С чистого листа

— Мари, просыпайся, сегодня важный день, — тихий мужской голос отразился в голове девушки, словно вытаскивая ее из пучины снов. Открыв глаза, Маринетт увидела в окне потрясающий Нью-Йорк, залитый солнцем, а рядом с ней сидел блондин, светящийся, словно ангел. — Не хочу. Давай попозже, — отвернулась Маринетт. — Через два часа мы уже должны быть на месте, — напомнил Агрест, на что девушка совсем не среагировала. — Если ты сейчас не встанешь, то поедешь в пижаме, — предупредил парень. — Звучит неубедительно, — ответила Дюпен-Чен. Вздохнув, Адриан поднял девушку с кровати, отчего та взвизгнула, и отнес ее в ванную. — Да ну блин. Противный… — буркнула брюнетка. — Я тебя тоже люблю. Собирайся, скорее, через полчаса выезжаем, — сказал блондин, поставив девушку на пол. Лениво потянувшись, Маринетт глянула на себя в зеркало и ужаснулась. Болезнь и перелёт превратили ее из прекрасной принцессы в не совсем прекрасную девушку с огромными синяками под глазами, красными глазами и бледной кожей. Но уж если Адриан увидел ее в таком обличии и продолжает так же пылко любить, то ему просто нет равных. — Тут нужна тяжелая артиллерия, — подумала вслух девушка, достав свою косметичку. За сорок минут она сделала все, что только можно было, чтобы вернуть себе свою красоту. И у неё это получилось. Уже через час из душа вышла совсем другая другая девушка, готовая покорять Нью-Йорк. — Вау, неплохой тюнинг, — присвистнул Агрест, подойдя к ней сзади и приобняв, — дорогуша, скорее одевайтесь, пока нас моя девушка не увидела, — сказал он, ослабив узел на полотенце Мари. — Дурак, — ответила она, легонько оттолкнув парня и побежав в гардероб. Не долго думая, девушка надела чёрное ассиметричное платье, вспомнив коронную фразу Коко Шанель. — Подождите пару минут, мы спускаемся, — послышалось из гостиной, — Маринетт, машина подана, нам пора. — Я готова, — вышла из гардероба Дюпен-Чен, захватив чёрный клатч.

***

Бурная подготовка, суета, духота и крики. До первого модного показа оставалось меньше получаса. Многие люди уже собрались и ждали начала события, ведя светские беседы со своих мест. В первых рядах сидели и Адриан с Маринетт. Первыми должны выступить Balmain, представляя их новинки. — Мадемуазель Дюпен-Чен? — вдруг подошла к ним девушка в красном костюме с планшетом. — Пройдемте со мной, пожалуйста, — попросила девушка. — Сейчас приду, — сказала Адриану Маринетт, встав со своего места и пройдя за девушкой за сцену. — - Агентство выделило Вам пятнадцать моделей, показ не должен быть дольше тринадцати минут, поэтому выберите свои лучшие наряды, — объяснила девушка. — Спасибо, сколько у меня есть времени на подготовку? — уточнила Мари. — После выступления Бальмáн будет получасовой перерыв. — Отлично, тогда я побежала, — улыбнулась брюнетка. — Адриан, мне нужно готовиться к показу, у меня мало времени, — написала сообщение девушка, спеша к гримерной, где были модели. Зайдя в зал средних размеров с большим количеством туалетных столиков, девушками и стилистами. Рядом со стенами в чехлах висели костюмы, готовые к променаду по подиуму. Как только Дюпен-Чен закрыла дверь, как все замолкло и все обратили на неё внимание. — Здравствуйте всем, меня зовут Маринетт, — неуверенно сказала брюнетка. — Это модельер, — прокатилась волна шепота по залу. — Будьте уверенней, мисс. Обычно, все руководители забегают сюда и кричат, что мало времени, нужно торопиться, — посоветовала ей в полголоса женщина с отпаривателем в руках. — Хорошо, — ответила Мари и направилась смелости. — Дамы, у нас осталось меньше часа, на вешалках висят ваши костюмы, каждый из которых подписан. Не шуметь и не паниковать, рядом с нами тоже готовятся люди, — сказала она уже более уверенным и громким голосом. — Мадемуазель, какой макияж наносить девушкам? — спросил стилист. — Через сколько можно одеваться? — А как волосы укладывать? — посыпались вопросы. — Так, стоп! Не все сразу. Всем делать два тугих хвоста, — придумала Дюпен-Чен, взъерошив свои волосы и взяв расчёску, — у всех должно быть одинаково, два хвоста, челку не трогать. Всем сделать кремовые глаза с красными матовыми губами. Обязательно подчеркнуть скулы. Шустрее, девочки, у нас мало времени! — дала распоряжение Мари.

