Ты отличаешься от других детей

      По телевизору показывали сплошную чепуху. Раздраженно вздыхая, Рик монотонно щелкал пультом, надеясь найти хоть что-то интересное. Увидев заставку "Яйцелюбов", он немного оживился, но увы, это оказался повтор предыдущей серии. Фыркнув, старик отвел взгляд от экрана, чтобы с хлопком открыть новую банку пива. С кухни доносились характерные звуки. Даже это, наверное, было бы куда более захватывающим зрелищем, чем сетка телевещания по выходным! Встав и с хрустом потянувшись, Рик подошел к кухне и замер на пороге, прислонившись к косяку. Обычно он старался не присутствовать на трапезах внука — не столько из чувства брезгливости, сколько из желания не смущать пацана лишний раз. Но, стоило признать, вид был еще тот. Легко, словно бумажку, разрывая зубами кусок сырого мяса, Морти довольно урчал. С кончиков его когтей падали красные капли, и, когда он запрокинул голову, проглатывая оторванный кусок, кровь побежала еще и из уголков его рта, заставив парня с наслаждением облизнуться… — Ну как, вкусно? Вздрогнув, Морти обернулся и с пристыженным видом, будто его застукали за просмотром порно, вытер губы ладонью. — Д-да… А что это за мясо? Я такого не помню… — Не из нашего мира, — Рик достал фляжку. — А впрочем, какая тебе разница? Заткнись и ешь…

***

      На дворе уже была ночь. Выйдя на задний двор, Санчез вдохнул полной грудью холодный свежий воздух. Вокруг не было ничего, кроме маленьких аккуратных домиков с подстриженными газонами, все будто под копирку — скучно, как же скучно! Но не успели мысли Рика унестись куда-то в далекие космические приключения, как странный звук отвлек его. Зашуршали кусты. Когда он повернулся в ту сторону, звук уже утих. Показалось ли ему, что между веток промелькнула какая-то тень? Бластер в кармане халата приятно успокаивал своей тяжестью. — Нав-эээ-рное, кошка соседская забрела, — пробормотал мужчина, уходя обратно в дом. — Похуй… Космос космосом, а обыденные повседневные дела не ждали. Ему, в отличие от большинства Риков, выпало счастье не терпеть под своей крышей одного из бесконечных Джерри, ставящего рамки и лезущего везде, куда не просят, именно поэтому он мог делать все, что только вздумается. В том числе — притащить домой бистиконское дитя и воспитывать его на протяжении долгих лет. Или завести подземную лабораторию с несколькими уровнями глубины. И особенно — заниматься тем, что обычному ограниченному человеку показалось бы просто ужасным… Да, когда-то давно Рик послал все нормы этики на три буквы в попытках обеспечить своему монстру правильное сбалансированное питание, но, черт возьми, когда он этой этики вообще в чем-либо придерживался?       Лифт привез его прямо в комнату спящей красавицы. Из всех людей, которых Рик поместил сюда шестнадцать лет назад — ровно в тот же день, когда у него появился Морти — до настоящего времени дожил только этот. Джимми Хэнкс, сорок два года, страховой агент, женат, двое детей… В прошлом. Теперь же это была просто колба с кровью, помещенная в капсулу со сложной системой поддержки жизнеобеспечения, источник пищи для Морти, да и только. Но на этом роль Джимми Хэнкса не заканчивалась — несколько лет назад Рик нашел ему новое применение. Из множества стеклянных баков, расставленных вдоль стен, на него смотрели пустыми рыбьими глазами множество маленьких, голых и скрюченных страховых агентов. Раньше Рик выдавал их за свинину — в конце концов, у свиньи с человеком намного больше общего, чем хотелось бы. Но, когда он начал подмешивать в их баки вещества, призванные сделать мясо более питательным, вкус сильно изменился, и пришлось сказать Морти, что это продукт с другой планеты… Все равно. Плевать, какими путями — его подопытный должен получать только самое лучшее, и точка. На одних только белочках и птичках далеко не уедешь.       Остановившись у одного из резервуаров, Санчез ухмыльнулся — один из клонов показался ему уже достаточно упитанным. При нажатии на кнопку жидкость из бака с хлюпаньем ушла в стоковое отверстие, и стеклянные дверцы сами раскрылись. Кожа клона была противно теплой и водянистой. Он не подавал практически никаких признаков жизни, только веки, лишенные ресниц, медленно поднимались и опускались. Уровнем развития он физически соответствовал ребенку лет этак десяти. Маленький, тупой и жалкий лысый уродец… Зато прекрасный эквивалент молочного поросенка. Насвистывая, ученый поднялся по лестнице, держа клона перекинутым через плечо. Тот никак не сопротивлялся, беспомощно болтая бледными пятками в воздухе. Оказавшись вновь в гараже, Рик выдохнул. Ногой пододвинул к себе завалявшуюся среди прочего хлама колоду для рубки дров. Клон не демонстрировал и малейшего признака понимания происходящего. Просто лежал себе, оттопырив голую задницу и пуская нитку слюны изо рта — ей-богу, в корове, и в той больше жизни! Гладкая рукоять топора привычно легла в руки. Размахнувшись, Рик покончил с этим одним сильным и точным ударом. Даже шума почти не было. Отрубленная сморщенная голова покатилась по полу, кровь брызнула во все стороны, попав в том числе и на халат Рика. — Бля, стирать теперь придется, — цыкнул он, отпустив топор, обух которого, ударившись о бетонный пол, вызвал не самый приятный звук. Теперь настало время лазера. С помощью этой примочки на своих часах Рик начал полосовать труп на куски. Мясо аккуратно отделялось от костей, белеющих в красной влажной плоти, от горячих внутренностей еще шел легкий дымок, и лужа крови медленно расплывалась под телом… После всего этого гаражу определенно не помешала бы хорошая уборка. Где-то рядом послышались громкие шаги. — Рик! Не успел Санчез ничего предпринять, как дверь гаража распахнулась. — Рик, я… Застыв на пороге, Морти в ужасе распахнул глаза. — О, боже мой… Шарахнувшись назад, он зажал рот ладонью. — Т-ты… Ты убил ребенка!!! — Вот же ж блядь, — только и смог резюмировать Рик.

