New Generations

Black spires in the city sky They shimmer and shine tonight Hacked wires and electric eyes And a billion flashing lights*

       — Ричард? Да не может быть! — Сай едва не уронил нижнюю часть клюва на пол увидев кто стоит перед ним.        В довольно скромной снаружи домине, жил некто весьма известный, но никто не поверил бы, что на окраинах Хогского Бердариума, будет жить известная личность. Сам житель неспешно окидывал неожиданного гостя, пытаясь понять зачем тот пожаловал. Птах выглядел продолговатым, со средней длинны лапами, малиновым оттенком перьев, довольно чудаковатой вытянутой прической, карими глазами, не сильно большим клювом, и средней длинны хвостом, на котором было обильное количество темных перьев.        — Судя по костюму, ты не из толпы фанатов, что жаждет общения только потому, что я сын известных птиц, правда? — с легкой опаской уточнил тот.        Сайрес кивнул пару раз, подтвердив слова собеседника и быстро вытащил блокнот, с прикрепленной к нему ручкой.        — Журналист? — предположил малиновый. — Как-то поздновато ты заявился. Может придешь завтра или еще позже? Я правда немного устал за сегодня… — Ричард потянул дверь обратно на себя.        — С-стой, я не журналист, я по другому делу. Можно войти? — попросил второй.        — Ну, ладно. Прости заранее, за легкий беспорядок, я не прибрался. У меня гостят не редко, но вот не ждал я еще и тебя, уж извини, — хозяин учтиво отступил от дверного проема, и указал крыльями внутрь, приглашая к себе.        Вытерев лапы, сокол перешагнул порог. Внутри было на удивление уютно и роскошно, пусть и не богато. Было понятно что жилец не любил слишком сильно заморачиватся с престижностью, хотя и мог себе это позволить. Так же можно было приметить какую-то невероятную аккуратность во всем — не смотря на обилие разного сорта безделушек, все были упорядочены и не захламляли помещение, а порой и вовсе стояли неприметно для глаз, если не присматриваться дотошно.        — То кто ты и зачем пожаловал? — внезапно малиновоперый почесал затылок, припомнив что-то. — Оу, прости мои манеры, я забыл чем-то угостить… Будешь кофе или чай?        — Мне кофе. Зовут Сайрес кстати. Я собираю в качестве хобби, а теперь и дополнительного заработка, исторические заметки. Никто из старых поколений сейчас вообще не жив, потому немного фактов не хватает. Ну и хотелось бы упорядочить мне, как прибывшему с краем очень дальних, вашу историю. Ну, а ты, слышал, являешься сыном основателей Центрального Редстоуна, одной из трех частей Райского Континента, — объяснил собеседник ситуацию.        — Ну, мои родители не основатели в привычном понимании… Располагайся, я расскажу потом. Сначала я на верхний этаж, сделаю напитков нам — обычное кофе скучно. А ты пока посиди тут, можешь осмотреть здесь все если хочешь, я разрешаю. Но не трогай ничего крыльями! Я очень прошу. Хорошо?        — Конечно, — еще раз мотнул головой верх-вниз птах.        Визитер терпеливо ждал, пока вернется Рич, но любопытство взяло свое, и длинноклювый (относительно) поднявшись с дивана, стал аккуратно рассматривать вещи владельца. Здесь было полно наград за стрельбу, скульптуру, и пение. С этого соколиный сделал вывод, что его знакомый был весьма творческим и талантливым, к тому же еще и в меру спортивным. Последнее подтверждал небольшой спортзал, в другом отрезке здания, и небольшой холст для рисования, причем недешевый по виду, что стоял у стены.        Подойдя к последнему, он удивился еще больше — здесь были фото знаменитых стай Реда и Стеллы, а так же сам холст с мольбертом был подписан именем Виллоу. От этого историк на пол ставки издал легкое «вау».        Рядом он приметил несколько виниловых пластинок, с ярким окрасом. Некоторые из них принадлежали как раз именитой какаду-инке, а вот еще часть он не узнал. Граммофон лежал рядом. Дипломат посчитал что кем бы ни был тот, кто это подарил, он любил старье.        Впрочем, за весьма древним музыкальным устройством лежал и новенький плеер, со вполне современными, стильными наушниками, с зеленой обводкой, но черной основой, c чего можно было заключить, что они свинского производства.        После еще нескольких шагов, внимание Сая приковала картина: на ней был изображен маленький малиновый птенец в руках Стеллы, что со счастливым взглядом прислонила голову к Реду, наполовину прикрыв свои глаза. Ее муж крыльями приобняв избранницу, поглядывал на ребенка с некоторым страхом и волнением.        — Наверно в этой семье хватало тягот… — размышлял сокол. — Им было явно нелегко.        За своими мыслями он не заметил как вернулся Ричард с подносом и двумя кофейными коктейлями, что состояли из трех разноцветных уровней разного содержания, а сверху были украшены пенкой и кокосовой стружкой, с двумя шоколадными шариками покрытыми орехом наверху каждый.        — Та нет, что ты… — оторвал от раздумий гостя Рич. — На самом деле все было не так уныло как ты думаешь. Кстати, напитки уже готовы, бери, — малинового оттенка птах протянул стакан.        — А ты знаешь толк в кофе! Вижу, у тебя много талантов, — похвалил его второй.        — А то! Вообще, отчасти за это тоже могу сказать родителям спасибо.        — Эм, прости за излишнее любопытство, но мне интересно — а чьи-то пластинки, кроме команды Стеллы? — аккуратно подбирал тот слова.        — А, ты про вот эти? Хэх, за ними тоже есть любопытная история, — начал Ричард интригующим тоном. — Вообще, когда моя мать была беременной, она не могла уже вытворять те трюки что и раньше, потому временно отошла от дел, но так вышло, что задолго до этого, за день до ее свадьбы точнее, подруги провели конкурс в результате которого нашли двух талантливых молодых девчонок. Так вот, одна оказалась на уровне умений рядом со Стеллой, потому ту временно приняли в группу вместо моей матери. Позже она пошла в «свободное плаванье», но связь с нами держала все время.        — То эти все пластинки ее? — уточнил Сай.        — Не только… на самом деле еще часть от совсем другой компании, но с участием Поппи. Она какое-то время пыталась компенсировать отсутствие Зои, а так звали ту талантливую пташку, и Стеллы, а так же Далии что углубилась в науку, другими умельцами. Увы, такой расклад просуществовал недолго, поскольку Виллоу тоже покинула состав, и она осталась там одна.        — Грустно все это, — приуныл соколообразный.        — Ну, там был и позитив. Корелла полюбила солиста который пришел на смену самкам-певицам, и после расформировки группы, глотнула наконец семейной жизни спустя кучу неудачных попыток нормально сойтись с парнями. Так что по своему счастливый финал как по мне — она получила желаемое. Ну а Зоя, все еще выступает к слову.        Двоица прервалась на питье и в доме ненадолго повисла тишина. Когда стаканы опустели, они продолжили диалог.        — Ну то как у тебя в семье было и чем ты сам прославился?        — Я, честно говоря, не так и много сделал, но все призы что сейчас устилают полки получены мной честно. Итак, на чем мы там остановились? — Ричи пытался вспомнить чем именно закончилась их последняя тема в разговоре. — Ах да, об основании. Нет, мои родители не основали весь город, просто активно участвовали в его развитии. Ты, наверное, что-то перепутал.        — А как тебе в семье то было?        — Ну… по всякому. Я любил своих родителей. Мать всегда была со мной добра, а я был непоседливым ребенком, что любил порой шалости, и это она пыталась зачастую срезать с моего характера, ввиду строгого в прошлом отца. Часто меня оставляли, из-за большой занятости моих родных, с их друзьями. Тогда я называл их дядя Бомб и дядя Чак… — Ричард приулыбнулся. — Отец же, на первых порах старался поскорее уйти, чтоб не заниматься мной, но это было не потому что я был нежеланным сыном, хотя появился я только благодаря хитрости матери если честно, поскольку папа предпочел бы отношения без детей. На деле он меня откровенно боялся и не знал как себя вести, а еще его пугал собственный гнев и вспыльчивость, поскольку ему не хотелось навредить мне и всегда хотел тот мне только лучшего. По этой же причине сторонился — не было у него опыта. Учился быть достойным отцом у все время утешающей его жены и у Матильды. Тем не менее, при его природному цинизму, мать и меня ценил Ред превыше всего, и ему же я благодарен за то, что научил меня стрельбе, показал как делать скульптуры, таскал меня по подругам Стеллы чтоб они меня чему-то научили… Плох я был только с Далией и ее примочками, ну вот не мое оно было. Но на пользу, как видишь, большая часть пошла.        — С друзьями семьи было так же?        — Не сказал бы… в принципе, со всеми кроме канарейки ладил. Его в детстве я просто обожал, но повзрослев я понял, что наша мораль не особо сходится, — протянул птах и глянул на время.        — То что же сделали твои родители, чтоб увековечить себя золотыми статуями? — решил вернуться с беседы обратно к интервью сокол.        — Многое. Огромная стена что оградила нас от Пустоши, все законы которые мы сейчас имеем… Отец был первым президентом, потому наше будущее зависит от его решений сейчас. Отказавшись от устарелых законодательств, он дал дорогу к светлому будущему всем нам. Увы, мир оказался не столь беспечен как птицы полагали давно, потому в дело включалась даже защитная система. Если бы не он, я даже представить не могу под каким хвостом мы бы сейчас оказались.        — А сами мемориалы твоим родным соорудили почему именно там, где соорудили, и за что? — уточнил историк.        — В благодарность, в том месте где они появились на свет. Все просто и без особого подтекста, — Ричард взглянул на улицу, где уже темнело. — Ладно, извини, но уже вечер настал, так что я бы предпочел отоспаться и тебе домой идти посоветовал. Если что-то нужно еще — заходи, буду рад, — решил уже что пора прощаться малиновый.        — Бывай, Ричард.        — И тебе удачи, Сай.

