Любимая добыча ГДК

      Вздохнув, откидываюсь на спинку стула.       Да уж, толку мои поиски в интернете не дали. Для людей я нашла либо готические ошейники (безобидное украшательство), либо садо-мазо – без шипов, зато с короткой цепочкой. Ошейник с цепью мне точно не нужен. И ещё я нашла информацию о применении ошейников для людей в пытках в средневековье. Но это совсем не то.       Что ж, похоже, мне не найти ошейник с по-настоящему острыми шипами. Если где и изготавливают такие вещи на заказ, то мне сие неведомо и, скорее всего, не по карману. Зато я могу измерить окружность своей шеи мягким метром и купить ошейник якобы для собаки с неострыми наружными шипами. А если бы не наличие незаконного запрета ГДК на мой отъезд из Намимори, то я могла бы даже лично пройтись по магазинам в Томазу – там выбор больше. В Намимори всего один зоомагазин и выбор ошейников там маленький. Раз я покупаю ошейник для себя, то он должен быть мягким и из приятного для меня материала.       Может поискать информацию, какими инструментами можно попробовать заточить шипы до остроты?       Задумчиво рассматриваю ссылки в поисковике, выскочившие по прошлому запросу. И вдруг я вижу фотографии ошейников на девичьих шеях. Нажимаю на ссылки с фотографиями. С лёгким недовольством отмечаю, что здесь ошейники рекламируют только девушки. А как же гендерное равенство? Почему нет ошейников для парней? Хотя, ладно, сейчас меня другое должно интересовать. О! Вот он, подходящий ошейник с шипами безо всяких цепей и без карабинов. И даётся ссылка магазина с нейтральным названием. Оформляю заказ и оплачиваю покупку со счёта своего электронного кошелька. Ого, если доплатить, то ошейник доставят в намиморовское отделение почты уже завтра! Доплачиваю за срочную доставку.       И тут у меня рождается план. Хибари думает, что я не смогу покинуть Намимори? Он ошибается. Я могу пешком дойти до первой внегородской остановки междугородного автобуса и купить билет там. Но только не в этот раз. Если сделаю так сразу же после запрета, то ГДК вполне сможет задушить меня по-настоящему. Сохраню этот план до тех времён, когда у меня накопятся деньги на развлекательную поездку.       Идти ли мне на городской фестиваль? Хибари любит издеваться надо мной, он вполне может захотеть как минимум с превосходством посмотреть на меня, вынужденную гулять в Намимори, а не в Томазу. Ошейник доставят уже завтра. Но я не могу носить ошейник прилюдно, моя репутация тогда сразу упадёт. Возможно, меня даже выгонят из общежития и из школы Мидори. В частных школах следят за нравственным обликом учеников и, особенно, учениц. Поэтому в случае скандальной истории меня вполне могут исключить из школы. Следовательно, у меня два варианта действий. Вариант первый: надеть ошейник на праздник, замотать его шарфиком из лёгкой ткани. Постараться остаться наедине с ГДК ближе к концу праздника и разозлить его, чтобы он руку поранил. Гм. Бред чистой воды. Шарфик с юкатой будет выглядеть странно, если не по-идиотски. Плюс, слишком много возможностей, что меня увидят вместе с ГДК. Не надо мне такой славы. Сам Хибари вполне может ограничиться на празднике тем, что якобы случайно толкнёт меня плечом и окинет взглядом, полным превосходства и самодовольства. Значит, буду действовать по второму варианту. А именно, надену ошейник утром в воскресенье, прикрою его лёгким шарфиком или обрезком лёгкой ткани, и пойду гулять в парк. При встрече скажу пару гадостей ГДК и он повредит себе ладонь, когда примется меня душить. Да, так и сделаю.       На фестиваль я надела юкату бледно-синего цвета. Правда, мне не очень нравится узор на рукавах из грубовато прорисованных цветов, но когда я покупала эту юкату в магазине, то она была лучшим выбором из имеющегося ассортимента. У меня ещё есть юката ярко-розового цвета, но её я использую для выступлений. Для ношения вне сцены она слишком уж яркая, на мой вкус.       В качестве причёски соорудила простой пучок (жарко, распущенные волосы носить невозможно – они сразу станут влажными из-за соприкосновения с кожей шеи). Посмотрела на себя в зеркало. Нет, как-то не празднично получилось. Подумав, переделала пучок, сдвинув его с макушки назад, и украсила свою причёску канзаши с разноцветными цветами.       