Дневник моей королевы

Свон тяжело вздохнула и, потерев виски, откинулась на спинку кресла. Часы показывали лишь полночь, и в принципе, по логическим соображениям, Регина могла ещё не спать в отличие от Генри. Ну, хотя бы он видит сладкие сны. Сейчас у него были осенние каникулы, но даже в это время Регина не позволяла им с Эммой видится, продолжая давить на слабые места. -Какова вероятность, что эта адская женщина заявится сюда?- тихо пробубнила Эмма и продолжила рыться в ящичках стола мера, держа зубами фонарик, чтобы было хоть что-то видно. Бумаги, бумаги, какие-то папки, пара книжек и… -А вот это уже интересно, - нахмурилась шериф и стала разглядывать незамысловатый ежедневник, напоминающий по оформлению книгу Генри. Он был небольшим, но уже достаточно толстым. Какие-то вкладки, статьи и просто бумаги. Открыв его, Эмма пробежалась фонариком и глазами по строчкам, чтобы понять, что это такое. Всё, что было там написано, было написано от руки. Округлый, витой почерк мэра был довольно прост и понятен, хоть и красив. Светлые брови Свон взлетели вверх, так как были проставлены даты, да и сам текст очень походил на личный дневник этой озлобленной женщины. -Оно и понятно,- закатила глаза блондинка, рассуждая про себя, что такой глубоко одинокий человек просто не в состоянии поделиться с кем-то живым своими проблемами, бедами и переживаниями, в конце концов. То, что у Регины в жизни было мало радости, Спаситель прекрасно понимала. Разве может быть такая, как она, счастлива? Конечно, нет. Да и её сердце любить не способно. Шериф уже собиралась захлопнуть ежедневник, считая, что это личная жизнь мэра, и была права. Она бы так и сделала, если бы взгляд её зелёных глаз не заметил бы упоминание ее имени. Да и дата была поставлена пару дней назад. Эмму, конечно же, это заинтересовало, ведь любая зацепка против Регины могла бы быть хорошим оружием, а имея такого туза в рукаве, как её личный дневник, эту женщину можно просто стереть с лица земли. 17 ноября. Боже, за что мне эти наказания? Я понимаю, что я заслужила всё, что было до этого, но что бы безответная любовь? По сей день я полагала, что была верна своему возлюбленному Даниэлю, которому моя мать вырвала сердце, не пощадив нашей любви, но оказалось, это было маленькой болью. По сравнению с этим… Правильно ли любить женщину? Правильно ли признавать, что симпатия существует? Вздрогнув, Эмма захлопнула дневник. По её спине пробежались мурашки, а рубашка прилипла к телу. Глубоко вздохнув, Свон попыталась привести мысли в порядок. Ей было не понятно, в кого могла влюбиться такая женщина? Разве глыба льда, именуемая у неё сердцем, могла вообще что-то чувствовать? А ведь Эмма начала понимать это странное поведение своего заклятого врага. Стала, наконец, понимать, в чём же дело. -Не завидую я этой бедняге,- заключила Спаситель и, положив ежедневник обратно в тумбочку, закрыла её. Пока Эмма думала и расставляла всё по полочкам в своей голове, было уже три ночи.