The Love You Save (May Be Your Own)

Вот ведь какое дело… Магия существует. Она реальна, Стайлз собственными глазами видел и так просто с ней не расстанется. И когда становится невмоготу, эта мысль мелькает на задворках сознания, а как только трупы перестают появляться с завидным постоянством, парнишка проводит кое-какие исследования. Копаться в сети поначалу — пустая трата времени, честное слово: рисунки отвратительные, в заявлениях избыток патетики, но потом Стилински начинает осознавать, что волшебство существовало еще до того, как один умник додумался открыть «горячую» тему, поэтому берется за древние манускрипты. Он подкупает Дэнни, чтобы тот помог найти лазейку в предположительно секретные архивы (о существовании которых узнал из весьма мутной доски объявлений), а вскоре натыкается и на реальные заклинания. Вот только большинство настоящих заговоров касается чересчур странных вещей, иметь дело с которыми у парня нет ни малейшего желания. Он не добивается смерти чьих бы то ни было стад, спасибочки, а варить зелье, необходимым компонентом которого является козлиная моча, отказывается из принципа. И тут он находит безобидное на вид заклинание. Совершенно безвредное! Едва ли это настоящая магия, если быть точным. Все, что оно обещает — зародить привязанность, а мир в наше время, как известно, отчаянно нуждается в любви. Даже песня такая есть*. И не одна. Самое главное — для этого заклятия не потребуется никакой биологической жидкости. Стайлз накладывает чары. Все, что нужно — прочесть вслух несколько заковыристых строк на латыни при свете убывающей луны. Парень практически уверен, что произносит кое-что неправильно, но ошибки не критичные (не зря же он столько времени потратил на просмотр обучающих видео для «чайников» на «YouTube»). Он ждет по завершению каких-то искр, внезапной вспышки света или даже налетевшего из ниоткуда ветра, но ничего подобного не происходит. Задерживается еще на несколько минут, надеясь на необъяснимый холод или что-то вроде этого, но нет. Ничегошеньки. Возвратившись в родные пенаты, Стилински пишет ярким серебристым маркером на распечатке заклинания слово «ПРОВАЛ» и засовывает листок в ящик стола, где хранит свидетельства аналогичных неудавшихся магических экспериментов и возвращается к домашнему заданию по экономике.

***

На следующее утро он подбирает Скотта и Айзека по дороге в школу. (МакКолл в последнее время страдает угрызениями совести всякий раз, добираясь туда на своем мопеде и вынуждая кудрявого идти пешком). Лейхи предлагает подъехать на джипе вдвоем со Стайлзом, но будущий ветеринар мгновенно заявляет о желании присоединиться к ним (по мнению его бро, он просто боится, что парни наедине начнут обмениваться историями из жизни обоих оборотней до укуса). Это даже по-своему мило — наблюдать со стороны их взаимную вполне очевидную для окружающих влюбленность друг в друга. Странности начинаются с момента, когда оба пассажира едва не дерутся за место рядом с водителем. Видите ли, Лейхи терпеть не может переднее сидение и всячески избегает его. У них с сыном шерифа отношения, основанные на терпимости, в то время как Скотти любит слушать болтовню Стилински (и ему действительно не безразлична тема их разговоров). А вот сегодня заканчивается тем, что кудрявый держит МакКолла своей чрезмерно длинной рукой поперек горла, словно демонстрируя, как нужно душить противника (ой, да ладно — любой, кто хоть раз смотрел бои без правил дольше пяти минут, знает, что он делает это совершенно неправильно). Скотти отвечает на его прием выкручиванием соска, а Стайлз сидит за рулем в полной растерянности, смущенный, пялится на них и ждет, что проблема рассосется сама по себе. — Э-э, ребята, если продолжите в том же духе, мы опоздаем в школу, — наконец подает голос он.