Еще одна тайна

      Тусклые лучи заката проникали сквозь окно, слабо освещая комнату, когда Роза Уизли открыла глаза. Она долго смотрела на палантин, совсем его не узнавая, и пыталась вспомнить, почему оказалась в кровати так рано. Утром они всей семьей ходили в Хогсмид и обошли его практически весь, так что по возвращению в замок Роза просто вырубилась на кровати от усталости. Она пропустила обед, и совсем скоро должен был закончиться ужин. Девушка уговорила себя, что совсем не голодна, только бы не нестись через весь замок — усталость все еще чувствовалась очень сильно. Последние полтора месяца у нее часто бывали дни усталости, в причинах которой Роза не могла разобраться, но она хотя бы больше не теряла сознание или еще что похуже.       Роза закрыла глаза и снова вспомнила тот день, когда так же очнулась в своей комнате. Только тогда вместо солнца ее освещала тусклая свеча, а на соседней кровати чуть ли не в обнимку спали Элис с Линдой, которые провели у ее кровати почти все время, сходя с ума от переживаний. Девушка даже не подозревала, что в это самое время кто-то точно так же волновался за нее и не мог уснуть.              Было почти 4 часа утра. В другом конце замка Скорпиус не давал спать своим друзьям, наматывая круги по гостиной. Ламиус дремал в кресле, а Альбус сидел прямо у камина, не отрывая взгляда от огня. Скорпиус в очередной раз отругал его за то,что парень поддался на уговоры сестры и не отвёл её к целительнице. Альбус и сам понимал, что это было глупо, но Роза вырывалась так сильно, что он боялся ей противостоять. Просто поддался. Он вообще плохо соображал, когда кому-то из его близких грозила опасность. Сейчас он понимал: то, что происходит с его сестрой — неправильно. И он сильно напортачил. Сам же отправлял ее недавно всё рассказать...       — А Скорп знает, как попасть в гостиную Гриффиндора, — спустя долгое время тишины спокойно заметил Ламиус.       — Что?! — воскликнул Альбус, резко оборачиваясь в сторону ребят. — В чужие гостиные можно попасть?!       — Можно, — грубым голосом ответил ему Скорпиус. — Как, по-твоему, они эвакуируют учеников из общих комнат?       — И я узнаю об этом только на седьмом курсе, Скорпиус? И только сейчас? Когда уже давно мог быть рядом с сестрой?       Скорпиус отвернулся от друга, ничего не ответив. Он уже некоторое время сам подумывал об этом. Но что-то его останавливало. Неужели, совесть? Почему же она позволяет ему совершать ночные вылазки из замка, а забраться в чужую гостиную — нет? Или дело не в действии, а в причине? В Розе Уизли?       Скорпиус вдруг осознал, что просто боится. Боится попасться кому-нибудь на глаза и не найти причины для объяснения, почему он находится там. И больше всего боится, что кто-нибудь узнает настоящую причину. Это было смешно. Чтобы Малфой младший боялся чего-то подобного? Глупости. Нет, он не боится. Просто не хочет действовать раньше времени. Конечно, в этом не было ничего ужасного. Но это означало раскрыть свою тайну, выставить что-то личное на всеобщее обозрение. Раскрывать свои секреты не в стиле семьи Малфоев, верно?       — Скорп?! — Альбус вывел его из задумчивости.       — Ты бы все это время был с сестрой, если бы соизволил отнести ее к мадам Мерфи! — огрызнулся Скорпиус.       Это был удар ниже пояса, и он знал об этом. Альбус весь вечер думал о том, что поступил неправильно. Он корил себя, и это все понимали. Они успели несколько раз поспорить из-за этого так, что Ламиусу приходилось прекращать их перепалки. Альбус снова разозлился и запустил в друга одну из диванных подушек, на которых сидел. Она попала Малфою в спину и отскочила к ближайшей вазе. На всю гостиную раздался страшный звон и треск.       — Замечательно, — Скорпиус смотрел на осколки, разлетевшиеся по полу, — Давай разбудим весь факультет, чтобы все знали, почему ты сидишь здесь в четыре утра и страдаешь.       — Пошел ты.       — Ребята, вы снова за свое.       — А ты вообще заткнись, Лам, — одернул его блондин. — Тебе надо было упомянуть об этом именно сейчас, да?       — Я подумал, что это неплохая идея. Так вы, наконец, перестанете терзаться.       Скорпиус собрал осколки обратно в вазу и задумался о Розе. Черт, да ведь он сходит с ума от неизвестности не меньше, чем Поттер. И если ее навестить, они хотя бы будут уверены, что с ней все в порядке. Или наоборот… Беспокойство все же перевесило здравый смысл.       — Ладно, поднимай свой зад. И только попробуй произнести хоть звук, когда мы придём. Лам, ты с нами?       Тот, конечно же, не отказался. Скорпиус отошел к дальней от прохода стене и что-то сказал, проведя палочкой в одному ему известном правильном месте. Закрытый шкаф с книгами и разной мелочью завибрировал. Малфой гостеприимным жестом открыл дверцу, и ребята удивленно уставились на лестницу, спускающуюся вниз. Ламиус даже успел пожалеть книги, которые до этого стояли на полках. По проходу сами собой загорелись факелы. Блондин поторопил их. Задерживаться не стоило, мало ли кто решит устроить себе ночную прогулку по гостиной. Ребята вместе скрылись в шкафу, прикрыв за собой дверцу. Через секунду в нем снова стояли книги. Это была очень изящная защита, по мнению Скорпиуса.       Они долго спускались вниз, и факелы гасли за их спинами, создавая жуткое ощущение, что сзади кто-то есть. Альбус, шедший последним, зачем-то зажег палочку.       — Почему шагов не слышно? — заметил вдруг он, обратив внимание на давящую тишину.       — Чтобы не было гула, я думаю, это не дает разрастись панике, — ответил Скорп, и его громкий голос разлетелся в обе стороны коридора. Он думал практично, поэтому всегда находил подходящие ответы, даже если они были неправильными.       Наконец, они спустились в огромную освещенную залу, полную кресел, матрасов и подушек. Проход за ними сразу же закрылся. Пока Ал и Ламиус оглядывались по сторонам, Скорпиус подошел к другой стене и что-то прошептал. В ней появился еще один проход. Ребята переглянулись. Каждый понял, что только что они спустились глубоко вниз из подземелья, а теперь им предстоит путь до башни Гриффиндора.       — Я вот что подумал, — заговорил вдруг Ламиус, меньше всех погруженный в мысли о Розе (но это вовсе не означало, что ему не было до неё дела), а потому больше всех обращающий внимание на происходящее. — Неужели здесь нет никакой охранной системы против таких, как мы. Что, если кто-нибудь заберётся в гостиные именно через эти проходы?       — Я тоже об этом думал, — задумчиво сказал Скорпиус. — Перелопатил тонну книг в поисках хоть какой-то информации об этих тоннелях, но практически ничего не нашел. Есть только несколько упоминаний, что они использовались для безопасной эвакуации учеников. Или используются до сих пор. Насколько я знаю, они соединены только с этой комнатой внизу и с гостиными. Так что скорее всего охранные чары сработают в самих гостиных… На самом деле, понятия не имею, в какой части замка мы сейчас находимся.       Хотя он предполагал, что та самая Тайная комната могла быть за любой из стен общей комнаты. Он бы хотел спуститься туда, но не знал, как.       — А как ты узнал, как их открыть? — поинтересовался Альбус.       — От отца, — с запинкой ответил ему друг, и парень по голосу понял, что это не совсем правда. Но не стал переспрашивать.       — Если бы я был в Гриффиндоре и знал, что мне потом подниматься обратно наверх, я бы скорее сдался даже самым страшным захватчикам, — устало выдохнул Ал, переводя тему.       — Наши с тобой родители вряд ли бы оценили эту шутку, — голос Скорпиуса звенел от напряжения, так что это прозвучало как упрек.       — Ну да…       И ребята снова погрузились в тишину, пока не дошли до тупика. Скорпиус прошептал свое заклинание, и у сплошной стены появилась ручка. Парень легонько толкнул ее, и каменная дверь бесшумно приоткрылась. В узкую щель было видно камин и часть диванов, но справа обзор закрывало что-то большое. Судя по всему, проход был спрятан где-то в углу. Тем лучше было для ребят — их не сразу могут заметить. В гостиной было тихо, но блондин все равно не решался выглянуть из укрытия.       Альбус подвинул его и, распахнув дверь, ворвался в гостиную. Несколько секунд ему понадобилось на то, чтобы осмотреться. В комнате никого не было, но наверх вели две лестницы. Конечно же, к спальням. Альбус на мгновение замер, решая, какая из них ведет к комнатам девочек, затем рванул к правой. Он бы вот-вот вступил на первую ступеньку, и лестница превратилась бы в волшебный каток, оповестив всех гриффиндорцев о посетителях. Но Скорпиус, сам того не зная, вовремя схватил его за рукав.       — Какого черта ты творишь?! — зашипел он на него. — Ты даже не знаешь, где здесь спальни девчонок, и тем более комната Розы. Идиот. Хочешь, чтобы пришла Макгонагалл? Давай ты еще расскажешь ей, кто тебя сюда привел…       Его гневный шепот прервал звук открывшейся двери наверху и тихие голоса. Мальчишки переглянулись и в панике бросились обратно к проходу, потянув за собой Ламиуса, который тоже успел выйти из укрытия. На глаза Малфою попался факел, который горел у самого входа и который очень легко мог выдать их, если бы кто-нибудь заглянул в этот угол. Парень движениями показал Ламиусу на факел, и тот как можно тише затушил его.       Они втроем столпились у тонкой щели, стараясь разглядеть, что происходит в помещении. С лестницы спускались две девушки, о чем-то тихо переговариваясь. Сначала ничего было не разобрать, но затем ребята четко услышали голос Розы.       — Элис, успокойся, со мной все хорошо. Я чувствую себя отлично.       — Ты и до этого так говорила, а потом разлеглась на лестнице в бреду… Я ненавижу тебя за это, Роза Уизли. Сначала потащила меня в этот дурацкий лес, а потом выделываешь такое… Там что-то случилось, а ты это отрицаешь!       — Я не отрицаю, просто не хочу об этом говорить…       — А я беспокоюсь! Я терпеть не могу беспокоиться о том, чего не понимаю! И ты прекрасно это знаешь, Роза!       — Элис, пожалуйста, не кричи. Ты всех разбудишь.       Они сели на диван перед камином. Роза обняла подругу за плечи.       — Ты отказываешься идти к мадам Мерфи, отказываешься рассказывать Макгонагалл, а я должна про это забыть? Ты хоть родителям написала?       — Прости меня. Мне тоже страшно, просто я не знаю, о чем говорить. Я сама не понимаю, что происходит… — Роза закрыла лицо руками и опустила локти на колени, затем взъерошила свои густые волосы.       Альбус дернулся было войти, но Малфой пихнул его локтем. Он обрадовался, что стоит ближе к двери и может помешать ему пройти, иначе здесь была бы катастрофа.       — С ней все хорошо, — еле слышно прошептал он.       — Элиис.       — Ну что.       — Я правда в порядке сейчас. Честно.       — Честно-причестно? Или ты опять не хочешь, чтобы я о тебе беспокоилась?       — Честно-причестно. И я благодарна, что ты беспокоишься. Просто это пугает меня еще больше… Давай пока забудем об этом и подождем, хорошо?       — Ладно…       Они некоторое время молчали, смотря на огонь. Роза склонила голову на плечо подруги. У Скорпиуса что-то сжалось внутри от этой картины. Он сам еле поборол желание выйти сейчас к девушкам. Но это было бы очень большой ошибкой. Просто ему вдруг резко захотелось оказаться на месте Элис. Он представил, как перебирает рыжие локоны и успокаивающе гладит Розу по плечу. Дальше воображение нарисовало ему злое личико девушки и ее явно тяжелый удар, и Скорпиус тихонько усмехнулся.       — Тебе не кажется, что здесь холодно? — Элис передернулась и стащила с соседнего кресла плед, накинув его на себя и на Розу заодно.       — Есть немного. Я оставила палочку наверху, так бы сделала огонь поярче…       — Да ладно.       Скорпиус и Альбус переглянулись. Тому и другому хотелось наколдовать огонь, но они боялись, что тут же выдадут себя.       — Этот Малфой… он такой странный, да? — начала Элис.       — В каком смысле? — в голосе Розы послышалось напряжение.       Скорпиус вытянулся, услышав свое имя, и весь обратился в слух.       — Я имею в виду… Он всегда кажется таким надменным. Я думала, у него вообще эмоций никаких нет. Ну, знаешь, все эти шутки и издевательства, все, что они говорят прямо ему, не скрывая… Нельзя так делать, даже если человек очень плохой. Но я ни разу не видела его реакции. У него лицо вообще никогда не меняется… Я не знаю, может быть, это гены. Или воспитание. Все-таки, он из аристократов, а у них там свои порядки. Это ведь должно как-то влиять на его поведение, правильно?       — Думаю, должно. Мне он… не особо нравится, — неуверенно ответила Роза.       — Он был довольно мил в лесу. Я бы и не подумала, что он вообще соизволит ко мне обратиться. Мне казалось, он вообще потащился только из-за твоего брата… Теперь мне кажется, что он совершенно другой. Не такой, каким я его представляла, и каким он показывается окружающим.       — Вечно это притворство… А, может, он и есть надменный индюк, и просто притворялся милым. С чего ты вообще зациклилась на Малфое? — Роза начала злиться, не желая говорить о слизеринце, который последнее время постоянно лезет не в свои дела.       — Просто ты не видела, как он беспокоился о тебе вчера. Он чуть ли с ума не сходил, они с твоим братом даже разругались, — звонкий голос Элис звучал так убедительно, что Роза на секунду даже подумала ей поверить.       — Разругались?       — Да. Он настаивал, что тебя нужно отнести в больничное крыло. Я была с ним согласна, но ты так сильно кричала, что Альбус просто не решился. Малфой даже не хотел уходить, и мне пришлось выходить к нему и рассказывать, что с тобой происходит. Они еще долго переругивались потом.       Скорпиус почти не дышал, следя за реакцией Розы. Хотя со спины мало что было понятно. Она снова начала перебирать свои волосы. Он не хотел, чтобы она знала, как он себя вел, и был рад, что узнала она это не от него. Так он будто бы сохранил тайну. Просто сейчас было слишком рано. Рассказ Элис мог привести к тому, что его план пойдет крахом.       — Они попытались пройти, но ты же знаешь Полную Даму. Всегда на страже.       — Он точно беспокоился? Может быть, он злился, что ему пришлось разгребать чужие проблемы? — нарочито безразлично уточнила девушка.       — Роза, ты не думала, что ты ему нравишься?..       Скорпиус сжал кулаки. «Элис, пожалуйста, помолчи!», — повторял он про себя. Он оторвал взгляд от девушек и встретился взглядом с Альбусом. Тот тоже внимательно слушал их разговор, и его настроение было Малфою не понятно. Хотя, это вообще не его дело, хоть он и брат Розы.       — Не говори глупостей! Ему вообще кто-то может нравиться? — возмутилась Роза.       Скорпиус поймал себя на противоречивых чувствах. Он почувствовал облегчение от того, что девушка не восприняла слова подруги всерьез, но то, что его считают бесчувственным чурбаном, было немного обидно.       — Ему можешь нравиться ты. Вы знакомы довольно давно.       — Элис, мы знакомы только тем, что знаем имена друг друга. Вот и все, мы даже и не разговаривали с ним никогда.       «До недавнего времени», — снова усмехнулся про себя блондин, прожигая девушку взглядом.       — Я думаю, нам пора идти, — наклонился к парням Ламиус, и ребята одновременно отпихнули его руками.       Роза, как будто почувствовав это, обернулась в их сторону и замолчала. Она несколько секунд вглядывалась в темноту, затем медленно отвернулась.       — Он дружит с Альбусом, а не со мной. И мы друг о друге ничего не знаем. И вообще, я не хочу говорить о Скорпиусе Малфое, ни о его поведении, ни о дурацких идеях, которые приходят в твою голову.       Элис рассмеялась.       — Ладно, что будем делать? — спросила она подругу.       — Не знаю… я выспалась, — задумчиво ответила та.       — Надо идти, — серьезно сказал Альбус, повторив слова Ламиуса.       Он очень не хотел уходить, но они и так услышали слишком много. Возможно, больше, чем ему хотелось бы. Одно дело — подшучивать над Розой, но совсем другое — если эти шутки вдруг станут реальностью. Он вдруг осознал, что не знает, как к этому относится Малфой. Но Роза была в порядке, и дольше задерживаться не стоило. Скорпиус был прав в том, что показываться и рисковать — не лучшее решение, просто Альбусу было сложно мыслить ясно.       Скорпиус не двинулся с места. В отличие от Ала, он надеялся услышать что-нибудь еще. Что угодно, только бы остаться здесь еще на время. Он просто смотрел в узкую щель между камней, пока Альбус не схватил его за ворот мантии. Малфой еле удержался на ногах.       — Пошел к черту, Поттер! — он сказал это громче, чем стоило бы. Ал среагировал быстрее и захлопнул каменную дверь. Было неясно, услышали ли девушки что-нибудь.       — Потом насмотришься, — прошептал парень почти в полной темноте.       — Не ты ли рвался сюда яростнее всех? — язвительно заметил Малфой, разочарованный, что представление закончилось.       — Ребята, вы опять за свое, — протянул Ламиус уставшим голосом.       Друзья замолчали, снова смотря друг другу в глаза, как минуту назад. Скорпиус развернулся и начал спускаться по лестнице чуть ли не бегом. Альбус последовал за ним.              Роза села на кровати и снова задумалась о словах Элис, которые прозвучали в то утро. Не может такого быть, чтобы Скорпиус Малфой был к ней неравнодушен. Сколько издевательств он выдерживал все эти годы. Равнодушие у него в крови. Да и она сама относилась к нему не лучшим образом. Вряд ли после такого он бы захотел более близких отношений. Роза даже представить себе это не смогла. К тому же, с тех самых пор, как с ней произошло то странное событие, они даже ни разу не разговаривали.