Техён, ты кретин!

POV JK Сегодня я наконец возвращаюсь вместе с Чимой домой из Японии. Не скрою, мы, действительно, хорошо релакснули. Мне было весело, мы много разговаривали, набивали животы, постоянно угорали и страдали фигней. Успели угробить наш квартальный бюджет за три дня, накупив два чемодана шмоток. Я благодарен Паку за проведенное вместе время, правда, даже ролик снял из-за которого Чим от меня еще недели две не отлипал, подлизываясь. Все бы ничего, но эта поездка была впрямь незабываемой, будь бы Тоха рядом. Я так соскучился по этому дебилу, аж самого мутит от таких мыслей. Быть влюбленным так глупо и так по-крутецки приятно, особенно, когда любимый человек не просто отвечает взаимностью, а отдается полностью, без остатка. Каждый волосок на теле, каждая родинка, его улыбка, каждая клеточка и каждый его атом — все твое, абсолютно все, абсолютная власть. Кто-то по-любому подумает, что я чокнутый собственник, правда? А по другому-то никак. Но в какой-то мере, ты становишься зависимым от него, как от наркотика, чем больше ты пробуешь его на вкус, увеличивая дозу, тем с каждым разом становится всё слаще, одурманивающе, приятнее, ты не можешь этому уже сопротивляться, как бы не старался. Чем дальше ты от любимого человека, чем больше ты его не видел, чем больше не наслаждался его этой сладостью, тем больше у тебя ломка по нему, по тем самым родинкам, клеткам и атомам, по этой эйфории от наркотика. Теперь я кажусь в конец чокнутым, правда? Пусть так, но я такой только по отношению к Тэ, в остальном я вроде-бы даже адекватный. Но знаете, если до сих пор считаете меня ебнутым, и если вы понятия не имеете о таком виде наркотика, то вы еще не влюблялись. Но все же любой вид наркотика — это сущее зло, которое может заставить человека сделать все, что угодно, даже во вред себе, лишь бы твоему любимому человеку было легче. Любовь —всепоглощающее, ужасное и вместе с тем прекрасно-адское чувство. Слишком прекрасное для этого отчаянного и дикого мира. Я знаю, что у него ломка по мне, возможно даже больше. Знаете, как говорят: любит только один? Это не правда, скорее только отчасти. Один всегда любит больше другого, пусть даже чуть-чуть. Тэхен еще безумней меня, ребятки. Разве мы не созданы друг для друга? Я постоянно строчу ему сопливые сообщения и ничего не могу с этим поделать, пальцы сами тыкают. Я знаю, что мужик, да еще какой мужик, но каким бы мужиком ты не был, какой бы волей не обладал, наркотику ты сопротивляться не сможешь, так? Если тебя затянуло — то сам ты оттуда уже никогда не выкарабкаешься, а скорее там же и захлебнешься.

