Глава 2
14 ноября 2017 г., 08:19
В деревнях день всегда начинался рано и Юго проснулся первым, будто и не пропадал последние месяцы вне дома, где график сна и бодрствования менялся в зависимости от ситуации. Адамай спал ровнёхонько на спине, словно был какой-то цельной и неподвижной статуей в отличие от брата, который раскинулся конечностями по чужому матрасу. Под утро из-за пледа стало жарковато, так что парнишка недовольно пфыкнул, поняв, что ему придётся искать другую майку. Осторожно отодвинув с ног драконий хвост, он встал с пола, сонно зевая и прикрывая кулаком рот. Может быть он и отсутствовал долгое время, но прекрасно помнил, что таверна открывается рано, а ещё раньше, по обыкновению, встают его младшие братья. Алиберт нечасто просил помощи, но элиатроп знал, что она лишней никогда не бывает.
Глянув на брата, Юго чуть улыбнулся и тихонько прикрыл за собой дверь.
В ванной он привёл себя в порядок и, с щёткой в зубах, нацепил на себя старую, чуть большеватую рубашку. Наверное, Ад не преминул бы прокомментировать это тем, что элиатроп ещё нескоро дотянет до своих вещей, приобретённых на вырост. Юго хмуро погрозил своему отражению и вышел, принявшись неторопливо заниматься утренними домашними делами. Сперва-наперво он пополнил воду, принеся её из колодца, насыпал корма многочисленной семейке тофу, гнездившейся на дереве рядом и направился на кухню. Там он встал в центре помещения, уперев руки в бока и стал задумчиво оглядывать полки вокруг. Сначала, следовало бы позаботится о еде для детворы.
Пока элиатроп зажигал плиту, вниз спустился Алиберт. Они обменялись приветствиями и энутроф, разглаживая усы, присоединился к приготовлению завтрака. Юго время от времени косился на приёмного отца, раздумывая, стоит ли ему озвучивать свои мысли по поводу вчерашнего разговора.
— Сходишь за хлебом к Джеймсону? — смущённо проговорил Алиберт.
Мальчишка не сдержал улыбки: за столько лет владения таверной мэр так и не научился ладить с выпечкой.
— Я мигом. Чиби и Гругал ещё спят?
— Да. Персидали тоже. И, Юго, — тот оглянулся, а Алиберт вздохнул, смяв в руке ткань фартука. — Как Адамай?
Элиатроп помедлил с ответом, подбирая слова.
— Он тоже спит, я думаю… Не стоило вчера сразу же устраивать разборки, Ад не маленький и осознаёт свою вину. Я хочу… — поспешно добавил Юго, увидев, что Алиберт грустно качает головой. — Я скоро вернусь, хочу поговорить сам с Евой и Гроуви. У них была трудная поездка, может быть, когда они хорошо отдохнут, то…
Махнув рукой, он не договорил и обулся, выходя за дверь. Стоило бы добраться до прилавка пекаря побыстрее, но Юго уже очень давно не прогуливался по мирным улочкам в своё удовольствие.
Адамай разомкнул глаза и первым делом увидел перед собой нависшую мордашку младшего дракона.
— Просыпайся! — прокричал Гругал, пуская струю огня в опешившего брата.
Дракон резко сел, чтобы поймать мелкого хулигана, но тот уже скрылся за дверным косяком, звонко хохоча.
— Вот тебе и доброе утро, — проворчал Ад, падая обратно на спину.
Юго в комнате уже не было, ведь он с детства привык рано вставать, чтобы помогать отцу с делами. Дракон глубоко вздохнул, прикрывая глаза. Впервые за столько лет он чувствовал себя отдохнувшим, и на душе как-то стало спокойней.
Сложив плед с матрасом в комод, он направился в ванную комнату, примечая по пути некоторые изменившиеся детали в этом старом доме. Кое-где появились новые трещины и царапины, видимо от когтей мелкого проказника, именуемого Гругалораграном, а в самых дальних уголках, как и всегда, таилась паутина. Зубная щетка Ада стояла всё на том же месте, но приобрела сероватый цвет от пыли. Нужно будет купить новую. С этой мыслью он умылся, стараясь не смотреть в зеркало. Отражения своих глаз он избегал, будто опять ожидая увидеть в них тень маленького брошенного дракона. Адамай отмёл все сомнения и поспешно освободил уборную.
В коридоре, по пути к лестнице, он столкнулся с Персидалем, но иоп лишь мельком глянул на него и прошёл дальше, ничего не сказав.
Спустившись на кухню, первым делом можно было почуять прекрасный аромат готовящейся еды, от которого у Адамая сразу же скрутило желудок. Гругал и Чиби как могли помогали Алиберту, нося тарелки и намывая овощи, но маленький дракончик больше мешался, снуя у всех под ногами. Адамай осторожно наклонился, проходя на кухню и мягко улыбнулся младшим братишкам, когда те его увидели.
— Папа, Адамай проснулся! — Чиби бросился навстречу с пустой тарелкой в руках, а Ад потрепал его по шапке, сощурив один глаз от громкого и радостного восклицания.
— Доброе утро! Как спалось тебе? Наверное, непривычно было, после стольких лет отсутствия дома? — поинтересовался старый энутроф, закидывая нарезанные овощи в котёл.
— Спалось прекрасно, спасибо. Я отвык от домашнего уюта, но всё ещё помню каждый закоулок этого дома, — с этими словами Адамай сел на свободный стул, блаженно втягивая носом тонкие запахи многогранных блюд с нотками приправ, витающих в воздухе.
