The Love You Save (May Be Your Own)

— Это полный отстой, — жалуется Стилински. Кора с Питером предупреждены по телефону, что им запрещено появляться в лофте целый день, потому что здесь — карантинная зона для Стайлза, а, следовательно, он застрял до ночи с Дереком один на один. Ну, или сколько там продлится действие чар. Парень сожалеет о скоропалительном желании поэкспериментировать с магией, так и запишите. От слова «очень сильно». Хейл сидит наискось от него, на другом конце комнаты, с раскрытой книгой в руках, предположительно пытаясь вести поиски информации. Он вручил Стилински ноутбук и велел искать то самое заклинание, но это не так просто сделать без его закладок в браузере. А еще жутко отвлекает то, что оборотень вылез на покрывало в обуви. Дерек наверняка догадывается о причине гнева подростка, который не сдерживает эмоций, указывая жестом тому на ноги: — Чувак, я понимаю, что тебя в буквальном смысле воспитали в лесу волки, но такому оправдания нет. Допустим, они сидят далеко и жест слишком абстрактный, но все-таки. Обувь. На кровати. Фу. Хейл вертится, соображая, куда показывает школьник, а сообразив, объясняет: — Я должен быть в любой момент готов отразить атаку. — Атаку, говоришь, — парень стучится головой о столешницу.- Потенциальная опасность — не повод залезать на кровать в туфлях. Зуб даю, ты еще и с носками не расстаешься! Вервольф краснеет. — А выпускать когтища на ногах как Кали ты умеешь? И как это вообще совместимо с ношением обуви? — любопытствует парнишка. — Нет, — емко отвечает Дерек, не уточняя, на какой из заданных вопросов. Стайлз вздыхает и возвращается к просмотру очередного сайта. — Мне позарез нужен собственный компьютер, на котором я сохраняю буквально все. — Домой я тебя не повезу, — отрезает Хейл. — Ну почему? — скулит сын шерифа. Он сдерживался и так довольно давно. Целых… пятьдесят минут, если верить часам на ноутбуке. Сегодняшний день тянется просто бесконечно долго. — На отца хочешь напороться? — не отрываясь от книги, бросает оборотень. — А чтоб тебя! — ругается под нос через минуту мальчишка, пытаясь стереть из памяти то, что подсказала ему неуемная фантазия.- Но вся информация… — Эллисон уже была у тебя дома и все необходимое забрала, — продолжает мужчина.- Она подключила и Лидию, так что вчетвером, ребята пытаются разгрести то, что ты натворил. Последнее, что они сообщили — твоя ненаглядная принялась за поиски заклинания. — Лидия за моим компом! — восклицает парень, уловив самую страшную часть предложения.- Нет! Хейл переворачивает страницу с невозмутимым выражением лица, но если присмотреться, он прячет улыбку. — Она роется в моих файлах! Это нихрена не смешно, чувак! Скажу им, чтобы никто кроме Скотти туда не заглядывал. — Она не станет смотреть ничего кроме заклинаний, — успокаивает оборотень. Звучит не особенно убедительно. А еще в голосе угадывается веселье. Подросток снова стучится головой о стол, пытаясь вспомнить, закрыл ли он все компрометирующие вкладки. Стайлз себя слишком хорошо знает, так что ответ определенно «нет». — А что если мои чары на нее так сильно повлияли, что сохраненная на ноутбуке порнушка покажется милой и очаровательной? — мгновение спустя произносит парень. Он может поклясться, что заставил Дерека Хейла фыркнуть, но проверять это предположение не решается, чтобы не спугнуть. Делать нечего. Приходится рыться в компьютере оборотня. Подросток прищуривается. Наверняка, где-то