***

      Он конкретно вляпался. Рик не раз выходил сухим из воды в заварушках космического масштаба, но сейчас он растерялся и даже не сразу вспомнил, что нужно делать. — Морти… Пнув ногой в сторону топор, как будто это могло сделать картину менее компрометирующей, он залепетал: — П-послушай, Морти, это… это не то, что ты подумал! Совсем нет! Я вовсе не убивал ребенка, чтобы дать тебе на уж… да блядь! А он думал, что ситуацию нельзя сделать еще хуже! — Дать мне? Сведя брови, внук шумно втянул носом воздух, пропитанный ароматом свежей крови, и побледнел. — Мясо не из нашего мира? — свистящим шепотом произнес он, буравя Рика взглядом. Тот ничего не ответил, но это его не спасло. Какое-то изобретение, просвистев в сантиметре от уха мужчины, врезалось в стену. — Как ты мог?! — закричал Морти, схватившись за голову. — К-как тебе только в голову пришло кормить меня ЭТИМ?! — Не вопи, — сухо ответил Рик, отпивая из фляжки. — Во-первых, это был всего лишь примитивный клон, даже не чувствующий боли, а во-вторых, ч-эээ-ловечина для тебя очень полезна… Насчет боли он приврал, но это уже были детали. — Ты… да ты с ума сошел?! — из глаз парня покатились слезы. — Я… я все это время… Я ел ч-человеческое мясо, а для тебя, сука, это нормально?! От его истерики уже содрогались стены. И это раздражало. — Не вижу никакой проблемы, — с металлом в голосе ответил старик, шагнув вперед. Кровь под ногами противно чавкнула. — В конце концов, это твоя природа… Увидев, что дед подходит к нему, Морти предупреждающе зарычал, оскалив зубы. — Да как ты м-можешь говорить такое! Т-ты… ты просто чудовище!.. Этот эпитет заставил Санчеза замереть на несколько секунд. А потом, закрыв лицо ладонью, тихо засмеялся. — Да, — в конце концов, согласился он, нащупывая такой нужный сейчас инструмент в кармане. — Мы оба с тобой чудовища… Вот только ты таким родился, а я — стал! Моргнула вспышка. Потеряв сознание, юноша начал медленно оседать на пол. Подхватив его, Санчез тяжело вздохнул. — В третий раз ведь уже, сука, — пробормотал он, поднимая обездвиженное тело на руки. — Хватит меня палить, Мо-морти, ск-эээ-лько можно-то, достал…