В Братстве Забытых никто не выделялся особым умением готовить, пускай они и привыкли друг к другу, совместный домашний быт был им чужд, да и времени на подобные вещи особо не оставалось. Так что чаще приходилось довольствоваться сырыми продуктами, да пойманными зверюшками, которых дракон, не особо утруждаясь, слегка поджаривал в своём пламени.
— Я рад, что тебе стало лучше. Ты не забыл, о чём я просил вчера? — Алиберт указал в сторону Ада деревянной лопаткой, и Гругал выхватил её, пролетая мимо. — Ах ты, маленький…!
Адамай прекрасно помнил слова приёмного отца, но не торопился с решением.
— Доброе утро, братишка! — Юго поставил два больших пакета с выпечкой на стол.
— Доброе, — отозвался дракон, чуть усмехнувшись.
От пакетов шёл дразнящий аромат свежевыпеченного хлеба и сладкой сдобы. Юго решил, что дети только обрадуются десерту. Ну, а если нет, он всегда может сделать это за них.
— Доброе утро, Юго! — Чиби хихикнул, когда старший элиатроп нежно щёлкнул его по носу, а затем потянулся руками к самому близкому пакету. — Ты купил нам сладкое!
— Тс-с! — Юго поспешно приложил палец к губам, пытливо переводя взгляд с Чиби на Ада. — Потише, а то Гругал услышит.
— Что услышит? — бойко встрял дракончик, вперевалочку топая по направлению к ним. Он деловито точил свои зубы об уже испорченную деревянную лопатку для готовки.
— Не услышит, так почувствует. Конспиратор из тебя никудышный.
— Ад, — элиатроп демонстративно насупился, показывая брату кулак.
Откинувшись на спинку стула, Адамай завёл длинные руки назад с широкой ухмылкой на губах.
— Очень устрашающе, — фыркнул он насмешливо Юго вслед, когда тот опять взял в руки пакеты, намереваясь переставить их подальше.
Гругалорагран повёл носом, принюхиваясь, когда элиатроп прошёл мимо него с выпечкой. Чёрный дракончик хитро прищурился, провожая его взглядом и маленькой кометой ринулся вперёд, как только Юго поставил свою ношу и отвернулся. До цели проказника оставались считанные сантиметры и Юго, не поворачиваясь, быстрым движением указательного пальца обрисовал в воздухе круг. Гругал пролетел прямо в созданный светящийся портал, чтобы в следующую секунду материализоваться напротив Адамая и врезаться в его лицо. Ад зашипел от неожиданности, едва не опрокинувшись вместе со стулом, но вовремя удержал равновесие длинным хвостом. Чиби развеселился от этого мини представления, а Гругал дымно и возмущённо чихнул на старшего дракона, стоило тому схватить его двумя лапами поперёк живота.
— Почему ты такой предсказуемый, Гругал? — щурясь, негромко проворчал Ад. — Тебе следовало бы потренироваться над ведением тактических наступлений.
Со стороны жаровни звучно перевёл дух Алиберт, гася огонь и плотно накрывая крышками еду. Они с Юго планировали делать только кашу для детей, но пока тот ходил за хлебом, проснулась вся семья энутрофа и ничего не осталось, кроме как готовить полноценные завтраки. Мэр благодарно кивнул Юго, указавшего ему на пакеты.
— Кто-нибудь ещё спускался?
— Сэдлигроув, — ответил Ад. — Но он поднялся обратно.
Элиатроп деловито кивнул, доставая с полок несколько подносов. Он разложил по тарелкам еду, разделил свежий хлеб и пошёл в сторону лестницы к жилым комнатам.
— Эй, Юго, а сам ты завтракать когда будешь? — вспомнил Алиберт, выглядывая следом.
— Позже, — уже сверху отозвались в ответ.
Энутроф в лёгком волнении потянул себя за ус, когда заметил вопросительный взгляд Адамая.
— Ну, а мы сейчас, да, мальчики?
Чиби и Гругал одновременно опустили на столешницу свои тарелки, соглашаясь.
. . .