в недрах жесткого диска кроется источник нескончаемых поводов для подколок. Осталось только выведать все грязные секреты Хейла. И пофиг, что его собственные самые страшные и постыдные тайны сейчас в руках неповторимой мисс Мартин. Он смакует возможную победу, поднимая историю браузера. — Что ты делаешь? — настораживается оборотень. Стилински поднимает голову, рефлекторно притягивая гаджет поближе к себе. — Ничего. Это почти правда: пока что он нарыл лишь хренову тучу ссылок на мебель из «Икеи». — Эй, ты что… в моем компьютере роешься, да? — голос мужчины дает петуха к концу фразы, словно он в шаге от приступа паники. Значит, грязные секреты не за горами. — Нет, — бодро врет парень, листая быстрее. И сколько человеку нужно книжных полок, скажите на милость?! — Не смей! — Это что сейчас было — сила альфы в голосе? — подначивает Стилински, пялясь на него. Мужчина уже на краю кровати, словно в любой момент готов вскочить на ноги и отобрать ноутбук у гостя, если тот не оставит попыток выведать что-то через историю браузера. — Стайлз, — быстро напоминает вервольф.- Не ты ли давеча испугался, что Лидия что-то найдет на твоем ноутбуке? — Я — не твоя Лидия, — отмахивается парень.- Это будет забавно, а не смерти подобно.К тому же, чувак, ты помешан на «Икее». Уверяю тебя: в мире есть и другие сайты. Дерек качает головой, правда не понятно — почему. — Просто брось это. — Уф, ладно, — сдается Стилински, но тут его взгляд натыкается на ссылку в самом низу списка: — О, чувак! Да ты к репертуару добавил сталкерство? Преследуешь меня через «Фейсбук»? Серьезно, что ли? Кандидатскую по шпионажу защищать надумал? Дерек бледнеет, отшвыривает книгу в сторону и бросается на гостя. Тот сам нарвался. Даже времени позлорадствовать не остается, потому что мужчина оказывается верхом на нем, прижимая своим весом к дивану, а парень комично поднимает компьютер над головой, будто это спасет его от длинных рук оборотня. — Отдай, — рычит Хейл, пытаясь дотянуться до гаджета. Стайлз ерзает, словно он сейчас сражается в шутку со Скотти за последние дорито, когда ладонь хозяина дома смыкается на его запястье. Поза жутко интимная. Дерек нависает слишком близко, поставив колено между разведенных ног парня, склоняясь в миллиметре от его лица. К счастью, он смотрит сейчас не на гостя, а на компьютер у того в руках, а то было бы совсем неловко. Стилински понимает, что этот бой проигран, поэтому сдается и позволяет отобрать у себя ноутбук. Но едва мужчина отбирает свою собственность, парень улучает минутку чтобы пощекотать его бока. Пусть знает, что гость не одобряет агрессию в ответ на вторжение в частную онлайн жизнь знакомых. Ладно, он тоже хорош. Но там даже ничего преступного не нашлось! И тут Дерек начинает хихикать. — О, божечки! Так ты щекотки боишься?! — Нет, — отвечает Хейл, подозрительно замирая, словно он мужественно сдерживает веселье. Стайлз щекочет снова, но на этот раз хенли оборотня задирается и пальцы гостя проходятся по натянутым мышцам под ней. У Дерека на самом деле ноль процентов лишнего подкожного жира, но тело по бокам немного мягче, как раз для того, чтобы щекотка казалась ощутимой. Торс вервольфа над ним напрягается, мышцы на животе сокращаются, словно мужчина подавляет смешок. Их взгляды пересекаются. Оборотень смотрит не отрываясь, зрачок затопляет радужку, словно он — змеюка, готовая проглотить беспечного мышонка. У Стилински во