Одержимость

      На сокровища, обнаруженные на глубинных тропах, ещё нужно было найти покупателя. Однако золота из тех сундуков, что остались после дележа между всеми участниками похода, (исключая отряд Бартранда, который как в воду канул вместе с идолом) вполне хватало на выкуп поместья. Наместник не смог разрешить вопрос с возвращением поместья законной владелице, Лиандре Хоук, даже не смотря на то, что Мариан оказала ему огромную услугу, найдя пропавшего сына. Поэтому дом оставалось только выкупить. Ну и, для начала, найти его нынешнего владельца.       После того, как Бетани забрали в Круг, Мариан чувствовала себя опустошённой. Всё это предприятие с походом на Глубинные тропы оказалось почти напрасным. На кой демон им этот дом, если Бетани не сможет жить в нём? Оставалось только сделать приятное матери, которая в этом доме выросла. Самой Мариан поместье и даром не было нужно. Она начинала ненавидеть Киркволл и уехала бы отсюда немедля, будь у неё такая возможность. Правда для этого пришлось бы выкрасть Бетани из Казематов.       Пока нанятые Мариан люди разыскивали владельца поместья и готовили все нужные бумаги, она бесцельно шаталась по городу. Однажды ноги сами занесли её в Казематы. Она хотела увидеть Бетани, убедиться, что у неё всё хорошо, но в то же время и боялась этой встречи, боялась, что сестра винит её за то, что оставила их с матерью без защиты. Ступив на площадь, Мариан заметила рыцаря-капитана Каллена и решила выведать у него, как поживает её сестра и можно ли с ней увидеться.       — Миледи Хоук. Какими судьбами здесь?       — Просто пришла проведать старого знакомого, — Мариан брякнула первое, что пришло в голову.       — У вас здесь есть знакомые? — удивился Каллен.       — Конечно есть. Вы.       — Странно, что вы решили меня проведать. Ведь последняя наша встреча прошла далеко не на дружеской ноте.       — Вы должны понять меня, капитан. Я только вышла на свет из тёмных туннелей, в которых бродила три с лишним недели. И тут, вернувшись домой, обнаруживаю, что у меня забирают сестру. Вы были бы дружелюбны на моём месте?       — Пожалуй, вы правы, — согласился Каллен.       — Тогда предлагаю забыть старые обиды. Лучше расскажите мне, как я могу увидеть сестру.       — Пока это невозможно. Она ещё не прошла Истязания.       — Но вы ведь сообщите мне, как только она их пройдёт? — вкрадчиво поинтересовалась Мариан, пустив в ход своё женское обаяние, что тут же смутило рыцаря-капитана.       — Эм… полагаю, она сама вам всё сообщит. Письма отправлять здесь не запрещается.       — Капитан…       — Рыцарь-капитан, — поправил Каллен.       — Рыцарь-капитан, — с нажимом повторила Мариан, — вы ведь понимаете, что Бетани будет писать только то, что нас успокоит. Мне же нужны достоверные сведения.       — То есть, если я правильно понимаю, вы хотите, чтобы я докладывал вам о том, как идут её дела? — удивлённо подытожил Каллен.       — Сообщать, капитан, сообщать. Должна сказать, вы очень догадливы.       — Я… в мои полномочия не входит… — начал было Каллен.       — Я спасла ваших послушников.       — Я наградил вас.       — Вы говорили, что орден будет передо мной в долгу. Неужели выполнение моей маленькой дружеской просьбы так вас затруднит? — Хоук озорно провела пальчиком по стальному нагруднику Каллена, и он смущённо отступил назад. — В том подвале была куча одержимых магов, демонов из Тени… Пришлось даже убить одного демона желания…       — Д-демона желания? — судорожно сглотнув, переспросил Каллен.       — Да. Сталкивались с таким? — хитро улыбнулась Мариан.       — Я выполню вашу… дружескую просьбу. Но не требуйте от меня слишком многого.       По тому, как резко Каллен перевел тему, было понятно, что с демонами желания у него свои счёты, но Мариан было важнее, что он согласился.       — Что ж, я в долгу не останусь. Ожидайте моего визита… позже.