Из проёма распахнутой двери Гроуви радостно улыбнулся другу. Юго улыбчиво поприветствовал его, занося подносы с едой. Элели и Флопин негромко воскликнули и кинулись к вошедшему, помогая тому разместить еду на маленьких прикроватных тумбочках. Евангелин обернулась к элиатропу, стоя у грубовато сделанной колыбельки и пожелала доброго утра. Выглядели Персидали хорошо отдохнувшими и бодрыми, поэтому Юго, подождав, когда они с аппетитом приступят к еде, прошёл дальше по комнате, усаживаясь на подоконник. — Почему бы вам не спустится вниз? Кажется, Флопин с Элели и Чиби с Гругалом заинтересовали друг друга. Дети шумно делили еду, но стоило им услышать предложение элиатропа, как они тут же согласно кивнули. — Да, мам! Мы встали час назад, но мне уже надоела эта комната, — Элели надула губы. — Мы могли бы побыть во дворе, там можно соорудить мишени для тренировок, — согласился Флопин, аккуратно постукивая ложкой, в отличие от сестры, которая гремела посудой и ела так же поспешно, как и её иоп-отец. Гроуви засмеялся на то, как дочь воинственно кинула в него вилку. При взгляде Юго, страж шушу стушевался и указал единственной рукой на жену, как бы говоря, что сейчас она принимает решения. Кра тщательно пережёвывала пищу, так как не любила отвлекаться во время еды, но Юго и не торопил её, разглядывая семью своего лучшего друга. — Ты же знаешь причину, Юго… — начала Ева и замолчала, будто ожидая, что элиатроп её перебьёт. Но тот не перебил, смотря спокойно и внимательно. — После всего произошедшего я опасаюсь за своих детей, даже если теперь Забытые больше не являются угрозой. Вряд ли кто-то ещё будет пытаться похитить их или подвергнуть нашу семью опасности, но тем не менее. Мы вели себя резко вчера и некрасиво вспылили, хотя я и не считаю, что мы были не правы. — Если Адамай извинится, это ведь ничего не изменит? — элиатроп встал с подоконника, Флопин и Элели замолчали, глядя на него. — Не изменит, — согласилась кра. — Но, Евангелин, сделанного не воротишь. Мы ведь столько раз сами ошибались, от этого никуда не деться. Будь у Адамая возможность, он бы не допустил этого, я точно знаю, — Юго выпрямился и завёл руки за спину, оглядывая присутствующих. — Вы же не можете по-настоящему его боятся, верно? Он всегда был одним из нас, он буквально создал Братство Тофу. Иоп помрачнел, опустив взгляд, а Евангелин протянула руку к колыбельке, покачивая малыша. Юго выдохнул, чувствуя, как его начинает заполнять нечто похожее на отчаяние. — Это же наш Адамай, ребята, — голос элиатропа словно немного охрип. — Мой брат и наш общий друг. Он не какой-то… дикий зверь. Над элиатропом нависла тень и он почувствовал, что Евангелин положила мягкую ладонь ему на плечо. — Юго, ты искал его годами, мы понимаем, как он тебе дорог, но ты… не видишь всей ситуации. — Чего именно я не вижу? — По-твоему для того, кто поступал так жестоко, переход на обратную сторону будет искренним? — Я не понимаю тебя… — почти прошептал элиатроп, не веря, что слышит это от своих друзей. — Нам не ясны мотивы Адамая, Юго. Веришь или нет, но мы действительно тщательно это обсуждали, — проговорил подошедший Гроуви. — Обсуждали за нашей спиной? Почему было не высказать свои сомнения напрямую? Персидали не ответили. Оглянувшись за их спины, Юго заметил, что Элели и Флопин не в комнате. Их отпустил Гроуви? Тарелки и подносы тоже были убраны. — Я не считаю правильным, что Адамаю нужно вам что-либо доказывать. Но если вы не желаете верить ему, то верьте хотя бы мне, — парень окинул их лица твёрдым взглядом. — Можете считать меня тем, кто отвечает за его поступки. Ева прикрыла глаза и едва заметно кивнула, а её муж положил руку на шапку Юго, словно трепля его по волосам. — Хорошо, друг. — Где Элели и Флопин? — Я отправил их на улицу, — Гроуви виновато улыбнулся. — Элели трудно сопротивляться, ты же знаешь. Юго слабо приподнял уголки рта в ответ, хотя на сердце у него стало тяжелее. Адамай неожиданно для себя понял, как ему приятно проводить время с подросшими Чиби и Гругалом. Видимо соскучился настолько, что сейчас каждая минута в их присутствии наполняла его положительным откликом. Пускай маленький дракон и имел пылкий характер, за ним было слишком забавно наблюдать: так потешно он рычал и махал своим хвостиком, когда задумывал очередную пакость. Пакость и в этот раз предназначалась Адамаю — по просьбе энутрофа, на шее дракончика нужно было завязать полотенце, дабы тот не испачкался за едой, потому что купать Гругала, когда он полон сил, та ещё задачка. Ад добросовестно занялся этим делом и малыш остался чистым, в отличие от своего старшего брата, которому ничего не оставалось кроме как терпеливо обтереть лицо от чужой каши. Наконец он и сам принялся за пищу, с удовольствием поглощая домашнюю стряпню Алиберта, по которой соскучился не меньше. На кухню, громко о чём-то споря, спустились Элели и Флопин, неся в руках подносы с пустыми тарелками. Завидев Адамая они оба замолчали, сверля дракона глазами. Чуть позже подошёл Юго, уже не так сияя радостью, как несколько минут назад. Ад нахмурился, почувствовав что разговор с Персидалями испортил настроение элиатропа, но не стал ничего спрашивать и лишь поблагодарил Алиберта за прекрасный завтрак. — Составить тебе компанию? — дракон сел обратно за стол к брату, неохотно ковыряющемуся в тарелке. Юго сразу прибодрился и широко улыбнулся в ответ на это предложение. — Чем займёмся сегодня? Надеюсь, принцесса не заставит нас снова идти ловить тушканчиков? Мальчишка прожевал овощи, изобразив на лице мыслительный процесс: — Дел у нас полно на самом деле. Нужно прибраться в комнатах, и постирать вещи малышей, а то один папка не справляется со всей работой. Так же стоит пополнить запас продуктов, который мы вчера всей толпой умяли. Теперь придётся чаще делать покупки, ртов-то поприбавилось, — Юго многозначительно посмотрел исподлобья на брата, запустив полную ложку в свой рот. — Тебе лучше не стоит появляться в городе, уж слишком диковинная внешность. Так что покупки сделаю я сам, а тебе хорошо бы заняться работой по хозяйству. От услышанного Адамай