- В смысле — приедем позже обычного. Парни так резко поворачивают головы, что это выбивает водителя из колеи. Он словно мышка в клетке с двумя весьма голодными питонами. МакКолл изображает на лице то выражение, которое, по его личному мнению, является верхом сексуальности (на самом деле, как сын шерифа уверял его не раз, оно скорее жуткое и если собираешься с кем-то целоваться, не стоит такого делать, иначе человек сбежит со свидания). Айзек похож на начинающего серийного убийцу с приподнятыми бровями и безумным взглядом… Погодите, это Кудряшка так соблазняет его что ли?! Стайлз прикрывает лицо ладонями, а потом подглядывает сквозь пальцы. Взгляд никуда не девается. — У вас, парни, все в порядке? — Да, но не так хорошо, как у тебя, — мягко произносит Скотт. (То есть — насколько у него получается. По-Скоттовски). Бро притворяется, что не понимает подтекста. Лейхи убирает с его лица упавшую прядь волос и продолжает флиртовать со Стилински. — Айзек, ты что — строишь мне глазки? — возмущается Стайлз. Какого черта?! Скотти хихикает (следовательно, где-то глубоко внутри он все еще тот же парень, что немного успокаивает). Лейхи притворяется, что не слышит вопроса, но голову немного опускает, за что сын шерифа уже благодарен. — Нет, серьезно. Это из-за фаз луны что ли? До полнолуния еще далековато. — С нами все в полном порядке, — заверяет Айзек, но верится с трудом. — Может, мне отвезти вас куда-то в другое место, а не в школу, парни? — медленно произносит Стилински. Лишь сексуальных игрищ с двумя ликанами в коридорах средней школы Бикон Хиллс ему не хватало! Нет. Только не это! — Вези меня куда захочешь, — подмигивает МакКолл. Подмигивает, понимаете?! Такое игнорировать Стилински не в силах, поэтому он внимательно смотрит на бро и говорит: — И на что только Эллисон клюнула, в толк не возьму? Быть еще большим олухом, чем ты сейчас — это еще очень постараться надо! Лейхи ухмыляется и вставляет свои пять копеек: — И меня тоже можешь забрать с собой. С подобным волчьим безобразием Стайлз бороться пока не готов. Для такого дерьма существуют альфы (ну, по крайней мере — бывшие и, предположительно, умудренные опытом, более сведущие в вопросах полового созревания оборотней). Приняв собственное решение, он командует: — Запрыгивайте в машину! Опять начинается потасовка, которую прерывает лишь приказ Стилински обоим занять заднее сидение. Парни нехотя подчиняются, но ему приходится всю дорогу держать ухо востро и наблюдать за ними в зеркало заднего вида (на случай резких движений и/или попыток распустить шаловливые волчьи пальчики). Они покорно топают за ним в лофт Дерека что твои утята. Честное слово, парень ожидал препирательств, нытья на тему «уж лучше протирать штаны в школе, чем связываться с Хейлом». Айзек изображает грустного щеночка. Скотт предлагает сходить к Дитону (прекрасно зная, что Стайлз считает ветеринара весьма скользким типом). Но нет. Оба смотрят на одноклассника влюбленными глазами и по пятам топают вверх. Это реально выбивает из колеи. Вся надежда — на Дерека, который, по идее, должен разобраться в их странной волчьей проблеме. Если ему не удастся, есть еще Питер, а уж он точно знает, как быть. Это однозначно по его части… … если тот, конечно же, не заведет разговор об особенностях оборотничьего секса (его вотчина, следовательно, ехидный дядюшка сто пудов не удержится от язвительных комментариев). Стилински стучит. А в ответ — тишина. — Проспал, видимо. Допоздна сидел и дулся на весь мир, — объясняет Лейхи. — Понятное дело, — огрызается сын шерифа, прожигая взглядом дыру в двери.