По нотам

Всю следующую неделю Антон практически не отходил от Попова, лишь убегал в школу и на репетицию, но сразу же возвращался. Арсений, конечно же, понимал, что потом, когда ему станет лучше, это всё равно останется между ними, ведь та связь, которая появилась между ними в это нелегкое время, не может пропасть бесследно, но ему было слишком не до этого. Он перестал делать вид, что не нуждается в поддержки этого мальчишки, потому что был не в силах врать даже самому себе, не говоря уже о его ученике, который так сильно переживал о своём преподавателе. То, что Антон был влюблён в Арса, сейчас для него не имело никакого значения. Он лишь хотел, чтобы тот как можно быстрее оправился от случившегося, хоть и знал, что это ой как непросто. Весь день Арсений ходит с каменным лицом, чтобы то ни было: выбор гроба, бронирование кафе для поминок или взятие отгула «по семейным обстоятельствам» на работе; но ночью он позволяет себе снимать эту маску безразличия и полностью открываться парнишке, который в свою очередь впитывал всю боль мужчины, сохраняя его тайну от посторонних. Самым важным для Антона было то, что брюнет смог ему довериться и открыться. Не смотря на ночные выплески эмоций, Шастун ни в коем случае не считал Попова слабым или что-то в этом роде, наоборот, он всё также твердил, что тот сильный, заставляя того в это верить, потому что для юноши это было действительно так.

***

В день похорон, Антон не то, что в школу не пошёл, он даже забил на репетицию, и ни секунды не пожалел об этом, даже не смотря на то, какой разнос ему устроила Наталья Сергеевна вместе с его классной. Но это было жизненно необходимо. Не Шасту, нет, а его преподавателю. Всю «церемонию», всё то время на кладбище, все поминки Попов хотел просто сбежать оттуда, от этих фальшивых соболезнований и сочувствований. Казалось, что все пропитаны какой-то гнилью, враньём и только притворяются, от чего начинало тошнить. Он всё это организовал, лишь потому что так принято, а его мама всегда следовала правилам и это было последним, что он мог для неё сделать. Если бы не постоянное присутствие Шастуна рядом, он бы не смог всего этого выдержать. Только самая последняя бесчувственная тварь сможет спокойно смотреть, как твой самый родной человек бездыханным холодным телом лежит в гробу и при этом ничего не чувствовать. Но Арсений таковым не являлся. У него сердце кровью обливалось лишь от одного взгляда на эту картину, не говоря уже о том, чтобы сидеть рядом и «прощаться», как это делали некоторые. А когда закрыли крышку гроба и начали его закапывать, мужчина даже и не заметил, как из его глаз сами собой побежали дорожки из слёз, но, опомнившись, он тут же смахнул их тыльной стороной ладони и, кинув горсть земли, ушёл к машине. В кафе же, в отличие от остальных, он не притронулся к еде, лишь опрокинул в себя несколько рюмок водки, после чьих-то речей и, скомкано извинившись и попрощавшись со всеми разом, выбежал из этого помещения. Он знал, что вряд ли будет ещё когда-либо общаться с этими людьми, потому что там были лишь друзья, коллеги и просто какие-то знакомые его матери, которые никакого отношения к самому Арсению не имели, ведь тёть, дядь, братьев, сестёр, бабушек, дедушек и тому подобных у него не было, во всяком случае он о них не знал. Антон, естественно, побежал сразу за ним. Он ничего не говорил, этого было и не нужно. Всё и так понятно без слов. Главное, что он всё ещё рядом, а другого и не надо. Хоть от этого кафе до дома Попова было не очень близко, они всё же шли пешком. Мужчине просто нужно было побыть на воздухе и постараться абстрагироваться от лишних мыслей. В какой-то момент он и правда смог забыть обо всём этом и даже улыбнулся, что не скрылось от его ученика, для которого это словно бальзам на душу.

***

На удивление Шастуна, Попов быстро восстанавливался и даже вернул их занятия. Хоть Антону и было немного лень, но он очень радовался тому, что его преподаватель так быстро приходит в норму. Сам же Арсений отвлекался этим от траурных мыслей и сосредотачивался на музыке, а иногда ловил себя на мысли, что совсем и не слышит, что там играет его ученик, ведь всё его внимание сосредоточено именно на пареньке. Он смирился с тем, что позволил этому юноше так бессовестно ворваться в его жизнь и остаться в ней. Но это не могло продолжаться вечно, поэтому каким-то чудным образом узнав, что мама Шаста возвращается уже завтра утром, Арс отправил своего ученика домой несмотря на все его возмущения и пререкания. Попов заверил парня, что с ним уже всё хорошо и он вполне может справиться и один. Конечно, ему было тяжело выпроваживать юношу, но он понимал, что ещё чуть-чуть и вообще не сможет этого сделать, а ведь так нельзя. Он его преподаватель только до конкурса, а потом они должны разойтись, как в море корабли, но эта связь навсегда станется между ними. Уж мужчина то точно не сможет забыть человека, который помог ему в самую трудную минуту, того, кто не бросил и в прямом смысле подставил своё плечо и позволил выплакаться. Ни Антон, ни Арсений не могли заснуть этой ночью. Они буквально чувствовали этот недостаток кого-то рядом, хотя понимали, что этим «кем-то» является определённый человек, но тут уж ничего не поделаешь. Брюнет, конечно, мог взять всё в свои руки и сделать первый шаг, прекрасно зная, что ему ответят взаимностью, но мысли о том, что он понял всё неправильно и ошибается в парне останавливали его, ведь получиться очень неловко. Да и тем более это всё так до жути неправильно, что должно быть стыдно только от одной мысли об каких-либо отношениях между взрослым преподавателем и юным учеником. Антон же в свою очередь боялся, что Арсений Сергеевич сейчас не в том состоянии и заморачиваться на счёт каких-то отношения с русоволосым не станет. А мысли, что Шаст может ему симпатизировать, вообще вызывали смех, ведь кому он такой высокий, худощавый и абсолютно несуразный может понравится. Вот так, наши предрассудки и необъяснимый страх мешает нам достигнуть чего-то большего и всегда прочной стеной выстраиваются между нами, которую не все способны преодолеть.

