Серебрянная Пуля

Ночь. В особняке семьи Иваизуми не до сна, ведь сегодня хеллоуин! После сытного ужина все собрались в большом зале возле камина для страшных рассказов. Все, кроме самого старшего сына Хаджиме... Парень лежал на большой кровати и смотрел в дисплей телефона подбирая новый волейбольный мяч. Старый был лопнут собакой, с тех пор она не подходил к мячам, даже к тем которые были для игр с собаками. Вздохнув Иваизуми раскинулся на кровати, глядя в потолок. За окном послышались хлопки крыльев летучей мыши. Повернув голову в сторону окна, Хаджиме увидел там летучую мышь, вяло поднявшись с кровати, парень подошёл к окну. Открыв его, внутрь залетела мышь и поспешно приземлилась на край кровати. Вспышка, и на кровати уже сидел тёмно-волосый парень с проницательным карим взглядом. Тот с улыбкой смотрел на Хаджиме. На госте был одет чёрный тонкий плащ с поднятым воротником. Изнутри виделся красный, словно бархатный цвет. Под плащом скрывались белоснежная рубашка и чёрные джинсы с туфлями. Его одежда идеально вписывалась в тёмный интерьер комнаты, такие же тёмные тона, среди которых иногда мелькали светлые цвета. — Ойкава-сан, снова ты? — сказал парень повернувшись к вампиру. — Ива-чан, я так соскучился! — радостно произнёс тот самый Ойкава и прыгнул на Хаджиме обнимая за его шею. — Помнишь прошлый хеллоуин? — с нежной улыбкой говорил вампир, вспоминая ту самую ночь. — Ойкава-сан, я хотел задать тебе вопрос, после произошедшего... Что ты пытался сделать? — вспоминая попытку поцелуя, который так и не произошёл, Хаджиме немного покраснел. Ойкава освободил от объятий своего друга и закрыв глаза улыбался во весь рот. — Давай просто забудем это? — сказал он и снова смотрел так же проницательно, как и в первый их совместный хеллоуин. Хаджиме стоял у открытого окна и смотрел на полную, бледную луну. Внизу послышался писк, Иваизуми наклонился вниз посмотреть, что или кто был источником звука. Внезапно всё потемнело, парень начал что-то сдирать с лица. Беспорядочно и неуклюжа передвигаясь по комнате, "битва" с неизвестным продолжалась. Писк раздавался на всё помещение, он был похож на смех. Смех? Из последних сил Хаджиме всё-таки смог убрать со своего лица... Летучую мышь? Она упала на кровать и пыталась отдышаться сквозь писк. — Пошло прочь, дикое животное! — крикнул парень сгоняя мышь с кровати, дабы та улетела. Но через мгновение на ней уже заливался смехом незнакомец. — Ахаха, ты видать сильно испугался! Всё как и было задумано! Ну, почти... — сквозь смех говорил тот. Иваизуми накрыл страх неизвестности, взяв первое, что попались под руку, парень кинул в незнакомца настольной лампой. — Ты ещё кто такой?! — с отдышкой говорил Хаджиме таращясь на незнакомца. Лампа попала точно ы голову незванному гостю. — Ауч! Разве так можно со старшими обращаться?! — взявшись за голову, говорил тот и сел на кровать. — Ладно, прости, я не представился. Я - Ойкава Тоору, будем знакомы. — Я Ива... Эй! С каких пор я должен говорить чудовищу, который ворвался в мою комнату своё имя?! — гневно продолжил Хаджиме, взяв Ойкаву, как он представился, за грудки. — Хэй, хэй! Успокойся, я хочу просто подружиться! — успокаивал Тоору парня. — Я - вампир, это в порядке вещей, верно? — В-вампир?! Нет! Это не в порядке вещей! — чуть ли не кричал Хаджиме и после, отпустив начал вдыхать и выдыхать, пытаясь успокоиться. — Ладно, допустим, я тебе поверю. Скорее всего, это глюки. Я просто скажу своё имя и ничего не произойдёт... Я - Иваизуми Хаджиме. — Ива-чан! — скрикнул от радости Тоору обняв парня с улыбкой. — Н-не называй меня так! — недовольно