- А разве здесь нет навороченной сигнализации? С таким талантом обзаводиться врагами, как у него… В любом случае, к вопросам безопасности чувак относится халатно, раз мы тут вынуждены стоять вечность и дожидаться, пока откроют. — Можно найти себе более приятное занятие, если пожелаешь, — мурлыкает Скотт.- Например, целоваться. — Нет, — обрывает его реплику Стилински, но потом сдается, понимая, что это прозвучало слишком резко. Наверняка, поцелуи с ним были бы что надо, но не стоит так поспешно давать бро от ворот поворот.- По крайней мере, не нужно этого делать, пока луна влияет на твои мозги. Скотти одаривает его милой влюбленной улыбочкой, а сын шерифа хлопает его по плечу и говорит: — Давай сначала подлечим тебя, дружище. Дерек открывает двери в спортивках примерно миллион лет спустя. Кроме брюк, на нем ничего нет. Стайлз изо всех сил старается отвести взгляд, чтобы Хейла не сразила та же напасть, что завладела Айзеком и МакКоллом. — Почини их, — толкая парней в сторону хозяина лофта, распоряжается Стилински. Рассматривая гостей по очереди, Дерек наверняка думает, что еще рановато для подобного дерьма. Знакомое чувство. Стайлз готов написать концепт-альбом и посвятить этому феномену. Может, грозный альфа тоже присоединится к его коллективу? — Починить… что? В голосе оборотня угадывается растерянность. Наверняка, его не просили доводить до ума что-либо ранее, тем более — ошалевших волчат. — Эти двое странно себя ведут. — А поконкретнее? — игнорируя явно нездоровых оборотней, осведомляется Хейл. У парнишки даже закрадывается мысль, а не заразился ли еще и этот в придачу (авось Вселенная решила «гулять — так гулять», тогда ему определенно амба, потому что три слетевших с катушек оборотня — его предел, особенно если один из них выглядит так, как Дерек Хейл). Мужчина переключает внимание на двух подростков. Стилински явно сам под луной перегрелся, раз возомнил, что на Хейла может тоже повлиять вся эта волчья зацикленность на его бренной тушке. — Ну, они вроде как … влюбились, — произносит сын шерифа после неловкой паузы. — Гм, влюбились, говоришь? Ну, если друг в друга, то тут ничего нового нет, — нахмурившись, изрекает в ответ Дерек. — Не смей рычать на Стайлза! — вмешивается Айзек, совершенно не реагируя на предыдущий комментарий, касающийся их со Скоттом запутанных отношений и пялится на бывшего альфу. Стайлз испытывает облегчение уже от того, что выражение лица мужчины не имеет ничего общего с гримасами этих двоих, за которыми он наблюдает весь день. Дерек моргает. — Мне такое больше по душе, чем отстойные навыки пикапа Скотти, — сознается Стилински. — Один из них непременно сработает на тебе, — искренне обещает МакКолл.- Ты будешь очарован. — Вот видишь?! — теряя надежду, восклицает парень.- Верх неловкости! Ты не догадываешься, что за волчий «Пон Фарр*» с ними приключился? — Нет никакого…- качает головой Хейл.- Интересно, можно ли отлучить тебя от Интернета? — Не-а, он повсюду, — качает головой Стайлз, а Кудряшка снова пытается соблазнить его взглядом. Сын шерифа пятится к двери: — Итак, ребятки, я оставляю сверхъестественную проблему здесь, на вас, поскольку вы — фантастические твари и тому подобное. Это по вашей части. Досвидос! — Погоди, — начинает Дерек, но парень уже проскальзывает в коридор, бросая извиняющийся взгляд на МакКолла, от которого не хочется уходить вот так.

