Он так любит...

Кто бы мог подумать. Да, Чонгук счастлив. Он рад услышать этот голос. Терять нечего, поэтому мелкий медленно развернулся, тупо пялясь на Тэ с минуту. Размышления по поводу стоит или нет приняли неожиданный ответ не только для мучителя, но и для так называемой жертвы. POV Чонгук Я, как последняя сучка, а именно так меня и называют, буквально бросился на шею Тэхёну, который знатно офигел. — Вот те на те, хрен в томате! — воскликнул ворошитель странных дел, приобняв меня в ответ, но словно опомнившись, тут же отталкивая. Он чувствует практически то же? Я смотрел на него с недоумением. — Чё вылупился? Ребятки, да он скучал! — Тэхён менялся в лице: со смущения на поддельную злобу. — Сэр, Ваша ужасно палящая Вас же мимика слишком выразительна, — слова вышли сами по себе, ибо я всегда думал перед тем, чтобы ляпнуть что-нибудь, но сейчас это произошло задом наперёд. — Что? Что ты только что спизднул? А?! — он до сих пор смущается, аж покраснел. Ко мне подошёл Чимин, врезав так, что в глазах потемнело. Две личные собачонки его величества Ким Тэхёна шли сзади, размышляя о том, как бы извратить мучения Чон Чонгука. — Босс, а… — любопытный Джин хотел было спросить о словах мелкого. — Заткнись! Ещё слово — и я тебе язык садовыми ножницами отрежут и заставлю Чимина сожрать у тебя на глазах. — Я бы охотнее взял в рот твой… — Чимин в своём репертуаре. — Так!!! Блять, если вы оба сейчас не заткнетесь… Я страшен в гневе! — от такой якобы угрозы к ребятам подкатил смех, но они знали, что Тэ лучше и правда не злить. Собрались тучи, напоминающие тёмные одеяла. Так и хочется их прижать к себе, правда придётся жертвовать сухостью одежды собственного тела. Словно массивные грузовики, они тянулись друг за другом, ветер им не помощник по простой причине его практически полного отсутствия. Чёрно-серый цвет сейчас бы восхищал Чонгука, не будь они отражением его жизни или хотя бы сегодняшнего дня. Чон только очнулся, как его тут же начали избивать ногами. В основном удары приходились на рёбра, которые ещё от прошлого раза толком не отошли, но опасный момент приключился, когда до солнечного сплетения осталось чуть. Чонгук взвыл от боли, в глазах проступили слёзы, мгновенно скатившиеся по две капли. Голова его и так кругом ходила, что обдолбаная юла. Он ничего не соображал. Место, что вообще происходит, ничего из этого не воспринималось им как реальное. Небольшую ясность внёс волшебный пендаль. В лицо. Всё тем же тяжёлым шлюхинским ботинком Пак Чимина. Поражающий эффект длился совсем ничего. Наконец первая капля крови сея дня показалась на подбородке, ближе к правому краю губы. Последствие, называющиеся энерцией, в ходе которого Чонгук в очередной раз треснулся головой о кирпичную стену, расшибая себе место, чуть выше затылка. Ведёт дело к смерти, да мимо всё. Примитивные удары, всё это уже было, как и пинки в коленные чашечки или, например, когда Джин наступает на кисть, с которой убирает ногу секунд через тридцать, ибо ссыкует (а как рёбра пинать или лицо квасить, так он первый), только сегодня, словно в особенный день удары были чаще и сильнее, что мышцы пресса, словно разорвались, а к этим мудакам как смелости прибавилось. Когда же Чонгук потерял значительное количество крови и отрубился, кое-какие товарищи поняли, что пора прекращать это дерьмо. Тэхён лично решил удостовериться в наличии пульса. — Ебать он таракан… Живой, слава Богу, вы свободны, я разберусь дальше сам. — Босс, я. Можно услугу? Пожалуйста, — робко запищал Чимин. — Что тебе надо? — Я прошу поцелуй, — Пака трясёт, словно в полураздолбанной