В последний раз проверив при помощи зеркала, нормально ли я выгляжу, иду гулять на городской летний фестиваль.       Особых подружек у меня нет, а немногие приятельницы по клубу танцев сейчас не в Намимори. Поэтому я гуляю на городском празднике одна.       Гуляю вдоль палаток, торгующих едой. Бананы с шоколадом, многочисленные леденцы разных форм и размеров, поджаренные на гриле тушки осьминогов, креветки в кляре, яблоки в карамели, печенье, засахаренные бобы, якисоба – всё это меня сейчас не интересует. И тут я вижу ларёк, в котором торгуют горячими никуманами*. Мгновенно подхожу к ларьку и покупаю себе два никумана в небольшой картонной коробочке. Теперь надо найти ларёк с напитками. Не люблю есть всухомятку.       Нахожу палатку, торгующую газировкой, соками и водой. Покупаю бутылочку простой воды.       Теперь надо найти место, где можно покушать, пока мои никуманы не остыли. Я в юкате, поэтому не могу просто сесть на траву или на бордюр тротуара. Все лавочки заняты. Похоже, мне придёться есть стоя. Ну и ладно. Сейчас, отойду подальше.       Неожиданно меня сильно толкают в плечо, отчего я невольно делаю пару шагов назад, чтобы не упасть. Ну, конечно же, меня толкнул Хибари Кёя. Детский сад, штаны на лямках. Что тут ещё скажешь.       - Извините, Хибари-сан, я Вас не заметила, - вежливо извиняюсь. По японскому этикету, девушка должна извиняться первой, даже если не виновата.       - Травоядное, - меня окидывают взглядом, полным осознания собственного превосходства. – Так рано уходишь с праздника домой?       - Нет, я просто ищу место для перекуса.       - Хм, - Хибари задумчиво смотрит на меня. Приходит к какому-то решению, по-хозяйски подхватывает меня под руку и куда-то ведёт.       Я тормоз по жизни и поэтому вначале иду рядом с ГДК чисто на автомате. Затем мой мозг полностью осознаёт ситуацию, и я спотыкаюсь от возмущения. ГДК останавливается ровно на те мгновения, которые требуются мне, чтобы снова выпрямиться, после чего продолжает идти куда-то.       - Хибари-сан, - тихо возмущаюсь я, не желаю привлекать внимание окружающих к тому факту, чьей спутницей я сейчас являюсь. – Отпустите меня. У меня всего два никумана, самой мало.       Хибари фыркает.       - Не волнуйся, я больше не буду тебя объедать, - хватка крепких пальцев не позволяет мне вырвать руку.       Приходиться идти куда-то вместе с ГДК. Он уводит меня в сторону от праздно шатающихся групп людей. Мы сворачиваем на мелкую боковую тропинку, ведущую куда-то вверх. Проходим мимо дороги в храм. Подходим к одиноко стоящему небольшому строению, возле которого стоит парень с причёской «Элвис жив». Этот парень удивлённо смотрит на меня. Под его пристальным взглядом я чувствую себя неуютно и невольно пытаюсь спрятаться за Хибари, что вызывает очередной насмешливый фырк со стороны ГДК. Тем не менее, незнакомый парень из дисциплинарного комитета перестаёт пялиться на меня и переводит всё своё внимание на Хибари.       - Хибари-сан, праздник проходит без происшествий.       - Можешь идти, - кивает ГДК своему подчинённому.       Мы заходим в чайный домик и выходим на энгаву** рядом с открытыми дверями. Я сажусь прямо на край энгавы, свесив ноги вниз. Хибари бросает на меня неодобрительный взгляд, но никак не комментирует мою позу. Притаскивает из домика низенький столик с чизбургерами и чаем. Садится в позу сейдза.       С того места, где мы сидим, открывается вид на соседнюю гору, заросшую бамбуковым лесом.       Я молча открываю коробочку с никуманами и приступаю к еде, пока булочки окончательно не остыли.       Сбоку раздаётся просительное чириканье.       - Хиберду можно угощенье со специями? – спрашиваю я ГДК.       - Нет. Он просто хочет твоего внимания. Вот, угости этим, - на мою раскрытую ладонь сыпется птичий корм.       Протягиваю раскрытую ладонь с кормом в сторону Хиберда. К моему удивлению, он без возмущения клюёт корм. Я думала, что Хиберд хочет именно вкусняшку и обидится, если предложить ему привычный корм вместо вкусняшки. Но, похоже, я ошиблась. Птица с аппетитом склёвывает корм с моей ладони и перелетает на плечо своего хозяина.       