Моя малышка Мицу

Мы поднялись высоко над землей и теперь Мицу аккуратно, но с опаской глядела вниз. Я крепко держал ее, хихикая. — Это так… — Страшно? — Красиво! Я никогда так высоко не поднималась! Я улыбнулся еще раз. — Правда-правда! Очень красиво. Дейдара, я и не знала, что у тебя такая техника. — Ну что ты, моя главная техника… совсем иная. Девочка взглянула мне в глаза. — А вот я совсем не умею ничего. Я даже кунаем промахиваюсь, когда училась в дерево попадать. Кунаем она, значит, промахивается… — Вот этому и учат на первых занятиях ниндзя. — Это так, но… надо мной все смеются, а учителя не обращают на меня внимание. Для всех я как-будто тень. Не знаю, получится ли так, чтоб меня взяли учиться. А если нет?.. Что делать? Стало досадно. Девочка, как я помню, сирота и ей, естественно, не могут помочь в этом родители. — Знаешь, все эти базовые навыки по ходу кунаев, быстрого бега и далее, знают самые обыкновенные ниндзя. А ты — особенная. У тебя должны быть свои собственные техники. — Н-но я не знаю, что могу уметь… — призадумалась та. — Постой, ты назвал меня особенной? — ее щечки покраснели. — Естественно. — Мне… — М? — Никогда такого не говорили… Мы приземлились на холме, за которым находилась ее родная деревня. — Дальше пешком? — поинтересовалась младшая, спускаясь ножками на землю. Я помог ей слезть, придерживая за руку. Птица испарилась. — Мицу, идем. Больше я ничего не сказал, уводя малышку вглубь леса, возможно, от посторонних глаз, что охраняют деревню. Мы остановились на типичной полянке, окруженной зарослями. Здесь так тихо, уединенно. — Скажи, Мицу, почему именно я? Откуда знаешь обо мне? — внимательно взглянув в темные глаза напротив. — А? — И почему вообще решилась именно на воскрешение? — Эм… — помотав головой, она не продолжила, лишь переводя взор куда-то вниз. Еще раз опустился перед ней, не перестав пялить. Девчушка зажалась, словно и не было в ней той игривости и восторга, как некоторое время назад. Она выглядела расстроенной. — Для меня это цель. Как помню, папа часто рассказывал о том, что воскрешение человека — выдумка. А мама верила, что это возможно. Она хотела воскресить моего дедушку. Я слушал, не перебивая. — А однажды мама пропала. Папа искал ее, но… нашла я. Мое сердце будто на миг остановилось. — Я тогда играла возле деревни и увидела ее. Она лежала тут, — пальцем указывая вправо. — Прямо под деревом. Глаза малышки начали наполняться слезами. Я приблизился к ней, дабы успокоить, но она продолжила. — «Она не справилась с тем, что не смогла воскресить его.» — так сказала моему отцу тётя Кагуя, наша соседка. Я подслушала. А папа… он позже отправился на миссию и не вернулся. Он обещал, что… но… Я не выдержал, прижимая к себе маленькое тельце. Мицу плакала тихо, явно сдерживаясь. Девочка поведала и о том, что в деревне ее маму считали сумасшедшей, зацикленной на небылицах о воскрешении. В реальном мире не может, чтобы мертвый вновь возрождался. Это против природы. М-да, если взглянуть назад и вспомнить мое появление на войне в качестве мертвого оружия, тогда, естественно, возможно все. Война… она была, оказывается, пятьдесят лет назад. Лишь в эту секунду задумался над словами старушки из лапшичной. Но это быстро вышло из раздумий, когда еще раз взглянул на малышку. — И поэтому ты решила доказать, что не только способна обучаться навыкам ниндзя, но и очистить имя матери, — утвердился я, с облегчением понимая, что моя спутница успокаивается. — Да, — кивнула девочка, убирая мои руки. — А еще, по деревне шли разговоры о сильных