***

       Доннели тяжело спал. Было давящее ощущение, словно скоро отсроченное собрание случится, а он будет не готов. К тому же, ему снилась его Сьюзи, которую он там оставил одну…        Он никогда не говорил Сайресу, насколько сильно чувствует вину и разрывается между долгом и обязанностями, потому что чего его приятель не смог бы понять, так это как она ему дорога. Потому друзья старались обходить стороной эту тему, по возможности. Было видно что Сай преданный друг, но Дон четко осознавал, что слегка скептичного сокола не стоит заваливать подобными проблемами. Но порой высказаться хотелось.        Немного успокоить нервы жилец решил ромашковым чаем, но внезапно оторвал от расслабления его звонок. Номер был неизвестным, но в Райском Континенте этому никого не предавал особого значения ввиду миролюбивости обитателей, потому свин спокойно поднял трубку.        — Приветствую вас мистер… — зеленый постарался первым делом все-таки узнать, кто собеседник.        — Я Джейк, и вы мне известны Доннели. Прошу прощения, что так внезапно вломился в вашу жизнь, но мне нужно будет с вами встретится, у меня очень важное поручение. Адрес укажу смс, если вы не против.        — Ты из синей троицы? Ну и день! — удивился хряк.        — К сожалению детали не могу разглашать, вскоре увидимся, — синий сразу бросил трубку по окончании речи.        Следом за его отключением, на телефон пришло обещанное сообщение но, их было сразу два. Первое и вправду показало несколькими строками куда идти на встречу, что была запланирована завтра. Но другая заставила Донни трястись как листок — Совет Двух напомнил о себе…        Свин как можно скорее собрал все документы и как можно быстрее отправился к удачно открытому недавно рядом пункту перемещения.        О последних зеленокожий знал в принципе немного: они использовали технологию телепортации, изобретенную Далией, для перемещения между разной дальности пространствами. Всего их было несколько типов, которые потом стали делить на классификации. Их и попытался тот припомнить. Первые, насколько его не подводила память, могли переместить в иную указанную точку, обладали небольшим габаритом, и дистанция переноса была несущественной — это были первые прототипы, один из которых был всегда под крылом у совы. Вторые были куда больше, поскольку могли соединить острова в Райский Континент, каким его знали, и их журналист мечтал увидеть воочию хоть когда-нибудь. Третьими были укрепленные на одном месте колбы, что могли перенести любого в другую точку города.        На основе последних так же работала система более серьезных путешествий — при помощи рогатки и точек с гравитационным захватом можно было оказаться в другом отрезке их территории, а не просто в другом городишке. Работало оно так: с рогатки запускались небольшие сферы с сидением и ремнями внутри, у которых были пятнами расставлены датчики снаружи, которые при достижении пункта назначения срабатывали, а небольшой кругообразный аппарат внизу ловил шар, притягивая его к себе, и останавливая отрицательной энергией чтоб не разбилась оболочка. Затем шарик открывали повернув в исходное положение и помогали стать на лапы или копыта прибывшему, поскольку порой путешественники останавливались в не самой удобной позиции оказавшись на месте.        Но сейчас это мало волновало свина, поскольку старина Сайрес вновь мог опоздать. Все что ему сейчас было нужно — добраться к дому приятеля и хорошенько пнуть по хвосту за отлынивание. Зеленый был более чем уверен, что раз тот все еще не возле него, значит спит все еще у себя в удобной кровати и не желает с нее сползать.        К удивлению хряка, сокол уже стоял у входа и ждал когда «мегапунктуальный» свинский приятель объявиться. Птах помахал крылом своему товарищу издалека чтоб тот скорее подошел.        — Ну что, не ожидал такого поворота событий, а Доннели? — бросил пернатый сходу.        — Честно говоря — нет. Я думал ты все еще дремлешь, — радушно посмеялся второй.        — Так или иначе, я уже готов идти. Я даже костюм не забыл, представляешь? — отшутился соколообразный.        — Да уж, прогрессируешь на глазах, — свин взглянул на накопытные часы. — Пора. А чтоб было не скучно, я предлагаю тебе рассказать мне попутно, как там обстояли дела у тебя с интервью. Не думал что я тебе такую работенку отыщу, да?        — Да уж… до сих пор на эмоциях — поговорил с живой легендой почти! Увы, инфы немного, но мы хоть пообщались чутка. Еще успею информации вытащить потом, если что, оно не приоритет же. Вообщем, слушай…        И два друга попутно делились тем, что им обоим удалось узнать.