***

Стилински отправляется в школу, потому что иметь дело еще и с прогулами ему сейчас не хочется. У них с отцом и так довольно напряженные отношения, так что звонки из кабинета директора их не улучшат. Приближаясь к своему шкафчику, старшеклассник чувствует себя одиноко без неизменного спутника в лице Скотта, но тут мимо проходит Лидия, не отлипающая от телефона, прижатого к уху. — Джексон, серьезно, — говорит она и останавливается на полпути. Парнишка вопросительно приподнимает брови. Если она пришла за идеями, как поддеть Уиттмора, это точно по адресу. — Секундочку, — произносит девушка в трубку.- Привет, Стайлз. Лидия разговаривает немного запыхавшись, словно после пробежки. Стайлз здоровается. Одноклассница отводит взгляд, а затем снова смотрит на него и улыбается. Сын шерифа растерянно моргает. Это же… Да она строит глазки, черт подери! — Хорошо выглядишь. Телефон не так далеко, поэтому парень слышит сердитый голос Джексона, орущего в трубку: — Лидс, ты что — сделала комплимент Стилински? Головой ударилась, что ли? Он на тебе приворотное зелье не испытывал часом? Первым же самолетом прилечу и надеру засранцу зад! Легким движением пальца, девушка сбрасывает звонок, а затем мило улыбается ему. — Не слушай этого грубияна. И как я только не заметила, насколько рельефными стали твои мышцы?! — Лидия проводит ладошкой по его бицепсу (не ставшему больше ни за вчерашний день, ни за целую неделю, ни весь прошедший месяц). Парень делает полшага назад и бьется спиной о ряд шкафчиков. — Э-э, Лидс, у тебя все в порядке? — Как никогда прежде, — кивает одноклассница. Она снова касается его мышц, а Стайлз ошарашено смотрит на собственную руку, словно та принадлежит кому-то другому и за ночь перекочевала к нему и присоединилась к организму каким-то волшебным образом. Что-то очень сильно не так. — А ты не нюхала редкий вид аконита, например? — нервно уточняет парень. Происходящее настолько сильно напоминает его фантазии, что даже как-то не по себе становится. Подобный сценарий, с незначительными вариациями, разыгрывался в его воображении по пять раз на дню, когда они учились в седьмом классе. Сын шерифа делает глубокий вдох. Девушка все еще смотрит на него влюбленными глазами, явно пав жертвой той же напасти, что подкосила вервольфовское здоровье Скотта и Айзека. — Как по мне, то в словах Джексона было рациональное зерно, — осторожно говорит Стайлз.- Во всяком случае, что касается несвойственного тебе поведения. — М-м-м? — поглаживая его руку, переспрашивает мисс Мартин. — Я, пожалуй, побегу от греха подальше, пока ситуация не стала еще более неловкой, чем есть, — решает Стилински. — Но все равно спасибо. Одноклассница настолько погружается в свои мечты, что опомниться не успевает, как парень обходит ее по касательной и со всех ног бросается бежать по коридору, разгоняя школяров, словно за ним целая свора адских гончих увязалась. В результате, Стайлз оказывается в пользующейся наименьшим спросом мужской уборной, которая со времен импровизированного пожара слегка воняет дымом. (Подробности ему не известны и мало волнуют, откровенно говоря). Нащупав в кармане телефон, он распрямляется и… сталкивается с улыбающимся во все 32 Махилани. Ямочки на щеках и все дела прилагаются. Парень сглатывает. — Привет, дружище Дэнни. — Приветик, — улыбка одноклассника становится еще шире когда он сексуально подается вперед, нависая над Стайлзом и опираясь бедром на умывальник. (Остается только молиться, чтобы фарфоровый монстр был чище, чем выглядит).