Поев, я посидела в тишине вместе с ГДК где-то минут пять. Ну, думаю, пора и честь знать. Слезаю с краю энгавы на землю. Но, не успеваю я сделать и одного шага, как меня нагло подхватывают подмышки и затаскивают назад на энгаву.       - Я не разрешал тебе уйти, - произносит Хибари властным тоном, нагло обнимая меня со спины прямо под грудью. Нет, я понимаю, что это он так меня держит, но поза получилась слишком уж интимной!       - Отпустите меня! Вы ведёте себя неприлично, – я даже дернуться не могу, потому что тогда есть риск, что я буду тереться бюстом об его руки.       - Даже так? – судя по интонации, Хибари сложившаяся ситуация забавляет.       - Вы же японец. Вторжение в личное пространство неприемлемо, - осторожно выпрямляюсь в положении сидя, следя за тем, чтобы руки ГДК не оказались на моём бюсте из-за смены положения.       Хмыкнув, ГДК наконец-то отпускает меня. Я сразу же отодвигаюсь подальше от него, не рискуя, впрочем, снова спрыгнуть с энгавы на землю.       Неожиданно я слышу чьё-то фырканье снизу. Разворачиваюсь и вижу, что к нам присоединился ёжик. Удивительно: как он вообще залез в чайный домик? И, что более важно…       - Откуда здесь взялся ёж? В Японии же ежи в дикой природе не водятся. Для ёжика декоративной породы он слишком крупный, - удивляюсь я, в то время как ГДК угощает ежа весомым куском чизбургера.       - Его зовут Рол. Он мой питомец, - поясняет Хибари спокойным тоном.       Нервно облизываю губы. Ёжик, конечно, интересный, но сейчас меня больше интересует, как бы уйти отсюда. Находиться наедине с ГДК вредно для моего здоровья.       Между тем, ёжик съел угощенье своего хозяина и подошёл ко мне. Уткнулся мордочкой в мою руку и что-то зафыркал. Осторожно глажу его мордочку. Ёжик издаёт довольное посвистывание.       - Ты нравишься всем моим питомцам, - произносит Хибари задумчивым тоном.       Я чувствую на себе взгляд ГДК и смотрю на него в ответ. И взгляд Хибари мне не нравится. Он смотрит на меня так, как хозяйственный человек смотрит на бесхозную животинку, прикидывая, взять ли её себе. И если да, то какие плюсы и минусы подобранная животинка принесёт в качестве собственности.       - Мне пора, - буквально слетаю с энгавы на землю и ухожу настолько быстро, насколько мои шаги не выглядят, как бег (чтобы не провоцировать охотничьи инстинкты ГДК).       Немного успокаиваюсь только, когда оказываюсь около праздничной толпы. Подумав, что фейерверков ещё не было, я решаю погулять на празднике ещё немного. Чтобы отвлечься, рассматриваю ларьки с безделушками. И даже покупаю себе брелок с симпатичной игрушечной лисичкой.       Погуляв и посмотрев на фейерверки, я ухожу домой.       Утром следующего, воскресного дня я задумчиво рассматриваю ошейник. Надевать или нет? С одной стороны, я вроде как хотела проучить ГДК за то, что он часто меня душит. С другой стороны, вчера Хибари не был агрессивен со мной. Может не стоит обострять с ним отношения? Но тут мне вспоминается его оценивающе-раздумывающий взгляд, и я невольно вздрагиваю. Нет уж, «хорошее» отношение ГДК может оказаться опасней его издевок.       Собираю волосы в пучок, переодеваюсь в летние джинсы и синюю кофту, после чего надеваю ошейник. Ошейник неприятно обхватывает горло. Спасибо, что хоть не царапает. Так, теперь надо как-то замаскировать его. Летний платок-шарфик у меня всего один и его жалко (в том числе потому что он дорогой, зараза). Роюсь среди обрезков тканей (я их не выбрасываю, потому что, когда обрезков набирается много, то я шью из них игрушки и куклы). Нахожу подходящий обрезок тёмно-зелёного цвета. Обволакиваю ошейник тканью. Внимательно разглядываю своё отражение в зеркале. Несколько раз медленно поворачиваю ошейник, чтобы убедиться в отменной маскировке. Теперь ошейник выглядит как тканный.       Подхожу к двери и застываю перед ней. Может быть, всё-таки не стоит? Он точно разозлится после того, как повредит ладонь, и мне достанется ещё сильнее. Но я же должна хоть как-то показать, что мне неприятно, когда меня душат! И, пожалуй, я не буду специально его злить. Буду разговаривать с ГДК как обычно. Так что, если он решит меня придушить, то сам будет виноват.       