***

      Положение было очень затруднительным. А если выражаться точнее — им настал полный пиздец. Рик пытался казаться спокойным и уверенным, хотя больше всего на свете ему хотелось орать благим матом. Он включил режим обогрева на максимум, но все равно в салоне было прохладно. А снаружи на многие километры вокруг простиралась белая пустыня. Ничего, кроме полуметровых залежей ебаного снега. Портальная пушка разрядилась, а двигатель под капотом барахлил так, что тарелка даже не чихала при повороте ключа зажигания. А еще начинался буран. В сегодняшнем приключении им просто выпал джек-пот из неудач. — Н-ничего, пес, — Рик скорее говорил это сам себе. — Только погода уймется, мы починим тачку и св-эээ-лим отсюда к такой-то матери, — он стукнул Морти по плечу, и тот, натянуто улыбнувшись, кивнул. А потом, подышав на покрытое инеем стекло, с трудом расчистил крошечное пространство, через которое можно было посмотреть наружу. — Рик, — прижав ладонь к животу, парень страдальчески поморщился. — Я такой голодный… Там лес, может, мне стоит сходить на охоту? Сквозь белую завесу действительно проглядывали силуэты голых деревьев, но Санчезу эта идея вовсе не понравилась. — Ёбнулся, что ли? — скривился он, отхлебывая из фляжки. — Там такой пиздец на улице, выходить себе дороже! Терпи, сучка… или, если уж совсем н-эээ-вмоготу, можешь попитаться мной. — Серьезно? Развернувшись к нему, Морти недоверчиво поднял одну бровь. — Ты правда разрешаешь? — Угу, — небрежно потрепав его за ухом, Рик откинулся на спинку заднего сиденья и широко расставил ноги, пытаясь расслабиться. — Только не увлекайся, лады? Тем более, что я пил сегодня… Не хватало мне еще бухого бистиконца, к тому же в з-эээ-мкнутом пространстве! Парень еще несколько секунд просто сидел на месте, наверное, ожидая какого-то подвоха. А потом с решительным видом встал и, упершись коленом в обивку кресла между ног Рика, положил руки ему на плечи и подался вперед, обдав шею ученого горячим дыханием. — Я постараюсь не больно, — прошептал он, прикасаясь пока только губами к месту будущего укуса. — Ловлю на слове, — нервно усмехнулся Рик, закрывая глаза. — Ну, я готов, давай… Вспышка боли невольно заставила его вскрикнуть. Закрыв рот рукой, Санчез сморщился, пытаясь перетерпеть, хотя первым его порывом было оттолкнуть Морти от себя как можно дальше. Но он сам на это пошел, и жаловаться тут было нечего. К счастью, клыки пробыли в нем всего несколько секунд — разжав челюсти, внук припал к ране губами, пытаясь сосать кровь, а потом прошелся по коже языком, слизывая то, что уже выступило. Он действительно старался насытиться как можно незаметнее. — Ох… — у Рика по вискам побежал пот. Он положил руку на спину Морти, чувствуя сквозь свитер и жар молодого тела, и острые крылья лопаток, и даже едва ощутимую линию сложенного гребня, и прохрипел: — Мо-морти, иди сюда, Морти… Долго уговаривать не пришлось. Место укуса неприятно дергало, но все это отошло на второй план, когда Рик, прижав к себе мелкого, зарылся носом в его волосы. — Уххх… А