скорчил недовольное выражение, но деваться ему было некуда. Получив указания от брата и энутрофа, дракон вынес целую корзину белья на задний двор, принимаясь за стирку. Не этим он планировал заниматься, когда представлял своё прибытие домой. Неподалёку бегали детишки в попытках спрятаться от яростного Гругала, который при любом удобном случае так и норовил плюнуть огнём. Брат-элиатроп его за это ругал, шлёпая ладошкой по чешуйчатому лбу, после чего дракончик на время затихал. Спустя некоторое время, Элели и Флопин сели друг напротив друга, о чём-то перешептываясь, а Чиби и Гругал отпросились у старшего брата выйти со двора и, получив разрешение, радостно убежали в сторону чащи неподалёку. Адамай хмыкнул, думая, что и сам был бы не прочь прогуляться на природе подальше от суматохи. Емелька и таверна Алиберта стали неотъемлемой частью его детства, однако с младенчества он рос на уединённом острове в компании одного лишь взрослого Гругала, поэтому привык ценить моменты тихого спокойствия. Мысли проплывали неторопливо и размеренно, пока дракон возился в воде, цепляя когтями мокрую ткань. Монотонная работа вскоре начала утомлять с непривычки, но одежды и правда скопилась большая куча. Выловив из прочих тряпок старую майку Юго, дракон мягко прищурился, снова погружаясь в приятную ностальгию. Выцветшая оранжевая ткань была сплошь покрыта швами и кое-где красовалась заплатками, пришитыми заботливой рукой Алиберта. Это место плохо влияло на память в хорошем смысле: Адамай всё глубже ощущал, как он тосковал по этому дому и по приключениям с братом. Он дёрнул кончиком хвоста, представляя, как на его лице сейчас расползлась глупая улыбка. Закончив развешивать белье, Ад облегчённо выдохнул и потянулся. Отлынивать от работы по хозяйству было некрасиво, но он решил немного поторчать на улице, наблюдая за случайными прохожими, которые то и дело косились в сторону незнакомого дракона. Минуты приятно сменялись одна за другой и сидящий на траве Адамай услышал звук приближающихся шагов. Он узнал детишек Персидаля, но намеренно их проигнорировал, расслабленно жмурясь под греющими солнечными лучами. — Мы хотим сразиться с тобой. За то, что ты ударил нашу маму и разрушил наш дом, — маленькая иопка решительно сверлила взглядом спину противника, сжимая кулачки. — Вам поиграть больше не во что? — Адамай поднялся на ноги и наклонился за пустой корзиной. — Отказы не принимаются. Или тебе слабо? Ты ведь так кичился своей силой, бросая в папу огромные деревья, — Флопин не отличался от сестры дерзостью. Дракон сморщил нос, понимая, что так просто они не отстанут. Проучить пару детишек, проблем-то. Но полубожественная сила Элели никуда не делась, а дофусы элиатропов были уничтожены, Адамаю не хотелось вести тёрки с маленькой соплячкой, которая всё же могла доставить лишние хлопоты. — У меня полно дел, некогда вас развлекать, — как только он сделал шаг ко входу таверны, перед его носом пролетела сияющая стрела. Резко повернув голову в сторону выстрела, он успел заметить движение и уклониться от удара девчонки. Оказавшись позади дракона, она потянулась схватить того за хвост, но Адамай успел отскочить, бросив в неё корзину. Лёгкой мишенью был кра и, не успев моргнуть, Флопин оказался обездвижен в тугих чешуйчатых кольцах. — Отпусти моего брата! — Элели яростно бросилась на Адамая, засияв жёлтой аурой. Она налетела на него маленьким рычащим комком, невольно напоминая переродившегося Гругала. Дракон закрылся рукой, принимая не слишком быстрые, но неожиданно тяжёлые удары. Он напряг мышцы ног, упираясь в землю и заметил, что пыль краткими волнами поднималась вокруг них. Неуклюжая, с ведением боя как у неотёсанной деревяшки, девочка оказалась сильна и признание этого факта раздражало. Флопин позади извивался, но выбраться не мог и Адамай обратил всё своё внимание на его сестру. — Что, думала это будет так легко? — дракон замахнулся правой рукой и отбросил разъярённую иопку, намеренно стараясь не навредить, а лишь отмахиваясь, как от мухи. Не меняя стойки, он повёл плечом и замер, прислушиваясь к своему организму. Что-то не так. Магия, всегда ореолом окружавшая драконье тело и поглощавшая большую часть ущерба, почти не ощущалась, а все его движения замедлились. Но долго раздумывать над этим было некогда. Зло выдохнув с громким звуком, Элели снова бросилась вперёд. Адамай решил принять удар во второй раз, чтобы подпустить к себе девчонку и поймать её. Детский кулачок на высокой скорости очертил дугу в воздухе, встречая препятствие на своём пути в виде руки дракона. Раздался хруст кости и Ад, едва устояв на месте, всё же отпрыгнул на несколько метров назад. Поражённый, он отпустил мигом отскочившего Флопина и схватился за пострадавшую конечность. Было чертовски больно, он и ожидать не мог, что удар окажется настолько мощным и точным. — Ну что, как тебе, а?! Я сконцентрировала силу в одной точке, чтобы уж наверняка переломать тебе пару костей! — Элели горделиво выпрямилась и, не теряя много времени, опять продолжила наступать на оппонента. Вокруг начали собираться зеваки, наблюдая за удивительным боем. Адамаю ничего не оставалось, кроме как уклоняться от нападок детей, думая над удобным и безопасным способом их обезвреживания. Теперь кра предусмотрительно держался подальше и прикрывал иопку выстрелами. Всерьёз атаковать ребёнка Ад не мог, однако и уворачиваться приходилось непривычным образом: мешала рука, а хвалёная скорость реакции странно подводила, путая дракона и сбивая с толку незнакомыми прежде уязвимостями. На шум выбежал Алиберт, хватаясь за голову от развернувшейся перед ним картины. Дракон отвлёкся на него, тут же на секунду ослепнув от яркой вспышки. Он сгруппировался, закрываясь, но всё равно ожидаемо получил по затылку с размаха. Элели с воинственным кличем запрыгнула сверху. Движения были совсем неловкие и размашистые, но быстрые. Чувствуя, что враг дал слабину, девочка старалась не упустить момент. — Получи, мерзкий предатель, вот так тебе! Крича, она вошла в раж и не заметила, как гибкий хвост обвился вокруг её шеи, бесцеремонно откинув