***

       Вскоре перед ними предстало огромное здание, около стены, что тянулась высоко вверх, и здесь же было много известных не по наслышке элитных стражей, только одетых не в полицейскую, а боевую форму. Никто не смог бы сказать зачем нужны в мирной утопии военные, но хотя бы на всякий случай стоило быть ко всему готовым. Впрочем, что таилось в Пустоши никто не знал, и о ней никто не говорил особо. Она упоминалась в паре документов, но не более. Были ли на то причины, было сложно сказать.        — Вам сюда, гражданские, — указал солдат дипломатам направление.        Двоице пришлось пройти через Пятьдесят Первый Дом — самое загадочное место на всем Райском Континента. Оно хранило множество разного сорта тайн, которые не каждый мог постигнуть разумом. Здесь холод шел по коже каждую секунду, а тишина заставляла сжиматься от ужаса все внутренности. Только теперь Доннели понял почему его Сьюзи не пускали с ним — то что хранилось тут, лучше было действительно не видеть никому и никогда.        Помещения сменялись, и каждый раз соколиный со свином открывал рты видя невиданные технологии, а порой и тарелки с пришельцами размером с мизинец, над которыми вертелись команды в костюмах хим-защиты. Вскоре охрана покинула их, что вызвало и облегчение, и тревогу, потому что место прямо-таки было окружено ореолом опасности, но с отсутствием двух здоровенных кабанов в бронежилетах с оружием, которое отнюдь не предназначалось для усыпляющих дротиков, наступило и некое облегчение. Находится рядом с такими грозными сопровождающими было отнюдь не особо комфортно.        В комнате где их оставили, все было относительно спокойно, а обстановка напоминала домашнюю. Здесь двое приятелей умудрились даже застать странную и забавную сценку — ворон с воробьем за компанию, пытался отчаянно обучить играть в карты канарейку с вишневым цветом волос, и сызого, потрепанного голубя.        Внезапно вран обратил внимание на гостей, и позвал их. Доннели попятился назад, а Сайрес ощутил, словно от страха его сердце пропустило удар. Их откровенно напугал играющий в карты черноперый.        Сам окликнувший выглядел очень странно. В плохо освещенном месте все равно было видно его ярко-кислотные, зеленые глаза, что казалось, прорезали темноту своим свечением. Лапы птаха были тоже очень чудными, словно у древних летающих птиц, а не «колбасками» как у современных, и заканчивались они жуткими когтями. На голове был протяжный хохолок до шеи сзади, что торчал колючками назад небольшого размера. И они не выглядели как перья, скорее именно как иголки у ежа. Сам врановый был весьма вытянутым телом, хотя и не выглядел как столб, но и не был слишком округлым как большинство.        — Так и будешь там стоять? Та не бойся ты, подойди. Все почему-то видя меня впервые ощущают себя неуютно, но это ложное впечатление, — добродушно пригласил за стол сокола тот, и вытянул из-под стола бутылку алкогольного напитка. — Будешь? Присаживайся, эти двое вообще не умеют играть в карты…        — Прости, не пью, — отмахнулся второй.        — А ты Флетч? Ну, кто-нибудь? Попробуйте, у него очень тонкий виноградный вкус, вам понравится! — черный помахал протягивал то одному, то второму рядом с ним пернатому напиток, но все либо отворачивались, либо отпихивали его крыльями. — Ну как знаете…        — Ты бы бросал эту гадость, — буркнул воробьиный.        — То чего ты хотел? — неуверенно спросил Сай темноперого.        — Ты же сокол, верно? Известные мне были умелыми воинами, и я уверен у тебя, как представителя их вида, тоже есть талант к этому. Запишешься к нам? Работа хорошо оплачиваемая, да и лишние крылья нам не помешают — мы занимаемся опасным, но благим делом.        — Нет, я не буду. Увы, не боец я вовсе, толку с меня как от балерины, к сожалению… Я слаб и физически, и не очень морально силен, — выдохнул тот с ноткой позора.        — Серьезно что-ли? Это же у вас в ДНК! — темный ткнул пальцем в живот собеседнику.        — Меня генетика обделила.        — Природа может сыграть с нами злую шутку, но помни — мы сами решаем свою судьбу. И послушай совет старика — вытащи свой хвост из политики… Они могут выглядеть как благодетели, но наши новые власти отнюдь не добросовестные, уж поверь. Последний президент которого я застал, еще был не безнадежен, а эти — просто трусы. Знаю я о причине твоего визита, приятель. Не завидую тебе.        — Как ты мог застать его живым если он уже мертв? — удивился Сайрес.        На его вопрос решил ответить воробьиный.        — Ему на моих глазах сломали всю кисть, когда он попал в плен и оказался закован, а потом она опять отросла. Клетки у него почти любые восстанавливаются, потому не стареет, или этот процесс у него очень замедлен. Так что видал мой приятель видал многие за свою длительную жизнь...        — Это многое объясняет.        — Да и он видал тоже много. Благо технологии для странствий имеются у нас, — дополнил воробей.        Дипломаты присоединились к партии, и тогда началась жаркая схватка за печеньки, но темноватый определенно проигрывал, получая самые плохие карты на крыло. Черный был готов начать ругаться, попади ему еще раз такая неудачная подборка, но по плечу его похлопала вишневая пташка, заявив что в следующий раз может повезти, потому не стоит расстраиваться. Следующие же карты со стопки оказались тузами, чему остальные несказанно удивились. Как только кто-то додумался постучать по картам - он и сменили масть. Все злобно покосились на Бирна, понимая, что он смухлевал.        — Та ладно, берите печение себе… — махнул тот крылом.        К сожалению, по окончанию игры, для собравшихся, настало время расставания: каждому пора было по своим делам. Сайреса и Доннели позвали в помещение где их ждал Совет Двух, Флетчер просто уже хотел домой, после тяжелого робочего дня, а вишневая птичка еще хотела скупиться по дороге, и взглянув на время, осознала что магазин скоро закроеться. Только ворон и Флетч остались сидеть на месте, собирая вещи. Взгляд темного казался грустным.        — Неплохо же время старой компанией провели, чего ты? — поинтересовался длинноклювый. — Все те же лица, как в те времена…        — Я просто немного устал, приятель, ничего такого... — радушно отбросил друг.        Внезапно к ним вбежал птах в халате и сообщил о том, что кто-то забрел в подсобку, потому врановый понял, что домой попадет куда позже…

