Воспоминания о несбывшемся

      Осторожно выбравшись из объятий Канаме, Юки укрыла его и вышла из комнаты. Пройдя мимо аристократов, которые разговаривали и даже в какой-то мере осуждали Айдо, она спустилась в усыпальницу. Обойдя гроб, в котором она проспала столь долгое время, направилась к телу дочери.       — Я скучала, Ай, — сказала Юки, присев около ледяного гроба. На её губах была грустная улыбка.       Неожиданно раздался скрип двери, и в усыпальнице появился ребенок — на вид ему было около пяти-семи лет. Он попытался спрятаться от взгляда Юки, но она его все же заметила.       — Не бойся, я тебя не обижу, — произнесла Юки, подзывая его к себе. Мальчик осторожно, словно пробуя почву под ногами, направился к чистокровной.       — Меня зовут Юки Куран, — представилась девушка, погладив смущённого малыша по голове. — А ты, наверное, Широ?       Малыш кивнул в знак согласия. Он впервые видел так близко представительницу такого известного клана. Учитель истории очень много рассказывал ему об этом клане.       — А кто это? — спросил он, показывая в сторону ледяного гроба.       — Это моя дочка, Ай, она погибла ещё до твоего рождения, — ответила Юки, взгляд её немного погрустнел. Но она всё же продолжала улыбаться. Последние пятьдесят лет, до того, как она уснула, Юки только и делала, что улыбалась. Ей не хотелось доставлять аристократам и злым людям удовольствие от того, что они говорили про её дочь или Зеро. Она скрывала свою боль за улыбкой. Юки так срослась с маской всемогущей чистокровной, что истинные чувства оставались только в её сердце.       — А почему она не превратилась в пыль? — спросил слишком любопытный Широ, он так не был похож характером на сдержанного Акатски или изысканную Луку. Широ напоминал характером Ай в раннем детстве. Она была такой же любопытной и бесстрашной. Внешне малыш был похож на папу-Каина, но светло русые волосы и светло-карие глаза ему достались явно от Луки. Юки угадывала черты людей, которые о ней заботились.       — Это долгая история, — отмахнулась Юки, и всё же продолжила: — Хочешь узнать?       Малыш-Широ закивал как болванчик, хоть в чем-то он будет осведомлён больше учителя.       — Она попросила меня сделать её человеком. Ай, как и её глупая мама, влюбилась в охотника, — ответила Юки, впервые за долгое время говорить о Ай было не так тяжело.       — И она стала человеком? — удивился Широ и прикоснулся к ледяному саркофагу.       — Да, — произнесла Юки, потянувшись, она мысленно попрощалась с дочкой и снова обратилась к Широ:       — Идём, твоя мама уже беспокоится. Я чувствую её негодование даже отсюда.       Широ немного побледнел, чем рассмешил Юки. Она взяла его на руки и, закрыв за собой дверь в усыпальницу, понесла его к матери. На полдороги к комнате, где сидели аристократы, Юки встретила Акатски, он был как всегда спокоен.       — Вы уже подружились, — поправив прическу, произнес Каин.       — Да, он очень похож на тебя, — сказала Юки, малыш засмущался и, обняв чистокровную, спрятался в её волосах.       — А как ты узнала, как меня зовут? — спросил Широ. По рассказам учителя, последняя из клана Куран уснула задолго до его рождения.       — Маленькую черную бабочку, за которой ты шёл, помнишь? — спросила Юки, увидев утвердительный кивок, девушка продолжила: — Это был мой клон.       — Когда ты успела? — спросил Канаме, встретив их около комнаты, где их ждали.       — Как только жажда отступила, — ответила Юки, ей не хотелось врать. Спустя столько времени Канаме рядом, только радости ей это не принесло, только печаль. Он был всё тем же рыцарем, который пожертвовал собой, чтобы спасти людей и её. Правда в том, что она теперь не та наивная девочка, которая так долго держала его за край рукава, словно ребенок. Теперь она может жить и без него, не оглядываясь ни на кого. Её решимость сделать из Канаме человека всё ещё горела, только теперь она знала, что изначально это было невозможно. Маленький Широ почувствовал горечь Юки и ещё сильнее обнял чистокровную.       — Так ты чувствуешь эмоции, — поняла Юки, её мысли тут же изменились, она стала думать о тех, кто находился сейчас с ней, на душе стало спокойно и тепло.       — Широ, я тебя обыскалась, — сказала Лука, смотря с укором на сына. А затем опомнившись поклонилась: — Рада тебя снова видеть, Юки.       — Я тоже, — ответила чистокровная. Лука улыбнулась и хотела уже забрать сына, но тот сильнее прижался к Юки.       — Ты нравишься Широ-куну, — произнес Такума, держа в руке чашку с чаем.       — Он тоже очень мил, — ответила Юки, посмотрев на ребенка. Юки и Широ очень мило смотрелись вместе. Канаме на секунду почудилось, что он уже где-то видел это.       — Может, пойдешь к сестре, она только что проснулась, — сказала Юки, отпуская Широ на пол. Он кивнул и, поцеловав чистокровную в щеку, убежал, Лука направилась вслед за сыном. Маленький проказник украл немного энергии у Юки, на это она лишь улыбнулась. Ей эта ситуация напомнила момент, когда она тайно пробралась на бал.       — Мы можем поговорить? — спросил Канаме, подав Юки руку, чтобы она поднялась. Девушка приняла помощь, и они ушли, оставив аристократов думать над тем, что будет дальше.       Канаме так и шел, не отпуская её руку. Он боялся, что всё это сон, и как только он закроет глаза, всё исчезнет. Войдя в комнату, Канаме всё же решился отпустить руку Юки. Чистокровная пыталась прислушаться к своим ощущениям, чтобы понять, что она испытывает к Канаме. Только ощущения молчали, больше не было тех всепоглощающих чувств.       — Ты расскажешь мне, что случилось? — спросил Канаме, присев в кресло. Юки почувствовала себя как на допросе, поэтому, чтобы избавиться от назойливого ощущения, открыла шторы и присела на подоконник. На улице была осень, солнце уже зашло за горизонт, а вдали мерцали огни города.       — С чего начать? — в ответ спросила Юки, она не хотела повторяться.       — Начни с момента, когда вы с Зеро начали жить вместе, — произнёс Канаме, в его душе плескалась ревность, хоть он это и скрывал.       — Это случилось после того, как Ёри умерла, мы стали больше времени проводить вместе. Было много проблем с этим, но всё же мы жили относительно счастливо. А потом Ай влюбилась в охотника из гильдии, который должен был за ней присматривать. В то время у нас было неспокойно, организация под названием «Истинный Король» снова показала голову. Однажды она прибежала ко мне в слезах и рассказала, что охотник признался ей в любви, а затем сказал, что не может встречаться с чистокровной вампиршей. Ай была в отчаянии, и тогда, пойдя у неё на поводу, я попросила Исай-сана превратить её в человека. Ай прожила с этим охотником около двух лет. Я тогда была беременна, когда узнала о том, что на академию Кросс напали. Примчавшись туда, я увидела, как Ай была им убита. Потом уже я узнала, что он был одним из тех, кто служил организации «Истинный Король». Меня захватил гнев. Когда на меня напали, Зеро подставился, его сердце пронзило оружие охотников, и меня зацепило. В тот день я потеряла и дочь, и сына, и Зеро. Конец истории, — сказала Юки. Она рассказала почти всё, кроме того момента, как собственными руками уничтожила всю организацию «Истинный Король». Вампирша и камня на камне не оставила от их убежища. Ей не хотелось разочаровывать Канаме в себе и выборе, который он тогда сделал. Хотя в тот день её сердце остановилось из-за боли потери, она так не плакала никогда в жизни, да и жить после этого не хотелось. То, что она прожила после этого в мире ещё пятьдесят лет, занимаясь делами совета старейшин, было чудом для неё самой. Когда она поняла, что больше вампиры в ней не нуждаются, она уснула. Сон был прекрасен.       — Почему ты так холодно об этом говоришь? — спросил Канаме, он всё время смотрел на то, как рассказывает Юки, её лицо ни капельки не изменилось, даже в тот момент, когда она рассказывала о смерти дорогих ей людей. — Словно тебе всё равно.       — Ты прав, это прошлое, — ответила Юки, встав с подоконника. Она отсидела себе всю спину в неудобном положении, поэтому потянулась и уже хотела уйти. Канаме не позволил.       — Я тебе не верю, — сказал он, схватив её за плечи и прижав к себе. Юки попыталась выбраться, только, как и раньше, в его руках она была не сильнее птенца.       — Отпусти, — попросила Юки, пытаясь скинуть руки Канаме. По окнам и стенам расползались трещины, чистокровный наклонив голову к шее Юки.       — Нет, не делай этого, — взмолилась Юки, когда почувствовала, как клыки Канаме прокусывают её шею. Чистокровный медленно наслаждался каждым глотком поглощенной крови. В какой-то момент он потерял бдительность, и Юки смогла выбраться.       — Зачем ты это сделал? — разозлилась Юки, её мысли были наполнены тем днём, и всё, что она скрыла, стало явным. В её глазах было раздражение, она боялась, что Канаме отвернётся от неё. Развернувшись, она выбежала из комнаты. А Канаме всё стоял и всматривался в её воспоминания.       В них он видел боль и отчаяние, её злость и обиду на него. Видел, с какой лёгкостью и совершенно пустым выражением лица она уничтожила часть гильдии охотников и вампиров, что плели интриги за её спиной. Как она плакала по ночам и как приходила к нему, прислонялась лбом к ледяному саркофагу, где было заключено его тело, и просила проснуться. Помочь ей справиться со всем, оградить от мира. Через какое-то время Юки перестала появляться у него и стала много работать. Приходя рано утром, она валилась с ног от усталости, а поздно вечером вставала и шла опять на совет. Посещала балы и выслушивала неискренние соболезнования по поводу смерти дочери, их ядовитые высказывания. Всё это она терпела в одиночку на протяжении пятидесяти лет. Айдо и другие, как могли поддерживали её, но их здесь было мало. В какой-то момент Канаме снова пожалел о своём выборе, но было поздно.