прямо во Флопина. Брат с сестрой столкнулись, но отскочили друг от друга подобно мячам. Было видно, что в драке им не впервой взаимодействовать вместе. — Элели, Адамай, прекратите сейчас же! — встрял Алиберт. Иопка послушно остановилась, прекращая светиться. — Вы что творите? — Кто ещё там говорил про плохое воспитание? — дракон выпрямился, придерживая повреждённую руку, и слегка поморщился, ощущая звон в ушах. — Кто начал первый? — Алиберт строго всех оглядел. Детишки Персидаля виновато опустили глаза. — Ясно. Все трое — марш в дом. Двинувшись вперёд, Адамай не стал ничего говорить про приобретённую травму, всё ещё полуоглушённый — не нападками детей, а собственной слабостью, что так внезапно и подло сказалась на его реакции. Обеспокоенный взгляд энутрофа вывел из ступора, и он потупил глаза, ощущая долю вины, хотя и не являлся тем, кто начал потасовку. Элели и Флопин остановились в дверях таверны, а Алиберт с тяжёлым выдохом потёр лоб, понимая ситуацию без слов. — Возьми немного денег и отправляйся к лекарю. Надеюсь, помнишь в какую сторону идти? — дождавшись, когда сын скроется за углом, мэр подтолкнул ребятишек. — А мы вместе пойдём к вашим родителям, и вы всё подробно расскажете. Огибая здание таверны по заднему двору, дракон держал в памяти слова Юго про свою «диковинную» внешность. Случившееся ни разу не было оправданным. Даже имей дочка Персидаля силу настоящего бога, она не умела пользоваться и десятой частью своих возможностей, ведь роль играл не один талант, а множество факторов, самыми ясными из которых являлся опыт и банально ограничивающая физиология ребёнка. Ад был драконом и обучался под строгим надзором с малых лет. Он не считал себя хвастливым, но отлично понимал, какую несравнимую разницу имеет из-за своей подготовки и происхождения. Всего за пару шагов вопросы хаосом замножились в занывшем черепе и он рассерженно выдохнул. Так дело не пойдёт, сначала нужно отвлечься на элементарные проблемы, например, вылечить руку. Адамай решил пройти менее людными улочками, но был остановлен у деревянной ограды чужим восклицанием. — Братик Адамай! К нему подбежал Чиби, взволнованно переводя дыхание. Гругал приземлился на забор, внимательно глядя на руку, которую старший дракон аккуратно придерживал. — Как это… произошло? Мы услышали шум с Гругалом, но были в лесу и… — маленький элиатроп поджал подрагивающие губы, будто собираясь заплакать, а чёрный дракончик хмуро выпустил дымное облачко и осторожно коснулся чужой повреждённой конечности своим тёплым носом. Гругалорагран ничего не сказал, в отличие от своего брата, но его зрачки опасно сузились. Адамай хмыкнул, снял его с ограды здоровой рукой и опустился на корточки, глядя на младших братьев. — Давайте назовём это прошлыми обидами. Не беспокойтесь из-за такого. — Это Элели и Флопин, — Гругал не спрашивал, а утверждал, голос его отдавал тихим рычанием. Адамай наставительно покачал перед ними пальцем. — Сами не начинайте ссору, понятно? Я скоро вернусь, — он кивнул им и встал, выходя за пределы двора. Чиби и Гругал остались там, где стояли, словно намереваясь дождаться старшего брата, не сходя с места.. . .
Едва не уронив нагруженную продуктами холщовую сумку, Юго замер на месте, резко выдыхая. Проходящая позади женщина толкнулась об него, испуганно охнув от неожиданности и принялась озабоченно извиняться, не забыв, при этом пожурить элиатропа за неосторожность. Тот только рассеянно кивнул, не вслушиваясь, и перевёл взгляд на видневшуюся вдалеке таверну. Там что-то произошло. С Адамаем. Первым желанием было скинуть поклажу и вернуться домой, пролетая через множественные порталы для ускорения. Тем не менее, Юго остановило то, что в данный момент его брат был в безопасности — он чувствовал это, благодаря связи. Он попытался связаться с Адом ментально, но тот ответил лишь кратким импульсом, давая понять, что беспокоиться не о чём. Элиатроп нахмурился, потянув за ремень сумки и вскидывая её себе на плечо. Пока что ни один день не проходил без какого-либо случая. Это могло бы быть и забавным, зная их. Но Юго, сейчас, веселиться совсем не хотелось. Флопин и Элели находились прямо перед родителями и хмурно молчали, смотря себе под ноги. Они были в общем зале, куда Гроуви и Евангелин спустились, чтобы обговорить с Алибертом условия своего пребывания в таверне. Мэр находился там же, стоя чуть поодаль и тяжело опираясь на стойку прилавка. — Дети, вы же слышали, что говорил Юго, — сурово начал Сэдлигроув, упирая руку в бок. — Но папа… — Даже! Если вы не согласны, вы не можете развязывать здесь драку, потому что… — иоп запнулся и сморщил нос, а потом оглянулся на жену, в поисках поддержки. Та вздохнула, прикрывая глаза. — Потому что, во-первых, вы находитесь в гостях. И, во-вторых, этот конфликт к вам не относится. — Как это не относится, мама? — Флопин перевёл возмущённый взгляд с пола на лицо своей матери. — Он так и не извинился! Почему он может довольствоваться жизнью в то время, как мы лишились дома и оказались… во всём этом? — Ты не иоп, Флопин, как мог ты потерять голову? — Евангелин рассерженно скрестила руки под грудью. — К тому же что мы говорили о том, как это опасно? В любом случае, вам придётся понести наказание. Элели сжала кулачки. — Мы не будем извиняться. — Что? Дети молчали, но стоило им глянуть на стоявшего рядом мрачного Алиберта, как они неловко завозились. — Мы не будем извиняться, пока не извинится Адамай… Холл осветился короткой вспышкой от портала, через который на пол упали сначала три объёмные сумки, а затем и ловко спрыгнул элиатроп. Он обвёл присутствующих взглядом, уже по самой ситуации примерно догадываясь о том, что случилось. Флопин и Элели отвели глаза, а Ева и Гроуви хмурились. Энутроф покачал головой, тревожно сдвинув густые брови. Юго не стал терять времени. — Адамай у лекаря? — дождавшись кивка, элиатроп сразу же создал ещё один портал, исчезая в нём. Молча отряхнув фартук, Алиберт направился к выходу, будто бы с трудом переставляя свои ноги. Нужно отыскать младших сыновей, а Персидалям полезно будет обговорить детали наедине.. . .