***

Антон только мельком утром увидел маму. Из-за бессонной ночи, ему было трудно встать утром и он уже опаздывал, когда мать ступила на порог. Отчим уже ушёл к тому времени, и пасынок не знал куда ему так рано приспичило, но предполагал, что это может быть связано с приездом его жены. Жизнь вроде начала возвращаться в привычное русло и это казалось очень странным. Опять школа, генеральные репетиции к концерту, занятия по фортепьяно и дом. Последнее пугало. Парнишка опасался идти домой, ведь он представлял, что его там могло ждать, поэтому пытался остаться как можно дольше у Попова, но тот, не зная всей ситуации, всё же отправил его домой. Ещё на лестничной площадке юноша услышал какие-то крики и сразу же понял откуда они. Тяжело и грустно вздохнув, он потянул входную дверь на себя и вошёл в квартиру. Шаст не успел даже сумку на пол поставить, как из кухни выбежал разъярённый глава семейства и начал орать что есть мочи на бедного паренька. Антон даже не понимал в чём собственно дело. На него за что-то орут, а в голове обезьянка с тарелками. Юноша не вслушивался в слова адресованные ему, он вдруг понял, что этот человек ему абсолютно чужой и то, что они столько лет прожили вместе, столько всего пережили, ничего не значит. Парень не понимал в какой именно момент человек, которого Шастун раньше называл папой, поменял к нему отношение настолько, что теперь язык не поворачивается его так назвать. Что было потом, русоволосый помнит смутно, да и хочет поскорее забыть эти обрывки. Истерические крики отчима, слёзы матери, какая-то потасовка, в которой мама разбила губу, за что этот психованный потом получил в глаз от Антона. Соседи уже хотели вызывать полицию, но отчим ушёл из дома, и парень помог маме немного прийти в чувства, а сам пошёл в свою комнату переосмыслить всё произошедшее. А ведь у него завтра концерт. У него была замечательная неделя отдыха от этого всего, пока он жил у своего преподавателя. Да, там тоже было всё неспокойно, но это другое. Там было полное доверие, поддержка и близкий человек, с которым действительно хотелось это разделить. А здесь что? Постоянные крики, ругань, накалённая обстановка, что аж домой идти не хочется. Вся эта ситуация уже очень всем надоела и кто знает сколько это может продолжаться.

***

Зал потихоньку заполнялся народом. Зрителей было довольно много, потому что участвующим в концерте разрешили пригласить своих родителей и друзей, которые с радостью захотели посмотреть на своих родных на сцене. Антон знал, что отчим точно не придет, потому что ему это не надо, а мама не хочет с таким лицом выходить в свет, дабы избежать лишних слухов. Что о ней подумают люди, ей плевать, а вот то, что это может отразиться на её сыне, женщина понимала хорошо и не хотела портить ему репутацию семейными проблемами. Поэтому парень ждал только одного человека — своего преподавателя Арсения Сергеевича, но выглядывая из-за кулис, он никак не мог его найти, из-за чего начинал нервничать. — Антош, ты кого там постоянно высматриваешь? — спросила Настя, которая решила, что до их выступления все они должны держаться вместе и быть друг у друга на виду, потому что «вы можете куда-то уйти, а мне нервничай, вдруг к началу номера не успеете или случится чего? Лучше не надо». — Да человек должен один прийти, никак не могу его найти. Столько народу собралось, — ответил парень, всё ещё бегая взглядом по залу, ища знакомое лицо. — А-а-а, — немного опечалено протянула она, ведь все попытки девушки обратить на неё внимание юноши оставались безрезультатными. Даже сегодня, когда она в таком красивом платье, которое подчеркивает все её достоинства, волосы уложены в аккуратный пучок, а такому макияжу завидует практически каждая девушка в этом здании, всё равно со стороны светловолосого ноль реакции, когда другие парни то и дело поглядывают на неё. — А что за человек? — Настя всё ещё не теряла надежды. — Один очень важный человек. Ты всё равно его не знаешь, — сказал Шаст и направился к выходу из-за кулис. — Я в туалет, со мной ходить не обязательно, сам вполне справлюсь, — увидев, что шатенка решила пойти за ним, он её остановил. Шастун зашёл в туалет и облокотился на раковину, пытаясь собраться с мыслями. Он сам не понимал почему так сильно замарачивается по этому поводу, но нервничать начинал всё больше и больше, хоть это и не первое его выступление. Он пригласил Попова и боялся, что тот не придёт, потому что ему это тоже не надо, потому что Антон для него не так важен, чтобы ходить на его какие-то глупые школьные концерты. Парень умылся и пошёл обратно, а то Настя начнет ещё волноваться где он там так долго ходит и опять вопросами засыпет, а этого сейчас очень не хотелось.