ты что-то порозовел, неужели все-таки нажрался? — усмехнулся он, ущипнув Морти за щеку. — В стельку, — ответил тот, облизываясь. — Не кровь, а какой-то спиртзавод! — Еще и остришь, мелкий заср-эээ-нец? Ну я тебя!.. Все проблемы вдруг начали отходить куда-то на второй план. Тарелка, наверное, чуть не перевернулась от бурной активности на заднем сиденье. — Нет, нет! — хихикал мальчик, пытаясь увернуться от щекотки. — Перестань! Не надо! Но Санчез, легко повалив его на спину, продолжал свое издевательство, пока… — Р-рик?.. Он сам не понял, как так получилось. Просто в один момент его расшалившиеся руки, забравшись под свитер Морти, неприлично нежно коснулись голой кожи… Пожалуй, так ему нравилось даже больше. Ухмыльнувшись, ученый продолжил двигаться дальше, провел пальцами по чешуе на груди у внука и, нависнув над ним, одним уверенным движением раздвинул ему ноги коленом. — Ч-что ты… Это смущение на лице Морти доставляло Рику невероятное удовольствие. Поцеловав парня в губы — быстро, но крепко — он с довольной усмешкой провел двумя пальцами вниз по его животу, от пупка до пояса джинсов и, помедлив секунду, расстегнул пуговицу. — Ох, боже мой… Зажмурившись, Морти прижал ладони к горящим от стыда щекам. — Да ладно тебе, — отведя его руки в стороны, Рик урвал еще один короткий поцелуй. — Как будто ты раньше этим не занимался! — Но… — И, раз уж на то пошло, то я верну тебе твои же слова, — прищурившись, мужчина сказал вполголоса: — Я постараюсь не больно. Может, ситуация и была не самой подходящей, но, в конце концов, чем еще тут заниматься во время бури? Он буквально чувствовал, как физическое напряжение покидает Морти. Как мелкий, выбросив наконец все лишние мысли из своей глупой головы, начинает поддаваться этому прекрасному ощущению, позволяя трогать себя и отвечая — быть может, неловко и неуклюже, но отвечая. Ветер за окном стал дуть чуть слабее. — Рик… — Ммм? — А т-тебе не кажется, что мы… Все-таки, это так странно, — спрятав лицо в сгибе локтя, юноша невесело засмеялся. — Дед и внук занимаются таким… До сих пор не могу привыкнуть! Все-таки, Морти и на задворках самого жопошного мира остаются Морти — всегда найдут, из-за чего порефлексировать в самый ненужный момент. — Не думай об этом, — ответил Санчез. — Я вот сейчас думаю только о том, как порезвиться с тобой от души, и все остальное, знаешь ли, меня как-то не парит! Но увы, порезвиться ему было не суждено. Внезапно раздавшийся из ниоткуда вой заставил их обоих подпрыгнуть. Сразу же после этого что-то противно заскрежетало. В потолке корабля появились вмятины… — Блядь! Рик начал судорожно перебирать в памяти основных представителей здешней фауны, а тем временем что-то начало стучаться о борт, и сквозь свист ветра донеслось рычание, по крайней мере, трех неизвестных существ… Вот теперь они по-настоящему влипли. Вскочив, Санчез посмотрел в проталину на окне, которую сделал Морти, грязно выругался и, вытерев пот со лба, достал бластер. — Готовься, пес, — глухо сообщил он, качая головой. — Нам пиздец!