- Помнишь мое предложение? — А, то самое… Совершенно неискреннее и лишенное очарования, да? — На этот раз все серьезно, — заверяет Дэнни, наклоняясь вперед, словно задумал поцеловать Стилински или какую-то подобную несусветную глупость. Тот пятится, путаясь в ногах. А Махилани выглядит… расстроенным, будто сорвавшийся поцелуй с сыном шерифа — худшее, что с ним произошло в жизни. А Стайлз чувствует себя виноватым (ведь обидеть Дэнни — все равно что совершить один из смертных грехов), но не настолько, как если бы позволил сошедшему с ума гавайцу сделать это. — Я ценю твой порыв, честное слово, — поспешно убеждает он Махилани, выставляя перед собой ладони, словно надеясь защититься от нежелательного контакта с губами одноклассника.- Просто не уверен, что ты сейчас трезво мыслишь. — О, поверь, я весьма четко представляю, чем хочу заняться с тобой, — возражает Дэнни. И раз уж этот парень начал фантазировать о тех непотребствах, которые не против сделать со Стилински, значит баланс во Вселенной нарушен. — Благодарю за оказанное внимание, — быстро добавляет Стайлз и вылетает прочь из уборной. На этот раз, прокладывая себе путь к выходу, подросток замечает заинтересованные взгляды других учеников, поворачивающих головы в его сторону. (Он практически уверен, что видел порнушку, начинавшуюся точно так же, а то и кое-что похуже, вроде эпизода «Баффи», например; если принимать во внимание то, что они практически живут в Саннидейле*, закончиться все может разъяренной толпой). Парнишка несется к джипу, закрывается в нем изнутри и только потом отзванивается Хейлу. Тот, похоже, не попал под влияние отравы в воде (или где бы та ни была) и уж точно способен вынести вердикт, оправились Айзек со Скоттом или нет. Звонок переадресовывается на голосовую почту (и это заставляет сына блюстителя порядка задуматься, зачем тому нужна упомянутая функция, ведь альфа не работает и друзьями обзаводиться не спешит, но подобная мысль даже в голове звучит резко, если учесть, что Дерек — единственный, на кого не повлияли эти странности и он на стороне Стилински, посему парнишка немедленно извиняется перед звуковым сигналом). Он звонит второй раз, потом — третий, покуда в трубке не слышится обиженный голос оборотня. — Короче, творится что-то подозрительное, — изрекает Стайлз вместо приветствия (потому что вслух провозглашать себя «сексуальным маяком, привлекающим всех живых существ» стремно). — Ты так думаешь? — язвит в ответ Хейл.- У меня тут Айзек со Скоттом диспут затеяли. Выясняют, кто из них больше ценит «восьмое чудо света» — твою улыбку. — Ну, этот спор однозначно должен выиграть МакКолл, — бесхитростно заявляет парень, потому что даже начинать разговор на подобную тему не стоит. — Разве это не кажется тебе немного странным? — спрашивает Дерек, чей голос вдруг прерывается (словно подразумевает, будто парню нужно стесняться своей внешности или что-то вроде того). — Ну, минут двадцать назад я сам бы так подумал, но решил, что это — волчья фишка, а потом пошел в школу и был вынужден отмахиваться от посягательств на мою честь со стороны самых популярных учеников. Что-то определенно происходит. Нечто «Стайлзо-центричное». — Однозначно. — Но зато у тебя иммунитет! — радостно произносит сын шерифа.- Значит, поможешь мне понять, в чем дело. Буду через десять минут. — Но…- протестует мужчина, а Стилински бросает трубку. Он практически готов дать руку на отсечение, что причина возражений альфы продиктована желанием сидеть дома и дуться в одиночестве вместо того, чтобы разбираться с насущными вопросами. Подняв голову, подросток обнаруживает небольшую толпу перед своим джипом. Одна девушка посылает воздушный поцелуй, а какой-то парень поднимает вверх блокнот с нацарапанным на нем номером телефона. Стайлз отрывисто машет, потому что не хочет показаться грубым с людьми, ставшими жертвами его обаяния, но черта с два он выйдет из машины, какими бы красивыми не были его почитатели. Повернув ключ в замке зажигания, парень дожидается, пока люди расступятся и потихоньку выезжает с парковки, направляясь к лофту. — И снова — здорово, — приветствует он знакомое здание (потому что не каждый день бывает здесь дважды до 9:00). Только