рту пересыхает. Он не знает, что делать — выкручиваться или обнажить шею. Раньше подобного сын шерифа за собой не замечал, но сейчас в голове вертится мысль: интересно, как будет ощущаться щетина Хейла на его нежной коже и поцелуи, которые тот оставит на ней? Дерек тихо рычит, а потом (Стайлз и не заметил, что наклонил голову в сторону) касается губами его открывшегося горла. Пальцы Стилински все еще под одеждой мужчины, который слишком близко прижимается своим тазом к внутренней стороне бедра подростка, вызывая у последнего желание податься вперед и сократить разделяющее их расстояние. Парень приходит в себя от того, что губы Хейла касаются его шеи и шепчут что-то между поцелуями — горячие, влажные, резко контрастирующие с царапающей кожу щетиной. Это кажется настолько правильным… — О, божечки! — ахает сын шерифа. Дерек бормочет что-то. Слов не разобрать, но звук заставляет его задуматься над тем, умеют ли оборотни мурлыкать. Забыв о компьютере, мужчина проводит ладонью по волосам Стайлза. И тут сын шерифа вспоминает заклинание. — О, Всевышний! — паникует он. Прикосновения оборотня все еще отвлекают, но вместо восторга теперь вызывают чувство вины. С несвойственными ему скоростью и ловкостью, школьник выпутывается из объятий Хейла и убирает руку с его пресса (еще минуту назад это казалось чем-то немыслимым, но поглядите на него сейчас). Дерек отодвигается, выглядя при этом немного пьяным, но миг спустя выражение лица сменяется на знакомое — сожалеющее. — Прости. Мне так жаль. — Нет, чувак, — грустно качает головой парнишка.- Это я виноват. Ты пал жертвой моего заклинания. — Твоего…- мужчина мотает головой, словно не может собраться с мыслями. Прежде чем он успевает подумать, что делает, сын шерифа зыркает вниз. Да, он однозначно сумел возбудить Дерека Хейла. Правда, с помощью магии, следовательно, он — худшее из человеческих существ, которому место в норе до конца жизни. После воспоминания Лидии со Скоттом на душе становится еще хуже. Возможно, он должен был провести некую черту. Стайлз прячет лицо в ладонях, не желая встречаться взглядом с оборотнем. — Давай просто забудем об этом, — предлагает через пару минут Хейл. — Нам нужно держаться подальше друг от друга. Возможно, твой иммунитет не распространяется на непосредственный физический контакт. — Ага, — странным тоном поддакивает мужчина.- Наверняка, дело именно в этом. Потупив взор, парень извиняется: — Я сожалею о том, что влез в историю твоего браузера. — Так и должно быть, — сурово отвечает Хейл. Реакция вполне в его духе (значит, еще есть надежда, что Стилински не сломал вервольфа этой историей с шеей окончательно). Боже, на нем наверняка раздражение от щетины осталось. А что если еще и засосы найдутся?! Вот было бы весело, если бы первый в жизни боевой засос на его шее оставил сам Дерек! Парень качает головой и опускает руки. Нет, к его горлу никто не присасывался. Только сладкие поцелуи и мягкие прикосновения. Так что нет — на этот раз без засосов. Хейл смещается, а Стилински отползает подальше, цепляясь за подлокотник, чтобы избежать очередного инцидента с участием его шеи. Ему, честно говоря, безумно понравилось, судя по тому что все мысли только об этом. Вздыхая, он предлагает: — Не хочешь позвонить Эллисон и узнать, как продвигается расшифровка заклинания? — Да, — буквально слетая с дивана в спешке, отвечает Дерек. Оборотень исчезает на лестнице, оставляя парня одного.