***

       В отдельном отсеке Орден Заступников хранил множество вещей, которые могли принести как много пользы, так и быть потенциально опасными, потому их собирали в месте отдаленном от всего Континента. Проход сюда был открыт лишь членам самой группировки, и все велось по строгой отчетности. Чаще босс сам занимался этим, лепя пометки на коробки с аномальным содержимым. Он умел с этим всем обращаться и не угробить себя, но порой приходилось отдавать работу другим, или просить помощи в работе, и по этой причине его соратники проходили дополнительные тренировки.        — Кто же мог сюда влезть без допуска? — размышлял тот вслух, двигаясь вперед по коридору.        Пропуска были в строгом порядке его собственные монеты с огненной птицей на рисунке. Только бросив такую в щелку, можно было попасть в эту часть здания. Никто не знал, почему была именно такая картинка на пропускных, но скидывали это на творческие замашки самого ворона, коих у последнего было весьма много. К тому же, нарисована эта «жар-птица» была красиво.        — Лучше покажись сам — когда я найду, тебе плохо будет! — крикнул черный в казавшимся пустым помещение, но внезапно притих, вспомнив что хранится поблизости.        Внезапно вдалеке зашевелилась полуприкрытая коробка. Бирн в ужасе рванул туда, и открыл ее. Внутри оказался свин молодого возраста, что со страхом и виной смотрел на темного пернатого. Но врановый узнал его даже не смотря на смененный облик.        — Что ты тут забыл, Томми? — волнительным тоном просил ворон.        — Я просто прятался от одной злюки, на которую случайно мои краски пролились. А что? Чего так взволнован? Я сделал что-то плохое?        — Ты совсем дурак что-ли? Ты читать умеешь? Тут любая вещь может быть небезопасной. Вот сейчас ты залез в бездонную коробку… Если ее закрыть, у нее пропадает дно, а потом ищи тебя в какой-то заднице мультивселенной.        — Блять! — зеленый руганулся и выпрыгнул наружу.        — Как ты оказался здесь вообще? — уточнил ворон.        Хрюндель едва не расплакался, начав подергивать глазами и носом, дрожа, после чего поднял глаза на собеседника.        — Я не зн-а-а-а-а-аю-ю-ю, — тот почти рыдал.        — Тише, тут есть один объект, что если проснется, нам не очень будет. Лучше пошли отсюда. И помни — ничего не трогай копытами и соблюдай тишину. Если сейчас разбудить один поющий камень неподалеку, будет плохо все, а в особенности нашим ушам, — он сделал паузу. — И зачем же его сюда приволокли?        — Он кричит так, что перепонки рвет? — забеспокоился второй.        — Хуже. Поет рэп, — бросил вран, в то время как его приятель сглотнул.        По дороге на выход свина заинтересовал красивый красный цветок в вазе, и тот с любопытством потянул к нему свои ручонки, за что получил легкий хлопок по затылку.        — Что я там говорил раньше еще не забыл? Повторюсь… Ничего. Тут. Не. Трогать! — здесь уже можно было позволить себе покричать вдали от чудаковатого артефакта с пристрастием к отвратному пению.        — А что это растение делает то?        — Желания исполняет. Доволен открытием? А теперь пошли уже!