шиноби прошлого. Мне очень понравился рассказ про тебя… — последнее произнесла потише. — Ты же хотел знать, почему ты? — Так что же во мне такого? — поднимая одну бровь. — Рассказывали много фактов о детстве. О том, что ты был сильнейшим с самого маленького возраста. — Н-ну… — замялся. — было дело… — Не преуменьшай! — резко рявкнула Мицу, вновь возвращая свой милый командный тон. — Ты заработал звание подрывника. Это слово всегда сравнивали именно с тобой. Ох, как бы я хотела быть таким, как ты… — Мицу, да ты хоть знаешь, что случилось потом? — Что? — Ну-у… смотри, — показывая на красное облако, что покоилось в районе груди. — например, это. — Я знаю! — глаза ее блеснули. — Ты — один из Акацуки. Такая раньше была организация. В ней собралось несколько самых мощных, самых сильных шиноби! Вы были просто непобедимой командой! Кажется, последнее она произносила с наибольшим удовольствием. А я все больше убеждаюсь в наивности девочки, что не слышала ничего больше о целях Акацуки. Ничего. Томно вздохнув, я подошел к ней. — Я убийца. — Ась? — Не сосчитать, сколько людей уничтожила наша группировка. Сколько я сам. Хоть и резко, прямо в лоб, но я хотел как можно быстрее растопить ее хрупкое понимание о действительно сильнейших шиноби. — Подрывник? Это не звание, а скорее прозвище. Оно преследовало с детства. — Правда? — завороженно. — А что такое «подрывник»? Я мысленно ударился головой об березу. Мицу от слова совсем не знала, кто перед ней сейчас. — Ты, как я понял, не знаешь о моей технике? — Нет, я слышала только то, что при помощи нее ты мог одним махом победить. — Кхм, — призадумываясь и снова рухнув на землю. — Скажи, это правда? Покажи. — Чего?! — подскочил с места, чудом не запутавшись в своих ногах. — Ну покажи-и… пожалуйста, — натянуло улыбнулась розовощекая. От одного только ее взгляда хочется потискать ее за щечки. Но я держался. — Мицу, просто продолжай верить в то, что слышала, — выдохнул, опуская плечи. Очень опасно сейчас развлекаться взрывами, когда нас могут обнаружить местные. — Ладно, — кивнула вторая. — А все-таки жалко, что я не могу даже в цель попасть, когда ты в моем возрасте уже был сильнее взрослого. Мое лицо в миг переменилось. Младшая уселась на землю и потянулась взглядом наверх, к небу. Я подошел и потрепал макушку, обращая внимание на себя. — Дейдара, когда я покажу им тебя, у них челюсти отвиснут! Захохотала в голос, завораживая мое сознание. Хм, а чего я еще жду от нее? Маленькое создание еще хотя бы в силу развития не может воспринять все то, что я сказал ранее об Акацуки, о себе. Она не осознает, что я могу быть причиной ее страха. Наоборот, общается открыто, не скрывая эмоций. Она… еще совсем малышка. — Запомни. Ты — особенная, — вновь четко повторил свои слова и невольно улыбнулся. — Раз в этом уверен я, значит и остальные убедятся. Девочка искренне заулыбалась. Я, несомненно, уверен в ее способностях, однако вряд ли вообще кто-то здраво поверит в эту историю с воскрешением. К тому же, прошло столько лет… Кто меня видел вообще из ныне живущих? А если видели… вспомнят ли? — Так, — уверенно вскинув волосы. — Вставай. — А? Ага… — Завтра ты удивишь всех. Я подготовлю тебя к школе ниндзя. Мысли вскружили голову. Я никак не мог поверить своим сказанным словам. Если подумать, на кой черт мне сдалось водиться с этим существом, называемым ребенком? Я знаю ее всего день, но она так согрела мое сердце. День ли? Нет. На секунду прикрыв глаза, я вспомнил себя растением, что рос рядом с домом девочки. Я знаю ее давно. И давно привязан к ней.