***

Язык так и чешется рассказать о случившемся Скотти, но Стайлз не решается позвонить, потому что друг может примчаться и ревниво потребовать от бывшего альфы извинений за содеянное и дуться до тех пор, пока Хейл не пожалеет, что родился. В последнее время обиженная мина у товарища выходит все лучше с каждым днем. Сын шерифа вертит в руках телефон. Чтобы не рисковать здоровьем товарищей, которых может сразить эта волшебная напасть, он не звонит никому. Чертово колдовство. Но если подумать, то он сам виноват, что не вчитался в написанное мелким шрифтом, ведь все касающееся любовной магии — отвратительная идея. Из-за этого теперь и похвастаться некому своим эротическим приключением с зацелованной шеей, а то не ровен час обидишь очередного влюбленного под действием заклинания человека. Парень принимается за поиски информации касающейся отмены заклинаний (которые в основном сводятся к вариациям ответа «никак», но его Стилински даже рассматривать как альтернативу не готов). Поиски во всемирной паутине так затягивают, что он находит косвенную связь мартышек с приворотом, хоть они совершенно не имеют никакого отношения друг к другу на первый взгляд. В этот момент появляется Дерек. Собственно, он спускается лишь до половины винтовой лестницы — метра на три, опирается на поручни, оставляя между ними расстояние в целый лофт (авось так его не накроет действием заклинания) и недовольным тоном заявляет: — Очевидно, Лидия все время отвлекается на то, чтобы похвалить твою чрезвычайно гениальную и нелогичную систему поиска. — Эй, — радуется Стилински.- Если она начала насмехаться, значит, действие заклинания ослабевает само по себе. — Не-а, — качает головой оборотень.- По словам Эллисон, та слагает поэтические оды и, цитирую, «это жутко странно». Парнишка вздыхает, откидываясь на спинку дивана, в сердцах уставившись на потолок. У Дерека тут имеются настоящие стропила! Интересно, а он случайно не пробовал раскачиваться на них по-обезьяньи? Представив себе эту картину, сын шерифа мотает головой и признает: — Они ни за что меня не простят. Хейл присаживается на ступеньку, смотрит на парня через перила и говорит: — Неправда. — Я грандиозно облажался, — возражает подросток, забыв, с кем имеет дело. Мужчина бросает в его направлении весьма выразительный взгляд: — Никто же не умер. Подобные сравнения школьнику совершенно не по нутру. Его оплошности может не того же уровня, что у Хейла, но из-за них вполне можно сокрушаться, если возникнет желание. — Я так понимаю, никаких сдвигов? — Вот тут ты прав. Стайлз хватает мобильный и пишет СМС Лидии с четкими указаниями, где и как искать определенное заклинание, которое он опробовал. Нужно было это сделать несколько часов назад, но он немного отвлекся. Не осознавая, что делает, подросток касается пальцами того участка кожи, на коем все еще ощущаются фантомные прикосновения Дерека. Когда он поднимает голову, чтобы взглянуть на оборотня, тот цепляется до побелевших от напряжения костяшек за поручень. — У тебя все в порядке? — осведомляется сын шерифа. — Да, — низким и напряженным голосом отзывается мужчина, заставляя нервы парня натянуться подобно струнам. Стилински моргает. И как его угораздило свалиться через кроличью нору в мир, где все вокруг без ума от него, а сам сын служителя закона по уши втрескался в Хейла? Отношения Лидии с Джексоном как никогда прежде обретают смысл. — Не похоже, — парирует подросток, прекрасно понимая, что оборотень не в настроении говорить с ним о чувствах. — Стайлз, забудь об этом, — советует мужчина, ослабляя хватку. И раз уж они признали наличие проблемы, Стилински просто не может пустить все на самотек. — Дело ведь в том, как ты терся носом о мое горло, да? У Дерека такой затравленный вид, словно сам вопрос доставляет неимоверные физические страдания. Хотя нет: сын шерифа видел его разодранным и побитым, но даже тогда оборотень выглядел гораздо счастливее, чем в данный момент. — Нет. Вранье. Как раз в этом проблема. — Да все в порядке, чувак. Ну облобызал ты чувственно чью-то шею — с кем не бывает? Ну, по крайней мере, так говорят. Дерек закрывает лицо руками. Буквально. Стилински его окончательно добил. Может, как честный человек, Стайлз теперь должен написать письмо с официальными извинениями Коре? Типа, «прости, что испортил последнего вменяемого кровного родственника»?  — Слушай, давай забудем об этом раз и навсегда? — предлагает мужчина, подглядывая сквозь пальцы. Парень изо всех сил старается не обижаться на него. — Да, конечно, — как можно беззаботнее соглашается он.