***

      Хоук уже почти месяц не появлялась в его лечебнице, и Андерс начал подумывать, что она избегает его после Глубинных троп. Возможно, оно и к лучшему, потому что он начал к ней привязываться. Задумчиво разглядывая склянку со снадобьем, Андерс вздрогнул, услышав за спиной голос:       — У меня болит душа. Это поддаётся исцелению?       Маг обернулся и увидел Мариан. Она как-то осунулась за то время, пока они не виделись.       — Зависит от способа лечения, который ты выберешь. Это из-за Бетани?       Мариан вздохнула и уселась на кушетку. Немного помолчав, она махнула рукой:       — Не отвлекайся от работы. Я тут посижу немного.       Получив свою долю золота после Глубинных троп, все её товарищи разбрелись по своим делам, кроме Андерса и Мерриль, которая, однако, была чем-то очень сильно занята в своей лачуге. Пару раз Мариан навещала Себастьяна. Он не сильно удивился, узнав, что Бетани теперь в Круге, хотя и выглядел порядком расстроенным. Видимо, они с сестрой разговаривали об этом, и Бетани сообщила ему о своём решении пойти туда добровольно. И всё же Мариан было дико скучно, и она решила наконец нанести визит Андерсу.       — Ты не отвлекаешь. Наоборот, мы так долго не виделись, я рад твоей компании. Как твои дела?       — Да никак. Собираюсь выкупить поместье, но эта волокита с бумагами, по-моему, никогда не закончится. Без Бетани в доме дяди стало совсем скучно и тихо. Работы достойной пока не подвернулось, вот и слоняюсь без дела.       — Можешь помогать мне в лечебнице. Смешивать травы.       — Хочешь, чтобы вместо одной болячки у твоих пациентов появился десяток новых? — усмехнулась Хоук.       — Ты умеешь читать?       — Что за глупый вопрос?       — Тогда ты сможешь прочесть, сколько и какого ингредиента нужно добавить, ничего сложного в этом нет.       — Ладно, уговорил. Показывай свои умные книжки.       Хоук стала время от времени приходить в лечебницу и помогать Андерсу в приготовлении отваров и припарок. Он больше не делал попыток как-то флиртовать с ней, поэтому они общались на дружеской ноте, чему Мариан была несказанно рада.       — А есть рецепт зелья от хандры? — листая один из фолиантов, спросила Мариан.       — Ты хандришь?       — Есть немного. Варрика нет, Изабелы нет… Скучаю по ним. Про Бетани уже вообще молчу… Кстати. Бетани… — Мариан вдруг задумчиво потёрла подбородок. — Андерс, завтра меня не жди, у меня появились кое-какие дела.