Адамай постучал два раза в дверь, дожидаясь положительного ответа. Пожилой старичок приятной наружности пригласил пациента в кабинет. Осторожно наклонившись и поздоровавшись, дракон переступил порог. — Никак дракон собственной персоной, — лекарь припустил очки на носу, с интересом разглядывая гостя. — Ну-с, что у вас случилось? Без лишних слов Ад протянул вперёд четырёхпалую лапу, где на месте удара отчетливо виднелась наливающаяся отёчность. — Трещина или перелом? Это ерунда, сейчас мы быстро всё исправим. Старый энирипса принялся читать заклинание, вычерчивая в воздухе символы магической кистью. Повреждённое предплечье начало покалывать неприятной щекоткой, но дракон и не поморщился, в его немигающих глазах отражалось мягкое сияние целебной магии. Не прошло двух минут, как кость срослась, вставая на место, остался только малозаметный синяк на месте удара. Поблагодарив и заплатив за исцеление, Адамай вышел на улицу, собираясь возвратиться тем же путём, как перед ним из портала выпрыгнул элиатроп. — Адамай! Что случилось? Названный не торопился с ответом, наблюдая, как брат обеспокоенно и хмуро осмотрел его с ног до головы, цепляясь взглядом за тёмное пятно на белой чешуе. — Ты лучше у Персидаля спроси, что случилось. Я думаю, он прекрасно всё перескажет, — настроение Адамая было испорчено и возвращаться домой совсем не хотелось. — Хочу выслушать твою версию произошедшего, — мальчишка скрестил руки. — Расскажи мне всё тут и сейчас. Чувствуя, что его начинает раздражать сложившаяся ситуация, дракон закатил глаза. — Детишки твоего обожаемого друга решили отомстить. А девчонка оказалась самой настырной и удачливой. — Постой. Ты имеешь в виду, что Элели… сломала тебе руку, правда? — Да, — неохотно признал Ад, раздувая ноздри. Какие бы смягчающие факторы там не присутствовали, итог оставался итогом: дети сумели его достать. Ну не позор ли. Взволнованное удивление и неверие Юго сбилось тем, как он прыснул со смеху. В его воображении смутно представлялась карикатурная картина произошедшего, где величественного дракона атаковала маленькая иопка. Под недовольным взглядом он быстро успокоился и покачал головой, уперев руки в бока. — Вся в отца, ничего не скажешь. Но и ты хорош, раз позволил детям одолеть себя. Что ж, думаю, таким способом они хотели самоутвердиться и показать, что не боятся тебя. Будет лучше, если ты поскорее извинишься перед ними, брат. — Тц… Хорошо, понял. Я просто хочу, чтобы эта семейка отстала от меня. — Отлично. А теперь давай поскорей вернёмся домой, — с этими словами элиатроп открыл портал, затаскивая в него брата. Семья Персидалей всё так же находилась в общем зале. Элели и Флопин сидели на скамьях, в тишине глядя на то, как их родители занимаются малышом и только вернувшийся Алиберт отлучился на кухню, возобновляя работу по таверне. Завидев появившегося дракона, рыженькая иопка сложила ручки, грозно нахмурившись, а Евангелин подняла своего младшего ребёнка на руки, предупредительно кивнув мужу. — Элели, будь добра, объясни причину, по которой ты напала на моего брата, — Юго вышел вперёд и его тон заставил ребёнка нахмуриться ещё сильнее. — А почему я должна оправдываться перед предателем, когда он сделал тоже самое, напав на мою семью? Девочка упёрто глядела на братьев, подтолкнув Фло локтем, чтобы тот тоже высказал свою позицию. — Да, он получил по заслугам. Но легко отделался, — Флопин так же демонстративно сложил руки. Их мать, сжав губы в тонкую линию, наблюдала за происходящим. — Адамай давно осознал свои ошибки. Нелегко признать свою неправоту, когда многие года тебе промывают мозги словами о лучшем мире, а вы все набрасываетесь на него. Дайте время… — Перестань его защищать, Юго, — Евангелин подала-таки голос, перебивая элиатропа. — Пусть он не прячется за твоей спиной и скажет всё сам. Адамай выдохнул горячий воздух через нос, но решил перебороть своё раздражение и тоже заступиться за брата. — Я сожалею о том, что произошло. Мне были непонятны многие вещи, которые ввели меня в заблуждение. Но вы прекрасно и так понимаете мою к вам неприязнь. Что-то я делал по приказу Оропо, что-то по своему желанию. Этого не изменить. Наша близкая дружба уже давно в прошлом и я смирился с этим. Лучше не стоит ещё больше раздувать скандал — поставим здесь точку. Я прошу прощения и обещаю, что больше не прикоснусь к вашей семье. А что до Юго, то вы не имеете права осуждать его. Меня же можете ненавидеть или презирать, мне на это глубоко плевать. Но если эти детишки ещё раз выкинут подобный фокус, сдерживаться я не буду. Надеюсь, все поняли меня? — дракон обвёл присутствующих тяжёлым взглядом, заметив изумление на лице брата. — Мы прекрасно тебя поняли, Адамай. Идёмте дети, я