маршрутке, что едет бы десяти сантиметров выбухам. — Ты ахуел? Пошёл вон! — Но, я люблю тебя… — Джин остолбенел, ведь они лучшие друзья, а он не знал об этом. — Мне какое дело? Ты знаешь кем я очарован, — Тэхён начинает злиться, сам не понимая почему. Видимо, из-за того, что отвлекают от получения желаемого. — Н-н-нет, — Пак и представить не мог, кто ему не безразличен. — Идиоты!!! Валите отсюда, пока я не подстроил ваши глаза под гирлянду!!! POV Тэхён Я знал, что это не кончится добром, но продолжал. Знал и делал. За это и корю сейчас себя, но раз начал, то стоит и закончить. Я приподнял голову Чонгука, взяв за подбородок. Ещё по-детски милое лицо, а уже украшено кровью, синяками, двумя ссадинами. Возбуждает. Не сдержавшись, мои губы потянулись к его и слегка коснулись, постепенно надавливая. Чон приоткрыл глаза, издав измученный, но кажется счастливый стон. Случилось то, что меня совершенно поразило. Он ответил. Он, чёрт возьми, наконец ответил на поцелуй. — Чон Чонгук, ты меня любишь? — вероятно тупой вопрос в такой ситуации, ведь я пригласил парней его избить, на что те согласились, а теперь требую ответа на свою больную любовь. Он улыбнулся, кривясь тут же от боли и прохрипел: «Да». Я так никогда не ахуевал. Даже когда мне поставили диагноз. Любовь проявляется в насилии над другим человеком, посредством кого-то. Такое заболевание очень редкое, чтобы в него поверить. Не долго думая, я закинул Гука на плечо и понёс к себе домой, как невесту. Честно, его задница сама просила шлёпнуть (нет). POV Чонгук Запах нашатыря вывел из тумана так же резко, как пацан на районе. И, о да, я не верил своим глазам. Тэхён сидел и обрабатывал мне раны, которые фактически сам и нанёс. Я ж ему признался. Блять. Да ну, инфа сотка, что он то же чувствует или просто издевается. Вообще хрен его поймёшь. — Всё нормально? Чё уставился? — как же неловко, когда задумался, останавливая при этом взгляд на чьём-нибудь лице. — Зачем всё это? — Чтобы инфекцию не занести — Ким опустил руки и теперь смотрит мне в глаза. — Брось, ты знаешь о чём я. — О чём? — Ким, блять, Тэхен!!! — Ладно-ладно, разорался тут, люблю я тебя. Как псих, но… С детства, как увидел в фильме, что парень перебивает девушку поцелуем, всегда хотел попробовать, только вот не к месту было. А вот сейчас с парнем, правда, но кто ж знал, зато я теперь знаю, что сзади сразу плащ вырастает (нет, но не все герои-романтики носят плащи). Так и прёт романтикой. Это все равно как безмолвный ответ. Тэхён не настаивал на смелых действиях с моей стороны, поэтому просто приобнял. Теперь я чувствую от него тепло. Два идиота. — Мелкий, не раскисай, ща заживёт всё, до свадьбы точно, — гоготнул Ким. — Откуда ты знаешь, что я младше тебя? И до чьей свадьбы? — Слишком много вопросов, — Тэхён заметно засмущался, отмахиваясь. — Ты от ответа то не уходи. — Блять, ну, знаю и всё. — Ладно, а второй? — Малой, чё ты прикопался? — Ты меня старше всего на год. Окей. Дядя Тэхён, а Вы динозавров видели? Они лампы на завтрак и обед у Вас воровали? — Ты договорился! — Ким поставил аптечку на тумбочку, стоящую рядом и начал медленно приближаться, а дьявольский взгляд напряг меня ещё больше. — Я же ничего не сказал, — вот он уже надо мной «висит». — Заткнись. Кусая губы, рвя мою одежду, Тэхён целует меня. Касаясь губами подбородка, грудной клетки, моих губ, он блуждает руками вдоль талии, щекотя длинными бархатными пальцами. Ким затягивает, словно чёрная дыра, увлекает лучше некуда за собой в состояние, подобное трансу, к ощущениям, близким при прыжке с парашютом. Приоткрытые губы касаются