***

Сейчас, черт подери, даже не время обедать. Заклинание действует меньше половины одного дня, а парень уже задолбался. Он бродит по лофту, плюхается на кровать Дерека и пялится на потолок. Все настолько приелось, что закрадывается шальная мысль плюнуть на потенциальную эпидемию «стайлзомании» и прошвырнуться по городу. — Что ты делаешь? Стилински все еще созерцает стропила, заложив руки за голову. Ложе оборотня — лучшее место для хандры с комфортом, что многое объясняет. — Подыхаю со скуки. — А почему ты этим занят именно там? Стайлз смотрит на Хейла. У того странное, нечитаемое выражение лица. — Потому что мне осточертел диван, а места разгуляться больше нет. Кроме того, — парень шевелит пальцами ног.- Я снял обувь, видишь? Чай не халдей какой-то. Взгляд оборотня останавливается на ступнях гостя, от чего тот вдруг начинает понимать, что рубашка на нем задралась и приковывает голодный взгляд Дерека. Желудок болезненно сжимается. Парень пытается игнорировать неловкость ситуации, громко вещая: — Я ценю то, что ты улучшил ситуацию с жильем по сравнению с предыдущей лачугой. Теперь у тебя даже кровать мягкая имеется, что уже огромный плюс и шаг в верном направлении, но признай: место для сидения здесь чертовски ограниченное. И, заметь, я не подразумеваю, что все это ты затеял специально, с явной целью заманить людей в свою постель, но… Сын шерифа резко замолкает. Какого черта?! Его язык до добра не доведет. Гримаса оборотня становится совершенно непроницаемой. Неизвестно, чего тот сейчас хочет больше: пожизненной экстрадиции гостя из лофта в родные пенаты, подправить ему физиономию пару раз или просто закатить глаза так сильно, чтобы они едва не вывалились. Но вместо всего выше перечисленного, Хейл сдавленным голосом произносит: — Лидия просила узнать точное место, где ты наложил заклинание. — …ладно, — глуповато моргает Стилински, максимально беззаботно поправляя рубашку и садясь. Он набирает СМС Лидии с необходимыми сведениями и требованием разобраться с чарами как можно быстрее. А в ответ… Короче говоря, ее сообщение парень тут же удаляет, ведь как только волшебство рассеется, девушка сильно пожалеет о написанном — самом настоящем секстинге*. Оборачиваясь к Дереку, подросток замечает, что лицо у того привычно каменное, так сказать — гримаса по умолчанию (что лишь усиливает осознание того, настолько уязвимым и откровенным тот был лишь мгновение назад). До сына шерифа наконец доходит, где и когда он видел это выражение раньше: за секунду до инцидента с его шеей. Запутываясь в ногах от неожиданности, парень бормочет, что им неплохо было бы перекусить. Он серьезно опасается, что если останется на кровати хоть на миг дольше, то ляпнет нечто настолько страшное, что не сможет забрать слова обратно.

***

— Итак, — завершив трапезу, произносит парень.- Твой иммунитет против чар не настолько силен, как ты думал, да? — Нормальный иммунитет, — огрызается оборотень. Он вернулся к чтению своей книги и попыткам игнорировать Стилински, не осознавая того, что в данный момент влюблен в него. Даже немного обидно, знаете ли. — На случай, если тебя захлестнула волна неконтролируемой страсти ко мне, может, стоит придумать «стоп — слово». Если тебе нужно уединиться в помещении в момент, когда я начну казаться тебе неотразимым и сексуальным, просто употребляешь его и я скрываюсь из виду. — Я себя отлично контролирую, — не отрываясь от талмуда в руках, подает голос мужчина, переворачивая страницу. Стайлза так и подмывает взять палку подлиннее и ткнуть его в бок, чтобы испытать хваленную выдержку. — То есть ты признаешь, что влюблен в меня? — уточняет парень. К черту, Хейл с ним после этого больше в жизни не заговорит, это будет смерти подобно, так что нужно пользоваться моментом. — Стайлз, — вздыхает оборотень.- Забудь. Это однозначно «да».