постучавшись, Стайлз вдруг вспоминает, что в лофте до сих пор Лейхи с МакКоллом, находящиеся под действием той мега странной ауры, которую он сегодня излучает. Дверь открывает сам Дерек. Он выглядит затравленным, словно учитель младших классов после экскурсии. На этот раз, слава всем богам, он полностью одет. Выглянув через плечо хозяина, гость наблюдает, как Айзек отвешивает Скотти подзатыльник. — Ну, по крайней мере, у них до кровопролития не дошло, — спокойно заявляет Стилински. — Что ты натворил? — почти срываясь на рык, осведомляется альфа, а Стайлз, протискиваясь мимо него, раздувает ноздри, словно обозленная дикая зверушка. — Ничего! — восклицает парнишка.- Эта ерунда происходит сама по себе там, где я появляюсь. Я совершенно запутался. В моем кармане обнаружился чужой номер телефона, а я даже не помню, как и когда он там появился! Дерек дуется, глядя на упомянутую часть костюма Стилински, словно именно там скрывается причина всего этого безобразия. Как только Стайлз входит в жилую часть помещения (которую упорно отказывается называть «гостиной» вопреки тому, что та выглядит гораздо более обжитой, чем обе предыдущие лачуги Хейла вместе взятые, невзирая на отсутствие какого-либо намека на уют, например — телевизора), оба одноклассника мгновенно поворачивают головы в его сторону. Ощущения жутковатые, словно за тобой следят два стервятника. — Итак, парни, — говорит он нервно, прекрасно зная первое правило поведения при встрече с дикими животными — не показывать страха.- Я был бы вам крайне признателен, если бы вы вели себя нормально. То есть — как обычно. Просто будьте собой — Скотти и Айзеком. Я знаю, что вы можете справиться с этой посильной задачей. Лейхи закатывает глаза и, на один счастливый миг, Стилински кажется, что магическая ерунда чудным образом рассеялась, но кудрявый оборотень рушит все его надежды, произнеся: — Просто скажи МакКоллу, что я люблю тебя больше. — Ни за что, чувак! Я — президент фанклуба Стайлза, — протестует бро. — Тут он прав, — разводит руками Стайлз.- Прости, друг. У него даже членский билет в подтверждение этому имеется. Да, уроки математики в восьмом классе были невыносимо скучными. У сына шерифа тоже где-то завалялась карточка, на которой написано, что он — лучший друг Скотта. Айзек сверкает глазами на миг, заставляя Стилински отказаться от своего заявления, не желая допустить очередной потасовки. — Зато из тебя получится замечательный вице президент! Это очень хорошая должность. Стресса никакого, а вся слава достанется тебе. У Хейла вырывается какой-то звук, напоминающий сдавленный смешок, но Стайлз заставляет себя не оборачиваться и не таращиться в сторону предводителя оборотней, боясь разорвать зрительный контакт с Лейхи. У того всегда была аура потенциального серийного убийцы — уж поверьте, Стилински видел предостаточно ужастиков, чтобы знать, чем оборачивается любовь подобных людей. Сын шерифа решается на небольшой эксперимент. — Скотти, а позвони-ка Эллисон. Позови ее к нам, — предлагает он. — Сам звони, — откликается бро, вместо того, чтобы начать ковыряться в телефоне, как делает обычно. — Помнишь ее? — не унимается парень, приподнимая руку примерно на высоту мисс Арджент.- Такого вот роста, брюнетка, до зубов вооруженная смертельным оружием, с ямочками? Никого не напоминает? — Я прекрасно знаю, кто она такая, — фыркает МакКолл. — Надеюсь, — бормочет Дерек, заставляя Стайлза спрятать улыбку. — Ага, иди, — подстрекает Айзек, забывая, что сейчас его очередь встречаться с Эллисон. Скотти одаривает его убийственным взглядом.- Позвони ей. А я пока развлеку Стайлза. — О, Всевышний! — в отчаянии поворачивается к Дереку сын шерифа.