Приняв решение и кое-как подавив нервную дрожь, я выхожу из своей комнаты и закрываю дверь на ключ. Ну, не убьёт же он меня? И вообще, я должна чётко показать, что мне его общество неприятно. А то ГДК странный, иногда ведёт себя так, словно мы, как минимум приятели. Но это же не так. ГДК применяет силу по отношению ко мне и использует против меня административный ресурс. Он плохой, и потому нечего с ним любезничать лишь из-за того, что он добр к своим питомцам. Мировой истории известно множество психов, которые были добры к своим животным, но жестоки к окружающим людям. Нерешительность я испытываю исключительно из-за страха, а лёгкое сожаление – из-за того, что мало с кем общаюсь летом. Человек – существо социальное, поэтому я испытываю лёгкое сожаление, что прекращу общаться даже с Хибари. Но зачем общаться с тем, кто делает тебе больно? Это глупо.       Окончательно убедившись в твёрдости своего решения, я спускаюсь вниз и иду в парк.       В парке я сильно волнуюсь. Встречу - не встречу, поговорим - молча разойдёмся, примется душить или в этот раз обойдётся? Поймав себя на том, что в третий раз иду взад-вперёд по одной и той же входной дорожке, не решаясь идти дальше, я несколько раз глубоко вздыхаю и выдыхаю, после чего решительно захожу вглубь парка.       Во время прогулки остатки нервозности покидают меня. Видимо, в этот раз я Хибари не встречу. Ну и ладно. Не очень-то и хотелось.       И стоило мне только полностью расслабиться, решив, что сегодня ГДК я не встречу, как из-за поворота он выходит ко мне на встречу.       - Здравствуйте, Хибари-сан, - вежливо здороваюсь я с парнем в то время, как моё сердцебиение учащается. Затея с ошейником начинает казаться мне опасной. Я хочу сбежать или вернуться назад во времени и не надевать ошейник. Лучше даже не заказывать его.       - Нервничаешь, - Хибари хищно усмехается. – Нарушила правила?       - Нет! Я… я просто вспомнила, что забыла выключить утюг. Мне надо срочно вернуться домой. Пока! – перехожу на быстрый шаг и ухожу.       Точнее говоря, пытаюсь уйти. Хибари хватает меня за руку, заставляя тем самым остановиться.       - По правилам общежития, пользоваться утюгами можно только в специальных комнатах. Приносить утюги в личные комнаты запрещено. Если ты и забыла выключить утюг, это уже сделали за тебя, - произносит ГДК вкрадчивым тоном.       Я так сильно волнуюсь, что не могу подавить нервную дрожь. Сейчас, когда я нахожусь рядом с Хибари, сама идея прикольнуться над ним кажется мне безумной.       ГДК хмурится.       - Перестань дрожать. Я ни разу тебя не избивал и не собираюсь бить тебя и впредь.       - А? – он это серьёзно сказал, без цели поиздеваться? Сам верит в эти слова? От негодования страх и волнение из меня выбивает, словно пробку из шампанского. Взамен меня затапливает возмущение. – Ни разу не избивали, значит?!!! А синяки после того, как Вы меня швыряете или душите, у меня сами собой появляются, что ли?! Вы садист и лицемер, к тому же!       Изо всех сил тяну свою руку из его хватки. Не получается. Тогда я сильно пинаю ГДК по ногам. По моей задумке, от боли ГДК должен отпустить мою руку, и тогда я убегу, но на деле получилось по-другому. Мою руку Хибари отпустил, но лишь для того, чтобы его рука в очередной раз метнулась к моему горлу. И сомкнулась на нём. Вначале я подумала, что Хибари даже не почувствовал шипов. Но нет, почувствовал. Отпустил моё горло, не поднимая меня в воздух. Резко приблизился вплотную и грубо содрал ткань с металлического ошейника, чуть не удушив меня в процессе.       - Ты рехнулась?! – рычит Хибари, отбрасывая изодранную ткань в сторону. От злости у него темнеют глаза.       Но я тоже на взводе.       - Нет, Хибари-сан, это Вы рехнулись, причём давно, - отвечаю я уверенным тоном, прямо встречая его взгляд. – Я всего лишь хотела проучить Вас за то, что Вы меня душите. Жаль, не нашла в продаже ошейник с по-настоящему острыми шипами, чтобы Вы себе ладонь до крови пропороли. Может, тогда бы Вы избавились от этой мерзкой привычки.       Неожиданно Хибари успокаивается. Его глаза возвращаются к привычному цвету.       - Требуешь хорошего обращения? Отлично. С этого дня ты будешь моим питомцем.       - Э? - это он к чему?       