***

Телефон девушки зазвонил и она, взяв его со столика, вышла из гримерной. — Алло? — Маринетт, люди начинают стягиваться в зал. Я иду к тебе, — сказал Адриан. — У меня нет никакого разогрева, мы не успеваем, — запаниковала девушка. — Ну это ты так думаешь, — послышался голос Агреста за ее спиной. — У меня правда нет никакого разогрева публики, и моделям ещё не доделали макияж, а у нас осталось меньше 15 минут, что мне делать?! — Тихо, тихо. Успокойся. Есть у тебя разогрев, я об этом позаботился. Твой показ откроют Kazaky. Все равно же ты выбрала их песню на шествие. Так что я сэкономил тебе сейчас много нервов и времени, — рассказал блондин. — Я тебя обожаю, Адриан. Сколько им нужно времени? — спросила Мари. Тут мимо них в гримерную прошли пятеро парней на каблуках в чёрных сценических костюмах. — Можешь не отвечать, — сказала Маринетт, зайдя за ними, — девочки, не отвлекаемся на мальчиков. У нас осталось около 10 минут, быстро, быстро, быстро! — скомандовала Дюпен-Чен. — Она безупречна, — выдохнул Агрест. — Дорогие зрители! Дебют-показ Vernage начнётся через пять минут. Убедительная просьба отключить звук на ваших мобильных устройствах, занимайте свои места согласно приобретённым билетам, — объявила девушка-организатор. А через несколько секунд она уже была возле гримерной. — Мадемуазель Дюпен-Чен, Вы готовы? — спросила она, постоянно переговариваясь по рации с персоналом. — Уже пора? — спросила брюнетка. — Так готовы, или нет? — ещё раз спросила девушка в красном костюме. — Да, готовы. Всем на исходную, — открыв дверь, крикнула Дюпен-Чен. Из гримерной вышли парни, а вслед за ними, цокая каблуками, вышли модели. Замкнули ряды Маринетт и Адриан, вставшие неподалёку от выхода на подиум. — Волнуешься? — спросил блондин, приобняв Маринетт. — А как ты думаешь? А вдруг никому не понравится? Вдруг что-то случится, или одна из моделей споткнётся и упадёт на какого-нибудь важного человека из первого ряда, который потом не даст мне развиваться в мире моды? А что, если... — Тихо, стой, не паникуй. Уже поздно поворачивать назад, — усмехнулся парень. — Лучше бы ты молчал, теперь я хочу провалиться сквозь землю, — дрожащим голосом ответила Маринетт. — У тебя потрясающие наряды, лучшие модели, крутая музыка, замечательный разогрев. Это самая лучшая возможность заявить о себе, а кроме того, это гораздо лучше годовой сессии. Не думай, что кому-то не понравится. Это мир высокой моды, здесь люди выходят на подиум полуголые, — подбодрил ее Агрест. — Дамы и господа, новый бренд Vernaje приветствует вас и представляет вам свою первую коллекцию, — объявил из темноты голос, после чего послышался цокот каблуков. Вспыхнул свет, заиграла музыка, из-за кулис потянулся по полу дым, модели первые модели начали шествие по подиуму. — А что было потом? — вдруг спросил женский голос. — Потом маму признали отличным дизайнером, она закончила институт Марангони, получила диплом, а потом... — А потом мы с твоим папой поженились, твой дедушка помог мне основать компанию, которая теперь вместе с главенствует вместе с домом моды Agreste, — перебила Адриана Маринетт, сидя за обеденным столом. — Какая у вас интересная история любви, — мечтательно вздохнула шестнадцатилетняя светловолосая голубоглазая девушка. — Уверена, что ваша история с Уиллом будет не менее интересная, — улыбнулась Мари. — Что за Уилл? — вдруг спросил Агрест. — Это для тебя пока секрет, пап, — переглянувшись с Мари, хихикнула девушка. — Почему мама знает, а я не в курсе, Николь? Что за безобразие? — в шутку разозлился Адриан. — Наверное потому, что девочки хранят секреты массово, — улыбнулась Маринетт. — Это дискриминация по полу, — стукнул кулаком по полу блондин. Лежавший на столе телефон завибрировал. Николь глянула на экран, поправив волосы. — Ну что, он приехал? — спросила Маринетт. — Да. Мам, пап, мне пора. Буду поздно, — послав воздушный поцелуй, девушка в мгновение оказалась возле главного входа. — Без глупостей, юная леди, — пригрозил Адриан. — Кто бы говорил, — покосилась на него Маринетт, поиграв бровями.