- Сделай же что-нибудь! — Я что ли? — поднимает брови оборотень. — Ага, ты, Мистер Хмурожопик. Нарычи на этих двух, чтобы поджали хвосты. Или хоть на Кудряшку. Может, это отвлечет Скотти от всепоглощающей любви ко мне и заставит вступиться за собрата. Бывают некоторые предложения, которые просто невозможно предвидеть или предотвратить, прежде чем они вылетят изо рта, полностью сформируются, сорвутся с уст и вызовут беспокойство. — Это не совсем так работает, — начинает Хейл, но замолкает, увидев, что парень самими губами просит «пожалуйста — пожалуйста», заламывая руки и умоляюще глядя на него. Его действительно беспокоит то, как Айзек со Скоттом пытаются убить друг друга взглядом. Проследив за тем, куда смотрит сын служителя закона, оборотень вздыхает, затем рычит на Лейхи, словно тот до сих пор его бета. Дерек по-настоящему удивляется (даже больше самого просителя), когда это срабатывает… примерно на две благословенные минуты. Айзек отводит глаза от Стилински, а тот предлагает кулак Хейлу, но вервольф отказывается стукнуть по нему своим. Еще пару минут Стайлз тратит на то, чтобы выпросить у Скотти телефон, набрать сообщение Эллисон, чтобы та пришла и понянчила своих бывшего и нынешнего парней. Свой гаджет подросток использовать не рискует: кто знает, насколько далеко распространяется это заклинание… Заклинание! — Вот же черт! — вслух ругается Стилински. Все три головы моментально поворачиваются в его сторону.- Я… возможно, частично виноват во всей этой фигне. — Не знаю, как за ту, а вот за мою ты точно в ответе, — без малейшего стеснения показывая на бугор в своих штанах, подмигивает Скотти. — Ради всеобщего блага, будем надеяться, что твои навыки пикапа испортила моя корявая магия, — говорит ему товарищ, потому что честное слово… — Как? — лаконичен как всегда Хейл. — Я, возможно, попробовал проверить найденное вчера заклинание, — сознается парень. Как только он озвучивает эту мысль, то понимает, что должен был сложить два плюс два быстрее. Если быть до конца откровенным, слишком уж много красавчиков (и красавиц) сегодня посягало на его честь, а Стайлз всего лишь человек… — Чувак! — ахает Скотт. Стилински надеется, что укор в его голосе обозначает конец любовного дурмана, но бро смотрит на него с обожанием и бормочет: — Ты колдовал! Это обалдеть как круто! Он прав, вообще-то. Стилински дает ему пятюню. Дерек фыркает что твоя дива (наверняка, так и есть), а сын шерифа вздыхает. Вот через кого доведется держать связь с окружающим миром, блин. Он осторожно смотрит на Скотта: — Эх, и почему из них всех иммунитет не у тебя оказался? — Слишком тебя люблю, — пожимает плечами бро. Спасибо, бля. Замечательный ответ. Айзек супится в их сторону и, положа руку на сердце, если кудрявый ревнует парней друг к другу, то не понятно, кого сильнее. — Какое еще заклинание? — осведомляется Хейл с тем же выражением лица, с которым обычно бьет неприятелей по морде. Только поглядите, как далеко зашли их отношения: Стилински даже не пытается пригнуться. — Совершенно безобидное и едва ли сойдет за магию! — оправдывается горе-волшебник. Оглядываясь назад, стоит признать, что все, касающееся заклинаний и человеческой любви, буквально помечено громадным красным знаком, предупреждающим: «Внимание! Отвратительная идея!». Какой же он идиот! Мужчина рычит, а у недоделанного Гендальфа вырывается жалкое: — Это было, в общих чертах, заклинание, вызывающее привязанность, ладно? Все пошло совершенно не так, как ожидалось. Я не хотел, чтобы все на меня бросались. Пытался проверить свои способности, а это было гораздо приятнее чем штуки, заставляющие «кишки врагов вывалиться», которые мне постоянно попадались. — Не знаю, заметил ли ты, но магия — дерьмо, — резюмирует Дерек. — Ага, учитывая примеры, которые мы сами видели, — соглашается сын шерифа.