Серебрянная Пуля

      Ойкава дрожал, закрыв глаза. Тоору открыл веки, и увидел, что выстрел был произведен в стену в паре сантиметров от него. — И-ив-ва—ч... — Исчезни. — Ч-что?.. — Исчезни, говорю! Или я стрельну в тебя, на этот раз точно. — сказал Иваизуми подойдя к вампиру. Приподняв дулом подбородок, Хаджиме смотрел прямо в глаза Ойкавы. Тоору не мог нормально думать, в голове раздавалось только одно — «Ива-чан, Ива-чан, не убивай, прошу...» снова и снова. Страх и боль разрывали сердце вампира на миллионы кусочков, так медленно и так мучительно. — Убей меня, Ива-чан... Я не смогу жить без тебя... — стиснув зубы до боли, и зажмурив глаза. Он ждал, но разум говорил обратное. Было тихо, на обоих давила напряжённая атмосфера. Слёзы всё ещё текли из глаз Ойкавы.       Внезапно, тишина прервалась разбитым окном, которое разбил массивный незнакомец. — В-вакатоши-кун?.. — тихо и сдавленно сказал Тоору. Не отвечая, ворвавшийся быстро проследовал прямо к Иваизуми. Откинув того к стене прописав "Спарту" Вакатоши повернулся к Ойкаве. — Я тебя предупреждал. — грубым тембром говорил Ушиджима. — Я знал, что так закончится... Иваизуми не понимал, что происходит и быстро откашлявшись, поднялся и направил ружьё прямо на массивного вампира. — Ива-чан!! Нет!! — крикнул Ойкава но было поздно, Иваизуми уже стрельнул прямо в Вакатоши. Внутри Ойкавы что-то оборвалось. Ушиджима с грохотом упал на пол, оперевшись на кровать. Тоору быстро приблизился к упавшему вампиру. Шансов нет, патрон попал близко к сердцу. Ушиджима медленно перевёл свой умирающий взгляд на Ойкаву. — Беги... Я не хочу чтобы... кгха.. Моя смерть была напрасной... — тихо говорил увядающий Вакатоши. — Ведь я... Кгх. Люблю тебя... — Вакатоши-кун... — голос вампира дрожал. Из-за него эти оба страдают... — Я должен успеть... Тоору посмотрел на того, и Ушивака понял, чего тот хочет. Вспышка. И вот они уже оба летучие мыши. Взяв за загривок пастью, и схватив лапками за умирающее тело Ушиджимы, Ойкава взлетел, и унеся в разбитое окно. Даже будучи летучей мышью, он все равно плакал. Всё дальше улетая от особняка, в котором живёт его любимый, наверное, человек. Летя в тиши над лесом Ойкава думал, что он скажет, принеся раненного Ушиджиму. В это время Вакатоши медленно умирал. — Кгх... Ойкава-кун.. Давай остановимся здесь. — хрипло произнёс вампир. — Но мы ещё можем успеть! Мы... Я принесу тебя домой и тебя вылечат ты будешь жить!.. — Ойкава-кун... Прошу... Тоору медленно опустил Ушиваку на землю подле дуба, уже будучи в обличии людей. — Ойкава-кун, неужели, ты всё ещё веришь в сказки? — тихо прохрипел Вакатоши и усмехнувшись, немного скривился от поступающей боли. Руки Ойкавы тряслись, Ушиджима истекал кровью, что же делать?! Тоору был в панике, в голове всё смешалось, как помочь Ушиваке, как дальше жить без Иваизуми?.. — В-Вакатоши-кун... — тихо вампир, смотря на бледное лицо того. Прикоснувшись к щеке Ушиджимы, Ойкава почувствовал, как тот леденеет. По телу того прошла дрожь. Внезапно Вакатоши приложил свою ладонь к руке Ойкавы. — Ойкава-кун.. — хрипел Ушиджима, улыбаясь глядя на Тоору. — Мне уже неизбежать смерти. Я так хотел остаться с тобой и прожить хотя бы ещё пару лет. Кгх-кгха... Но, похоже этому не суждено сбыться. Все эти годы я был рад, что с тобой всё хорошо, мне так нравилось видеть эту улыбку, от которой невольно щемило в груди. Я был счастлив. Ушиджима натянул на своё лицо безнадёжную улыбку, и по щеке потекла слеза. Сжав руку Тоору, вампир посмотрел ему в глаза. — Улыбнись. Хочу в последний раз увидеть её... — так же тихо прохрипел Вакатоши. Ойкава всё ещё плакал, он весь дрожал, его бил озноб. Но несмотря на это, он смог выполнить последнюю просьбу Ушиджимы и сквозь слёзы боли, на лице показалась лучезарная улыбка Тоору, за которую Ушикава и полюбил его. В сердце, снова защемило, как и впервые раз, когда он увидел улыбку Тоору. Такая же прекрасная.       Холод. Лёд. Что происходит? Внезапно рука Ушиджимы ослабила хватку и... Упала на землю. Холод. Лёд. Боль. Это были последним чувства Ойкавы, которые он чувствовал рядом с Ушивакой. Боль того, что он потерял, кого-то важного для себя. Самого близкого на этот момент... Тоору сжал зубы и уткнулся носом в холодное и мёртвое тело Вакатоши. Сжимая его окровавленную одежду до белых костяшек Ойкава всё ещё дрожал. Он хотел, чтобы это всё было не по настоящему. Хотел, чтобы этот кошмар закончился. — П-прости меня, Ушивака-кун. — сквозь слёзы, боль и озноб, говорил Тоору сдавленным голосом. — П-прости.. Вампир всё сильнее сжимал одежду того, единственное, что он мог сейчас делать - это кричать. Кричать изо всех сил. Душераздираюсь крик раздался по лесу. Он ничего не мог сделать... Но мог сделать раньше, его же предупреждали. А он не верил этому, ведь сильная любовь одурманила и ослепила его сердце и разум...

Год спустя.       Лил дождь, сидя на коленях перед могилой с надписью "Ушиджима Вакатоши ххх-хххх год." Ойкава всё ещё не мог простить себе этой ошибки. Его глаза были туманными и будто смотрели в никуда. Он больше ничего не чувствовал. Плечи тяжелели от простых капель ливня. С того самого момента, он больше не возвращался в особняк Иваизуми. Да и кому он был там нужен? В голове вампира снова всплывали моменты похорон. Боль, слёзы, и Ойкава, который так ничего и не сказал с того самого времени. Ни разу. Ни единого слова. — Прости меня, Ушивака-кун. — тихо прошептал Тоору положив свою ладонь на могилу. — Прости... Ещё многа раз он скажет это беспомощное "прости" глядя своими мёртвыми глазами в никуда, и ничего не изменится...