***

Попов мысленно проклиная себя за то, что не выехал раньше и теперь, торча в этой пробке, уже опаздывает. А когда он искал парковочное место на школьной стоянке, проклял всех, кто приехал сюда на машине. Он хотел поговорить со своим учеником до начала концерта, пожелать тому удачи, но увы, мужчина забежал в зал, когда объявляли второй номер. Брюнет еле нашёл свободное место, которое было на самом последнем ряду. — «Ну раз опоздал, вот и сиди у чёрта на куличиках», — сам себе сказал Арсений и извиняясь за оттоптанные мыски сидящих здесь с начала концерта, пробрался на место. В целом, концерт был неплохо организован, да и выступающие хорошо справлялись со своей задачей, но Попов пришёл сюда ради одного определённого человека, чей номер должны были скоро объявить.

***

Антону запретили выглядывать из-за кулис, поэтому он не знает, пришёл Арсений Сергеевич или нет, из-за чего начинает нервничать ещё сильнее. Но вот объявляют их номер и они все втроём выходят на сцену. Шастун нервно взглядом ищет знакомое лицо, и уже сев за фортепьяно, натыкается на любимые голубые глаза, которые смотрят с таким теплом, что облегчение проходит по всему телу, и на душе сразу же становится легче, и руки перестаёт потряхивать, что очень важно, ведь это могло ему сильно помешать во время игры на инструменте. Артём с Настей встали в нужные им позы и весь зал замер в предвкушении. Антон занёс руки над клавишами и заиграл. Всё внимание зала было сосредоточено на танцующей паре, но только один человек из зрителей не сводил взгляда с худощавого паренька, который с не меньшей страстью играл этот восхитительный вальс. Парень буквально чувствовал каждую ноту и отдавал всего себя этой мелодии, а брюнет ловил всё это, всё также не сводя глаз с него. Танец закончился вместе с музыкой и весь зал взорвался бурными аплодисментами, и, поклонившись, ребята, довольные собой, ушли со сцены. Теперь можно спокойно выдохнуть, ведь всё это уже позади и пока волноваться больше не о чем. После номера ребят, было ещё пару номеров, после которых прозвучала прощальная речь и все засобирались на выход. В холе было много народу, но благодаря немалому росту Шастуна, Арсению удалось его быстро найти. — Ты молодец, Тош, — подойдя к своему ученику, брюнет не мог не улыбаться. — Отлично справился. Лично я слушал на одном дыхании. — Спасибо, Арсений Сергеевич. Мне очень важно ваше мнение. — Это было действительно так, и поэтому парень переживал только из-за этого. — Я ценю, — мужчина мягко улыбнулся и оглянулся вокруг. — А ты почему один? Я думал придёт твоя мама ну или ещё кто-то. — У мамы не получилось, — не без грусти в голосе, ответил юноша, но увидев вопрос в глазах собеседника, продолжил: — Она неважно себя чувствует, а друг мой ушёл сразу после нашего выступления. Он просто слишком делопут и всё время чем-то занят. Как-то так. Спасибо вам, что пришли. Это многое значит для меня. — Это меньшее, что я могу для тебя сделать, — Антон хотел было что-то возразить, но мужчина его перебил. — Кстати, ты очень хорошо выглядишь. Впервые вижу тебя в таком наряде, — слова Попова были сущей правдой, потому что белая рубашка без воротника длиннее стандартных, черные узкие брюки и в тон им пиджак, а всё вместе это создавало отличный образ парня, которым действительно хотелось любоваться, чем брюнет и занимался. — Тебе очень идёт. — Спасибо, — Антон засмущался, потому что слышать комплименты от своего преподавателя ему очень нравилось. — Я на машине, так что могу подкинуть, если хочешь, — предложил Арсений. — Я был бы очень благодарен, — всё ещё продолжая немного смущаться, ответил парень. — Ну тогда пошли, — мужчина положил руку на плечо мальчишки и повёл его на выход из здания. По дороге к дому Антона, они заехали в небольшую кафешку, где выпили вкусный кофе с пирожными. Арсений аргументировал это тем, что Антон отлично отыграл на концерте, и поэтому Попов, как очень довольный зритель, хочет его отблагодарить за доставленное удовольствие. Всё это время, что в машине, что в кафе, они вели оживлённую беседу, шутили, смеялись и просто наслаждались моментом, ведь никто не знает, что ждёт нас в самом ближайшем будущем.