пробубнил Иваизуми, слегка покраснев, ведь Хаджиме нечасто обнимали, да и он был против. Но сейчас ему почему-то не хотелось отталкивать Ойкаву. Вечер эти двое провели за рассказами Тоору о его приключениях и за кружками теплового какао... — Да, было забавно, когда я кинул в тебя настольной лампой... — сказал Иваизуми с насмешкой. — Было больно! — недовольно сказал Ойкава, с наигранной обиды. — А если бы голову пробил?! — Было бы только лучше... — сказал себе под нос Хаджиме. Иваизуми сел на кровать возвращаясь к телефону, продолжая поиск хорошего мяча. Меж тем Тоору метался рядом, и не находил места. Хаджиме постоянно прятал экран от Ойкавы, чтобы тот не увидел, что же там ищет парень. Отойдя подальше, Тоору приготовился накинуться на Иваизуми. Разбег, и вот вампир уже подле кровати. Прыжок, и тот валит Хаджиме на лопатки. Выхватив телефон, с победным криком «АГА!!» Ойкава с искушением начал пялиться в экран. Там была фотография волейбольного мяча. Фотография. Волейбольного. Мяча... — О-о-о-у, ну так не интересно... — с грустью сказал Тоору и откинув телефон в сторону, посмотрел на кипящего от злости Хаджиме. — Ты. Лежишь. На. Мне. — говорил слегка покрасневший парень, зло глядя на Ойкаву. Вампир лишь при поднялся на локти и приблизился к лицу. — Так удобнее? — с довольной улыбкой сказал Тоору. Иваизуми лишь покарснел и отвернулся. — Слезь с меня, пока я тебя не ударил. — сквозь стиснутые зубы говорил парень. Находясь всё ещё на локтях, вампир переместил свои ладони к лицу Хаджиме и повернул его голову к себе. Парень отвёл взгляд, понимая, что не сможет противостоять силе и упрямству Ойкавы. Перед Тоору было самое красивое лицо в мире, как он считал. Такие мягкие, но на вид жёсткие волосы, в которые уже пробирались бледные пальцы вампира, вгоняя Иваизуми в краску. Глаза, в которых блистала бледная луна, эти аккуратные черты лица, которые так полюбились Тоору. Это хмурое выражение лица. Он не сможет сдержаться, вампир всё ближе наклонялся к лицу Хаджиме, пару миллиметров оставалось между их губами, никто им не сможет помешать. Они, одни в этой комнате... Их губы соприкоснулись, сладкий запах Ойкавы проникал в каждую клеточку тела парня, доводя того до лёгкой дрожи. Тоору было мало чувствовать только запах человека, которого так безумно любил все эти годы и сдерживался. Это было опасно, но искушение брало вверх. Ойкава попытался углубить поцелуй, но из-за ярого сопротивления Иваизуми, первая попытка не удалась. Не отрываясь от губ, вампир попытался открыть рот Хаджиме взяв того за подбородок и потянул вниз. Первый шаг выполнен. Тоору с нетерпением ворвался языком в рот Иваизуми. Вампир сплёл языки обоих навалившись на парня и схватив того за запястья. Тепло обдало рот Хаджиме, ему это казалось странным. Он не понимал, что происходит. Зачем Ойкава делает такие вещи с ним, они же друзья. Так думали оба. Но почувствовав, что его разум начал куда-то улетать, Иваизуми еле оттолкнул Ойкаву ногами. — Ты что творишь, идиот?! — задыхаясь говорил парень смотря на ошарашеного вампира. — Ты... Ты... Ты сумасшедший! — И-извини меня, я просто... — пытаясь подобрать слова, говорил Тоору опустив голову. — Просто я... Я... Я люблю тебя! Иваизуми был в замешательстве. Что значат слова такого знакомого Ойкавы? Голова кипела, он просто не смог сопротивляться силе вампира, но не думал, что всё может дойти до такого. Тем временем Тоору просто обнял парня уткнувшись ему в плечо. — Прости. Прости. — умолял Ойкава сжимая ткань футболки на Иваизуми. По телу вампира прошла еле заметная дрожь. Тем временем, Хаджиме у себя в