не желаю больше вести беседы, — Ева направилась в сторону лестницы, но была остановлена голосом элиатропа. — Постойте, Элели и Флопин тоже должны извиниться. Детишки потоптались на одном месте, перешёптываясь о чём-то и пихая друг друга локтями. Сохраняя терпение Адамай выжидал завершения препирательств. Всё это казалось ему глупым, но раз вопрос вышел на такой уровень, то лучше было разобраться с ним раз и навсегда. — Нет, я не буду извиняться. Адамай плохо поступил и, если он ненавидит нас, то не вижу смысла просить прощения, — Элели пфыкнула и отвернулась. Фло молча стоял рядом, соображая, что бы он мог к этому добавить. — Ты права, извинения не отменят того факта, что вы друг друга недолюбливаете. Но в таких делах отстаивание своих принципов не решит проблему. Если… — видя, что его доводы не действуют на детей, Юго с надеждой в глазах посмотрел на Евангелин. Но та лишь покачала головой из стороны в сторону, давая им самим в этом разобраться. — Бросьте, вы же не в том возрасте, чтобы я угрожал тем, что перестану с вами дружить. — Тогда Адамаю следовало извиниться с самого начала. Почему ты не ругаешь его, ведь он поступил намного хуже нас? — теперь подал голос Флопин. Удержавшись от того, чтобы не схватиться за голову, Адамай скривил угол рта. Перепалкам уровня детского сада пришла пора положить конец. — Хватит, я не желаю это выслушивать. Если вы, сопляки, не осознаёте всей ситуации, то вам и делать тут нечего, идите играйте в песочнице. Я уже сказал: мне плевать, что вы там думаете. Если вы не можете сказать простое «извините» для Юго, то и просить вас не о чем. — Не смей оскорблять моих детей, дракон, — поднялся со стула Сэдлигроув, угрожающе сжав кулак. Ад лишь презрительно фыркнул на это. Юго не знал, как остановить ссору. Он беспомощно перебегал взглядом с детей на друга и брата, а подходящие моменту слова никак не желали подбираться. Страж шушу скривил лицо в озлобленной гримасе, оскалившись — к сожалению, с выдержкой у иопов всегда были проблемы — и Персидаль придвинулся ближе к Адамаю, намереваясь сказать что-то ещё. Элиатроп поспешно влез между ними, упираясь в грудь иопа и отстраняя его от дракона. — Гроуви, мы же договорились, — он встряхнул друга за руку, чтобы тот отвлёкся и повернул к нему голову. — В сегодняшнем инциденте виноват не Адамай. Несколько секунд Гроуви пристально смотрел на парнишку, пока его частое дыхание не замедлилось, возвращаясь к привычному ритму. Успокаиваясь, страж прикрыл глаза, вспоминая, что ранее говорили его дети, а затем обернулся к стоящим у лестницы Элели и Флопину. Евангелин не было, видимо, девушка уже поднялась с малышом, но Персидаль был уверен, что она чутко следит за ситуацией внизу. — Извинитесь. Элели поражённо распахнула глаза, неверяще глядя на отца. Флопин только ниже опустил брови, еще сильнее хмуря лоб. — Вы обещали это сделать, если он попросит прощения. Так держите своё слово. Почти с минуту в таверне царило напряжённое молчание, пока девочка не подала голос, поджав губы: — Прости, — она с вызовом уставилась на Ада, всем своим видом показывая, что эти слова мало что значат. — Извини, Юго, — добавил Флопин, поправляя ремешки на своём ручном арбалете. Их отец отвернулся, и дети быстро ушли вверх по лестнице. Юго протяжно выдохнул и опёрся лопатками о ногу стоявшего позади брата, сдвинув со лба прилипшие пряди волос под шапкой. Не о таком пребывании дома с друзьями он мечтал. Персидаль стоял к ним спиной, ногтем поскрёбывая столешницу. — Я умом не отличаюсь, так что особо думать не люблю, — проговорил он негромко, разворачиваясь. — Но, Юго, если бы что-то случилось, на чью сторону ты бы встал: нашу или Адамая? Элиатроп уставился на друга, нервно кривя рот. Ему казалось, что он сейчас засмеётся от того, насколько это было иронично. Года словно пошли обратным ходом к тому моменту, когда королевству Садида грозило затопление из-за слёз легендарного великана. — Гроуви, ты что, шутишь? Не веди себя как маленький. — Подумай, дружище, — иоп крепко сжал ему плечо и пошёл к главному выходу из таверны. Со звуком удаляющихся шагов наступила тишина и только теперь стало заметно, что день уже медленно клонился к вечеру. Большую часть сегодняшнего времени они провели, занимаясь домашними делами, но теперь с ними было почти покончено. Алиберт хозяйствовал на кухне — он не вмешивался в их конфликт, понимая, что он касается не всех, да и, кроме того, мэр продолжал работать. Посетителей сегодня было не много и всё они находились на улице, наслаждаясь приятной летней погодой, которая в Емельке всегда держалась на комфортных температурах в это время года. — Знаешь, где Чиби и Гругал? — спросил мальчишка вслух. На брата он не смотрел. В голове