***

Набирая очередное сообщение, Гук думает: « С хуя. Он. Опять. Не отвечает? Вот же конченный задрот. В течении всей гребаной поездки, он отвечал нехотя, холодно и отрывисто, не высказывая какой-то особой любви, а скорее пофигизм и безразличие. Либо он, как всегда, хочет повыёживаться и показать, что весь такой сильный и независимый, и может прожить без меня, а ночью этого же дня, рассматривает наши фотки и рыдает в подушку, именуя меня козлом, внезапно оставившим принцесску, а потом пыхтит и дрочит на эту же нашу совместную фотку. Либо он просто хренов кретин, не знаю.» Оставшиеся десять минут полета для Чонгука были жуткой пыткой. Он всячески пытался отвлечься в надежде, что время побежит чутка быстрее. То возбужденно поговорит с Чимином, то почитает комикс, то просто посидит, пялясь в иллюминатор, правда не больше пятнадцати секунд: ландшафт слишком однообразен. Но время никак не хотело поддаваться и как будто специально растягивалось, становясь таким вязким и клейким, приклеиваясь к минутам на часах и мешающим им нормально идти. А у самого Чона уже пердак изрядно подгорал, ну просто не мог он сидеть на месте, постоянно ерзал на сиденье, дергая ногой, без конца перекладывая ее с одной на другую, смотря в окно своими бешенными и полными счастья глазами от предвкушения встречи с Тэ, регулярно посматривая на свои черные Casio. Он был похож на гиперактивного ребенка, которого везли в Диснейленд, к примеру, или в игрушечный магазин. И вот, когда самолет остановился, Чонгук, забыв про Чимина, просто рванул на выход, попутно строча смс-ку в чат мемберам. Узнав, что они ждут в машине на входе, Гук полетел к машине. Подойдя к ней, он надеялся на крепкие и сопливые объятья Тэ и фирменную квадратную улыбочку по которой так соскучился, но ни того, ни другого не было. «В машине что ли? Не хочет светиться со мной? Предусмотрительный гавнюк, все так же боится камер.» Запрыгивая в машину, его встречают радостными воплями, наваливаясь кучей сверху. Барахтаясь на дне этой конструкции, он пытается отыскать родные руки и глаза, но поиски в такой обстановке, к сожалению, безуспешны. — Хээээй, ну чё, мелкий, как отдохнул? — потихоньку рассасываясь, вставая друг с друга, спросил Хосок, — Мы скуча-а-али, — прижимаясь к Чону и корча недо-милашку в своем стиле, протянул Хоуп. — А где Чима? — оглядываясь и ища глазами, смотря в окна, спросил Юнги. — Да там где-то, плетется… А где Тэхен? Сюрприз или что-то типа того? — радостно сверкая глазами, ища ответ на свой вопрос в глазах мемберах в надежде, что кто-то расколится, сказал Чонгук. Но все потупили взгляд и не одна пара глаз не смотрела на него: кто-то смотрел в пол, кто-то искал ответы на потолке, кто-то неловко переглядывался друг с другом, — Але? — не понимая смысла этой неловкой паузы, заметно потускнев, повторил свой вопрос Чон. — Ему было плохо в последнее время, мы не хотели его будить, Гуки, прости, — спасая всех, ответил Рэпмон. — Плохо? Он не говорил… — непонимающе, погружаясь в раздумья, сказал Гук. В этот момент в салон вламывается радостный ангелок Чим-Чима. — При… привет… Йа, что за атмосфера? — возмутился Чим. — Ой, моя плюшечка пришла. Садись скорее, мой мальчик, потом все расскажешь, нам надо домой быстрее, садись, садись уже,  — протараторил Джин, жестом призывая усадить скорее свои булки. — Збс, я тож по вам так скучал…  — саркастически сказал Чим, приземляя свою попку на коленку Юнги, отворачиваясь к окну. — Кхм… эм, Чимин? Ниче не попутал? — Ну, хё-ён, мне так удобнее. Я правда так устал после перелета… — устраиваясь поудобнее на бедрах, наваливаясь всем телом и кладя голову на плечо, протянул Чим-Чим. —Епт,  — громко сглатывая, отрезал Шугарь. — Дьявол во плоти со внешностью ангела, ей богу… — шепотом, пробормотал под нос себе Юн. Но кажись громковато сказанул, вызвав у всех улыбку. Наконец поднимая настроение Чону. — Пс, Юнги, — прошептал Чим, наклоняясь к уху. — Ну что еще? — тяжело выдыхая, спросил Шуга. — А что произошло-то? Где Тэхен-и? Ааааа… поэтому Чонгук… Понял. Так, что с Тэ? Заболел? — забыв о шепоте, сказал Чим. — Черт, тише, — щипая за ногу, пригрозил Юн. — Блин, больно! — недовольным шипением ответил Пак, хныча и ерзая на бедрах Юнги. — Да ладно, угомонись уже,  — сказал Шугарь, — приедем домой все расскажу, — произнес он, уже шепотом наклоняясь ближе к уху. Все игриво переглянулись, наблюдая за Юнминами. Шипперство в их «семейке» никто не отменял, как и гейские шутки в адрес друг друга. Подъезжая к дому, у Чона снова поднялось настроение, благодаря оживленным разговорам ребят и шутейкам Джина. Гук предположил, что возможно, его Тэхуй приготовил подарок дома, или просто приготовил что-то типа обеда, а ребята смоются, оставив их наконец-то одних. Выскочив из машины, он со всех ног рванул домой, и войдя туда, наспех снял обувь даже не снимая куртки, и залетел в комнату Тэ. Чонгук расплылся в улыбке, увидев наконец своего хёна, но Тэ его не заметил. Он медленно подкрадывается, поздно замечая, что чел-то в наушниках. Когда парень уже подошел почти вплотную к его креслу, Ви внезапно заорал: «&#@% ДА СТРЕЛЯЙ ОСЕЛ!» Чон испугался и смачно грохнулся на пол, поскользнувшись на паркете. Но Тэхен не заметил. Хотя может и заметил, но проигнорил младшего. Чонгук забил на еще не прошедший, ноющий зад, и подбежал к парню со спины, срывая наушники и по-хозяйски обнимая за талию, укладывая подбородок на макушке, вдыхая запах ментола и мяты. — Че-е-ерт, я так скучал Тэхен-и-и… Ты не представляешь, — зарываясь носом в шелковистые волосы, сладенько произнес Гуки. — Правда? Что-то я не заметил… — безразлично сказал Тэ, продолжив играть. — Чо? Всмысле? — нехотя отрываясь от теплого хена, удивленно произнёс Чонгук, — Тэ, блядь, ты можешь позже доиграть, а? Я к тебе пришел… черт я не пришел, я как придурок последний мчался к тебе, думал наконец увижу тебя после стольких дней, а ты даже не соизволил встретить меня потому, что сука играл? Ты стебёшься? ДА ВЫРУБИ СВОЮ ИГРУ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! И СМОТРИ НА МЕНЯ! — уже закипая, значительно повышая голос, сказал Гук. — Не хочу. — Ч-что? — уже окончательно прибывав в каком-то шоке от поведения парня, спросил Чон. Он потупил взгляд, а взлохмоченные брови в возмущении поднялись. — Не буду я вырубать игру! У меня важный матч, усек?!  — раздраженно закричав в ответ, ответил Ви. —  Свали, — его голос дрогнул. — Матч? — истерично усмехнувшись, уточнил Гук, — ПОШЕЛ К ЧЕРТУ! ПОШЕЛ К ЧЕРТУ, ТЭХЕН!  — Чон истерично захлопнул дверь, чуть не выбивая ее из петель. Распихивая всех на пути, он разъяренный, попёр к входной двери, надеясь утихомирить свою злость и вместе с тем горечь в спортзале. молчание… — Это че… было сейчас? — недоумевающе спросил Чимин. — Черт, так и знал, — себе под нос, пробурчал Намджун. — Да чо с Тэхеном-то? Реб-я-ят вы куда? Алло! — продолжал свой допрос Чим-Чим. — Чимин-ши, не жужжи. Просто иди в свою комнату. На твой вопрос никто не сможет ответить, ибо мы сами не знаем, поэтому просто иди, я может сейчас приду. Давай, давай, не стой в проходе проходе. — Пиздец… — разочарованно выдыхая, ответил Пак Чимин.

«Ну и че мы с Гуком пропустили?»