***

      — Миледи, вы пришли. Я думал, вы уже забыли о своей «дружеской просьбе», — вместо приветствия заметил рыцарь-капитан Каллен.       — Думали или надеялись? Ничего подобного, Мариан Хоук ничего не забывает. Так что, есть у вас какие-нибудь новости?       — Ваша сестра успешно прошла Истязания. Теперь она стала полноправным магом круга.       — Это я знаю и так, она написала письмо. Есть ли какая-то не столь официальная информация? Её никто не обижает?       — Ну что вы. Ваша сестра — тихая, покладистая девушка. И к тому же… кхм… не дурна собой. Половина Казематов на неё засматривается.       — Я думала, храмовникам запрещены отношения с магами, — подняла бровь Хоук.       — Но нельзя же им запретить смотреть, — пожал плечами Каллен.       — А вы?       — Что — я?       — Вы тоже засматриваетесь?       — Я? Я… как можно? Я рыцарь-капитан, у меня… эм… нет на это времени, — щёки Каллена порозовели, и он начал запинаться — верные признаки того, что он говорит неправду.       — Смотрите у меня, капитан, — пригрозила ему Хоук. — Я лично выколю вам глаза, если будете на неё пялиться.       — Не забывайте, с кем разговариваете, — попытался взять нить разговора в свои руки Каллен. В самом деле, не мог же он сказать, что старшая сестра нравится ему больше младшей. Точно ведь глаза выколет, это вполне в её духе. Ещё и язык отрежет.       — Как можно, — вкрадчиво улыбнулась Мариан. — Захочешь — не забудешь.       На один удар сердце Каллена подпрыгнуло где-то в горле, и он поспешно сглотнул подкативший ком.       — Что ж, рыцарь-капитан. Не расслабляйтесь. Если вам затруднительно приглядывать за сестрёнкой, можете поручить это кому-нибудь другому. Кому-то… надежному.       — Нет, я… Мне не затруднительно. По крайней мере, пока.       С той поры Мариан стала приходить повидаться с рыцарем-капитаном пару раз в месяц. Бетани писала домой письма, мать уже виделась с ней, однако девушка не стала бы понапрасну беспокоить своих родных какими-то неприятными событиями Круга. Потому Каллен нужен был Мариан. Он мог рассказать то, что не утаила сестра. Со временем они с капитаном перестали разговаривать об одной только Бетани. Иногда Мариан заставала его не на площади, а у себя в кабинете, и они беседовали там. Каллен сам не знал, зачем ему это. У него никогда не было близких друзей среди храмовников, а тем более за пределами Казематов, а тем более друзей женского пола. С Мариан он чувствовал себя так легко, она с пониманием относилась к его проблемам, могла отвлечь его шуткой и подбодрить добрым словом. Он вынужден был признаться самому себе, что первое впечатление его об этой женщине было обманчивым. Сначала она показалась ему колкой и неприятной, но постепенно она раскрывалась ему со всё новых сторон.       — Я скоро начну ревновать, — с притворной обидой заметила Изабела, пробегая пальцем по животу Мариан. — Твои визиты к рыцарю-капитану стали слишком регулярными.       К своему удивлению, Мариан снова оказалась в постели Изабелы, без всяких зелий, и уже не в первый раз. Трудно было сказать, почему это произошло. Быть может, потому что Мариан была уверена, что не влюбится в Изабелу, что они просто приятно проведут время. Хоук не замечала за собой влечения к девушкам, но что-то в пиратке было такое, чему нельзя было противостоять.       — Сама виновата, — усмехнулась Мариан, — пропала неизвестно куда на несколько месяцев. Мне было одиноко.       — А как же наш любимый целитель? У вас ведь была прекрасная возможность сблизиться. Вы так трогательно держались за руки на Глубинных тропах.       — Не вспоминай. Это была минутная слабость, — отмахнулась Хоук.       — Ага, длиной без малого две недели, — Изабела ущипнула Мариан в бок, и та тоненько пискнула.       — Мне ни к чему близость с ним, ты же знаешь. Он меня не интересует, как мужчина.       — А кто интересует? Сильные и мужественные храмовники? — Изабела уселась на Мариан и припечатала её руки к изголовью кровати. — Лучше сама признайся, иначе мне придётся выпытывать силой.       — Может, мне именно этого и хочется, — засмеялась Хоук.       — Тебе хочется мужчину, дорогуша. Когда ты последний раз была с мужчиной?       — Не помню, — отвернулась Хоук.       — Вот видишь. Ты в последнее время стала какая-то раздражительная. Уверена, всё дело в этом.       — Думаешь, этого целомудренного храмовника вообще возможно соблазнить? — с сомнением спросила Мариан.       — Расценивай это как вызов. Ты ведь победила дракона и непонятную каменную тварь, уж с одним храмовником точно справишься.       — Я подумаю над твоим предложением, — уклончиво ответила Мариан. — А пока лучше подкинь какую-нибудь работёнку, а то я уже помираю со скуки.       Не придумав ничего поинтересней, Мариан с Фенрисом, Изабелой и Варриком отправились посмотреть, как идут дела в шахте, а заодно добыть редкие ингредиенты для травника из Казематов. По пути туда они наткнулись на гнома и его спутников, отбивающихся от полчища гигантских пауков. После того, как совместными усилиями членистоногие были истреблены, гном представился Джаварисом и отметил, что впечатлён боевыми навыками Хоук и её спутников. Он предложил им за щедрую плату избавиться от группы тал-васготов на Рваном берегу. Что ж, раз приключения сами нашли Мариан, отказываться от них не было смысла.