***

       Сокол и его приятель свин предстали перед двумя важно одетыми такими же представителями их цивилизации. Президенты выбираемые на длительный срок сидели рядом за двумя столами сверля двоих подопечных взглядом, а те в свою очередь волнительно ожидали нового их задания.        Оба представителя высшей власти молча бросили папку на стол и жестом подсказали что с содержимым стоит ознакомится. Еще одной жестикуляцией, те попросили своих подопечных покинуть помещение, что удивляло, поскольку обычно собеседования проводят словесно, но, двоица сделала вывод что из этого правила будет исключение. Выйдя, они присели на лавочку и стали просматривать содержимое папки, вчитываясь внимательно в каждое слово на листе. Внутри валялась вся информация про новых приезжих, которую удалось собрать.        — Любопытно… — пертаный почесал затылок. — То есть нам придется заключать мирный договор с пришедшими с краев холодных собратьями?        Как оказалось, все-таки был один неприятный нюанс в их утопии — пингвины не сильно обрадовались тому, что у кого-то есть технология объединяющая земли, потому что таким образом остальные теряли ресурс. К сожалению, их дальнее соседи не могли приспособится к умеренному климату, потому посещали остальные места в мире только ради сбора всего необходимого, не на долгий срок. Их обеспокоил тот факт, что Континент может спокойно в любой момент прилепить другое место, а значит лишить их доли. Они были даже готовы пойти на военный конфликт, если с ними не наладят нормальную поставку. Гостей пытались убедить в том, что «РК» не вмешивается в экосистему столь сильно, и не взял больше чем нужно, но те требовали едва ли не перенести всю Арктику и Антарктиду под куполом, рядом с Райским, на что не было ни денег, ни средств. Задача Сайреса и Доннели заключалась в убеждении найти компромисс, что будет и менее затратным, и не приведет к войне, над чем как раз они и ломали голову.

***

       Настала очередная годовщина Объединения, и по традиции, для того чтоб отметить это событие, горожане и приезжие с других городов собрались вместе, послушать концерт, устроенный знаменитой певицей…        Зоя была морально готова к этому — это было не первое ее выступление, и она явно не обладала достаточной конкуренцией, чтобы оно было последним. Потому розовая пташка спокойно поглядывала на текст за кулисами. Настроение пташки было приподнятым настолько же, сколь сильно билось от трепета ее сердце в ожидании выхода, поскольку посмотреть на нее в деле обещали прийти все ее старые друзья. Даже Арианна, которая отбросила давно повзрослев их былые обиды, чему та была несказанно рада, ведь ее гложил тот конфликт подросткового возраста, она не была виновна что ее никто не замечал и горевала от того, что с ее подругой так обходятся. Она всегда желала ей лучшего… Теперь это была уже быль, ту зависть она отпустила, и смогла добиться в жизни чего-то значимого, открыв свою музыкальную школу при институте имени Далии, а потом примирилась с Зоей.        К ней прямо туда зашел светло-зеленый птах с небольшим хохолком, учтиво поклонившись. В руках он держал пышный букет цветов, и радушно улыбался во весь клюв. Он был в некой мере фанатом ее творчества помимо прочего, потому постарался купить что-то подороже, не жалея денег на презент. Сказывалось еще то, что в детстве они были друг другом невинно заинтересованы. Нельзя было сказать, осталось ли что-то с их детского баловства, как итоге случилось у Джея и Саманты, или нет, но близки душевно они были точно, что явственно могли заметить все.        — Ну как? Волнуешься? — уточнил радостный самец с порога.        — Та оно мне по крыло все, я же не подвела ни разу тебя до этого, верно? — самка махнула кистью в сторону, подтверждая этим, что все в порядке.        Затем она обратила внимание на то что было в крыльях за спиной у ее приятеля, и тот ей сразу же протянул цветки.        — Это мне? Воу… Ты меня приятно удивил. Оставь их тут, мне пора на выход.        Друзья еще долго шли попутно болтая о жизни. Толпа сразу же начала кричать от радости увидев певицу, из-за чего той пришлось уточнить, что начнет она исполнение чутка позже, честно признавшись, что ждет остальную компанию. Те понимающе кивнули и вернулись к еде.        Ожидание было мучительно долгим, и та уже побоялась что придется начинать без них, как бежевая пташка окликнула их обоих со спины, и они узнав в ней Арианну, бросились душить ту своими объятиями.        — Как же мы рады тебя видеть подруга! Как ученики? Не сильная заноза в хвостовом оперении? — розоватая начала сходу закидывать подругу вопросами.        — Вполне достойное наследие моим стараниям. Все трудятся усердно, и я горжусь ими. А вы как? И кстати, где Вилл? Он что-то припаздывает… — побеспокоилась та. — Тебе же не придется выступать так его и не дождавшись?        — Похоже придется. Запишите на видео, чтоб ему не так обидно было, а я пошла, народ уже негодует, — вздохнула та и зашагала к сцене, как вдруг услышала позади себя жуткий хруст и ужасающие крики.        Она повернула назад голову и тоже завизжала… в голове бежевой торчал огромный кол, что пробив череп в области лба, прибил ее к земле. Бездыханная птица лежала фонтанируя кровью, и ее глаза смотрели в разные стороны. Перья на теле потемнели от алой жидкости, заливающей кожу и землю под трупом. Пробоина была огромной. От этого Зою сначала вырвало, а потом она упала на колени рыдая, повторяя раз за разом «Нет! Этого не может быть!» в истерике. С трудом от мертвой ее оттащил Винсент, и она прижалась к нему в страхе, заливая собственными слезами. Сам самец тоже дрожал и не мог вытянуть с себя и слова…