- Но должна же быть и потрясающая, как в Гарри Поттере, понимаешь? Мне показалось, что я нашел что-то подобное. Даже МакКолл с Лейхи скептически смотрят на него. Какого черта? Они же по умолчанию должны быть на его стороне, да еще и под действием заклинания, вызывающего любовь. Стилински вздыхает. От дальнейших упреков его спасает дверной звонок. Парень подпрыгивает, как всегда. И какой только экс — фашист* устанавливал ему сигнализацию, позвольте спросить?! Та работает, когда ей в голову взбредет. Дерек кивает в сторону винтовой лестницы. Сын шерифа сначала замирает в недоумении, а потом понимает: тот просто не хочет, чтобы под действием заклинания и юная охотница влюбилась в него. Бросаясь в указанном направлении, подросток перепрыгивает по две ступеньки за раз и спотыкается, спеша скрыться. Едва он пропадает из виду, дверь резко открывается. Стилински все еще слышит все происходящее, сидя на верхней ступеньке. Остается надеяться на то, что магия рассчитана на зрительный контакт, как в любви с первого взгляда. Вот ведь зараза! Ему позарез нужно понять, в чем загвоздка. Стайлз не рассчитан на роль отшельника, знаете ли, но если не найдет способа нейтрализовать чары, больше ни на что надеяться ему не приходится. Доведется поселиться в лесу. Может, Дерек сдаст ему дом Хейлов, ведь никто в своем уме туда добровольно не сунется. — Что за срочность? — резковато и громко уточняет мисс Арджент. До Стилински вдруг доходит: девушка не в восторге от того, что ее позвали в дом человека, косвенно виновного в смерти ее матери, чтобы разобраться с проблемами бывшего парня, в каких бы хороших отношениях они не оставались. — У нас тут кое-что случилось, — говорит хозяин. — Ага, — перебивает его Айзек.- Скотт считает, что его чувства к Стайлзу чище и возвышеннее моих. — Ты фонишь стопроцентной похотью, а вот у меня любовь более многогранная, — парирует МакКолл. Вытаскивая телефон, Стилински набирает СМС бро со словами «Потрясный словарный запас!», поскольку гордо похлопать его по спине сейчас не вариант. — Чего?! — восклицает охотница. Выражение ее лица в данный момент бесценно. Стайлз бы с радостью убедился в верности этого предположения, но не рискует высовываться, потому что влюбленная Эллисон вряд ли поможет ему обуздать своих парней. — У нас был инцидент с одним заклинанием, — проясняет Дерек. Сын шерифа буквально способен сузить список предполагаемых движений бровей оборотня до слегка приподнятых в притворном скептицизме или, возможно, глумливой борозды. Это сделать не так уж просто. — Зачем Стайлзу накладывать любовные чары на этих двух? — интересуется девушка. В ее голосе поубавилось резкости, но он звучит все равно грубее остальных присутствующих. Наверняка, дело в лидерских качествах, решает Стилински. — Он рассчитывал скорее на всех, кто его увидит, — растолковывает мужчина. Эллисон громко хохочет, а потом осведомляется: — Целовать его пробовал? — У Дерека иммунитет, — вмешивается Скотт. — Иммунитет, говоришь? — спокойно произносит его бывшая возлюбленная.- На заклинание, предположительно, поражающее всех? — У Дерека столько заморочек, что на нем ничего нормально не срабатывает, — добавляет Кудряшка. Да, Стилински его явно недооценивал. Как только рассеется волшебство, и парень поумерит свой пыл в попытках соблазнить его бро, можно с ним подружиться. Эллисон вздыхает, а Хейл издает такой недовольный звук, что становится ясно: Лейхи абсолютно верно подметил. Вот бы увидеть сейчас их лица! — Дело в том, что нам нужно исправить положение, — подает голос Дерек. — И как же? — спрашивает МакКолл. — Насколько времени рассчитано заклинание? — осведомляется охотница. — Скотти с Айзеком влюблены с раннего утра. Я подумал, что ты могла бы забрать их с собой, попробовать поискать информацию, — предлагает старший оборотень. — А ты изолируешь Стилински здесь, — кивает Эллисон.- Толпа втрескавшихся вервольфов, бродящих по городу, нам совершенно ни к чему. Они с сыном шерифа явно смотрели один и тот же эпизод «Баффи». — Эй, — кричит парнишка вдогонку. — Погодите! Что вы имеете в виду под «изолировать»?