всё ещё настойчиво крутился голос Гроуви с его дурацким вопросом. От прямого, с оттенком печали, взгляда друга, в горле образовался комок. — Они провожали меня к лекарю с заднего двора. Молчаливо взяв Адамая за вылеченную руку, Юго осторожно потянул того в указанном направлении. Завидев их выходящими из таверны, Гругал обиженно шикнул. Они-то с Чиби честно бдели у той самой деревянной ограды и, даже приходивший ранее Алиберт не смог уговорить их вернуться. Младшие братишки действительно волновались за Адамая, поэтому кинулись ему на встречу: один радостно, а другой мстительно. Адамай негромко засмеялся, отмахиваясь от пикирующего дракончика. Юго потянул брата вниз и тот послушно присел, а подоспевший Чиби с победным видом забрался ему на колени. Рисуя пальцами маленькие круги порталов, Юго жестом фокусника демонстрировал Чиби свои светящиеся ладони. Мальчик восторженно хлопал, но у самого него порталы пока не выходили, хотя иногда руки и начинали едва заметно сиять от энергии. Маленькому элиатропу больше нравилось проводить время с книгами и бумагами, его увлекали рисунки механизмов и конструкций. Однако в их деревне книги трудно было достать, а старший совсем про них забыл в последнем путешествии. Паря и красуясь, Гругал пируэтами вычерчивал в воздухе сложные фигуры. Юго искоса глянул на близнеца, внимательно следившего за полётом дракончика. — Элели была настолько сильна? Впервые, на моей памяти, тебе что-то сломали. Слушая их, Чиби заёрзал на драконьих коленях и Адамай задумчиво опустил на него взгляд. — Что-то пошло не так. Я и раньше получал удары посильнее. Но сегодня, делая замах правой рукой, я почувствовал боль в плече. Да и общее состояние… Мы достаточно крепки, а моё тело натренировано, так что понятия не имею от чего это. — Ну, всякое случается, конечно. Даже мастера получают травмы, но мне казалось… — паренёк замялся, сам запутавшись в своих мыслях. Когда-то драконы виделись ему непобедимыми существами, но он и сам раз за разом уверялся, что это было совсем не так. — Горько осознавать, что мои друзья и брат теперь не могут ужиться вместе. Почему ты так поступил с ними? В мыслях обрывками мелькал образ Нокса и только сейчас элиатроп начал действительно понимать поступки кселора: тот в отчаянии пытался повернуть время вспять, для того чтобы исправить свои ошибки. Сделал бы сам Юго так же, появись возможность? Наверное, Оропо можно было считать тому примером. — Я стал их ненавидеть из-за тебя… — Адамаю не хотелось снова поднимать эту тему, но каждый раз при встрече с иопом и с его детьми, внутри поднималась едкая неприязнь. Кто бы не был причиной случившегося, даже пускай почти всё это оказалось подстроенным, пережитое нельзя переписать заново. Не в этой жизни. Старые раны ещё не успели затянуться шрамами и кровоточили, стоило только надавить посильнее. Поджав дрогнувшие губы, Юго отвернулся в другую сторону. Дракон положил ладонь на плечо брата, но тот скинул массивную руку в нервном молчании. — Не надо… Не вини меня в этом. Ты сам захотел их ненавидеть. Лицо Адамая предательски исказилось от боли. Мгновенно вспыхнувшее чувство поднялось откуда-то из глубины, словно огнём накрывая все остальные эмоции. Впервые за столько лет он не смог сдержаться. Чиби и Гругал замерли, удивленно наблюдая как по щеке старшего дракона скатывается слеза. Юго обернулся на прерывистый вздох, не ожидая увидеть подобного от своего, казалось бы, сдержанного брата. — Не плачь, — Чиби прижался к синему животу, обнимая его своими ручками. — Ты обвинял меня во многом, брат. Обвинял вместе с Оропо за те события, ход которых я не мог предугадать. Так что не стоит лить слёзы, я понимаю твою обиду… Прости. Я всё ещё люблю тебя. Качнув головой и медленно переведя дух, Адамай вскользь провёл пальцами по лицу. Нечто, сродное долгожданному облегчению, позволило ему слегка приподнять уголки рта, и он обратил взгляд вперёд. Это были важные для него слова. Настолько важные, что для себя он даже мог признать их ценнее жизни этого мира. Но мир не должен зависеть от отдельных эгоистичных желаний, и в тот день эта фраза оставила глубокий след, знаменуя собой их расставание и новый виток событий. Повернувшись обратно к Юго, он обнаружил на его лице мягкую улыбку. — Я тоже тебя люблю, — дрогнувшим голосом, тихо произнёс Адамай. Наклонившись вперёд, он прижался лбом к голове брата, буквально чувствуя, как с плеч, наконец, спадает тяжёлый груз. Кажущиеся прочно въевшимися, оковы и маски освобождали дракона спустя года, а истинные эмоции робко расцветали, раскрывая его душу и наполняя её новым жизненным потоком. Он будет исправлять свои ошибки. И даже если брат не простит его, Адамай продолжит любить его всем сердцем.