***

       Территория была опечатана, и на место преступления зашел снегирь с задумчивым взглядом, среднего телосложения, немного длинный, и с одним болтающимся пером на макушке, что напоминало фитиль. Детектив окинул взором территорию.        — Мистер Бертрам, свидетелей довольно много на опрос, это дело затянется…        — Жаль, похоже домой мы придем не скоро. Я пока осмотрю тело, а вы продолжайте расспрашивать кто что видел. И это, не давите на них, не каждый день у нас происходит убийство. Точнее, такое вообще как могло случится в нашем Раю, я головы не приложу! Только вдумайся, коллега — ранее были только мелкие грабежи, драки и хулиганства, и даже у защиты нашего гнездышка было не травматическое, а тут на те, убили! — тот почти кричал от шока.        — У-успокойтесь мой друг… — напарник замахал активно крыльями. — Еще рванете не дай Бог.        Тот молча горько вздохнул и пошел осматривать место происшествия. Убили девушку явно при применении военных технологий. Калибр был великоват для полицейского арсенала, но первое же подозрение упало на копов, ведь только они носили нечто, что можно перенастроив использовать как оружие — это сразу же пошло в блокнот. Потом черный перевел взгляд на возвышенности, и прикинул что солнце мешало бы нормально прицелится, потому стрелок явно был около сцены и далеко, потому что ближайшее высокое здание, да еще и хорошей стрелковой позицией, было не близко. И тут он попал в тупик… такого вооружения, которое могло бы бить на подобную дальность, просто не существует! По крайней мере официально.        — Весь корпус будет недоволен…

***

       — Что значит не нашли? Что значит нету такого? Павлиновы дети не обнаружили ничего, говоришь? Вы, вашу пернатую, понимаете, что это гребаный скандал? Такая техника есть только у Ордена, а значит правительство нам будет клевать мозги! Как вы это дебилы проклевали? Да плевать мне где и как! Найдите этого мудака, иначе я за это лично возьмусь, а вас всех под хвост пошлю, ясно вам?! — вран бросил трубку, а затем подумывал кинуть и телефонный аппарат куда-то подальше, но некстати зашел сотрудник, что закрыл лицо боясь что предмет полетит в него, и тот опомнился, взяв себя в крылья. — Прости приятель, но дело дрянью...        — Босс, у нас теракты по всему городу! Мы что-то будем делать?        И тут он осознал — может быть в их рядах предатель.        — Этим займется городская стража. Пока есть дело важней. Иди собери всех.        Как только тот удалился, он собрался с мыслями. Никто не должен знать о его действиях, так как убийца был с большой вероятность среди них. Он мог полагаться только на определенных доверенных личностей.        — Какой дерьмовый день, — мысли слух были высказаны с невероятной болью.        Обычно ворон не срывался и держал эмоции в себе, хотя и говорил все что думает, соблюдая спокойствие. Но здесь накала проблем он не вынес. Слишком много свалилось на плечи вранового. Самому здесь было не справится.        Тут черный птах вспомнил про того, кто мог бы ему помочь, и набрал трубку офицера...

