездышка» проглядывался через призму новых вещей, введенных Далией. Часть Ред запрещал вводить, как верхушка власти, ибо полностью кибернетизировать все, оставив кустики и небольшие сады, считал преступлением. Хотя новые постройки, и безопасные для природы аппараты подписывал на заказ без укоров совести. Многое создавалось вместе с зеленокожими, но часть их продукции была пагубна для среды, потому все стояло на жестком контроле. Впрочем что радовало при взгляде на Пустоши, так это то, как усердно строилась стена. Они могли прийти в любой момент и забрать у него то, что так дорого вновь… Нельзя было этого позволить, и просто дать пропасть жертве двух его друзей напрасно. Все меры были соблюдены, и если постучится Третья Птичья, все будет готово, дабы дать им отпор. Впрочем, даже такой храбрец молился, чтоб этого не случилось. Убийцей он никогда не был, хотя и, не жалуясь, забирал жизни при необходимости. Изгои не знали пощады, и могла остановить их лишь погибель…        — Надеюсь, эти чашкоголовые успеют в срок, иначе тут не останется и камня на камне, — пробурчал правительственная ветвь, глядя на процесс сооружения.        Проблемы в личной жизни даже при наличии оной и вся ситуация целиком поглощала и давила грузом. Но все-таки от кое-чего можно было избавиться прямо сейчас, что кардинал и сделал.        — Клоканый в клюв! — Ред выругался, а потом сразу же прикрыл клюв, в надежде что его подружка не слышала этого. В крыле было его, им же вырванное, перо. — Ну почему это именно так нужно делать? Не могли сделать традицию без мазохизма что ли? — продолжал тот шипеть причитания.        Традиция требовала чтоб самец подарил самке лучшее свое перышко, при бракосочетании и это оставалось неизменным.        Вернувшись, он застал расстроенную розовую птичку, и то улыбаясь, то сглатывая, и почесывая хохолок на своей голове, выжал:        — Эм, Стелла, есть новость… я принял, важное реш-ш-шение… — его трясло, как когда-то от любого разговора, но и снаружи тоже, а не только внутри. — В общем, предлагаю перо и сердце тебе. Давай завтра тихо распишемся? Я не хочу чтоб все прошло с кучей гостей и была толпа на нашей свадьбе...        Вторая схватилась за рот обоими крыльями, чтоб не завизжать и мгновенно пришла в себя, затем бросившись ему снова на шею.        — Д-да, к-конечно!        Та попыталась поцеловать вторую половинку, но возлюбленный прикрыл ей клюв пальцами.        — Прости, но я не хочу быть слюнявым. Я в курсе что вам, девушкам, нравится целоваться часто, но, идти в таком виде работать… В любом случае, держи вот, мое подтверждение предложения связать наши жизни, а я пошел, знаешь же, пора.        Помахав ему на прощание, она осталась глядеть на подарок в своих руках… а вечером сообщила Реду, что пригласила всех своих друзей, из-за чего ее, уже муж, дал себе по лбу.

***

Спустя десять лет        Госпиталь. На пороге стояли несколько взволнованных самок стаи Стеллы, и Бомб с Матильдой. Теренс не появился по своим причинам. Шли бурные переговоры и тишину нарушал лишь Ред тяжелыми вздохами.        — Та расслабься ты, все будет в порядке, заходи давай.        — Ага, Бомб, не твоя же Беатриче сейчас собирается откладывать яйцо в роддоме!        — Вообще-то, она тоже там в соседней… — возразил неловко снегирь.        — Та все через это проходили, и твоя жена переживет это как-то. Как и жена нашего стесняшки, — решила успокоить будущего папу курица. — Эх, жаль что собственных так и не нажила, но радует видеть, что у вас «пополнение».        Тот вошел внутрь все еще едва не теряя сознание и подошел к кушетке. Доктор заявил что процесс будет недолгим, но и не особо приятным, пусть и не столь болезненным как у живородящих, что все еще не заставило слечь волнение красноперого. Потом одев перчатки, попросил внимательно его слушать и прекратить наконец дрожать.        — Такое ощущение что ты, а не твоя возлюбленная яйцо отложить собрался, Боже… Все будет нормально, ни единого летального исхода не наблюдалось. И я сейчас имею ввиду под этим, что ни одного вообще за всю историю! — доктору было даже забавно наблюдать, как храбрый по натуре птах, нервничал при столь обыденном. — Слушай инструкцию: твоей супруге, возможно, когда она на треть «выдует» оболочку ребенка, нужно будет помочь вручную размять окружение, чтоб шло проще, потому что часто яйца могут застрять*. Не буду же я к вашей даме там касаться…        Теперь горе-папаша и вовсе едва не свалился на пол, но ласковое движение по его крылу, успокоило его. Если уверена жена, он посчитал, значит и ему нечего бояться. Все шло по указаниям, хотя больше сама Стелла успокаивала мужа, чем он ее, что вызывало смех у остальных. Когда все завершилось и у него в крыльях оказался его ребенок, красный попросил Матильду подержать его, и сознание его покинуло.        На деле, причина подобных душевных метаний была проста — беременность возникла вне его планов, и сам самец этот миг считал самым страшным — появление детей, но судьба распорядилась иначе. Когда красноперый вновь стоял на лапах, первым делом тот предпочел уточнить самочувствие жены.        — То… как ты, милая? — мягко, но с дрожью в голосе выдавил из себя пернатый.        — Ну, создание было приятнее, чем откладка, — разрядила та обстановку юмором. — В животе легкий дискомфорт, но ничего серьезного. А чего ты убивался больше чем даже я то?        — Я никогда не представлял себя отцом, это слишком внезапно. Я… Я жутко боюсь. Не хотел, честно говоря, потому что…        — Пойми, это рано или поздно должно было случиться. К тому же, какая семья без этого? Разве это не достойное наследие?        — Все это так внезапно... Когда-то я видел все иначе.        Розовая положила ему крыло на спину, присев рядышком, иногда поглаживая.        — Для некоторых женщин стать матерями вполне естественное желание. Неужели мое счастье, это так много? — немного взгрустнула та.        — Ты права в чем-то. Не бросить же мелкого на произвол судьбы, раз уж появился? Придется учится быть папой, — на его лице за долгое время, вновь появилась улыбка.        Впрочем тут его ждало второе испытание. Врачи решили со списками «обрадовать» Реда еще больше. Новые технологии позволяли заранее проверить как пол детей, так их количество. По просьбе матери они и ее яйцо отсканировали. К тому же кардиналовому и без того хватало сюпризов до этого. Один из медиков торжественно подошел, громко заявив:        — Мои поздравления! У вас тройня!        Тут красному снова стало плохо, и ему под клюв пришлось дать понюхать нашатырный спирт.        — Прошу прощение, не та самка…        Он с громким «ух» снова поднялся. После того, как ему объяснили, что будет один и мальчик, тот таки ощутил облегчение. Празднично вручив белесый кругляш Реду, птицы здравоохранения удалились. Теперь у него был на руках с тревогой, считай, сын. Проблем стало слегка больше для президента, потому что на кону было будущее не только новоиспеченного Райского Континента, но и его собственное. Птах знал наверняка одно — пусть все еще таятся угрозы из пустоши вдали, им никогда не отобрать то, что ему дорого. Стоило пересмотреть предложение чудака ворона данное несколько лет тому назад, поскольку теперь был веский повод.        Он должен защитить своего сына.