***

      Каллен не находил себе места. Совсем недавно он обнаружил, что стал ждать прихода Мариан. В день, когда она, предположительно, должна была прийти, он то и дело посматривал в сторону ворот, описывал круги по площади и нервно потирал шею. А потом она появлялась в воротах, и он сразу чувствовал облегчение. Иногда в день её визита ноги сами несли его в кабинет, чтобы встретить Хоук вдали от посторонних глаз. Сегодня же солнце уже клонилось к закату, но Хоук всё ещё не было. Прошло ещё несколько дней, однако она так и не пришла. Пару раз он бывал по службе в городе, спрашивал о ней, но никто её не видел уже долгое время. Каллен начинал волноваться, не случилось ли чего. Тогда он собрался с духом и решился наведаться в дом Гамлена. Лиандра Хоук забеспокоилась, увидев его на пороге:       — Что-то с Бетани?       — Нет-нет, не волнуйтесь, я совсем по другому поводу. Я вообще-то искал её сестру. Она обычно приходит ко мне… с важным докладом, но её уже некоторое время не видно.       — Я бы тоже хотела знать, где носит эту неугомонную девчонку. Около недели назад она ушла на Рваный берег и до сих пор не вернулась.       Каллен не на шутку забеспокоился:       — Я знаю, капитан стражников Авелин — подруга вашей дочери. Если хотите, я могу попросить её, чтобы отправила кого-нибудь на поиски.       — Ну что вы, рыцарь-капитан. Она и раньше подолгу пропадала. Не утруждайтесь. Лучше подождём ещё немного. Она не пропадёт, я уверена.       — Что ж, тогда прошу меня простить за беспокойство.       У Каллена не было такой же уверенности, как у Лиандры, однако же он решил последовать её совету и подождать ещё несколько дней.