***

       Вскоре черноперый стоял у здания обрисованного красивым синим цветом. Стоило двери отворится, на него сразу накинулись две пушинки с криком «дядя Бирн», и вран радостно взял их на плечи. Птенчики были мальчиком и девочкой. Зеленая девчонка и синий паренек что пошел в мать. Их черты были уникальными, и было видно, что дочь обладала не таким большим объемом волос как у мамы, росли они без особого крепления, и не в две стороны, а по всей голове. Сын был с очень длинным вытянутым вверх хохолком, в отличии от отца с легким пучком.        — Воу-воу, ребятки, вы так свалите же меня! Так, давайте на этот раз без конфет, а то родители говорят что я вас балую больно много, — посмеялся ворон ощутив небольшое облегчение на душе. Следом показалась уже знакомая парочка в виде темно-зеленого попугая и его супруги. — Простите что вот так, с пустыми крыльями… По делу, — гость опустил глаза видя как загрустили малыши.        Самец врановых вошел внутрь и присел за стол, попросив жену своего коллеги побаловать где-то детей в другом месте, с чего она поняла, что с ее мужем будет приватный разговор, и тем более не для детских ушей. Как только та ушла в отдаленную комнату и закрылась там, начался диалог.        — Я к тебе в плохое время. Слышал что у нас в секторе проблемы? — уточнил сходу тот.        — Да. Повезло еще что не у нас в пригороде. Я волнуюсь за свою семью… Что ты хотел, друг? Я могу чем-то тебе помочь? Я готов на все, лишь бы они были в порядке!        — Мне нужен совет. Кто-то из наших весьма вероятно подстроил все это и я не знаю зачем и почему… Не могу доверять никому кроме тебя. Мы через многое прошли, потому ты тот, на кого можно положится.        — Свой? Не думал никогда что у нас где-то будет в рядах сви… — второй призадумался как перефразировать старое выражение. — Крыса?        — Именно. Нужно его вычислить.        — Не детектив я, чтоб здесь помочь. Но у тебя же много сотрудников, разве нет? — удивился длинноклювый.        — Начнем с того, что твое дело будет просто следить и докладывать мне обо всем, вместе будет легче вывести гада на чистую воду, — пояснил лидер Заступников.        — А что будем делать с хаосом в городе? Правительство вообще сейчас думает вводить комендантский и войска. Господи, столько лет жили тихо и тут как гром среди бела дня! — птах треснул по столу кулаком.        — Есть мысль…

***

       Хью* вновь отвлекла пролетавшая перед лицом рядом бабочка, что загородила обзор, и зачесанный красный кенар, ударив по гольф-мячу, увидел как тот не докатился до лузы. Пернатый схватился за волосы, зарычал, и согнул затем клюшку столь сильно, что та поломалась.        — Альфре-е-е-ед! Подойди сюда, будь любезен.        Вскоре к нему подошел аккуратный и опрятный филин-дворецкий, с непроницаемым взглядом.        — Вызывали, сэр?        — Мне нужно разрядить негатив. Тащи ту штуку сюда, — красноцветный канарейка указал гордо пальцем на место возле себя, высоко задирая клюв.        Его рабочий принес и поставил на указанную точку чучело, что напоминало треугольного элементами всего тела, такого же как сам Хью, желтого самца, и это изваяние красноперый принялся лупить что есть силы, до тех пор, пока обивка не выползла наружу, а изделие не стало выглядеть, как распотрошенный труп птицы. Жуткое зрелище для любого, Альфреду было обыденно — его шеф всегда срывал злость на большой мягкой игрушке, что напоминала ему об отце… Тот его ненавидел всем сердцем и каждым фибром на своем теле, за то, что пережил с матерью из-за него.        Чак флиртовал и веселился со многими самками и его мать оказалась лишь одной из очереди для него. Еще молодая кардиналиха, была рада ухаживаниям со стороны крутого и популярного желтого, к тому же энергичного и умелого, с долей юмора, потому надеялась на то что их отношения будут надежными, но после ночи, когда оказалось что птице-контрольные не помогли и она беременна, кенар испугался ответственности и не захотел расписываться. После этого последовал болезненный разрыв, в следствии которого самка держала желтоперого подальше от себя и не подпускала на пушечный выстрел. Позже начались проблемы с деньгами, и когда сам канарейка умер, его еще двое сыновей от других девушек, про которых та даже не догадывалась, грызлись за его завещание. В итоге один подстроил второму несчастный случай, з-за которого последний оказался тяжело травмирован, а увидевший это Хью, не вынес этого и сдал его… Не ради денег. Потому что тот был корыстолюбивым и обманул его близких в прошлом ради выгоды. Наследие досталось ему, и потому будучи последним активным сыном «героя», он жил в подобной роскоши.        От воспоминаний его оторвал старый друг семьи что и стал дворецким, заявив что его зовут на встречу.