голове принимал решение. Парень приобнял Ойкаву, за это время произошло много странных вещей. Хотя Тоору и так ввёл себя странно, но не как сегодня. Это было... Что-то новое... Приятное тепло внезапно обдало Иваизуми, злость стала медленно убывать, её сменяло другое чувство - смятение. В комнате царила тишина, можно было даже услышать тихое дыхание и сердцебиение обоих. Тишину прервал Ойкава. — Знаешь, я хочу тебе кое в чём признаться, а точнее рассказать... — вампир громко сглотнул и после короткой паузы продолжил. — Пару лет назад, когда тебе было всего шесть лет, я пришёл к тебе... Я наблюдал за тобой с крыши, а ты смотрел на луну своими большими детскими глазами. Ты был в таком восторге, ты вроде был с дядей... Ойкава поднял голову и с нежной улыбкой приложил свою руку к щеке Хаджиме. — Я влюбился в этот взгляд. Такой добрый, детский и, казалось наивный. — тихо, почти шёпотом говорил Тоору. — Потом, я хотел посмотреть в эти глаза, понять о чем ты думал тогда, но... Стоило мне приблизиться к тебе, как твой дядя обернулся в твою сторону. При виде меня, ты дрожал. Дядя начал приближаться с ружьём. И явно потроны были не простые... Я в опаске прыгнул на забор. Ты стоял позади него и со страхом смотрел на меня. Он стрельнул мне в плечо. Потроны оказались серебряными, даже до сих пор шрам остался. В голове Хаджиме стала медленно всплывать эта картина. А потом, спустя месяц произошло нечто ужасное... Мужской крик за окном заставил брюнета проснуться. Поспешно выглянув в окно мальчик увидел мужчину сидящего у стены дома, и скривившегося от боли. Рядом ютилась знакомая фигура - мать Хаджиме. Брюнет побежал к выходу из комнаты, слёзы потекли из глаз, он был сильно напуган. Выбежав на улицу, возле места где лежал дядя, уже была скорая помощь. Подбежав к матери, и схватив её за руку мальчик плакал. Хлопок дверей и машина уехала за пределы особняка семьи Иваизуми. Подняв голову, Хаджиме увидел знакомый силуэт на заборе - снова тот зловещий вампир. Посмотрев на происходящее, вампир исчез. Это было явно его рук дело... — Ты! Ублюдок! — начал кричать Иваизуми, и набросился на вампира, хватая того за шею. — Это всё из-за тебя! Ублюдок!! Теперь он в инвалидном кресле, а у тебя наверное душа не на радуется, да?! На глазах Хаджиме появились слёзы, те горькие слёзы, что и в ту ночь. Ойкава стал задыхаться, взяв запястья парня, вампир откинул его на край кровати. Пытаясь отдышаться Тоору держался за горло и быстро встал на пол, подходя к окну спиной. Хаджиме тоже поднялся на пол подходя к стене. Как раз на ней висело то самое ружьё с серебряными пулями. Схватив его, Иваизуми наставил ружьё прямо на вампира. — Как же я тебя ненавижу!.. Дерьмокава! Убирайся и больше никогда не возвращайся! — яростно кричал Хаджиме, пока Тоору упал на пол и забился в углу между стеной и шкафом, что стоял около окна. — Ива-чан... Ты чего это?.. — с прирывистым дыханием, будто захлёбываясь. На глазах вампира появились слёзы. Неужели, тот кого он так любил, сейчас убьёт его?.. — Не смей звать меня так, ублюдок!!! — ярость и боль заливала сердце парня. Единственный его самый близкий друг, оказался тем монстром, что поколечил дорогого ему человека... Обогнув кровать, Иваизуми подошёл к Тоору не сводя его с мушки. Лицо вампира заливалось слезами, его глаза умоляли оставить его живым. Сердце вампира разрывалось от боли, губы дрожали. Щелчок. Хаджиме удостоверился, что патроны есть. Посмотрев на Ойкаву, которого уже бил панический озноб, Иваизуми прицелился... — И-ива—ч-чан?.. — с дрожью и страхом прошептал Тоору глядя на парня. — Что ты... Выстрел.