***

      Прочёсывание Рваного берега и Расколотой горы заняло у них довольно много времени. Потом они забрели в шахту, где, как оказалось, расплодились глубинные охотники и пауки. Рабочим пришлось прорубать еще один туннель, чтобы добраться до их гнезда, а потому их путешествие сильно затянулось. Правда, в свободное время они валялись на берегу моря, который стал относительно спокойным после истребления местной пиратской шайки. Мариан закапывала Изабеллу в песок, а Фенрис ворчал, что они занимаются ерундой.       Однажды на берегу неожиданно появился Андерс, который был очень недоволен тем, что его опять не взяли с собой. Правда он очень быстро пожалел, что покинул свою лечебницу, потому что вид купающихся в море женщин зарождал крамольные мысли в его голове. Как-то, задумчиво гуляя по берегу и не глядя по сторонам, он наткнулся на Мариан, которая выходила из воды в одной рубашке. Андерс остановился как вкопанный, не зная, куда деть глаза, так и норовившие зацепиться за сокровенные части женского тела, бесстыдно просвечивающие сквозь мокрую ткань.       — И почему это всё время оказываешься ты, — вздохнула Мариан, даже не делая попытки прикрыться. — Почему не Фенрис или Варрик?       — Я… я бы тоже хотел это знать, — честно признался Андерс.       — Пойду переоденусь, — равнодушно проговорила Мариан, удаляясь с пляжа.       Андерс проводил её несчастным взглядом, не в силах остановить себя от созерцания ягодиц Мариан, перекатывающихся под рубашкой.       — Бедный маг, — авторитетно заметила Изабела, выжимая рубашку, — должно быть, тяжело ему приходится.       — Ты о чём это? — уточнила Мариан, стягивая свою рубашку.       — Сколько нужно иметь выдержки, чтобы изо дня в день наблюдать твои обнажённые ножки и не иметь возможности к ним прикоснуться.       — А почему только маг? Почему не «бедный эльф»?       — А ты вообще уверена, что ему нравятся женщины? По-моему, он на них даже не смотрит.       — Я тоже не заглядываюсь на мужчин, но это не значит, что они меня не интересуют, — пожала плечами Мариан.       — У тебя есть я, — подмигнула Изабела.       — Немедленно оденься, а не то пожалеешь.       Вечером пошёл дождь. Пещера, в которой они укрылись, была довольно тесной.       — Эй, эльф, ты придавил мне ногу, — зашипела Изабела, пихая Фенриса.       — У кого-то слишком длинные ноги.       — Кто-то развалился, будто у себя в поместье.       — Хватит уже, всем мало места, — попытался утихомирить их Варрик. — Вон, берите пример с наших голубков, — он кивнул в сторону Андерса, у которого на плече мирно спала Мариан.       — Это случайность, — попытался оправдаться маг.       Мариан и правда уснула сидя. И во сне её голова упала на плечо устроившегося рядом Андерса. Само собой, он сел поближе к Мариан не просто так, однако не ожидал, что всё так обернется. Её волосы пахли дымом от костра и морской солью. Андерсу до боли в пальцах захотелось погладить их, но он сдерживался, боясь, что Мариан проснётся и отодвинется от него. Он тяжело вздохнул. На сколько хватит его самообладания, прежде чем он плюнет на всё и поцелует эту женщину, даже если после этого она метким ударом сломает ему нос или коленную чашечку - тут уж что подвернётся.       Утром Хоук проснулась от того, что рука её сильно затекла, став будто каменной, и обнаружила, что спала на коленях у Андерса. Она поспешно поднялась, покосившись на мага, однако тот мирно спал. Лицо его было таким по-детски безмятежным, острый нос и острый подбородок делали его чертовски симпатичным. Мариан задалась вопросом, зачем она каждый раз отталкивает мага, хотя, если бы захотела, могла в любую минуту заполучить его. Может быть потому, что это было слишком легко? А может, она просто не хотела давать ему напрасную надежду? Она вышла из укрытия. Мелкие капли слетали с листвы, а над морем уже поднималось солнце. Чудесное утро. Однако, сегодня рабочие уже должны были докопаться до паучьего гнезда, а потому самое время наведаться в шахту.

***

      — Проклятый торгаш! Я чуть в штаны не наложил от одного взгляда Аришока! — гневно выругался Варрик, покидая лагерь кунари.       — Не хотела бы я оказаться один на один с этой грудой мышц, — передёрнула плечами Изабела.       — У тебя все мысли в одну сторону, пиратка, — буркнул Фенрис. Хоть он и не показывал этого, но Аришок тоже вызвал у него легкую дрожь в коленках.       — Да ладно вам, — ободряюще сказала Мариан. — Зато теперь можете похвастаться, что говорили с самим Аришоком!       — Как-нибудь перебился бы без такого удовольствия, — проворчал Варрик.       — А мне он показался довольно здравомыслящим. В пределах кунарийского мировоззрения, конечно же. Странный они народ. Сами не выбирают свою судьбу, не имеют собственного мнения, а только следуют «велению Кун». Думаю, всем стало бы легче, если бы они убрались из Киркволла. И что их тут держит?       Мариан заметила, что Изабела как-то странно дёрнулась, однако списала это на остатки нервного напряжения от встречи с кунарийским полководцем и его грозной свитой. Получив от Джавариса около пяти золотых в награду за труды, они могли наконец разойтись по домам.