моих снова, медленно сминая их, потом же переходя на страсть. Что врывается между нами и дарит лёгкость телу и максимальную близость друг друга. Язык Тэхёна находит мой и проводит вдоль. Его рука трепетно закрадывается в волосы. — Погоди, малыш, — Тэ уходит куда-то в другую комнату, когда я изнывающий от возбуждения и мучаюсь предположениями фантазии куда же он направился и с какой целью. Долго ждать Ким себя не заставил и вернулся с наручниками в руках, причём уже в одних бомберах, с совершенно спокойной физиономией. От чего я нервно ухмыльнулся, подставляя руки. Тот лишь приковал меня к кровати. Я и не заметил как оказался полностью без одежды. Тэхён поцелуями спускался от губ, к подбородку, шее, ключицам, оставил засос на груди, нижнюю часть живота, чуть выше паха, он тоже поцеловал, от чего у меня приоткрылся рот. Его рука скользнула к молящему о разрядке члену, ладошка обхватила ствол, большим пальцем накрывая верх головки, круговыми движениями водя по самому верху. Мои ноги рефлекторно задёргались, воздух стремительно покинул лёгкие. — Я девственник, — прошептал я при первой же возможности. — Я польщён. Тэхён стянул с себя бомберы, оголяя также стоящий половой орган. Он запрокинул мои ноги вверх, удобно устраивая их в области соединения ключиц с плечами. Я почувствовал как его член постепенно начал входить. Без смазки, без растяжки. Стоны вылетали как от нехуй делать, сами по себе, от боли. — Тише, малыш, — Тэ запрокинул голову назад, также приоткрывая рот в немом выдохе, войдя в меня полностью. Твёрдо стоящий член резко вышел и вошел, наращивая темп. Боль пронзала снова и снова, а Ким стонал вместе со мной. Неожиданно стало слишком хорошо, что глаза закатились, а боль сменили приятные ощущения. С каждым шлепком я чувствовал приближение разрядки. Тэхён сильно сжимает мои бёдра, скорее всего оставляя там синячки. Двигаясь очень быстро, он застонал в голос, иногда рыча. Я держался прикованными руками за периоду кровати, Ким положил свои разгорячённые ладони на мои пальцы. Плотный и длинный довольно член продолжал в диком темпе доставлять удовольствие. Наши губы увлеклись поцелуем, словно пожирая друг друга. Теплая сперма фонтаном хлестала из члена Тэ прямо в меня, начиная выливаться наружу, также пачкая постельное белье. Ким тогда лишь остановился и вышел из меня, вымазывая палец и давая попробовать себя на вкус. Он придвинулся ближе и насадился на меня, сразу же покоряя своей узкостью, которая долгое время радовала мой член. Стенки плотно обволакивали мой половой орган. Тэхён опять же быстро двигался. Когда же моя головка коснулась пучка нервов, Ким очень громко и усладно простонал, от чего я и кончил, издавая протяжное «ах» за ним, в то время как Тэ брызнул мне на пресс белой вязкой жидкостью. В комнате осталось тяжёлое дыхание двух людей. Капли пота смешались со спермой, стекая на одеяло. Тэхён слез с меня, отстёгивая наручники. Он обнял сзади моё тело, сплетая пальцы. Взаимная любовь осталась между нами, как и чувство начала долгожданных отношений. На этом мы уснули.

***

Чонгук боится, что он уйдёт, поэтому поворачивается сквозь сон, дабы обнять любимого, но постель была пуста, отчего скатилась горячая слеза. — Тише, малыш, я здесь, — приятный тембр мягко огладил барабанные перепонки Гука, а вместе с ним и запах алкоголя вдарил в нос. Немного пьяный Тэхён крепко обнял сзади Чонгука, сплетая пальцы. — Ты чего клетки мозговые травишь с утра пораньше? — сонный Гук возбуждал его хёна. — Вымываю, так сказать, свою ненормальность, удерживая любовь, я никуда тебя не отпущу уже. — Я и не уйду…