ГДК аккуратно снимает с моей шеи металлический ошейник и небрежно отбрасывает его в сторону.       - Пойдём в мой кабинет. Я расскажу про твои обязанности в качестве моего питомца.       - Хибари-сан, это не смешная шутка! Во-первых, рабство запрещено. Во-вторых, у питомцев нет никаких обязанностей!       - Есть, - отвечает ГДК невозмутимым тоном на вторую часть моего высказывания. – Хиберд помогает со слежкой и передачей сообщений, про Рола тебе знать не надо. Твоей же обязанностью будет выполнение мелких бытовых поручений в эстетически привлекательном виде.       - Чего? – я чувствую, что краснею. Не хочу знать, про какой «эстетически привлекательный вид» он говорит!       Я без оглядки убегаю домой на полной скорости. Этого нелепого разговора не было! Мне просто приснился глупый сон. И пофиг, что мой футон уже свёрнут и убран.       Сажусь прямо на пол (благо, летом он тёплый), опираюсь спиной на стену, подтягиваю к себе ноги и обнимаю свои колени. Мне надо успокоиться.       Почему так получилось? Я же хотела поругаться с ГДК, а не вызвать у него желание общаться чаще. И, тем более, я не хочу идти в его кабинет. И что он имеет в виду под кабинетом? Заброшенное здание со старым продавленным диваном, как в аниме про хулиганов? Там ещё любят изображать хулигана с развратными девицами, радостно сидящими с ним в обнимку на том самом диване. Но я не хочу быть такой девицей!       Или базой у ГДК является поместье? Говорят же, что Хибари из богатой семьи… Воображение тут же услужливо подкидывает картинку из аниме, в котором молодые девушки надевают форму горничных и чулки и служат молодому господину в поместье.       Отчаянно мотаю головой, дабы выбросить из неё воспоминания о различных аниме с хентайными намёками. Не-не-не, не хочу быть секси-прислугой и не буду! Вон пусть Хиберда и Рола облачает в эстетически привлекательные костюмы, а я пас.       Этот же день, Намимори.       Якудза из Томимо решили расширить свои владения за счёт Намимори и прислали своих бойцов для крышевания городского рынка и прилегающих к нему заведений. Обычно ребята из дисциплинарного комитета разбирались с такими мелкими проблемами без привлечения начальства, но конкретно этим якудзам не повезло: Хибари Кёя как раз посещал ателье, когда туда с требованиями денег ввалились якудза. Естественно, что после получения ускорения посредством тонф, мужчины бандитской наружности вылетели из ателье быстрее, чем зашли в него.       Их товарищи по группировке тут же бросились на выручку к своим.       Разумеется, Хибари Кёя легко бы справился с ними в одиночку, но мимо как раз проходили Савада Тсуна, Ямамото Такеши и Гокудера Хаято. Вместе они быстро наваляли пришлым бандитам.       Врезав последнему противнику, Савада с опаской покосился на своего хранителя облака. Обычно Хибари злится, когда у него «отнимают» противников. К счастью, сейчас грозный хранитель облака находится в хорошем расположении духа. Повезло.       - Йо! – Ямамото беззаботно здоровается с Хибари. – Что ты забыл в ателье? Неужели решил носить что-то ещё, кроме формы дисциплинарного комитета?       - Я консультировался по поводу одежды для своего нового питомца, - отвечает ГДК спокойным тоном, убирая тонфы прочь.       - Но это же ателье для людей, - шепчет Савада, которому гиперинтуиция подсказывает что-то странное.       - Я знаю, - Хибари окидывает Саваду высокомерным взглядом и уходит.       Тсуна потрясённо смотрит Хибари вслед.       - Десятый, Десятый! – Гокудера кричит, безуспешно пытаясь привлечь к себе внимание босса. Трясёт Саваду за плечи. – Десятый, да очнитесь Вы!       - Да, прости. Я в порядке, правда, - Тсуна мягко выворачивается из рук своего хранителя урагана.       - Ты замер и смотрел вслед Хибари. С ним что не так? – спрашивает Ямамото.       - Нет, не в этом дело. Ребята, - Тсуна нервно запускает руку в свои волосы. – Кажется, моя гиперинтуиция сломалась…       Никуманы* - потрясающе вкусные булочки из сладковатого теста с начинкой из мяса с овощами и специями, варят на пару. Пришли в Японию из Китая.       Энгава** - открытая галерея, огибающая дом с двух или трех сторон. Иногда энгаву делают и для внутреннего сада. Получается промежуточное пространство между домом и улицей.